Часть 4

Честно говоря, я бы с удовольствием сама связалась со старшим Майклсоном — эта бесконечная непредсказуемость начинала действовать мне на нервы. Постоянное ожидание, кто же меня похитит следующим, сводило с ума. Но проблема была в том, что я понятия не имела, как выйти на него. Даже если Деймон или Стефан что-то слышали об Элайдже, чтобы получить их помощь, пришлось бы многое объяснять. Или — врать. А что именно и как соврать в такой ситуации, у меня не было ни малейшего представления. Я гоняла эти мысли без остановки и, как ни крути, к логичному решению не приходила. Тем временем угроза росла. Если не Кэтрин — значит, Роуз с Тревором, и, признаться, я бы предпочла вторых. Кэтрин не оставляла после себя ничего хорошего. Кэтрин же не заставила себя долго ждать. Буквально через пару дней она обратила Кэролайн и передала мне привет через неё. Пришлось снова идти к Стефану. Как бы мне ни хотелось поддержать Кэролайн, в её глазах я сейчас была больше закуска, чем подруга.  Уж лучше пусть побудет рядом с кем-то, кто её сможет сдержать, пока она не возьмёт себя в руки. Кэролайн, надо признать, отлично справлялась со своей новой сущностью. Правда, ненавидеть Деймона она теперь стала ещё больше. Воспоминания вернулись, и теперь она помнила не только, как он её бросил, но и как мучил. Раненая гордость, боль и жажда контроля — всё это всплыло наружу.  *** Из города Кэтрин никуда не делась — напротив, она периодически появлялась на людях, выдавая себя за меня, что жутко бесило. Как выяснилось от Бонни, которая продолжала поддерживать контакт со Стефаном, Кэтрин жила у братьев Сальваторе. Прекрасно устроилась, надо сказать. Я, конечно, мечтала запереть Кэтрин в гробнице, как в оригинале, но… я не знала, как к этому отнесутся братья, если бы я предложила такой план. Всё-таки не факт, что в этой реальности они не влюблены в неё — как бы они сами это ни отрицали. И тут мне в голову пришла одна мысль: а почему бы не повторить тот самый трюк с магической связью? Я хорошо помнила, как Бонни в сериале связала Кэтрин и Елену, так что всё, что происходило с одной, ощущала и другая.  С помощью Бонни мы провернули это ещё раз. Когда Кэтрин поняла, что именно мы сделали — она была в ярости, разнесла половину мебели у Сальваторе и едва не задушила Деймона. Но, как ни странно, лезть ко мне стала меньше. *** Мы продолжали наши тренировки с Джереми. Помимо моей стремящейся к невидимости “подпольной” деятельности, я всё яснее осознавала, насколько важны физические нагрузки и отработанные рефлексы. Иногда именно сила, ловкость и быстрая реакция могут спасти даже от вампира — особенно при удачном стечении обстоятельств. И, конечно, мне не хотелось терять контакт с братом. Его нынешнее настроение — бодрое, чуть азартное — радовало меня, и я старалась его поддерживать, насколько могла. Я не втягивала его в серьёзные проблемы и, разумеется, не могла рассказать всего, что знала. Но бегать по лесу с арбалетом и кольями — пожалуйста. Мы стреляли по мишеням, иногда по мелким животным (простите, зоозащитники), метали колья, а иногда и тренировались врукопашную друг с другом. Звучит диковато, но на деле это очень сближает. В такие моменты я ощущала, как просыпается подлинное братско-сестринское единство — без драмы, без вампиров, просто мы вдвоём против мира. Или хотя бы против условной мишени в виде пугала с нарисованными клыками. В один из таких мирных дней, когда я совсем не ожидала подвоха, я снова очнулась в багажнике. Никакой фантазии, честное слово. Только вот на этот раз телефона со мной не оказалось — либо Кэтрин поумнела, либо похитители были совсем другие. После долгой тряски машина, наконец, остановилась, крышка багажника распахнулась, и передо мной появилось лицо Тревора. Ну здравствуй. То, чего я так долго ждала… и одновременно — боялась. Кажется, сейчас начнётся самое интересное.