Часть 1

От автора: Давно хотела выложить этот фанфик и в общем вот. Надеюсь вам понравится Декабрь в Хогвартсе выдался на редкость суровым. Свинцовое небо давило на замковые башни, а снег шел почти не переставая, заваливая коридоры белой тишиной. Но в стенах школы было немногим светлее — мрачное предчувствие витало в воздухе, гуще, чем запах волшебных ёлок и глинтвейна. Гарри Поттер ощущал его острее всех. Осколок души Волан-де-Морта, живущий в нем, был не просто крестуркой на лбу. Он был ключом к финальной битве. И Гарри наконец-то все понял. Понял слова Дамблдора, понял смысл пророчества. Он был крестражем. И чтобы уничтожить Тёмного Лорда, ему нужно было умереть. Это знание легло на него ледяной плитой, выжигая изнутри все — страх, гнев, надежду. Осталась лишь плотная, тяжелая апатия. Он отстранился от Рона и Гермионы. Их попытки поговорить, их обеспокоенные взгляды разбивались о ледяную стену его безразличия. Он перестал ходить на тренировки по квиддичу, почти не отвечал на уроках. Он просто существовал, как призрак в собственном теле. В тот день шел особенно густой, крупный снег. Шел шестой урок, Зельяварение. Гарри сидел за своим котлом, безучастно глядя, как пузырьки в его «Зелье Жизненной Силы» лопаются один за другим. Зелье получалось мертвым, мутно-серым, как и все в его жизни. Профессор Снейп, его черная тень скользя между столами, бросил на его котел уничтожающий взгляд и язвительно процессил: —Похоже, Поттер, ваша жизненная сила иссякла вместе с последними зачатками желания учиться. Минус двадцать баллов с Гриффиндора. Обычно такие слова вызывали в Гарри вспышку ярости. Сейчас — ничего. Пустота. Он молча отодвинулся от стола, не слушая возмущенного шепота однокурсников, и вышел из класса. Даже не взглянув на Снейпа. Он не пошел в гостиную. Он просто брел по коридорам, пока не вышел к парадным дверям. Морозный воздух обжег легкие, но это было почти приятно. Единственное, что он чувствовал. На нем была только школьная мантия поверх рубашки. Он не взял ни плаща, ни палочки. Зачем? Гарри вышел на заснеженный двор. Снег хрустел под тонкими подошвами туфель, насквозь промокших за несколько шагов. Он закинул голову и смотрел, как бесчисленные белые хлопья падают на него с неба. Они таели на его очках, слепляя ресницы. Он снял очки и сунул в карман. Мир расплылся, стал мягким и неясным. Его черные, прямые, как смоль, волосы быстро покрылись изморосью. Бледная, почти фарфоровая кожа побелела от холода, губы посинели. А ему было все равно. Ноги сами понесли его к Запретному Лесу. Где-то на опушке он споткнулся о скрытый под снегом корень и упал. Упал на спину, в пушистый, нетронутый снег. И лежал. Холод проникал под одежду, цепкими когтями впивался в тело. А он смотл в небо, в бесконечную круговерть падающих снежинок. Каждая была уникальна. Каждая была обречена растаять. Как и он. «Как же тут тихо», — подумал Гарри. Никаких голосов в голове. Никаких ожиданий. Никакого долга. Просто холод и белизна. Это было куда лучше, чем притворяться живым на уроках, видеть страх в глазах друзей и чувствовать на себе тяжелый взгляд Северуса Снейпа. Мысль о Снейпе была последней, прежде чем сознание начало уплывать. Апатия сменилась странным, мирным умиротворением. Он закрыл глаза. Северус Снейп закончил урок в гнетущей тишине. Исчезновение Поттера не ускользнуло от его внимания. Сначала он решил проигнорировать это — мальчик, вероятно, убежал ныть к своим дружкам. Но какое-то смутное, неприятное ощущение гнало его из класса. Он вышел в коридор и почти сразу заметил влажные следы на каменном полу, ведущие к выходу. Без плаща? Без палочки? Идиотизм Поттера не знал границ. Снейп вышел на двор, его черные одежды резко контрастировали с ослепительной белизной. Его пронзительный взгляд сразу выхватил темное пятно на краю леса. И цепочку следов, которая к нему вела. Он двинулся туда, плащ развевался за ним, как крылья тревожной птицы. Подойдя ближе, он увидел то, от чего кровь застыла в жилах. Поттер лежал на спине, неподвижный, лицо смертельно бледное, губы синие. Снег уже заметал его очертания, словно природа сама спешила похоронить его. — Поттер! — его голос, обычно полный яда и сарказма, прозвучал резко и громко, нарушая зимнюю тишину. Никакой реакции. Снейп рухнул на колени рядом с ним, отбрасывая снег плащом. Он судорожно нашел тонкое, ледяное запястье и прижал пальцы к пульсу. Слабый, нитевидный, едва уловимый толчок. Он был жив. Пока. — Дурак! Безмозглый, неблагодарный парень! — прошипел он, сдирая с себя тяжелый плащ и накрывая им неподвижное тело Гарри. Его руки дрожали, когда он доставал палочку и произносил согревающие заклинания, одно за другим. Он приподнял Гарри, прижал к своей груди, пытаясь отдать ему хоть каплю собственного тепла. И в этот момент, впервые, он разглядел его без привычной гримасы недовольства или гнева. Бледное лицо с черными прямыми волосами, раскинувшимися по снегу, казалось удивительно беззащитным и… чужим. В нем не было ни капли Джеймса. Только отчаянная усталость и покой, с которым он так хорошо был знаком. — Ты не должен сдаваться, — тихо, почти шепотом, прошептал Снейп, в отчаянии глядя на его лицо. — Не теперь. Не так. Он поднял его на руки — тело было неестественно легким и гибким — и понес к замку, почти бегом. Снег продолжал падать, засыпая следы на опушке, где Гарри Поттер нашел несколько минут покоя, а Северус Снейп — новый, всепоглощающий ужас.