3. Улица

Проснувшись, я иду по дороге домой, Немного темно, день холодный, типовой. И холод пробивает до костей как зверь, А его сообщник — снег, мне как люцифер. Не могу смотреть, мне слишком больно, Вампир моих стихов бьётся бесконтрольно. Пока я ищу свободу среди острых ветвей. Что-то лопает сосуды в моей голове. Душно, хоть и чувствую я чёртов холод, Сыт, но всё равно я чувствую зверский голод. Остаётся получить чуму, а после и смерть, Но пока я жив оставляю стихи-мазки на мольберт. Рыжий свет фонаря красив и почему-то кажется сказкой, Той самой где не нужно самого себя скрыть маской, Её прочитать, сюжет — идеал, плохое скрыть замазкой, Она прекрасна, проблем нет, а плохое закрасить краской. Но открыв глаза снова, я вижу опять грусть, Ну и пусть, по пути — наизусть стихи искусств: «Ещё немного и я буду в порядке, Посею мысли в головы грядки, Поможет-ли? Думаю вряд-ли, Узнаю со своей головой в баттле.» В проезжающие огни превращаются машины, Ещё немного и я достигну пучины отчаяния. Как кажется всё вокруг как галлюцинация, Внутри головы начинается мобилизация. Дежавю ловлю, и боль в груди, мне грустно, скучно. Я не помню себя, ищу выход по звуку, но дверь беззвучна. Как можно выйти, от туда, где дверь, не вижу я воочию? Мне больно! В агонии хочу найти схему выхода рабочую. Весь мой путь — путь домой, а пока я его не нашёл, Иду и жду, по пути пишу, маниакальный интерес в конце ждёт шут. Не знаю, смогу-ли и дойду-ль до конца, скоро-ли я встречу жнеца? Но одно мне ясно точно, я человек обычный, не вампирического образца.