Утро

Туман стелился по земле, как молчаливый страж. Воздух был прохладным и влажным, будто сама ночь ещё не хотела уходить. Костёр давно догорел, оставив после себя только аромат пепла и древесного дыма. Где-то далеко лениво прокричала горная птица. Тисс проснулась первой. Ткань её плаща немного отсырела, волосы спутались — и всё это почему-то делало её ещё прекраснее. Она медленно села, кутаясь в тепло и глядя, как из утренней дымки начинают проступать очертания драконов — дышащих, спящих, живых. Дракониха Ша'арнеза подняла голову первой, коротко взглянула на неё, будто одобрив молчаливое пробуждение, и снова улеглась, прикрыв глаза. Ша’арнез спал рядом, на спине, с чуть приоткрытым ртом и складкой между бровями, как будто даже во сне спорил с кем-то. Тисс прикусила губу, улыбаясь. Он всегда держал себя собранно, почти чопорно. А сейчас — просто эльф. Просто рядом. Она потянулась и чуть-чуть тронула его пальцы. Его веки дрогнули, и глаза медленно открылись. Глубокие, цвет утреннего неба. Сначала он выглядел растерянным. Потом — как будто понял всё сразу. — Доброе... — хрипло начал он. — Шшш, — прошептала она. — Утро ещё не решило, быть ему или нет. Они смотрели друг на друга молча. И вдруг — этот порыв. Как ветер. Как пульс. Он приподнялся на локтях, и их лица оказались почти рядом. Его рука скользнула к её щеке, затаилась. Она не отстранилась. Только дыхание стало чуть прерывистей. Всего несколько сантиметров. Несколько мгновений. И тогда — где-то позади — Нариальм зевнул. Очень громко. Тисс вздрогнула. Засмеялась. Едва слышно. Ша’арнез закрыл глаза, опустив лоб ей на плечо. — Даже драконы против нас, — пробормотал он. — Они просто следят, чтобы мы не забывали, кто мы есть. Кто мы должны быть. Он тихо вздохнул. — А ты знаешь, кем я хочу быть? — Кем? — Тем, кто первым тебя поцелует. Когда мир, наконец, от нас отстанет. Тисс долго молчала. Потом сказала почти неслышно: — Тогда, я подожду. Ради этого — сколько угодно.