Ключь сознания

***

Тишина в кабинете Амбридж была оглушительной, нарушаемой лишь прерывистым дыханием Драко и отдаленными, затихающими шагами в коридоре. Воздух был густым от запаха серы, разлитых духов и страха. Тео: Нам нужно уходить. Сейчас же, — первым нарушил молчание Тео, нервно озираясь. — Снейп их ненадолго задержит, но если нас здесь найдут... Он был прав. Картина была красноречивой: разгромленный кабинет, они вчетвером, у одного из них — свежие следы борьбы на лице. Лия, казалось, вышла из транса. Ее лицо, бывшее несколько секунд назад маской ледяного спокойствия, теперь выражало крайнюю усталость. Она почувствовала, как будто из нее вынули позвоночник. Жертва, которую она принесла — выплеснув наружу свою боль, — опустошила ее не только магически, но и душевно. Пэнси: Он прав, — тихо согласилась Пэнси, все еще держась за руку Лии, как за якорь. — Лия, ты в порядке? Ты выглядишь ужасно. Лия: Пусто, — честно ответила Лия, с трудом фокусируя взгляд. — Внутри... пусто. Драко, опираясь на стол, поднялся на ноги. Его серые глаза изучали ее с новым, непонятным ей выражением — смесью благодарности, уважения и чего-то еще, более глубокого. Драко: Что ты сделала? — хрипло спросил он. — Я не видел заклинания, но... они все почувствовали это. Особенно Беллатриса. Лия: Я... отдала им то, что они хотели, — уклончиво ответила Лия, сжимая в кармане Астрариум. Он был холодным, будто высосал из нее часть жизни. — Часть меня. Теперь давайте уйдем отсюда, пока не начался новый акт этого цирка. Их уход был стремительным и тихим, как и приход. Они разделились, чтобы не привлекать внимания: Тео и Пэнси пошли одной дорогой, чтобы отвлечь возможных свидетелей, а Лия и Драко — другой, через самые темные и редко используемые коридоры. Они молчали. Напряжение между ними, еще недавно бывшее колючим и враждебным, теперь сменилось тяжелым, неловким пониманием. Он видел ее уязвимость. Она видела его преданность, прошедшую проверку страхом и болью. У самой двери в гостиную Слизерина Драко остановился. Драко: Уолтер... Лия. — Он назвал ее по имени впервые, и это прозвучало непривычно. — Спасибо. Я... не думал, что ты действительно придешь. Лия: Я сказала, что выиграла нашу игру, — она попыталась вернуть своему голосу привычную холодность, но получилось слабо. — Я не собиралась сдаваться из-за того, что ты попал в западню, как первокурсник. Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. Драко: Все же ты врешь. Ты пришла не потому, что это был ход в игре. Лия не нашлась, что ответить. Он был прав, и это пугало ее больше, чем Беллатриса Лестрейндж. Лия: Они вернутся, — повторила она свое предупреждение, глядя на каменную стену. — И у них будет план. Грей не простит публичного унижения. А Беллатриса... она теперь одержима тобой вдвойне. Драко: Знаю, — его лицо снова стало серьезным. — Значит, нам нужно стать сильнее. И найти то, что обещал тебе Василиск. «Истинную Тайную Комнату». Они вошли в гостиную. К их удивлению, Тео и Пэнси уже были там, и с ними был Северус Снейп. Профессор стоял посреди комнаты, его черная фигура казалась инородным телом в уютном полумраке. Снейп: Мисс Уолтер, мистер Малфой, — его голос был тише обычного, но от этого не менее опасным. — Полагаю, вам есть что рассказать. И на этот раз я ожидаю полной откровенности. Он повел их в свою личную лабораторию, примыкающую к кабинету. Воздух здесь пахло совсем иначе, чем в кабинете Амбридж — целебными травами, консервированными веществами и тайной. Снейп выслушал их сбивчивый, но правдивый рассказ. Он не перебивал, лишь его пальцы время от времени сжимались, когда речь заходила о Беллатрисе и Грее. Снейпм Глупцы, — наконец произнес он, когда они закончили. — Вы играете с огнем, способным спалить не только вас, но и весь Хогвартс. Астрариум... — Он с ненавистью посмотрел на маленький прибор, который Лия нерешительно положила на стол. — Это не игрушка. Это инструмент для богов и безумцев. Каждое изменение, которое вы вносите в полотно судьбы, создает обратную волну. Непредсказуемую. Лия: Это сработало, — упрямо сказала Лия. — Мы спасли Драко. Снейп: И развязали войну внутри этих стен! — резко парировал Снейп. — До этого был холодный конфликт, шпионаж. Теперь — открытое противостояние. Грей будет действовать без церемоний. А Лестрейндж... она будет наслаждаться этим. Он прошелся по комнате, его плащ взметнулся. Снейп: Вы не можете больше действовать в одиночку. Ваше «трио», ставшее «квартетом», — это не армия. Это группа наивных детей, которым невероятно повезло сегодня вечером. Драко: Так что вы предлагаете, профессор? — вступил Драко. — Сдаться? Бежать? Снейп: Я предлагаю стратегию, — ответил Снейп, останавливаясь перед ними. — И защиту. С сегодняшнего дня вы находитесь под моим наблюдением. Любой подозрительный шаг — и вы сообщаете мне. Вы не приближаетесь к Амбридж, Грею или кому-либо из Министерства без моего одобрения. Вы поняли? Это был приказ, а не просьба. И для Лии, привыкшей полагаться только на себя, он был горькой пилюлей. Лия: Профессор как я помню вы знаете кто я и зачем я здесь нахожусь. Я ненавижу когда мне приказывают это во первых, во вторых я буду действовать так как сама решу. Не волнуйтесь никто кроме меня не пострадает. Снейп: Я знаю кто вы, но не смотря на свою силу ты не можешь действовать опрометчиво. Лия: Я поняла. А Астрариум? — спросила она. — Василиск сказал, что я на правильном пути. Что мне нужно найти истинную Тайную Комнату. Снейп: «Состояние, а не место», — процитировал Снейп ее же слова, и Лия вздрогнула. Он слышал все. — Вы принесли жертву, мисс Уолтер. Боль была вашей валютой. Но что вы получили взамен? Дверь не открылась, не так ли? Лия молчала. Он был прав. Жертва ослабила ее и дезориентировала врагов, но не дала ей нового знания или силы. Снейп: Прежде чем снова нырять в пучину, вам нужно понять, что именно вы ищете, — смягчив тон, сказал Снейп. — Ваш отец был мастером окклюменции и легиилименции. Он скрывал свои мысли и манипулировал чужими. Его величайшие секреты были не в физических артефактах, а в самом разуме. Снейп подошел к одной из полок и достал старый, потрепанный том без названия. Снейп: Это его дневник. Не тот, что был уничтожен Поттером, а более ранний. Я... изъял его много лет назад. Возможно, здесь вы найдете ответы, которые ищете. Но будьте осторожны. Его мысли — это лабиринт. И некоторые двери в нем лучше не открывать. Он протянул книгу Лии. Та смотрела на нее с благоговением и страхом. Прикоснуться к мыслям своего отца, к самому его существу... Лия: Почему сейчас? — спросила она, принимая дневник. Он был на удивление тяжелым. Снейп посмотрел на нее, и в его черных глазах на мгновение мелькнуло что-то, что она не могла расшифровать. Нечто похожее на... признание. Снейп: Потому что Альбус верит, что в вас есть не только его тьма, но и его раскаяние, которого он так и не достиг. А я... я верю в то, что некоторые битвы стоит вести, даже если шансы ничтожны. Теперь идите. И чтобы я больше не слышал о ночных вылазках в Запретный лес или о взломанных кабинетах. ** Вернувшись в свою комнату, Лия не могла уснуть. Она сидела на кровати, держа в руках дневник отца. Нора спала, свернувшись у нее на коленях. Астрариум, теперь снова скрытый, пульсировал в ее сумке слабым, ровным светом. Она провела пальцами по кожаной обложке. Этот дневник был написан до того, как он стал Волан-де-Мортом. Когда он был еще Томом Реддлом. Умным, амбициозным, одиноким мальчиком из приюта. Она открыла его на первой странице. Аккуратный, убористый почерк. «Они боятся меня. Я вижу это в их глазах. Страх — это ключ. Он открывает любые двери, сковывает любые воли. Но одного страха мало. Нужно знать, чего они хотят. Каждый чего-то хочет: власти, признания, любви, безопасности. Найди их желание, и ты найдешь их слабость.» Лия замерла. Это было не просто чтение. Это было... обучение. Прямой диалог с призраком ее отца через время и пространство. Она прочитала еще несколько страниц. Рассуждения о природе магии, о наследии Слизерина, о ограниченности современных учебных программ. И везде — этот голод. Ненасытная жажда быть не просто кем-то, а всем. И тогда она нашла его. Запись, сделанная, судя по всему, на последнем курсе. «Я нашел ее. Ту, о которой говорил Салазар. Комнату, что не является комнатой. Она не в камне, а в сознании. Место, где воля наследника формирует реальность. Чтобы войти, нужно принести жертву. Не кровь или душу, как думают глупцы. Нужно принести свою привязанность к миру. Свои сомнения. Свою... человечность. Только очищенный от всего лишнего разум может выдержать силу, скрытую там. Это следующий шаг. Шаг к настоящему бессмертию.» Лия откинулась на подушки, сердце бешено колотилось. «Привязанность к миру». «Сомнения». «Человечность». Это было то, от чего она начала отказываться с самого детства. Ее боль, которую она только что принесла в жертву, была частью этого. Но что останется от нее, если она откажется от всего? Станет ли она холодным, бездушным существом, как он? Или это была цена, которую она должна была заплатить, чтобы обрести силу, достаточную для его уничтожения?Она посмотрела на спящую Нору, на знакомые очертания своей комнаты, представила лица Пэнси, Тео... и Драко. Они стали ее привязанностью. Ее сомнением. Ее клочком человечности. Снейп был прав. Ей нужно было понять, что она ищет. Силу любой ценой? Или способ победить, не превратившись в нового Темного Лорда? Война была уже не просто внешней. Она бушевала внутри нее. И от исхода этой внутренней битвы зависело все. Лия закрыла дневник и погасила свечу. В темноте ее красные глаза светились, как у хищника. У нее были ответы. Теперь ей предстояло сделать самый трудный выбор в своей жизни.