Бесчисленные Письма

Дни шли быстро. В то время как на улице расцветало всё больше цветов, а сама погода не переставала радовать теплом, два молодых мужчины обзавелись "дружбой", отправляя друг другу письма практически каждый день. В них не содержалось какой-то особо важной информации, однако что-то всё же не давало покоя чиновнику из дворца. Абсолютно в каждом письме было что-то такое, что ставило его в неудобное положение. То какой-то вопрос, то фраза непременно содержала в себе то, что вводило в Джинши в замешательство. Например, недавно Ви Пу Ан написал так: "Знаете, я тоже хотел бы иметь объект обожания. И даже больше того, я был бы премного благодарен судьбе, если бы этот объект был похож на госпожу Мао." Каждый раз он нарочито вспоминал о травнице, причём порой даже не в тему. Так же он любил акцентировать внимание на том, что из-за всего одного разговора с Мао Мао он теперь многое знает о медицине, хотя какого-то внятного примера он так и не привёл. Вообще, по-началу мужчина горел перепиской и старался писать как можно больше, однако вскоре он остыл и начал отвечать от балды. Возможно, это так же связано и со всеми теми странностями, на которые юный владыка начал обращать внимание. Всё это было максимально глупо и странно, причём настолько, что в какой-то момент мужчина не выдержал и решил напрямую спросить. Однако не у Ви Пу Ана, а у травницы. Не смотря на то, что переписка была не с ней, складывалось такое ощущение, что она может что-то знать, поэтому в один из дней он просто вызвал её к себе. — Кмм, ты же помнишь нашу недавнюю поездку? - потихоньку начал мужчина, откидываясь на спинку стула. — Глупый вопрос. Конечно помню, - раздражённо проговорила девушка, стоящая напротив. - Давайте ближе к делу. — Хорошо. В общем, я тут веду переписку с тем мужчиной, с которым ты беседовала в тот вечер... — С господином Ви Пу Аном. Я помню его имя. — Да, именно с ним. Он как-то подозрительно часто упоминает тебя. — А, так ясное дело. Мне он тоже пишет, - лицо мужчины напротив искривилось в невнятном выражение лица, которое было просто невозможно понять. - Будьте спокойны, я экономлю бумагу, так что на три его письма приходится одно моё, — Вот, значит, как... О чем пишет? — Да о всяком. Интересуется рецептами лекарств, дворцовой жизнью. Бывает ещё спрашивает, как у меня дела. — А ты ему чем отвечаешь? - юный владыка выставил руку и опёрся на неё подбородком, пытаясь максимально сдержано задавать вопросы и так же реагировать на ответы. Все свои фразы он даже не говорил, а скорее процеживал сквозь зубы, выражая полное недовольство. — Да просто пишу то, о чем он спрашивал. Было бы у меня больше бумаги, я бы писала гораздо больше. — О, да вы прям-таки друзья. — Не думаю, что это можно назвать таким образом. — А как же тогда? — Даже не знаю. Я не совсем разбираюсь в классификациях отношений в светском обществе, но мы, наверно, достаточно близки. Всё таки мне надо встретится с ним ещё раз и поговорить, чтобы точно всё понять. — Я тебя понял. Можешь идти, - мужчина выпрямился и, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, крикнул. - Гаошунь, можешь возвращаться, - на время беседы он попросил слугу выйти на улицу, чтобы тот не услышал разговор. Разумеется, об инциденте на свадьбе и Ви Пу Ане он ничего не знает. Девушка встала и поклонилась, а после вышла. Джинши проводил её взглядом до самой двери, однако сказать что-то вслед не решился. Дверь перед травницей открыл пожилой слуга, что стоял за ней, а после сам проскользнул внутрь помещения. Возможно, он что-то не так понимает, но все признаки указывают на то, что его конкретно надули. Этот урод несколько недель притворялся добросовестным другом, а по сути своей подкатывал к Мао Мао. А сама Мао Мао... Как она вообще могла с ним общаться? Он совсем не ровня ей в знаниям, темпераменты их не сходятся, да и вообще, это всё так не логично, что кажется, будто это глупый сон. А чего только стоит последняя фраза! "Я не разбираюсь в классификациях отношений в светском обществе, но мы, наверно, достаточно близки. Всё таки мне надо встретится с ним ещё раз и поговорить." Неужели она его любит? Неужели этот Ви Пу Ан смог завоевать неприступное сердце травницы всего за несколько недель? Конечно, сама Мао Мао пробралась в сердце служащего дворца в считанные дни, но кто он, а кто она. Есть ли вообще у всего этого логическое объяснение? Что нужно делать в таких ситуациях? Просто молча смотреть как твою любовь уводит какой-то мужик вообще из другого региона? Нет, так не пойдёт. Так или иначе, Ви Пу Ан переступил черту - в конце концов, он обещал не общаться с травницей -, а этого уже достаточно, чтобы начать вести войну. Конечно, он не может мобилизовать войска и пойти к нему - да и это уже слишком -, но поквитаться с ним лично он вполне может. И тут даже речь не о каком-то заумном плане, по итогу которого его регион будет разорён, а сам он будет вынужден оставить своё поместье и начать жить в роли бездомного. Ведь как бы не хотел того Джинши, он всё ещё брат императора, и в его интересах больше развитие страны, чем её разруха. Однако ему никто не мешает устроить дуэль с Ви Пу Аном, ибо ранение или смерть всего одного чиновника не произведёт какой-то глобальной катастрофы. Возможно, он перегибает палку, но а что с того? За всё время молодой чиновник 4 раза попросил мужчину отстать от травницы, и всё эти 4 раза Ви Пу Ан плевал на это и упорно продолжал с ней общаться, только уже в тайне от него. Да он даже притворялся его другом! Такое надувательство не прощается, а потому дуэли быть, хочет того тот упырь или нет. Злость переполняла мужчину и, не в силах дальше просто сидеть и ругаться на всех в мыслях, он встал из-за стола и быстрым шагом направился к выходу. — Господин, вы куда? — К императору. — К императору!? Зачем же вам туда средь бела дня? — Личное дело. Оставайся тут, я сам со всем разберусь, - Джинши открыл дверь, и проскользнул наружу, оставляя сзади пожилого слугу, явно удивлённым его поведением. Выйдя на улицу, мужчина быстрым шагом направился к главному зданию дворца, где и находился император. Его брат сегодня был не занят, о чем он узнал ещё вчера, когда тот написал ему письмо, похваставшись фактическим выходным. Их отношения нельзя назвать прямо таки братскими из-за всех формальностей, но, тем не менее, иногда они могут даже сойти за какую-никакую, но семью. Сейчас Джинши от него не нужного много: лишь разрешение на выезд из дворца. Отказать он ему вряд ли сможет, а потому дело не займет и десяти минут. Весь только что придуманный план чиновника состоит из того, что после получения разрешения на выезд из дворца мужчина напишет письмо Ви Пу Ану, где открыто вызовет на поединок. Цель на это сражение у мужчины одна: отстоять свою честь и любовь, которую его противник так активно пытается забрать себе. Конечно, можно здраво рассудить, что вообще-то Мао Мао не козочка, чтобы её кто-то мог увести, но, тем не менее, он просто лезет к той, кто нравится ему, причём об этом он знал. Проговаривая раз за разом свои претензии про себя, мужчина шёл по улицам дворца, а после и по самому главному зданию, развивая за собой своё одеяние. До комнаты правителя было идти не долго, разве что приходилось петлять по различным коридорам. Наконец, попав в покои императора, Джинши постучал по косяку двери, чтобы на него обратили внимание, а сам шагнул вперёд. — Доброе утро, - лучезарно произнёс мужчина в глубине комнаты. Он сидел на полу за маленьким столом, попивая чай. - или уже стоит говорить добрый день? Я не слежу за временем. — Скорее, "добрый день". Уже около двенадцати. — Ах, вот как. Просто обычно ты приходишь либо утром, либо вечером. Зачем же я тебе сейчас? — Пожалуйста, дай мне разрешение на выезд. Мне нужно быть вне дворца через два дня. — Что-то важное? — Да, я быстро всё улажу. Мне нужен один день. — В таком случае, нет причин отказывать, - мужчина поднялся на ноги и подошёл ближе к брату. - А теперь иди. Я хочу навестить дочку. Все нужные бумаги я подпишу. — Большое спасибо. Оба мужчины одновременно вышли из комнаты, однако Джинши практически сразу ускорился, не желая вступать в ещё один разговор. Он пришёл сюда совсем не с братом беседовать, а лишь ради разрешения. До своего кабинета юный владыка практики бежал, а по приходу тут же взялся за перо и начал выписывать слово за словом.       "Господину Ви Пу Ану, От господина Джинши. Спешу вам сообщить о том, что я узнал о вашей "двойной игре". По правде говоря, я разочарован. Вновь терпеть ваше наплевательство я не хочу, а потому я вынужден вызвать вас на дуэль, хотите вы того, или нет. 10 мая в 8 утра у реки Хуанхэ со стороны старого заброшенного поместья. Надеюсь, вы не струсите и хотя бы сейчас поведёте себя как достойный человек.                   8 мая             Господин Джинши." Закончив одно письмо, молодой чиновник тут же приступил к следующему, только вот второе было предназначено для его брата, чтобы предупредить недопонимания.       "Чиновник Джинши, Для его величества Императора О "б", какая ирония... Я был рядом с ней всегда и отдавал ей всё, что у меня есть, а сейчас она желает общаться с ним. Как так случилось, что она влюбилась в этого Ви Пу Ана? Это связь порочной добродетели, и я не должен допустить того, чтобы они были вместе. Я написал ему письмо, и я убью его. Нет, пожалуй, лишь раню. Если это закончится плохо, молю, будь на моей стороне. Если это станет моей главной ошибкой, то пусть так и будет. Прошу, позволь мне лишь одно: увидеть её после всего того, что произойдёт.                         8 мая             Господин Джинши." В личных письмах к императору нельзя было обращаться к нему так, как мужчина обращался к нему наедине, но, пожалуй, сокращение "б" не должно вызвать проблем. Упаковав оба письма в конверты, молодой чиновник отдал их Гаошуню, с просьбой отправить одно из них прямо сейчас, а второе отправить тогда, когда он уедет. Когда пожилой слуга вышел из комнаты, Джинши откинулся на спинку стула и шумно выдохнул. Дальше остаётся лишь ждать. Ждать того дня, когда он раскивитается с Ви Пу Аном, возможно, раз и навсегда.