Игра

Один. Бросает ему вызов. Взгляд карих глаз решителен и настойчив. Она не уступит, не проиграет. Делает шаг, повернувшись к нему спиной, и тут же бросается с места. Два. Нацу смотрит ей в след ухмыляясь. Какой же всё-таки она порой бывает наивной. Соревноваться в скорости? С Нацу? Самонадеянно, даже слишком. Три. Свет закатного солнца растекается золотом вдоль раскидистой поляны. В этом ярком свечении силует бегущей волшебницы просто сияет, доставляя огромное эстетическое удовольствие убийце драконов. Четыре. Люси оборачивается, чтобы проверить, на какое расстояние успела уже отдалиться. Уловив внимательный взгляд зелёных глаз, весело смеётся, бежит, не сбавляя скорости. Пять. Девушка уже достаточно далеко, но это не помеха для молодого волшебника. Он уверен в своих силах, и точно сможет её догнать. Это не первая их игра, и , скорее всего, не последняя. Шесть. Блондинистые локоны задорно подпрыгивают, раскачиваясь из стороны в сторону. Она вновь повернулась. Ее лицо все так же озаряет улыбка, а в шоколадных глазах отражаются блики последних солнечных лучей. Семь. Нацу тихо смеётся, наблюдая как забавно упала споткнувшаяся. Он знал, что в такой густой траве заклинательнице будет не просто бежать, но не ожидал лицезреть подобное действо. Восемь. Хартфилия тихо выругалась, пытаясь подняться. Получилось. Дернулась с места, и тут же снова упала, зацепившись ботинком за какую-то корягу. Девять. Драгнил разминается, готовясь к старту. Наблюдая, как близкая подруга вновь рванула в сторону заходящего солнца. Десять. Парень мгновенно срывается с места. Лёгкий встречный ветерок немного охлаждает разгоряченное тело огненного волшебника. Девушка обернулась, ее глаза в удивлении расширились, когда поняла, что скорость Саламандра значительно выше ее собственной. Ускоряется. Тщетно. Нацу в считанные секунды преодолел около половины разделяющего их расстояния. Сворачивать с дистанции рано, он тут же перехватит ее на новой траектории. Остаётся только бежать. Бежать не жалея сил. И пусть трава и колючки царапают нежную кожу на ногах, пусть дыхание уже сбилось ко всем чертям, а сердце заходится просто в бешенном ритме. Она не может ему проиграть. Только не снова. В который раз они затеивают подобные игры? Трудно сказать, ведь заклинательница давным давно сбилась со счета. И в большинстве своем выигрывал НАЦУ. Всегда, когда ему это было выгодно. Пламя чувств? Ага, он и есть это пламя, что разгорается снова и снова, стоит лишь в коей-то степени затронуть его интерес. Он приближается, девушка не видит, но чувствует это. За собственным тяжёлым дыханием сложно определить, насколько он близко, но она все же различает шорох травы позади себя, он точно ее догонит. Три. Основываясь на каком-то из своих чувств девушка даёт себе три секунды, чтобы сменить траекторию. Искренне надеясь не оплошать. Два. Шорох травы становится громче. Кажется, она начинает слышать и его сбившееся дыхание. Один. Люси резко сворачивает в сторону, меняя траекторию движения, снова ускоряется, надеясь что обманным маневром выиграла себе ещё пару секунд времени. Не может сдержать себя и весело смеётся. — Вот же ж... - Драгнил ухмыляется, ожидал подобный выпад от девушки, но не думал, что она выкинет это в последний момент. Что ж, фору в десять секунд он преодолел без особого труда, что ему стоят эти несколько мгновений? — Я не проиграю! - кричит Хартфилия, заливаясь смехом. Ускоряется. — Да я тебя в два счета уделаю! - на ее манер отвечает Нацу. Он смеётся, когда их с заклинательницей разделяют какие-то несчастные пару метров.- Считай! Один. Люси снова делает выпад в сторону, намереваясь обмануть своего преследователя. Два. Не понимает. Все случилось так быстро, что девушка совсем не успела сориентироваться. Крепкие руки в мгновение Ока обвили ее талию и потянули на себя. Из-за большой скорости, просто остановиться было невозможно и , не удержав равновесие, волшебники покатились по свежей траве кубарем. — Отпусти, Нацу! - нависая сверху, девушка пыталась вывернуться из крепких объятий, дабы продолжить гонку, когда они наконец закончили перекатываться. — Я ещё не проиграла! Саламандр ухмыльнулся этой фразе. В темных глазах блестнул озорной огонек и он крепче сжал ее в объятьях. — Хана тебе, Люська! - вынес свой приговор, оголяя острые клыки в улыбке, и в тот же миг перекатился снова, так, чтобы теперь самому нависать над ней. - Ну что ж, устроим допрос с пристрастием!

***

Вечерело. Об этом предупреждала весенняя прохлада, пробирающая до мурашек, и последние солнечные лучи, оставляющие после себя лишь прекрасное зарево где-то за горизонтом. Сейчас жизнь замедляется, все затихает, мир готовится ко сну. Именно в это время можно уловить звуки, которые днём трудно услышать. Например, песнь сверчка, журчание малого ручья неподалеку, трель соловья или колыхание ветра в зелёной траве. Люси любила закаты. Обожала смотреть как линия горизонта преображается, окрашиваясь в яркие краски, прислушиваясь к каждому звуку, и каждой клеточкой ощущая собственное умиротворение. Ничто не сравнимо с этим чувством. И вот сейчас, казалось бы, смотри и радуйся, умиротворяйся на здоровье, но... Сколько раз они застывали в, откровенно говоря, неприличных позах? Насколько часто Нацу довелось лицезреть свою напарницу полностью обнаженной? Как много смущающих ситуаций произошло между ними за все то время, что они знакомы? Но объяснения тому, что происходит с ней сейчас, девушка не смогла найти. Пред ней был Нацу. Ее напарник, верный товарищ и лучший друг. Ее Нацу! Не Нацу из Эдоласа, ни какой-либо ещё из всевозможных параллельных вселенных, а именно ее! И она не могла отвести сейчас взгляд от этого придурка. В голове звенящая пустота, а сердце словно бы замерло, хотя всего мгновение назад отбивало в груди бешенным ритмом. Всего секунду назад она хотела надуться на него, или начать шутить, моля об апелляции. Но не сейчас. Сейчас она была не в силах выбраться из плена темных глаз, в зелени которых и тонула. Нацу нависал над ней, опираясь на предплечья крепких рук. Широко улыбался своей привычной улыбкой. Сколько уже прошло времени? Наверное, всего пара секунд, но для Люси они казались вечностью. Она тяжело сглотнула. «Он всегда был таким привлекательным?» От одной этой мысли становилось невыносимо жарко, не взирая на вечернюю прохладу, во рту сухо, и в низу живота будто бы что-то скручивалось в тугой узел. Он горяч. Чертовски. Невообразимо. А Люси упорно не замечала этого так долго. Сейчас в тусклом золоте последних солнечных лучей, его кожа будто бы подсвечивает каждый изгиб его тела, каждый мускул, что не прикрыт плотной темной тканью его одежды. Впервые за время их знакомства, Хартфилия проклинала эту его чёртову жилетку, совсем не прикрывающую ни широкую грудь, ни очерченные кубики пресса. А его лицо.... Возможно, он и не был слащавым красавчиком, как ребята из Синего Пегаса, но ему оно и не нужно, он красив в своей угловатости линий, в брутальности взгляда, в дерзости ухмылки. — Люси... Черт подери! Она готова была поспорить, что слышала в этом голосе что-то новое, что-то, что до сих пор ни разу не слышала в его тоне... Его голос бархатистый, с едва уловимой хрипотцой. Узел внизу живота стянуло ещё крепче и девушка закусила нижнюю губу. Что с ней происходит? Откуда такая реакция на извечного напарника? Почему по ее коже бегут эти предательские мурашки, дыхание сбивается, а между ног становится влажно... Это нужно было прекратить немедленно! Но сил пошевелиться не было, она все тем же немигающим взором исследовала каждый волосок его челки, каждую мелкую морщинку его лица, каждую трещенку на обветренных губах.. «Черт!» Как до этого дошло? Как Люси докатилась до того, чтобы в наглую рассматривать своего напарника и... Желать большего? «Эти игры ни к чему хорошему не приведут» - так думала она, сжимая бедра вплотную, прикусывая щеку изнутри, дабы хоть как-то привести себя в чувство...

***

Широкая улыбка сама собой исчезла с его лица, когда он впервые почувствовал неладное. Аромат Люси, тот самый, который он так любил вдыхать в свои лёгкие, впитывать в свою кожу, который так часто кружил его голову, сейчас стал намного насыщеннее и даже чуть более терпким, чем раньше. Драконье чутье подсказывало, что-то не так, а выражение лица напарницы, к его сожалению, было совсем не читаемым. Она словно зависла, смотрела как будто бы сквозь него. — Люси, - сам не узнал собственный голос, отдающий не присущей ему прежде хрипотцой. Хотел он было узнать, в чем дело, что за резкие перемены опять нахлынули на нее, но не смог. Слова застряли в горле, когда девушка еле заметно начала ёрзать под ним, а потом и вовсе свела колени вплотную друг к другу. Первая мысль: ей некомфортно. Но она зависла где-то на затворах сознания, когда он ощутил жар исходящий от ее тела. Люси всегда была более холодной, чем близкие ему другие девушки, кончики ее пальцев и вовсе порой бывали ледяными, но сейчас... Нет, это был не тот жар, который обычно настигает в период простуды, здесь что-то другое, что-то что никак не укладывается в голове. Помочь ему во всем разобраться, он знает, она не сможет. Что-то подсказывало ему, что не стоит затрагивать эту тему... По крайней мере не сейчас. Все вопросы, что он хотел ей задать, разбрелись по разным закаулкам его сознания, когда он, не в силах отвести взгляда от ее пухлых губ, неосознанно мазнул языком по своей нижней пересохшей губе. Когда взгляд уцепился за то, как тяжело вздымается ее грудная клетка, как красиво блондинистые локоны контрастировали с темной зеленью луговых трав, как безупречно она выглядела под ним, с лёгким румянцем на щеках и неизвестным пьянящим дурманом, застлавшим сейчас ее прекрасные глаза. Отчего-то ему самому стало невыносимо жарко. Непонимание отрезвляло, но совсем немного. Не настолько, чтобы побороть кипящее внутри, словно раскалённая лава, желание. Все что нужно ему - коснуться. Притронуться к столь желанному прекрасному телу, почувствовать вкус столь манящих губ, вдохнуть полной грудью ее пьянящий аромат... Нацу слегка тряхнул головой, отгоняя прочь непрошенные мысли. Он не смеет сейчас преступить эту границу, не имеет права на это. Возможно, Джульетта и имела в виду то, что не нужно торопить события, когда сказала , что ему нужно перестать валять дурака. Или же наоборот? Быть может, он мог надеяться на взаимность, ведь волшебница природы знала о том, что творится в сердце заклинательницы духов. «... В тебе очень много сомнений.» - констатировала тогда Фокс, и эти воспоминания сейчас обухом ударили по голове. Он не может так с ней поступить. Не в праве выливать все свои чувства сейчас на нее, это неправильно. Обречённо вздохнув, прикрыл глаза на мгновение, прежде чем встать. Ему сложно сопротивляться собственным чувствам, но ради нее придется потерпеть. Нацу обязательно раскроется перед ней, когда она сама будет готова. — Пойдем домой. Темнеет. — украсив лицо слишком натянутой улыбкой, он протянул руку напарнице. Девушка не сразу среагировала, но помощь приняла. Поднявшись, начала отряхивать одежду от пушинок одуванчика и мелких травинок, что успела нацеплять на себя во время игры. — А как же допрос? - спросила она, стараясь придать голосу максимальную непринуждённость. Голос предательски дрогнул. — Допрошу по дороге, - отвечает. И неизвестно какому порыву следуя, подмигивает.

***

Нацу подмигнул. Нацу, чтоб его , Драгнил ей подмигнул! Не оскалился, не усмехнулся, подмигнул , черт возьми! Этот день войдёт в историю, либо окончится, как и большинство бредовых сновидений, в ее кровати ранним утром. Другого объяснения этому жесту не было, Нацу никогда себя не вел так. А если все же не сон, не иллюзия, не галлюцинация, можно ли расценивать все это как флирт? Неужто Саламандр с ней заигрывает? Все это казалось странным, весь сегодняшний день от начала и до самого конца. Люси чуть было даже не забыла о новоиспечённых родственниках, поглащенная новыми чувствами, а теперь, словно отмотав назад воспоминания этого дня - все , что навалилось никак не укладывалось в истощенном от вечных переживаний сознании. Слишком все сложно. — Эй, ты как? - взглянув на нее, поинтересовался огненный волшебник. Вид у него был немного взволнованный, словно бы он тоже многое переживает. — Все хорошо, - отвечает блондинка уже на автомате. Все наваждение схлынуло со временем, но из памяти не исчезло. Слишком много впечатлений за чертовски короткий день. — Перейдем к допросу? - спрашивает, слегка улыбнувшись, играя бровями. Ох,Нацу, умеет же развеять обстановку. — Не забывай, что должна отвечать честно. Хартфилия легонько хихикнула, готовясь к допросу. Чувствуя, что дорога будет лёгкой и веселой. — Обещаю говорить правду и только правду, - заверила она, чуть ускорив шаг и слегка приподняв уголки губ в лёгкой улыбке. — Как ты себя чувствуешь? Опешив, девушка было хотела уже возмутиться, мол, только же отвечала на этот вопрос, но Драгнил ее опередил: — Ты обещала говорить правду, так что будь добра... Вся эта история с паническими атаками и ночными кошмарами немного пугает. Его взгляд был чрезмерно серьезным. Таким его Люси видела крайне редко. Знала, что сейчас нет смысла изворачиваться, лучше сказать как есть. — Знаешь, я чувствую себя лучше, чем когда либо за последние пару недель. Спасибо всем вам, - Люси улыбалась тепло и старалась быть убедительной в своих словах. — Правда, Нацу. Я сегодня хотя бы выспалась. — Я надеюсь, что очень скоро ты совсем забудешь о своих кошмарах. — Я тоже на это надеюсь. — Тогда следующий вопрос. Почему ты мне не рассказала? Все надежды на веселую дорогу стали улетучиваться. Люси привыкла к вечно беззаботному Драгнилу, которому палец в рот не клади, только дай пошутить да поиздеваться. Сейчас он примерил на себя совсем другое амплуа - серьезного и чересчур заботливого. — О чем? - попыталась увильнуть. — Ты прекрасно меня поняла. О кошмарах и...- он замялся на пару секунд. - И о моей в них роли. Тяжело вздохнув, волшебница попыталась настроить саму себя на откровенный разговор. — Я просто не хотела грузить тебя своими проблемами. Да и не знала, как сказать, как ты отреагируешь, - закусила нижнюю губу, опустив взгляд под ноги, замолкая. — Больше никогда так не делай,поняла? - Нацу осторожно взял Люси за руку. - Кому как ни мне решать твои проблемы? Это звучало двусмысленно. Хотелось уточнить, что он имеет в виду, и есть ли контекст в его словах. От теплого прикосновения и не менее теплых слов глаза начинало щипать. Почему-то в этот момент она чувствовала безграничную нежность к этому парню. — Ну а теперь, Люська, колись! - в его глазах заискрились озорные огоньки, а на лице взыграла наглая ухмылка. Резким движением, он перекинул свою руку ей на плечи. - Какие парни там тебе нравятся? Вот теперь вечер обещал быть весёлым. Ореховые глаза ошарашенно распахнулись а на щеках предательски проявился розоватый румянец. С чего бы Нацу интересовали подобные вещи? — А это тебе зачем знать? - возмутилась Звёздная волшебница, довольно повысив голос. — Как это зачем? Чтоб знать, каких ребят мне придется уделывать, отгоняя от тебя!