Глава III. Тишина и Свет

      Шаттл корпуса юстиции Республики тихо вошёл в атмосферу, скользя над зеркальной гладью озёр и морей. Свет опускался мягкими касаниями на шпили Тида, окрашивая город в золото. Внизу, между белыми куполами и террасами, проплывали гондолы. Всё выглядело мирно, гармонично — как всегда. Но за внешним спокойствием скрывался вопрос, на который Орден ещё не нашёл ответа. Квай-Гон Джинн стоял у иллюминатора. Его лицо оставалось невозмутимым, но разум уже был погружён в Силу. Она здесь была сильной — живой, поющей в листве, шорохе волн, в ритме сердец. Но сквозь эту песню проносилась тонкая, чуждая нота.       Оби-Ван подошёл к нему, заложив руки за спину.       — Вы что-то чувствуете, мастер?       Квай-Гон не сразу ответил. Он закрыл глаза, вслушиваясь в вибрации окружающего мира, позволяя Силе говорить самой.       — Я чувствую её… словно звезду за плотной пеленой, — наконец сказал он. — Сила велика в ней. Но… она не черпает из Неё. Она идёт рядом с Ней. Словно знает Её… но не зовёт по имени. Шаттл коснулся посадочной платформы возле технического сектора. Встречающих было немного: представитель Королевского инженерного корпуса, офицер службы безопасности в коричневой кожаной форме и женщина средних лет в одежде врача. Никаких пышных церемоний. Только дело. Офицер слегка поклонился, скрестив руки на груди.       — Добро пожаловать на Набу. Меня зовут капитан Вано Тир. Это доктор Джари Тенн. Рад, что Орден откликнулся так быстро.       — Неудивительно, — сказал Квай-Гон, глядя на доктора. — Случаи подобного рода редки.       — И пугающи, — вставила Джари. — То существо… она… она была не просто чужой. Её взгляд… словно… разрывал мысли.       Оби-Ван с любопытством всмотрелся в её лицо.       — Вам удалось поговорить с ней?       — Не долго. Она… говорила мысленно. Без слов, без языка. И всё понимала. Но когда я попыталась её остановить… — доктор осеклась, опустив глаза. — Я видела в ней силу. Больше, чем у джедая.       Офицер Вано передал Квай-Гону компактный голопроектор. Тот включил запись: фигура в золотистой броне с массивным металлическим объектом, напоминающим по форме щит, прорывается через коридоры госпиталя и движется точно, словно предвидит каждое действие охраны.       — Она никого не убила, — заметил Оби-Ван. — Хотя могла.       — Верно, — кивнул капитан. — Но взломала замки, вырубила охрану и скрылась в канализационных системах. Её не смогла остановить даже блокировка шлюзов.       Квай-Гон выключил проекцию.       — Мы найдём её, — спокойно сказал он. — Позвольте нам начать поиски в нижнем городе. Офицер одобрительно кивнул и джедай направился прочь. Оби-Ван молча последовал за ним, на мгновение задержав взгляд на далёком горизонте. Где-то там — под городом, в каналах и руинах, среди тени и шума воды — пряталась чужая душа, потерянная во вселенной, где даже Сила не могла сказать, кто она.

***

      Оторвавшись от преследования, Нерида обдумала ситуацию. И собственная глупость привела её в ярость. Ударом кулака она пробила бетонную стену коллектора.       Это ж надо так сглупить и не соблюсти карантин при попадании в неизвестную среду! Это проведение Ихан-Рии, что на планете не оказалось токсичной для протоссов атмосферы или спор зергов.       А без брони можно было и потерпеть! В крайнем случае, можно было бы попросить! Словами. Через пси-рецепторы!       А сейчас уже поздно идти на диалог — она уже наломала дров и терраны справедливо упрячут её за решётку.       Нерида в отчаянии уселась на бетонный пол. Она не знала, что ей делать. Если бы на месте терранов были её сородичи, то её в лучшем случае бы лишили звания и посадили в тюрьму минимум на десять лет. Бежать тоже не вариант, так как Нерида просто не сможет нормально управлять местными космическими кораблями. Она привыкла подключаться к системам судна через специальные пси-порты, тем самым управляя истребителем одной лишь силой мысли. А терраны же явно управляют кораблями как-то иначе, что означает, что бежать Нериде некуда.       Гнетущее одиночество сменилось чем-то совершенно неожиданным для Нериды — кто-то пытался к ней тянуться. Это не было псионическим импульсом. Не вспышкой в разуме, не мысленным касанием.       Это было как… тёплый поток, текущий сквозь камень. Таинственная энергия не входила в неё — она уже была внутри, вокруг, в каждой капле воды, в каждом дуновении ветра.И кто-то коснулся этого — мягко, без насилия. Как если бы Зел-Нага положил руку ей на плечо.       Несмотря на изрядное расстояние, разделяющее их, Нерида ощутила намерения этого террана — он хотел поговорить с ней, понять её и помочь ей. С ним был кто-то ещё. Кто это — Нерида не знала.       Нерида сидела в темноте, обняв колени. Вода журчала где-то рядом, металлические трубы дышали горячим паром. Слепая, вязкая тишина обволакивала её, но что-то изменилось.       Эта сила снова окутала её — мягким, спокойным потоком. На этот раз она не просто чувствовала её. Она отвечала. Не словами, не мыслями, но внутренним согласием.       «Если ты и правда хочешь помочь… приходи. Один.»       И она отпустила зов — не псионическим импульсом, а мыслью, вплетённой в ткань той самой энергии, которую ощутила раньше. Она не знала, поймёт ли он. Но надеялась.

***

      Квай-Гон шёл по тоннелю, не торопясь. Его шаги почти не слышны. Свет фонаря в его руке отбрасывал длинные тени на стены. Рядом, чуть позади, двигался Оби-Ван.       — Остановись здесь, — тихо сказал мастер. — Она хочет поговорить со мной наедине.       Оби-Ван понимающе, но обеспокоенно кивнул. Квай-Гон пошёл дальше. Один.       Когда он вышел на широкую бетонную площадку под массивной аркой, он увидел её.       Она сидела на краю платформы. В лунном свете, пробивающимся сквозь решётку, тускло поблёскивала её броня, испещрённая следами погони. Массивное оружие лежало рядом, но не подавало признаков активности.       Чужая не встала. Она не целилась, не говорила. Только посмотрела на него. Словно… изучала. Как зверь, впервые увидевший того, кто не охотится за ним.       Квай-Гон молча опустился на колено напротив — на почтительном расстоянии, не приближаясь. Он склонил голову, как бы признавая её равной.       — Я не знаю, кто ты, — сказал он вслух, спокойно, без нажима. — Но я чувствую: ты не зло. Ты — пламя, что не жаждет обжигать. Я пришёл не за тем, чтобы поймать тебя. Я пришёл, чтобы… понять.       Она не ответила. Но её глаза вспыхнули синим. Лёгкий псионический импульс пронёсся в его разум — не навязчивый, не агрессивный. Скорее… нервный, обеспокоенный.       «Ты не терран. — раздался в голове Квай-Гона женский голос, — Не совсем. Ты — как сновидение. Светлый, но странный.»       Джедай слегка улыбнулся. Он закрыл глаза и просто сидел, внимая этой мысли — не как атаке, не как контакту, а как доверию. Квай-Гон позволил Силе течь свободно, не направляя её. Он не настаивал, не вторгался. Только наблюдал.       — Я Квай-Гон Джинн, рыцарь-джедай, — произнёс он мысленно, мягко и без нажима. — А кто ты?       В ответ возник голос — ровный, немного чуждый, как если бы мысль проходила сквозь кристалл:       — Я Нерида из касты Тамплиеров. Воин… Как, судя по всему, и ты. Что это за сила, которой ты меня коснулся, Квай-Гон Джинн, рыцарь-джедай?       Он слегка улыбнулся.       — Это Сила. Энергетическое поле, излучаемое всеми живыми существами. Она связывает всё воедино. Она пронизывает галактику… и тебя. — про себя произнёс джедай, и после недолгой паузы продолжил, — В тебе она сильна. Очень. Нерида молчала. Он чувствовал, как её разум колебался — напряжение сменилось осторожным доверием. Она вглядывалась в него не глазами, а чем-то иным.       — Она не заменит света Кхалы, — подумала она. — Но… она похожа. В ней есть то, что объединяет, как Кхала объединяла наш народ. Я… чувствую тебя. Твою доброту. Любопытство. И смирение. Квай-Гон слегка кивнул. Его голос в Силе стал тише, словно зов через медленную реку.       — Ты далеко от дома. Но не одинока. Сила нашла тебя. А значит, ты не безнадёжна.       Она подняла взгляд. В её глазах светились кристаллические отблески. В этот миг она была не воином, а существом, которое вдруг поняло: мир не закрыт перед ней окончательно.       — Если я пойду с тобой, меня посадят в терранскую тюрьму, — всё ещё колебаясь произнесла Нерида, — Не хочу обречь века своей жизни на скитания или заключение.       Квай-Гон не ответил сразу. Он чувствовал — за словами Нериды стояли не только страх и логика, но и раны. Разочарование в себе. В том, что всё пошло не так. Слишком быстро, слишком грубо. Он заговорил тихо, почти шёпотом — но в Силе каждое слово отзывалось, как звон в колоколе:       — Ты совершила ошибку. Но ты не разрушала, не убивала, не поддалась тьме. Ты защищалась. И ты ушла, когда могла уничтожить всех на своём пути.       Он сделал паузу и посмотрел ей прямо в глаза.       — Я не обещаю, что всё будет просто. Или что этот мир сразу примет тебя. Но я обещаю, что ты не будешь одна.       — Ты не терран, — повторила она мысленно. — Но и не протосс. Откуда такая уверенность?       — Я не знаю, — ответил он честно. — Я просто… слушаю Силу. И она ведёт меня к тебе.       Он положил руку на грудь — не в жесте клятвы, а как будто показывая, что говорит от сердца.       — Я не хочу увезти тебя в тюрьму. Я хочу предложить тебе другой путь. Путь, где ты сможешь понять этот мир. И, если захочешь, стать его частью. Не пленницей. Не беглянкой, но ученицей. Джедай не произнёс это слово с нажимом. Наоборот — как будто это была не обязанность, а возможность. Нерида долго смотрела на него. Секунды текли, как капли воды в каменной тишине. Наконец, она произнесла:       — Ты предлагаешь мне сдаться… добровольно?              — Не сдаться. — Он покачал головой. — Сделать шаг вперёд.       Нерида ненадолго задумалась, но потом кивнула. Она медленно поднялась с бетонного пола. Её движения были грациозны, но сдержанны — как у существа, которое привыкло полагаться на собственные силы, но всё ещё не знает, можно ли довериться чужим. Она подняла свою глефу, но не как оружие — скорее как часть себя. Затем, на мгновение задержав взгляд на Квай-Гоне, убрала её в крепление за спиной.       Квай-Гон едва заметно кивнул, как учитель, который не торжествует, а уважает решение ученика. Он развернулся и двинулся к выходу из подземелья, не оборачиваясь, зная — она следует за ним.       Выход из каналов вёл к тихому служебному дворику в нижнем секторе Тида. Над крышами уже бледнело небо, первые птицы выводили пробные трели. На ступенях, прислонившись к перилам, сидел Оби-Ван. Его взгляд метнулся к проходу, и он мгновенно вскочил, заметив высокую фигуру за плечом учителя.       — Это она? — тихо спросил он.       — Она сама пришла, — спокойно ответил Квай-Гон.       Нерида вышла на свет. Утреннее солнце золотило её броню, отражалось в синих хребтах кристаллов. Она остановилась, глядя на юного джедая.       Оби-Ван чуть напрягся. Он чувствовал в ней силу, мощь, и… отчуждение. Как будто она смотрела не на него, а сквозь него — взвешивая, примеряясь, ожидая атаки.       — Я — Оби-Ван Кеноби, — произнёс он с вежливым поклоном. — Падаван Квай-Гона.       Нерида в ответ склонила голову. Не в поклоне — скорее в дипломатичном жесте.       — Этот терран… молодой. Но не дерзкий. Наверное, не все из них такие уж глупцы.       Оби-Ван чуть вздрогнул — не потому что испугался, а потому что услышал её мысль прямо в своём разуме. Она не внедрялась, не давила — просто проговорила. Как будто разум был открытым окном, и в него влетела птица.       — Ты… ты говоришь в уме?       — Ты слышишь, — спокойно ответила Нерида. — Значит, умеешь слушать.       Оби-Ван недоумённо посмотрел на Квай-Гона.       — Мы с ней найдём общий язык, — ответил тот, усмехнувшись. — Просто… это будет не галактический бэйсик.       Трое двинулись прочь от каналов. Над горизонтом поднимался день, и Нерида впервые за всё это время почувствовала, что может не только бежать. Возможно, это не конец.       Когда трое вернулись к госпиталю, солнце уже стояло над горизонтом. В утреннем воздухе витал запах свежести и влажного камня, а город начинал просыпаться.       Они вошли через служебный вход, чтобы не поднимать шум — но их уже ждали.       На ресепшене стояли два офицера службы безопасности, доктор Джари Тенн — всё ещё в той же белой одежде, но теперь с плотно сжатыми губами и планшетом в руках — и один представитель Королевской Администрации, в сдержанно-парадной тунике цвета лазури.       Нерида шла чуть позади, вытянувшись в рост, как солдат перед судом. Её лицо не выражало эмоций, но Сила дрожала вокруг неё, как струна.       Квай-Гон первым сделал шаг вперёд.       — Она пришла добровольно, — произнёс он. — Без насилия. Без принуждения.       — Это не отменяет того, что она напала на охрану, проникла в хранилище и повредила инфраструктуру, — холодно ответил администратор. — Независимо от происхождения, такие действия…       — Я беру на себя ответственность за неё, — спокойно перебил Квай-Гон.       Повисла тишина.       — Прошу зафиксировать: отныне она находится под моим покровительством и надзором Ордена Джедаев. Я отвечаю за её действия перед Советом, перед Республикой — и перед вами.       Доктор Тенн посмотрела на Квай-Гона, потом — на Нериду. Её лицо дрогнуло от смеси жалости и страха. А может от, внезапного понимания, что эта чужая, непонятная воительница не безразлична тому, кто стоит рядом с ней.       — И что вы намерены с ней делать? — сухо спросил офицер. Квай-Гон взглянул на Нериду, но заговорила она сама — голосом твёрдым, но лишённым высокомерия:       — Следует также внести в протокол, — сказала Нерида, — что моя раса перманентно находится в ментальной связи друг с другом. Мы ощущаем мысли и эмоции своих сородичей постоянно — это священная связь, Кхала. Её внезапный обрыв…вверг меня в состояние аффекта.       Она произнесла это чётко, глядя прямо в лицо офицеру. И ни капли оправдания — только объяснение. Как солдат, дающий рапорт. Квай-Гон чуть склонил голову. Он знал: это стоило ей немало.              Запись была внесена. Бумаги подписаны. Сканеры проверили биометрические показатели Нериды, но так и не нашли ни одной категории, к которой её можно было бы отнести.       В тот же вечер она получила временный гражданский пропуск, позволяющий находиться в пределах Тида под надзором и в сопровождении мастера-джедая.       Её глефу вернули. Броню — нет. Но Квай-Гон сказал, что разберётся позже.       Когда они вышли из здания, на улицах уже разливался дневной свет.       — Мастер, вы уверены, что Совет одобрит ваши действия? — спросил Оби-Ван.       — Думаю, магистры знали, на что шли, когда посылали меня на это задание, — произнёс Квай-Гон, усмехнувшись в усы.       Нерида шагнула вперёд, между двумя джедаями. И впервые за все часы, проведённые на чужой планете, её походка была спокойной.