Le Duel

Колёса небольшой повозки стучали по камням, как бы отбивая время до начала скорого поединка. В этой самой повозке сидел никто иной, как молодой чиновник, служащий дворца, юный владыка или же, обобщая всё это - господин Джинши. Недавно он вызвал на дуэль человека, которого ненавидел и ненавидит всей душой. Ви Пу Ан - самый двуличный человек из всех, кого он когда-либо знал. Но сейчас это не важно. Всего через несколько часов решится абсолютно всё: кто останется правым, кто проигравшим; кто будет дальше стараться завоевать внимание Мао Мао, а кто сгинет и прекратит все попытки связаться с девушкой и, в конце концов, кто найдёт свой конец у великой китайской реки, а кто продолжит проживать свою жизнь. Страшно ли было мужчине в повозке? Невероятно страшно. Тогда, когда он организовал это "мероприятие", в его голову совсем не приходили мысли о том, что и он в итоге может оказаться раненым или даже мертвым. Всё это наводило невероятный страх, но сделать с этим было нечего: отступать нельзя. Конечно, чисто с логической точки зрения он вполне может попросить развернуть повозку и вернуться домой, однако на деле это было невозможно. Всё, что он сделал до этого, привело к этому мгновению, в которое его брат - император огромной страны - узнал о том, что его младший на всех парах мчится драться за свою любовь. Кажется, он может расценить это как позор. Но разве это важно? Сейчас дело касается лишь его, а с остальным Джинши разберётся по возвращению, или же разбираться и вовсе не придётся. Впереди уже виднелось массивное здание, около которого и должно всё решится. А значит, пора прекращать копаться в сознании и хотя бы на время подумать о чём-то отвлечённым. Может, вспомнить все милые моменты с травницей в голове или прокрутить ещё раз дела, оставленные на завтра. Без разницы, главное думать не о дуэли. Думать не о смерти. Возможно, большую роль сейчас играло самовнушение, но с каждой секундой молодому мужчине всё больше казалось, что ему в спину буквально дышит смерть. Вот она, совсем рядом! Ещё чуть-чуть вперёд проехать, потом налево, потом, может ещё немного вправо, к реке. И вот она! Неважно: это существо в капюшоне с большой косой, скелет или вообще просто клинок, которой вонзится ему в грудь - всё, чем бы она не была, наводила дикий ужас. Оставшиеся минуты до окончания пути молодой мужчина провёл в попытке выровнять дыхание после очередного приступа паники, что, к слову, не особо вышло. Из повозки он вышел на ватных ногах, тревожно озираясь по сторонам. К счастью, Ви Пу Ан принял вызов и уже даже был на месте. Однако всё было не так просто: вместе с собой он притащил ещё кучу непонятного народу, который, по видимому, будет "свидетелем". По правилам дуэлей это не возбраняется, но с точки зрения чести это был самый низкий поступок. Усмиряя в себе злость и страх, юный владыка подошёл к своему сопернику и поклонился, пытаясь соблюдать правила. Тот поклонился в ответ и криво улыбнулся. — Доброе утро, господин Джинши. Как вы? Выспались сегодня? — Я отлично, бодрячком. А вы как? Готовы к поединку? — Ох, я тоже себя хорошо чувствую. Спасибо, что спросили. По правде говоря, я не привык просыпаться так рано, но раз уж меня вызвал на дуэль такой человек как вы, то я готов и встать пораньше, - мужчина говорил максимально непринуждённо, вызывая очередную волну бешенства у чиновника из дворца. Из-за расслабленного состояния его оппонента казалось, что именно он сегодня выйдет проигравшим, чего ни в коем случае нельзя допустить. — Что ж, в таком случае, предлагаю не тянуть и начать прямо сейчас. — Как вам угодно. Услышав последние слова дуэлянтов, люди вокруг начали отходить назад к заброшенному дому, не желая попасть под удар. В итоге все собравшиеся выстроились практически по линейке вдоль здания. Мужчины в своё время совсем не интересовались тем, что происходит рядом с ними. Как только секунданты оказались на месте, они начали расходятся. Условием было отойти на три шага от установленного центра и после сигнала начать атаку. Секундантом Ви Пу Ана стал парень лет 17 на вид. По его виду было понятно, что он никакой не солдат, а обычный слуга. Его глаза бегали от человека к человеку, пока сам он дрожал то ли от пронизывающего холодом ветра, то ли от страха. У Джинши же секундантом был Рихаку - единственный человек во дворце, кто подходил на роль его сопровождающего сегодня. В общем-то, сегодня он стал абсолютно всем для мужчины: секундантом, кучером, слугой, охранником. Для того, чтобы тот беспрекословно следовал за ним, следовало лишь предложить ему несколько золотых монет, что было совсем не сложным для брата императора. Итак, нужное расстояние было пройдено, соперники обернулись лицом друг к другу, клинки были вытащены из ножн и... Выстрел шашки. Мужчина с длинными волосами выставил руки над головой, располагая меч перед собой и ринулся вперёд, готовясь нанести или отразить чужую атаку. Его оппонент так же двинулся вперёд размахивая мечом. По его движениям было ясно, что он совсем не приспособлен к битвам. Разница между силами мужчин была так очевидна, что все те, кто пришёл голосовать за Ви Пу Ана, практически сразу начали кричать, чтобы они всё закончили. Ага, прямо так они всё и свернули. Всех бастующих вмиг успокоил Рикаху, прикрикнув на толпу. Джинши не разобрал, что именно тот сказал, но, вероятно, что-то не особо цензурное. В это же время продолжался бой. Короткостриженный мужчина уступал во всём чиновнику из дворца, однако всё ещё пытался держаться и защищаться, пока на это ещё есть силы. В очередной раз отлетев на некоторое расстояние, он кое-как встал на ноги и, опустив клинок лезвием к земле, начал говорить. — Так за что, господин Джинши, мы всё таки сражаемся? - удивлённый возглас и последующий шёпот толпы сопроводил его слова. - Я правда так и не понял. Мы ведь с вами друзья, разве не так? — Нет, не друзья. Мы сражаемся за честь. Зачем вы соглашались, если не знали, куда и по какой причине шли? — Как же! Разве я мог отказаться? Это было бы максимально неуважительно по отношению к вам. — А остальное из того, что вы творили, было сделано с превеликим уважением? — Что? — Не берите в голову, - на выдохе бросил мужчина, начиная очередную атаку. Он разогнался из-за всех сил, буквально влетая в Ви Пу Ана, начав при этом непроизвольно кричать. Не какой-то возглас или слово, а просто истошно кричать, сопровождая свой выпад протяжным "Аааа". Его противник, в свою очередь, в этот раз решил не защищаться - хотя он вполне мог это сделать - и принять удар. Однако момент он выбрал весьма не удачный, так как удар Джинши пришёлся прямо по его груди, рассекая молодую кожу. Кровь мгновенно хлынула из раны, пачкая янтарную одежду чиновника. Мужчина отошёл на пару шагов назад и, поправив одежду, ринулся вперёд, быстро размахивая клинком в разные стороны. Юный владыка смог увернуться почти от всех ударов - не удалось ему увернуться лишь от одного, который прошёлся по его волосам, обрубая некоторую часть - и, когда шквал атак был окончен, он вновь встал в стойку и был уже готов снова атаковать, как тут его противник сделал несколько неуверенных шагов вперёд и упал. К нему тут же подлетел его секундант и Рихаку для того, чтобы понять, что произошло. Никто, включая Джинши, не видел, насколько глубокой вышла рана на груди. И сейчас, когда его противник лежал на сырой земле, мужчина поднял вверх свой клинок, осматривая след крови на нём. Чтож, Ви Пу Ану не жить. Клинок зашёл примерно на четверть, чего с лихвой хватило для того, чтобы повредить внутренние органы. Судя по доходящим звукам, тот начал задыхаться, и тут уже не помочь. Всё закончилось как-то слишком быстро. Причём настолько, что молодой мужчина даже не успел всё до конца осознать. Сейчас он молча стоял и смотрел на умирающего человека перед ним, не понимая, что он должен сейчас сделать. Его одновременно накрыл и страх, и счастье. Он смотрел на полуживого мужчину, местами насмехаясь про себя, а местами так, будто умирает его дорогой родственник. Вся эта буря эмоций кипела в нём до момента, пока секундант чиновника и Рикаху не поднялись и не произнесли: "Он мёртв". Вместе с этим мгновением наступила пустота. Пустота и осознание того, что он только что убил человека. Сейчас на него смотрят десятки людей, а он только и может, что молча стоять, сжимая в потных ладонях орудие убийства. Спустя какое-то время он все-таки отмер и, сделав несколько шагов в сторону своего слуги, произнёс: — Мы уезжаем. Рихаку хотел было возмутится, но всё же молча поплелся за своим господином. Да, Джинши не пришло в голову ничего лучше, чем просто уехать. Уехать и оставить всё это на кого-то другого, кем бы этот другой не был. Сев в повозку, мужчина закрыл окна шторами, не желая быть на виду. Он откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Его ноги всё ещё дрожали, а перед глазами стояла картина падающего Ви Пу Ана. Тогда он был более чем уверен в том, что тот лишь неудачно поставил ногу или что-то в этом роде. Но в итоге домой он возвращается в статусе убийцы, а оправдание его... Ревность. Он просто приревновал свою возлюбленную к другому мужчине. Но ведь они даже не вместе! Мао Мао никогда не говорила, что любит его! Причём так же, как и то, что любит Ви Пу Ана. Можно продолжать приплетать честь, но это уже становится глупым. Черт, почему он понял это только сейчас!? Сейчас, когда его клинок испачкан в крови, а перед глазами мелькает мертвец. Что он скажет во дворце? А ещё и то письмо брату... "Если это закончится плохо, молю, будь на моей стороне." Да он сам на своей стороне быть не хочет. "Если это станет моей главной ошибкой, то пусть так и будет." Главной ошибкой, главным грехом, главной болью и можно до бесконечности продолжать. Как вообще можно было назначить дуэль не разобравшись во всём до конца? "Прошу, позволь мне лишь одно: увидеть её после всего того, что произойдёт." Вот только этого не хватает. Что ей говорить? Максимум из того, что он сейчас может - это закрыться у себя в кабинете и не выходить оттуда ближайшие пять лет. Почему пять лет? Да черт его знает. Просто нужно столько времени, чтобы он сошёл с ума и потерял вообще какой-либо смысл в жизни и совершил самоубийство. Молодой чиновник судорожно перебирал все последние дни в голове, пока внезапно дверь в повозку не открылась - из-за того, что окна были закрыты, он не заметил, как они приехали во дворец. Охваченный ужасом, мужчина очень медленно вышел на улицу. Только вот находился он совсем не у своего поместья. Напротив него стоял мужчина из свиты императора, а по бокам стояли охранники, которые всем своим видом указывали на то, что у него нет шанса сбежать. Мужчина из свиты поклонился и попросил следовать за ним, после чего развернулся и пошёл в сторону приёмной императора. Джинши поплелся за ним, не понимая, что именно сейчас будет, и что именно знает его брат. Когда юный владыка зашёл в комнату, он увидел своего брата, сидящего на диване. Напротив него был ещё один диван, а по середине стол с уже разлитым по чашкам чаем. В общем, всё ровно так же, как и в приёмной молодого чиновника. Император позвал пришедшего мужчину жестом, а всех слуг, находившихся в комнате, попросил выйти. — Итак, чего ты добивался? - начал статный мужчина, когда юный владыка сел напротив. В ответ прозвучало лишь молчание. - Хорошо, зайдем по другому. Чего ты добился? — Ничего... — Славно, а мне что прикажешь делать? — Я не знаю... - в отчаянии пробормотал Джинши. Из его голоса пропал всякий звук, а потому всё, что он говорил, слышалось хрипом. — Прекрасно. Сам попросил, чтобы я был на его стороне, но при этом сам не знаешь, чем я должен тебе помочь, - император откинулся на диван, укладывая свою руку вдоль бортика. — Сколько... Сколько ты знаешь? — А сколько всего ты наделал? Если кроме публичного убийства достойного чиновника есть что-то ещё, то я уже даже не знаю, как мне реагировать. Поаплодировать что-ли. — Это всё. Но... Что мне делать? — Это ты у меня спрашиваешь? Я, как твой брат, попробую замять это дело. Хотя, судя по тому, что убийство всё же было на дуэли, так ещё и на публичной, это будет малость сложновато. А ты... Ты попробуй переосмыслить это и не выходить в свет ближайшее время. Могу твои обязанности на время на кого-то другого переложить. — Наверно, так будет правильно. Давай так, как ты сказал. — Тогда договорились, - мужчина взял со стола чашку с чаем и сделал пару глотков. - И всё таки, зачем было всё это устраивать? Мы, конечно, семья и всё такое. Но в мои обязанности, как правителя, не входило разгребание твоих проблем. — Я много себе надумал. Клянусь, никогда больше я так не поступлю. — Ну-ну, посмотрим. Хотя тут, что называется, и на этом спасибо. Иди теперь, встречайся с любимой. Она в комнате рядом с этой, - всё время до этого Джинши говорил и слушал, опустив голову в пол. Однако после последних слов брата он встрепенулся и уставился на того. — Ты серьёзно её позвал? Как ты понял, кто она? — Вот так и делай добро. Ты меня сам попросил. А о том, кто она, мне Гаошунь рассказал. — Я могу отказаться? — Нет, - улыбнувшись, произнёс император. - Должен же я тебя хоть как-то наказать. Вот иди теперь расхлебывай хотя бы это сам. — Ты уверен? — Хах, более чем. Иди, - мужчина двинул рукой с чашкой в сторону, указывая то, куда именно нужно идти его брату. - Удачи. — Спасибо... Всё так же на ватных ногах молодой чиновник пошёл к нужной комнате. Оказавшись у нужного помещения, он прислонился ухом к двери. Однако ничего дельного он так и не услышал. Была слышна лишь тишина и собственное бьющееся сердце. Кажется, идти к ней гораздо страшнее, чем идти к брату-императору. А всё потому, что он прекрасно знает, что можно ждать от брата, а от травницы... Он даже предположить не может, как именно будет проходить их беседа. Что ему говрить, как себя вести он тоже не понимал. Можно попробовать наврать о том, что Ви Пу Ан ему угрожал или что-то такое, чтобы не ударить в грязь лицом. Хотя, учитывая, что он и так уже упал ниже дна, это будет ещё большей ошибкой. Собравшись с мыслями, он отворил дверь и прошёл внутрь. Внутри его ждала Мао Мао, медленно потягивающая чай. Она была в своей привычной одежде, и даже шпилька, которую ей подарил Джинши, была на ней. Как только травница заметила только что вошедшего мужчину, она быстро поднялась на ноги и поклонилась. — Можешь не соблюдать формальности, - сходу попросил мужчина, подходя ближе. — Сколько знаешь ты? — Смотря о чем конкретно речь. Вы успели ещё что-то натворить? Я знаю лишь об убийстве... — Это всё, - перепил её молодой чиновник, не желая вновь услушышать зловещее словосочетание. - Что... Что ты теперь думаешь обо мне? — Если об этом зашла речь, то я хотела бы знать немного больше, - произнесла девушка, усаживаясь обратно на диван. По её виду можно было понять, что она не особо то и злиться или боиться его. Однако не смотря на это, было в её лице что-то такое непонятное, что и вызывало ужас у Джинши. — Я... Если говорить напрямую, то я приревновал тебя к нему, а потому вызвал на дуэль. Я не думал, что всё так обернётся! — Это, конечно, похвально. Но жизнь человека не вернуть, так ведь? Чего бы там не было, такого он не заслуживал, - травница на время замолчала, а после продолжила. - Если вы всё ещё ревнуете меня, то будьте спокойны, я не чувствую и не чувствовала к нему абсолютно ничего. — А как же то, что ты тогда говорила? — Я хотела лишь подшутить над вами. Кто ж знал, что к этому всё приведёт. — Можно кое-что спросить? Я не могу больше терпеть. — Дайте угадаю - люблю ли я вас? - реакция мужчины напротив не заставила себя ждать: он застыл с удивлением на лице. — Да. — Да я сама не знаю. — ...Как мне это понимать? — Как вам угодно. Я честно не знаю, что к вам чуствую. С одной стороны, это определенно не любовь, но с другой стороны, почему-то здесь я все таки сижу. Дружбой наши взаимотношения не назвать, так что можно сказать, что я просто к вам привязалсь. Наверно. — Я... Я рад, - проговорил Джинши, непроизвольно начиная улыбаться. Черт с этой любовью: он не безразличен Мао Мао. В его ситуации, уже от этого можно от счастья прыгать. — Даже при том, что я вас не люблю? Удивительно. А вас, я полагаю, даже спрашивать смысла нет. — Как давно ты знала о моих чувствах? — Всегда. У вас на лице всё написано, - девушка положила ногу на ногу и постучала одной рукой по дивану, приглашая совего собеседованика присесть рядом. Тот, не теряя ни секунды, тут же оказался рядом. - Ну и раз мы закончили с этим, думаю, можно вернуться к вашему фееричному поединку. Что вы теперь будете делать? — Залягу на дно, как мне император предложил. То, что я сделал, не даёт мне права выбора. — Хорошо, пусть будет так. Сейчас это один из самый логичных вариантов. — А мы? Что у нас с тобой? — Я уже сказала, что ничего такого не чувствую. Могу лишь сказать, что буду рядом. Но если вы думаете, что я пропустила всё произошедшее мимо глаз, то не думайте так. — Как скажешь, - на выдохе произнёс мужина, укладывая свою голову на чужое плечо. Травница не стала возмущаться и просто молча продолжила сидеть. Победитель забирает всё, ведь так? Он не знает, что всё таки было на уме у Ви Пу Ана, но теперь это уже и не узнать. Конечно, он не заслуживал такого конца, но всё же нужно стараться думать исключительно о себе. А сам Джинши сейчас счастлив. Пусть для этого ему пришлось сделать много всего ужасного, в конце концов он смог обрести это счастье. Ему всё ещё нужно разобраться со всем произошедшим, однако теперь он не один.