Глава 18. Когда рвутся цепи. Часть II

– Только что… ты с кем-то говорил? Рик повернул голову и встретился с усталыми глазами Мелиссы. Сама девушка стояла неуверенно, хотя всё ещё пыталась сохранять гордую осанку. – А где?.. – Люсьен прощается с капитаном. Эдд приблизился к ней почти вплотную. Выждав пару мгновений, словно боролся сам с собой, заглянул ей за спину. «Оно… всё ещё с ней?» По позвоночнику пополз мерзкий холод. Пустынник ясно ощущал: из тени на него смотрело нечто кошмарное. Игнорируя липкое чувство чужого взгляда, Эддрик бегло осмотрел палубу, будто просто искал Люсьена. Мелисса недоумённо приподняла бровь. Парень неприязненно сморщил нос и одними губами произнёс: – Ты не одна. Ведьма улыбнулась. – Ты что-то сказал? – …Нет. Тебе показалось.

Некоторое время спустя. Трактир

– Тесновато для троих. Вы уверены, что не нужна ещё одна комната? Люсьен тепло улыбнулся, стараясь успокоить старушку: – Всё в порядке, госпожа. – Что ж, как пожелаете, – пробубнила та. – Если понадоблюсь, буду внизу. – Спасибо. Хорошего Вам вечера. Закрыв дверь за трактирщицей, Винтерс прошёл вглубь маленькой комнаты. Заметив, что Мисси и Эдд всё ещё стоят у входа, он вопросительно вскинул брови: – Что такое? Не переживайте. Здесь мы в безопасности. Мелисса недоверчиво оглядела скромные покои. Из роскоши была лишь кровать с соломенным тюфяком. Подле окна стоял, словно вросший в пол, громоздкий деревянный стол с широченной лавкой. У побеленной стены напротив ложа темнел камин — единственный источник тепла. Рядом, на хлипкой тумбочке, стояли таз и кувшин с водой. – К сожалению, денег у нас немного, – развёл руками Люсьен. – Ты можешь спать на кровати, Эддрик — на лавке, а я устроюсь у камина. – Почему не на кровати? Слова Мелиссы прозвучали настолько просто, что у бывшего инквизитора сбилось дыхание: «Она… и я… в одной постели?!» Будто прочитав его мысли, девичьи губы тронула усмешка: – Брось, Люсьен, тут хватит места и для Эддрика… если чуть потесниться. Эдд в задумчивости потёр подбородок и согласно кивнул. Щёки Винтерса вспыхнули. Он осуждающе покосился на напарника. «Узнаю старого доброго Эдда…» – По-моему, это уже чересчур, – нахмурился Люсьен. – Согласен, Эдд? Веснушчатый выдержал его тяжёлого взгляда и равнодушно пожал плечами: – Мне и лавка подойдёт. – Тогда… – Мелисса опустилась на кровать и похлопала ладонью рядом с собой. – Только ты и я. Она выжидающе посмотрела на парня, и перед глазами вдруг поплыло. Похоже, Люсьен что-то говорил. Или нет? Кончики пальцев дёрнулись, пытаясь удержать контроль над собственным телом. Вся беззаботность улетучилась, когда в ушах заревел голос: «Наслаждаешься, моя Мисси?» Девушка мотнула головой, будто пытаясь вытряхнуть его из сознания, но этого было мало. «Чего ты хочешь, Вальмориэль? Ты же знаешь, я никуда от тебя не денусь!» «Правда? Мне стало казаться иначе…» Липкие руки сомкнулись на горле. Мисси судорожно вздрогнула, открыла рот, попробовала вдохнуть. Голубые глаза, полные ненависти, заметались в поисках мучителя — и нашли. Тёмный взгляд смотрел на неё сверху и не сулил ничего хорошего. «Может, стоит убить тебя сейчас?» Она протестующе захрипела, пытаясь вырваться. «Ты не можешь». Кольцо пальцев разжалось. Но вместо освобождения громоздкие ладони легли на плечи, тут же вжав её в кровать. Чёрная тень нависла над ней, заглядывая в самые потаённые места души. Мелисса смотрела прямо, не отводя взгляда, хотя внутри всё дрожало от ужаса. – За печкою поёт сверчок… Угомонись, не плачь, мой мотылёк… – одними губами зашептала она, цепляясь за детскую колыбельную как за спасение. «Что-то не так… – полурык донёсся из самых глубин, словно был её частью. – Что ты задумала, Мисси?» – …не плачь, мой мотылёк… «Мой», – демон протянул слово, смакуя его. Мелисса зажмурилась, вцепившись в простынь. «Не прячься», – неожиданно мягко, почти ласково прошептал он. – Вон, за окном морозная, светлая ночка звёздная. Вместо удушающего тумана на мгновение проступили родные стены дома. Но по ним уже тянулись тёмные вязкие тени, пытаясь содрать хрупкий мираж. Мисси сидела на стуле, пока матушка бережно расчёсывала ей волосы перед сном. – За печкою поёт сверчок… Угомонись, не плачь мой мотылёк. «Дрянная девчонка!» Демон заскрежетал, стискивая своего контрактора сильнее. Раздался треск. Что-то надломилось. Мышцы шеи, плечи и спину свело судорогой. Тяжёлое дыхание опалило кожу. Втянув воздух, ведьма закусила губу, ощущая солёный привкус собственной крови. Она нарочно не открывала глаз, не глядела в его кровожадные впадины. Голос мамы продолжал звучать, заглушая вой внутри. – Мне нравится, как ты поёшь, мама. «На этот раз…» – У тебя тоже хорошо получается. – Моя мама лучшая! «...я вижу каждый твой шаг!» Внезапно всё стихло. Ещё какое-то время Мелисса не открывала глаз. Боялась. Плечи онемели, а грудь стянуло тугой болью. Она зашипела сквозь стиснутые зубы. – Мелисса? Ты как? Рядом сидел Люсьен, сжимая её ладонь. С другой стороны молча наблюдал Эддрик. Он перевёл взгляд на шатена, но тот не заметил ничего необычного. Мисси медленно подняла руки к лицу, пробуя пошевелить ими. – Я в порядке, – ровно произнесла она. Ледяной взгляд встретился с теплом Люсьена, но не отозвался на него. – Не стоит так волноваться обо мне. Рик нахмурился, скрестив руки, чувствуя перемены в колдунье. «Теперь она больше походит на ту, что вижу во снах». – Ты уверена? Мелисса, я просто… – Да, – оборвала Мисси, поднявшись с места. – Пойду, прогуляюсь. Она вышла за порог. На мгновение показалось, будто тень у её ног двинулась следом с запозданием. – Постой!.. Винтерс сорвался следом, но чужая ладонь преградила ему путь. Он недовольно взглянул на Рика, попытался отвести его руку. Пустынник лишь качнул головой: – Не стоит. Оставь. – Но вдруг с ней что-то случится? Это не Чернолесье… – Доверься ей. Люсьен засомневался, но всё же отступил: «Возможно, ей и впрямь нужно побыть одной?»

***

Мелисса спряталась на заднем дворе. Она присела на скамью и тихо, почти умоляюще, позвала: – Рис! Мисси знала: он услышит. И действительно, спустя минуту птица с грацией опустилась на землю перед ней. Ворон тут же принялся чистить перья крыльев, нетерпеливо поглядывая на подругу. – Ты стал реже навещать меня… Всё больше отдаляешься… Рис замер, чуть нахохлился и взъерошился. – Боишься… меня? – Ворон несогласно качнул головой. – Если… я потеряю контроль… Не приходи больше. – Кар! Птица вспорхнула и пересела на колени к Мисси, встревоженно заглянув ей в глаза: – Кар? – Ты знаешь. Он не даст мне спокойной жизни, – призналась Мелисса. Она опустила удручённо голову и закусила от обиды губу, перебирая пальцы: – Я должна… избавиться от этого. – Кар?! – С Люсьеном я теряю себя. Он делает меня слабой. Он — причина моих мук. – Кар… Рис мотнул головой и почти сердито ткнулся в девичью ладонь. Мисси улыбнулась упрямой выходке её маленького друга и ласково погладила его кончиком пальца. – Не волнуйся. Всё будет хорошо.

Той же ночью

Мелисса перевела взгляд на спящего Люсьена. – Даже во сне он жмётся к самому краю, – хмыкнула ведьма. Мисси протянула руку и осторожно коснулась его взмокшего лба. Мужчина сморщился и тихо простонал. – Похоже, даже твой Бог бессилен перед кошмарами, – прошептала она с лёгким разочарованием. Спину обожгло взглядом. Вальмориэль наблюдал. Смотрел своими жуткими глазами из тени. Она склонилась ближе. Парящими, шелестящими движениями пальцы скользнули по каждой складке чужого одеяния. Расстегнули верхние пуговицы жилета, забрались под ткань сорочки и нащупали холодную цепочку. Она дёрнула её наружу — и тут же отдёрнула руку. То был обыкновенный крест. – Где же оно? Чёрт… Закусив губу, она мягкими движениями опустилась к карманам, но с досадой отметила, что и те были пусты. Пробормотав что-то невразумительное, Люсьен перевернулся на другой бок. На поясе брякнул небольшой кошель с английскими монетами. Рядом в свете луны поблёскивала связка ключей, которой он более никогда не воспользуется. Краем глаза Мелисса заметила движение у стола и резко отпрянула от Винтерса. С опаской взглянула на Эдда. Глаза его по-прежнему были прикрыты — похоже, тот всё ещё спал и ничего не видел. «Ты же, кажется, стянул с кого-то это одеяние. Не правда ли?» Кошачьей поступью колдунья подкралась к подопечному. Опустившись на корточки, прищурилась, словно изучая каждую деталь пустынника. Уголки губ сами поползли вверх в победной полуулыбке, когда голубые глаза наткнулись на свисающий бурдюк с мужского пояса. – Вот оно! Мисси тут же принялась отвязывать мешок, но руки дрожали от нетерпения, запутывая тугой узел сильнее. – Гадство… – прошипела она. В то же время голова Эдда качнулась набок, и зелёные глаза сонно уставились на девушку. Не глядя в его сторону, Мелисса едва заметно зашевелила губами: «Ты спишь. Ничего не происходит». Рик ответил ей полукивком и отвернулся, позволив ей закончить. Узел, наконец, поддался. Заветный сосуд соскользнул вниз, и Мисси подхватила его, крепко сжав в руках. Она тут же открыла бурдюк, принюхавшись к содержимому. В нос ударил резкий запах ладана: «Ш-ш-ш!» – зашипел брезгливо Вальмориэль. – От неё нужно избавиться в первую очередь. «Тогда действуй». Мелисса приблизилась к окну и распахнула створки. Древесина заскрипела, и ночной ветер ворвался в комнатушку. Девушка задрожала от прохлады и оглянулась, проверяя, не разбудила ли Люсьена. Мисси подняла бурдюк, всё ещё сжимая его в руках. Кожа на нём была тёплой. На короткое мгновение она замерла, борясь с одолевающими сомнениями, а после перевернула сосуд вниз. Вода хлынула вниз, разбиваясь о землю тёмными пятнами. Камни жадно впитывали её, оставляя лишь влажный след. «Умница, Мисси, – довольно протянул демон. – Хорошее начало». Мелисса чуть сильнее стиснула пальцы. Поток воды ослаб, и она наклонила бурдюк ниже так, словно стряхнула остатки. Внутри ещё совсем немного плескалось. Почти ничего, но этого должно быть достаточно. Ведьма затянула вновь шнурок и торопливо спрятала бурдюк под верхом платья. «Позже выброшу», – лениво подумала Мелисса. Она выпрямилась, расправив плечи, и только тогда позволила себе выдохнуть.