Глава 6: «Уроки выживания»

Утро в медпункте началось тихо, но почти сразу наполнилось звуками: скрипом металлических столов, звоном склянок с лекарствами и тихими шагами глейдеров. Я успела обработать несколько порезов и наложить повязки еще до того, как потянулись остальные. Некоторые из ребят были спокойны, общение шло легко. Можно было даже переброситься шуткой — и смех тут же разбавлял стерильную атмосферу. Другие же… раздражали своими бесконечными вопросами или излишним глазением. С такими я отвечала коротко и сухо, едва сдерживаясь, чтобы не закатить глаза. Усталость смешивалась с легким напряжением: любая ошибка здесь могла стать роковой. — Лили, глянь на мою руку! — раздался знакомый голос. — Хорошо, показывай. Только держи открытой, чтобы я могла нормально обработать, — сказала я, стараясь сосредоточиться и не отвлекаться на мелкие комментарии. Один из парней пытался расспросить меня обо всем подряд, но я лишь кратко отсекала вопросы, сохраняя дистанцию. Сегодня мне было не до пустых разговоров. Пока я перевязывала руку очередному глейдеру, мое внимание привлек новый посетитель — высокий парень с кудрявыми темными волосами и свежим запахом земли на руках. Он двигался тихо, но уверенно, внимательно наблюдая за происходящим. Его глаза были темными и задумчивыми — не грустными, скорее наблюдательными. Я узнала его сразу — один из садоводов, я часто видела его на плантациях. Парень подошел ближе и осторожно поднял руку. Я заметила глубокую царапину и синяк на запястье. — Привет, — начала я, еще не зная его имени. — Постой спокойно, мне нужно это обработать. Он кивнул, промолчав, лишь чуть наклонил голову и скромно улыбнулся. Мне показалось, что эта скромность была его естественной чертой, а не результатом неуверенности. — Я Тайлер, — наконец произнес он. — Руки не из того места растут… в общем, нужна помощь. Со мной такое часто, — он хмыкнул. — Ладно, — ответила я, доставая бинт и перекись. — Будет щипать, но это быстро. Пока я возилась с раной, он молча наблюдал за моими действиями. Когда его взгляд случайно коснулся моей руки, я почувствовала легкое тепло, пробежавшее от плеча к пальцам. — Вчера… — начал Тайлер осторожно, — видел, как ты помогала Брэндону. Это было… невероятно. Не только то, как ты все делала, а как быстро и уверенно ты приняла решение. Я замерла на секунду, взгляд затуманился. Вчерашний день всплыл в голове мгновенно — момент, когда я думала, что просто следую интуиции, но на деле все выглядело так, будто я знала, как действовать. — Это… просто опыт, — сказала я, уходя от прямого ответа. — Наверное, внутреннее чутье. Тайлер наклонил голову, словно сомневаясь, но настаивать не стал. — Знаешь, был такой миг… будто ты вспомнила что-то. Сказала, что помнишь. Я почувствовала легкий холодок по спине и напряглась, стараясь сохранить контроль над лицом и голосом. — Возможно, — ответила я тихо и туманно. — Просто интуиция, я же говорю. Закончив перевязку, я проверила, надежно ли держится бинт, и подняла на него глаза. Все это время он изучал меня взглядом. — Все готово. Постарайся не повредить снова, — проговорила я, отпуская его руку. Мне стало не по себе, и хотелось, чтобы он поскорее ушел. Тайлер кивнул, тихо улыбнулся и наконец вышел, осторожно придерживая запястье. Я осталась на месте, глядя в пустую стену напротив. Мысли невольно возвращались ко вчерашней сцене. Я уже решила: никого об этом спрашивать не буду. Пока эта память останется моей — личной, тихой, запертой внутри. От лица Ньюта Ньюти сидел у стены, прижавшись спиной к теплой деревянной доске, и наблюдал, как строители тащат тяжелые бревна к южному краю Глейда. Солнце поднялось высоко, воздух наполнился запахом пыли, зелени и пота — привычное утро в их мире. Минхо подошел с флягой воды и сел рядом. — Ты сегодня снова встал раньше всех, — сказал он, сделав глоток. — Не спалось, — коротко бросил Ньют. Его взгляд скользнул к медпункту. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносился голос Лили. — Она работает с самого утра. — Неудивительно, — отозвался Минхо. — Эта девчонка упряма как осел. И, похоже, терпеть не может, когда ей помогают. — Может быть, — Ньют задумчиво почесал затылок. — Но я вижу, как некоторые на нее смотрят. Не нравится мне это, Минхо. Тот фыркнул, поставил флягу на землю и скрестил руки на груди. — Ты про тех строителей, да? Или про парней из садов? Придурки пялятся на нее, как на кусок мяса. — Про всех, кто забывает, что она такая же глейдерша, как и мы. Она не развлечение и не добыча. Минхо хмыкнул, но не насмешливо, а скорее с пониманием. — Согласен. Но, слушай, Лили не из тех, кого можно просто напугать или прижать к стенке. Вспомни хотя бы ее поединок с Галли или споры с остальными. У нее есть характер, чувак. Ньют едва заметно улыбнулся. — Да, характер есть. Но дурная смелость часто идет с ним в комплекте. Она еще не понимает, что Глейд может быть опасен даже без Лабиринта. — Ну, для этого мы и здесь, верно? — Минхо посмотрел на него серьезно. — Ты, я, Алби. Мы можем за ней приглядывать, но не как за ребенком. — Я и не говорю, что она ребенок, — вздохнул Ньют. — Просто… мне не хочется, чтобы она прошла через то же, через что прошли мы. Какое-то время они сидели молча. Ветер трепал листву, где-то неподалеку кто-то ругался из-за растоптанных грядок. Минхо поднялся и размял плечи. — Может, я начну с ней немного тренироваться. Легкая подготовка, знаешь — выносливость, реакция. Не как бегуна, но чтобы могла защитить себя, если что. Ньют кивнул. — Это хорошая идея. Но только если она сама согласится. Лили не из тех, кого можно заставить. — Я знаю, — с улыбкой ответил Минхо. — Но думаю, ей понравится. У нее в глазах есть что-то такое… как у тех, кто не боится пробовать. — Может быть, — тихо произнес Ньют, глядя в сторону медпункта. — Только бы она не потеряла то, что в ней есть. Эту веру, которая еще не погасла. Минхо слегка толкнул его локтем. — Ты слишком за нее переживаешь, друг. — Может быть, — ответил Ньют с едва заметной улыбкой. — Но кто-то должен. Она того стоит. — В точку, — куратор щелкнул пальцами, указывая на блондина, словно подчеркивая его слова. От лица Лили Я расставляла флаконы с настойками на верхней полке — ровно, по цветам, чтобы не путаться, когда кто-то прибежит с ранением. Воздух в медпункте был пропитан запахами трав, спирта и пыли. Я уже привыкла к этому запаху — резкому, но чистому. Запаху жизни. Вдруг мир вокруг слегка поплыл. Голова закружилась, и перед глазами на мгновение потемнело. Я оперлась о стол, глубоко вдыхая. — Только не сейчас… — прошептала я. Подойдя к умывальнику, я открыла воду. Холодная струя потекла по пальцам, затем по лицу. Капли скатились на шею, оставляя морозный след. Я подняла взгляд на зеркало — и мир вокруг изменился. Медпункт исчез. Передо мной стояли они. …Она — я, только младше — сидит на полу на старом потрепанном одеяле. Рядом Кассандра, сморщив носик, внимательно рассматривает коробку с лекарствами. А напротив — Уильям. Ему лет одиннадцать, он держит в руках лоскут ткани, испачканный кровью. — Это больно, — хмурится он, сжимая руку. — Не ной, — отвечает Кассандра, но в голосе слышится забота. Она берет бутылочку, на которой детским почерком написано «Спирт». — Нужно обработать, иначе занесешь инфекцию. Маленькая Лили сидит рядом, глядя огромными внимательными глазами. — А если будет болеть? — Потерпит, — говорит она сама, протягивая бинт. Ее руки дрожат, но она настойчиво перевязывает Уильяму палец. — Нужно же кому-то это сделать. — Пока они не вернулись. А то еще накажут, — тихо проговорила Лили. Голоса стихли. Картина дрогнула, словно сквозь толщу воды, и растворилась. …Я стою в медпункте, глядя в собственное отражение. Пальцы все еще мелко дрожат, дыхание неровное. — Что это было… — прошептала я. Я коснулась зеркала кончиками пальцев, но оно отразило лишь меня — измотанную, запутавшуюся, одинокую. От стены послышался легкий скрип — кто-то проходил мимо. Я быстро опустила руку и вернулась к столу. Нужно работать. Просто работать. Дверь резко распахнулась, и я едва не выронила настойку. В комнату ввалились Джефф и Клинт — оба выглядели так, будто только что вернулись с очередной разборки на кухне. — Лили? — Джефф сразу заметил меня у умывальника. — Ты бледная как смерть. Что случилось? — Я в порядке, — отмахнулась я, быстро вытирая лицо полотенцем. — Просто голова немного закружилась. Переработала, наверное. Он глянул скептически, но промолчал. Клинт начал проверять запасы лекарств в шкафу. Я сделала вид, что занята делом, хотя в груди неприятно кололо от воспоминания. Маленькие лица, кровь, запах спирта… нет, не сейчас. Только я собралась прибрать столик, как дверь снова открылась — на этот раз с громким стуком. — А вот и новоиспеченная Медачка! — уверенно прозвучало от порога. Я вздохнула, даже не оборачиваясь. — И что тебе нужно, Минхо? — Мне? — его голос был слишком веселым для утра. — Да ничего особенного. Просто — ты идешь со мной. — Что? — я наконец подняла голову. Минхо стоял, прислонившись к косяку, с этой своей вечной самоуверенной полуулыбкой. — Никуда я не иду. — О, идешь. — Он проигнорировал возражения, подошел и бесцеремонно взял меня за локоть. — Прямо сейчас. — Эй! — я вырвалась, но он сжал руку крепче. — Ты серьезно? У меня работа! — Ты правда думаешь, что Джефф и Клинт не справятся без тебя пару часов? — бросил он через плечо, увлекая меня к выходу. — Они как-то выживали здесь до твоего прибытия. — Ты не понимаешь, — я попыталась затормозить, но он продолжал идти так, будто я была легкой сумкой. — Отпусти, Минхо! — Отпущу, когда приведу куда надо, — отозвался он с усмешкой. — Колючка. Джефф поднял бровь, Клинт фыркнул, и я услышала, как кто-то из них тихо усмехнулся: — Удачи, Лили! — Вы все ненормальные, — пробормотала я, выходя за порог. Солнце било в глаза, пока он буквально тащил меня по тропе между постройками. Трава под ногами еще была влажной от росы. — Куда ты меня тащишь? — я снова уперлась. — Если это твоя идея развлечения, то скажу сразу — не смешно. — Это не развлечение. — Его голос стал серьезнее. — Это тренировка. — Тренировка? — я посмотрела на него с недоверием. — Что за бред? Решил устроить мне пробежку? — Не пробежку. — Он улыбнулся уголком губ. — Полноценную тренировку. — Ты серьезно? — Абсолютно. — Он кивнул в сторону леса. — Пошли. Я выдохнула, глядя на раскачивающиеся деревья. Еще минуту назад я стояла среди лекарственных средств, а теперь иду в лес с этим самоуверенным идиотом. — И что, теперь ты мой тренер? — буркнула я. — Ага. И не благодари. — Да я и не собиралась. Он рассмеялся. По-настоящему, громко, так что я даже невольно улыбнулась. Он наконец отпустил мою руку, но продолжил идти вперед, уверенный, что я последую за ним. И, конечно, я пошла. Дорога вела вглубь леса. Воздух стал прохладнее, запахло деревом и влажной листвой. Мое сердце забилось сильнее — не от усталости, а от какого-то странного предчувствия. — А если я откажусь? — Тогда останешься «девочкой-медачкой», которая падает в обморок от усталости. И все будут считать тебя слабачкой. Его слова задели. Прямо, больно, в самое самолюбие. — Я не слабачка. — Вот и докажи, — сказал он, и в его голосе впервые не было насмешки. — Потому что в Глейде не выживают те, кто только лечит и помогает другим. Мы остановились на поляне. Минхо поднял руки, словно готовясь к бою, и улыбнулся: — Итак, Лили. Сначала база: стойка. Ноги чуть шире плеч, колени слегка согнуты, спина прямая. Дыхание ровное. Не выгляди как соплячка, когда я нанесу первый легкий удар. Я уперла руки в бока, подняв бровь. — Соплячка? Серьезно, Минхо, ты всегда так «вежливо» начинаешь занятия? — Ну, мы же не на чай пришли. Давай, покажи, на что способна. Я хитро улыбнулась и подалась вперед. Он кивнул, довольный, и шагнул навстречу. Его движения были быстрыми и плавными — почти как танец, но с четким силовым акцентом. — Проверка реакции! — крикнул он и без предупреждения сделал выпад. Я уклонилась, сердце застучало чаще. Сначала неуклюже, но постепенно я поймала ритм. Дыхание — ровно, колени пружинят, глаза следят за противником. — Неплохо, — улыбнулся Минхо. — Но держи руки ближе к лицу, если не хочешь получить «сюрприз» в нос. Мы начали серию ударов и уклонений. Я прокручивала каждый маневр в голове: как бить эффективно, как держать плечи, чтобы не повредить суставы. Минхо не переставал подкалывать: — Осторожно, Лили! Не хочу, чтобы ты плюхнулась в траву и выглядела еще хуже, чем вчера. Я ответила, едва улыбаясь: — Какое счастье, что ответственность за это несешь ты. Каждый выпад заставлял мышцы напрягаться, а разум — концентрироваться. Адреналин вытеснил те детские воспоминания. Минхо иногда нарочно поддавался, чтобы проверить, не потеряю ли я баланс от ложной уверенности. — Теперь блоки, — сказал он после короткой передышки. — Нет времени раздумывать, когда тебе целятся в физиономию. Движение — отбитие, без заминки. Глянь. Он подошел ближе и показал, как правильно выводить руку для блока, используя энергию противника. Затем показал, как входить в контакт: шаг навстречу, поворот на носке, захват руки, колено в корпус. Он не давал мне делать «красивые» движения — только точные. — Не бей, чтобы доказать что-то. Бей, чтобы остановить, — сказал он тихо. Эта фраза прозвучала важнее всех его шуток. Потом была выносливость. Он заставлял меня прыгать, крутиться и отжиматься в таком темпе, что дыхание превратилось в бешеный ритм барабана. «Когда горишь, не дыши хаотично. Вдох — четко, выдох — длинно. Контроль», — советовал он. — Ты просто боишься, что я стану лучше тебя через неделю, — бросила я, вытирая пот со лба. — Я не боюсь конкуренции. Я боюсь твоего настроения, когда ты выиграешь. Но это будет весело. В конце тренировки он усадил меня на корень дерева. В теле была усталость, но не пустое изнеможение, а странная наполненность. — Вот видишь? — прошептал Минхо, садясь рядом. — Ты умеешь действовать. И это хорошо. Я вытерла лицо рукавом. Ко мне пришло ощущение, что я больше не боюсь. Не потому, что хочу драться, а потому, что теперь знаю, как не дать причинить себе вред. — Спасибо, — сказала я тихо. Минхо кивнул и дружески толкнул меня в плечо. — Хорошо держалась, колючка. Теперь иди занимайся своими делами. Но помни: когда всё летит к чертям, одни бинты не помогут. Я улыбнулась — на этот раз по-настоящему. Это была маленькая победа. — И кстати, — азиат поднял бутылку воды и бросил мне. — Следующая тренировка через неделю. Постарайся не забыть всё, чему научилась сегодня. Он подмигнул и зашагал обратно к Глейду. Я смотрела ему вслед, чувствуя непривычный покой. Мышцы горели, но в голове было ясно. Вдруг что-то мелькнуло в траве. Я наклонилась и увидела маленький красный огонек. Жук-стукач. Холодная капля страха скатилась по спине. Эти существа всегда напоминали о Создателях — о том, что за нами постоянно наблюдают и контролируют каждый шаг. Я замерла, глядя на него. Странный контраст: с одной стороны — свобода леса и азарт тренировки, с другой — этот вечный, немигающий взгляд. Жук медленно пополз по стеблю, мигая своим красным глазом. Напоминание: всё, что ты делаешь, — видно. Но я всё еще здесь. И пока это моя сцена, мое тело и моя сила. Я отвела взгляд от жука, поднялась и пошла назад к Глейду.