Пролог

Мальчик потирает голубые прозрачные ручонки, принимает более деловую позу, сидя на краю большого колодца, через который можно увидеть живых, опирается ладонями о края, улыбаясь, начинает говорить. — Я родился… — Вовка смеётся, глядя на недовольное выражение лица Марты. Женщина качает головой и едва не бьёт себя по лбу. — Ладно, — протягивает слога мальчик. — Мама и папа познакомились… — Вов, — призрак подходит к внуку, садится с ним рядышком. — Мы же договаривались — без перехода на личности. — Она погладила мальчишку по спине, тот кивнул, дождался пока бабушка отойдёт от него, и продолжил. — Эх, — вздыхает Владимир, качая левой ногой. — Мэвис Дракула, — мальчонке было крайне неловко называть маму по имени. — Села на Тёмный трон, — Вовка поймал одобряющий взгляд Марты, представляя себя нерадивым учеником, а бабушку строгим учителем, пред которым робеет вся школа. — 19 апреля 2026 года, то есть через шесть дней после моего убийства. — Вовка вздохнул. Говорить нейтральным голосом он не умел, но приходилось. Отчего-то Марта хотела послушать эту историю именно в такой стезе — отстранённой, будто не с ними это и было. Владимир вытер нос рукавом курточки, время от времени предаваясь привычке из земной жизни, когда у него ещё были и сопли, и слёзы. — Папа, ой. То есть Лукас Лоуренс, — Владимир похлопал глазками, глядя на то как бабушка вздыхает, похоже смирившись, что внук будет болтать в своей шутливой манере. — Помогал ей. Они вместе придумали закон о Полукровках. — Мальчик посмотрел на свои руки, виновато опустив глаза вниз. — Я говорил маме, — поднял он взор на Марту. — Что это неправильно. Они не виноваты. Тем более, — снова улыбался он. — Братик тоже полукровка. — Ровно так же как и ты, — прошептала себе под нос женщина, надеясь, что Владимир не услышал её комментария. — Нет, — смеялся внук. — Я — чистокровный, — он гордо поднял голову, не сводя с лица улыбки до ушей. Вовка кашлянул и продолжил. — Братик познакомился с девочкой, — губы Марты дёрнулись. Всё-таки такая манера разговора ей нравилась куда больше. — Они поженились. А… — Вовка поднял вверх указательный палец, будто вспомнив что-то очень важное. — Эйвери ещё Гошеньке понравилась. Но она выбрала Денниску, — пожал призрак плечами. — У них родились дочка и два сыночка. — Вовка смотрел куда-то в сторону. — У мамы и папы тоже, — засветился малыш, ловя на себе счастливый, а главное, довольный взгляд бабушки. — Линнет, Данила и Билли, — как-то с грустью произнёс он имена братьев. Вовка снова шмыгнул носом. — Даня связался с плохой компанией. Дяденька Смитт научил его плохому, и братик предал маму и папу. Вовка вздохнул, глядя в пол. Марта грустно покачала головой, обернулась назад, заметив сидящих позади них младших в семье её дочери и зятя. — Мама и папа совершили очень плохой поступок, — говорил Вовка, глядя на то, как его нога бьёт камень колодца. — Мама сказала Деннису сделать это. А он тоже сделал, — мальчик запутался в своих мыслях, и любящая бабушка пришла на помощь. — Расскажи лучше про Георгия, — женщина сложила руки на груди, покачиваясь при порывах солнечного ветра. — Гоша? — поднял глаза на Марту внук. — Он к тётенькам ходит. Денюжку им платит, а они… — Владимир замолчал, прикладывая пальчик к губам. — Удовлетворяют его физиологические потребности, — Вовка многозначительно поднял указательный пальчик над своей головой. — Одна даже подарила сыночка. Эдуард, правда, живёт с мамой и папой, ой, — качающаяся нога замерла в воздухе. — То есть с бабушкой и дедушкой. Вовка снова потерялся. — Линнет, — направила его бабушка. — Сестрёнка познакомилась с мальчиком, — Марта усмехнулась, но не зло, а по-доброму, поражаясь наивности мальчугана. Хотя, как могло быть иначе, если Вовку убили, когда ему было всего четыре года. — У них родился сыночек, правда его тоже убили. — Поясни, — требует женщина. — Что? — удивляется Владимир. — Линнет назвала сына в честь меня, — с гордостью заключил он, улыбаясь до ушей. — А мужа её убили за долги. Эх, — Вовка снова бьёт ногой камень. — Теперь Линнет пьёт, — он сомкнул губки, пожимая плечами, даже не зная, что можно сделать с такой сестрой. — А Гоша? — Курит, — с отвращением говорит Вовка. — И не как папа, — он сморщился и брезгливо сплюнул. — Гадость деревянную, — Вовка показал язык. — Вернёмся к Дане, — Марта снова обернулась на младших. Те делали вид, что не слушают. — А что? — снова пожимает плечами Владимир. — У него тоже родился сынок. Только он его не увидел. — Угу, — с большим сомнением протягивает Марта, хмуря брови. — Ну и что? — выпалил мальчик. — Я тоже маму навещал, — он обиженно отвернулся от бабушки, сложив руки на груди, полностью скопировав её позу. — Хорошо, — смирилась Марта, не видя смысла ругаться с внуком, для этого у неё был муж. — А Билли. — Он всегда ходил за Даней, — чуть повернувшись в сторону фантома, произнёс Вовка. — Вот и… — он кивнул головой на братьев. Марта печально на них взглянула. — Мама и папа плохие, — заключил Вова, вынудив женщину посмотреть на него с застывшим в глазах вопросом. — Я даже забрал у мамы Ангельскую пыль. — Вовка встрепенулся, но позу не поменял. — А братики, а сестра? — мягко интересовалась Марта, поражённая таким откровением со стороны внука. — Они… — тянул Вовка, думая над ответом. — Не лучше, — он вздохнул, прижался всем телом к Марте, присевшей возле него, и опустил голову женщине на колени. — Не бойся, — молвила призрак, гладя внука по голубеньким волосам. — Всё встанет на свои места. — Мы им в этом поможем, — твёрдо, слишком по-взрослому, сказал Владимир, так тая от ласки бабушки. Брат подмигнул младшим братикам, те согласно закивали.