Глава 7

      История Айда на том моменте, как оказалось, не закончилась. Пока я мирно жила, гуляя с Киром и веселясь, он побывал, кажется, в аду. И теперь радовало только одно, что этот кошмар в его жизни остался далеко позади.       В честь этого Айд закатил пирушку в своей кофейне. Ну, точнее, в честь повышения Лютера, но лично я шла туда праздновать победу Айда над бесчеловечными жизненными испытаниями.       Мы вместе с Киром, Акеем, Малом, Дваном и Кенни заходим в кофейню. Но не успеваем даже все поприветствовать Айда, Лютера, Ватли и Сону, как вдруг звенит дверной колокольчик, оповещая всех о новых гостях.       Рэйф и… Девен.       ‒ И олень этот тут как тут, ‒ фыркаю я, недовольно сморщившись.       Недоальфа быстро ловит мой взгляд и тут же демонстративно закатывает глаза.       Ну куда бы деться!       Но этой демонстрации ему мало, поэтому он берёт и начинает нелепую игру одного актёра.       Обойдя меня стороной, он направляется в самый дальний конец праздничного стола и начинает проверять прочность стульев своей пятой точкой.       Очень бы хотелось сказать, что она у него ущербная, но… это единственное, что было в нём ничё такое…       Пока я об этом думаю, раздаётся радостный голос Кира:       ‒ Рэйф!       Мой друг уже как по шаблону кинулся навстречу альфе и тут же повис на его шее.       В этот раз волчара рукам волю не даёт. Ничего нигде не гладит. Так, только чуть-чуть похлопал по спине Кира и тут же отодвинулся.       Ну сама скромность! Но меня теперь не проведёшь. Это в первый раз я ещё повелась на равнодушный взгляд, а сейчас я уже успеваю уловить этот жадный блеск в глазах. Блеск и сожаление…       Ничего, Рэйф, когда-нибудь Двана рядом не окажется, и Кир получит то, чего так жаждет…       ‒ А где Вал и Одри? ‒ спрашивает Айд, переключая мой фокус внимания.       ‒ Они не придут. Не могут, ‒ вздыхает Рэйф. ‒ Ты бы их только видел, Айд, в гроб краше кладут, честное слово. Родители Анила же не выпускают его из дома до сих пор, боятся. Считают, что Вал и Одри замыслили какую-то жестокую игру и дурят их бедной дитятке мозги.       ‒ Да, знаю, ‒ Айд тяжело вздыхает, вторя альфе. ‒ Анила к нам на праздник тоже не пустили.       ‒ Но, Айд, это и неудивительно. Два истинных альфы для одного омеги ‒ тут много кто усомнился бы. Даже в моей голове это до конца не укладывается, ‒ честно признался Рэйф. ‒ Но я-то их друг, и я им верю, а вот родители Анила…       ‒ Да уж, ‒ понимающе кивает Айд. ‒ И как им теперь расхлёбывать эту ситуацию?       ‒ Понятия не имею, ‒ волчара разводит руками, поджимая свои и так узкие губы. ‒ Но тем не менее Вал с Одри передавали вам свои наилучшие пожелания.       ‒ Спасибо, ‒ кивает Айд и жестом приглашает его за стол.       Все стали рассаживаться по местам, как вдруг дверной колокольчик своим мелодичным звоном заставил практически всех уставиться на входные двери.       ‒ Всем здравствуйте! ‒ громким голосом бодро поздоровался мужчина в годах, заходя в кофейню.       Быстро оглядевшись, он тут же направился к Айду и Лютеру. И походка его оказалась… тяжёлой. А всё потому, что он сильно хромал на одну ногу. Ему даже приходилось опираться на деревянную трость, чтоб уменьшить нагрузку на организм.       Необычно.       Такой с виду сильный, волевой альфа и калека…       Что же с ним случилось?       Похоже, ответ придётся осторожно выпытать у Айда. Как-нибудь…       За мужчиной в кофейню вошли ещё двое спортивных альф. Два бритоголовых гопника. Кого-то они мне дико напоминали. Да-да, очень напоминали Лютера. И немного Мала.       Эти гопники с такой агрессией озирались по сторонам, что мне на мгновение даже показалось, что они сейчас достанут пистолеты и заставят всех лечь на пол.       Вот только Лютер совершенно не разделял моих опасений. Он, как их увидел, сразу разулыбался.       ‒ Банди, Лойз! Тренер. Рад, что вы всё же приехали, ‒ радостно произнёс он, протягивая руку альфам по очереди и крепко их обнимая.       ‒ Мы не на тренировке, сынок, так что можешь обращаться ко мне по-домашнему, ‒ мужчина улыбнулся, и возле его серых глаз образовались лучистые морщинки.       ‒ Хорошо, пап.       ‒ А это, значит, и есть твой истинный омега? ‒ поинтересовался отец Лютера, с любопытством посмотрев на Айда.       В отличие от мужчины два гопника за его спиной в этот момент едва не скрипнули зубами от злости и недовольства.       ‒ Да, это мой Айд, ‒ с гордостью и незримым вызовом произнёс Лютер.       Он бережно обнял Айда за талию и прижал к своему боку. При этом он так красноречиво посмотрел на братьев! В его взгляде так и читалось: «Только шевельнитесь в сторону моего омеги ‒ разорву!»       ‒ Я ‒ Ричард. Рад знакомству, Айд, ‒ мужчина протянул руку омеге и добродушно улыбнулся.       Кажется, он не имел ничего против их отношений. Прекрасно!       ‒ Я тоже рад знакомству, Ричард, ‒ Айд улыбнулся в ответ, похоже, выдохнув с облегчением.       Или это я выдохнула с облегчением? Потому что всё это время, как оказалось, я была в диком напряжении. Ну ещё бы! Айд мне теперь не чужой человек! И если бы, в случае чего, Лютер не справился с натиском, я бы кинулась добивать.       ‒ Папа! ‒ вдруг воскликнул Мал.       Он был в туалете, и только сейчас из него вышел.       Увидев отца, он тут же бросился к мужчине и крепко его обнял.       ‒ Привет, малыш, ‒ тепло улыбнулся Ричард, тиская в объятиях младшего сына. ‒ Выглядишь просто отлично. Значит, альфа тебя твой не обижает.       В этот момент мой братец подорвался из-за стола и поспешил к своему омеге.       ‒ Конечно, нет, пап! Кстати, вот и он, ‒ Мал взял под руку подошедшего к нему альфу.       ‒ Я ‒ Акей. Приятно с вами, наконец-то, познакомиться! ‒ он протянул руку, и Ричард крепко её пожал.       ‒ Я тоже рад знакомству.       ‒ Привет, ребята, ‒ робко произнёс Мал, обращаясь к братьям.       ‒ Привет, ‒ словно нехотя хором выдохнули гопники.       Какие важные писи, едва не переломились, открывая рот. Я бы им, конечно, жизнь бы подпортила…       ‒ Присаживайтесь за стол, а то всё остынет, ‒ пригласил гостей Айд.       ‒ Отец, нам обязательно оставаться? ‒ недовольно раздувая ноздри, спросил один из братьев. Кажется, Лойз.       ‒ Обязательно, ‒ тут же ответил мужчина. Ответил спокойно, но с таким стержнем, что даже мне бы духу не хватило ослушаться.       ‒ Пойдём, ‒ пихнул брата в бок второй гопник. Получается, что Банди. ‒ За такие блюда можно и немного потерпеть всё это.       Лойз стоял как вкопанный, явно пытаясь справиться с бурлящей яростью. Но Банди это не смутило. Он перекинул руку через шею парня и поволок его к столу.       Когда все расселись, я с изумлением уставилась на Банди. Его глаза забегали по блюдам, щёки запылали, а руки даже стали слегка подрагивать, когда он принялся подхватывать тарелку за тарелкой, чтоб наложить себе еды.       Его дома вообще что ли не кормят? Хотя ведь такой бугай! Лютер и Лойз, да и Ричард тоже значительно уступали ему в габаритах.       ‒ А можно ещё вон то попробовать? ‒ Банди немного смущённо попросил Сону передать ему последнее блюдо, которое он ещё не положил в свою тарелку.       ‒ Конечно, ‒ кивнула омежка, явно не без удивления.       А удивляться, действительно, было чему. В тарелке парня получилась целая башня из еды, на которую он смотрел с таким нескрываемым обожанием, что мне его на мгновение стало даже жалко.       ‒ Не обязательно было всё сразу накладывать, ‒ с упрёком шепчет Лойз брату. Но я всё услышала.       ‒ Ага, конечно, не положу сразу ‒ потом не будет! ‒ не соглашается Банди.       ‒ Да мы же не дома, да и еды тут навалом, ‒ продолжает настаивать Лойз.       Банди внимательно обводит стол взглядом, а затем качает головой:       ‒ Не сказал бы.       ‒ И куда только в тебя столько лезет, ‒ фыркает Лойз. ‒ Удивительно, что при таком своём аппетите, ты до сих пор не разжирел.       ‒ Выматывающие тренировки всё сжигают, ‒ равнодушно пожал плечами Банди, набрасываясь на еду.       Похоже, Айда такой аппетит альфы тоже не оставил равнодушным, потому что он вдруг решил объявить:       ‒ А потом ещё будет большой фирменный торт от Двана!       ‒ Да-да, я очень постарался в честь такого события, ‒ подтвердил брат моего друга. ‒ Кстати, давайте уже поднимем бокалы! ‒ Все собравшиеся практически синхронно выполнили его просьбу. ‒ Ну что? За справедливость! Пускай она всегда в конце концов торжествует! Лютер, я поздравляю тебя с попаданием в основной состав сборной нашего города по футболу! И вас, парни, тоже. Ура!       Громче всех «ура» закричал Ричард своим поставленным тренерским голосом. А затем вдруг добавил:       ‒ И всё это благодаря Айду!       ‒ Что? ‒ Айд непонимающе посмотрел на мужчину.       ‒ Говорю, если б не ты, похоже, мои мальчики так бы никогда и не смогли укрепить нашу сборную своими выдающимися талантами, ‒ вздохнул Ричард, тепло глядя на омегу своего сына. ‒ А я был так слеп… Но не будем об этом сейчас. Главное, Лютер теперь у меня пристроен идеально, ‒ пожилой альфа вдруг озорно подмигнул Айду, ‒ осталось только этих балбесов кому-нибудь сосватать, чтоб и за них быть уже спокойным.       ‒ Не надо меня никому сватать, я чё, баба? ‒ оскалился Лойз.       ‒ И меня тоже не надо, как-нибудь сам уж разберусь со своей личной жизнью, ‒ пробубнил Банди, усиленно работая челюстями.       ‒ И вот так всегда, ‒ наигранно вздохнул Ричард, разводя руками. ‒ Но пробить контору ведь никогда не лишнее. Вот вы, девушка, ‒ мужчина вдруг обратился ко мне, озорно улыбаясь, ‒ когда вам исполнится семнадцать, не желаете рассмотреть моих сыновей в качестве кандидатов в мужья?       Такого прямого вопроса я никак не ожидала. И честно говоря, даже растерялась. Наверное, именно поэтому я вдруг начала более внимательно рассматривать парней, как потенциальных любовников. Ведь мне же нужно будет с кого-то начинать.       Эти альфы хоть и были похожи на гопников, но всё же имели достаточно привлекательные мордашки. Так что один плюсик «за» имелся.       Вот только какие-то они оба два слишком плечистые, слишком здоровые, слишком… некомфортные. Ещё и цвет глаз обычный серый. А мне нравится такой, насыщенный карий…       Но по сути всё это мелочи. Главное другое ‒ интим.       Голой и с ними в кровати? Чтоб их руки трогали меня? И раздвинуть перед ними ноги. А затем первый раз…       По телу тут же пробежал неприятный холодок отвращения.       Да даже если второй, третий или десятый ‒ НЕ ХОЧУ.       ‒ Нет, ‒ коротко выношу вердикт я.       ‒ А что так? ‒ тут же вскидывается Лойз, а затем наклоняет голову набок. ‒ Недостаточно хороши для королевы?       Но не успеваю я парировать этот выпад, как Акей вдруг выдаёт:       ‒ Да нет, просто она у нас предпочитает определённых оленей.       И тут же получает тычок в рёбра от Мала.       Вот истинный у Акея чуткий, просто золото, не то что он сам!       ‒ Ну спасибо, ‒ цежу я, обиженно, ‒ тоже мне брат.       ‒ Да я ж просто пошутил, ‒ Акей поднимает руки вверх в сдающемся жесте. ‒ Сразу накинулись со всех сторон.       ‒ По животным, что ли, встреваешь? ‒ решил уточнить Лойз, приподняв брови.       ‒ Ага, по животным, ‒ с сарказмом выдыхаю я, кидая короткий взгляд на Девена.        Он сидел на другом конце стола и весело болтал с Рэйфом, Кенни и Дваном. Ему там, значит, хорошо, а я тут должна страдать…       ‒ Ну, никакие олени не заменят тебе настоящих волков, ‒ горделиво вскинул подбородок Лойз, растянувшись в оскале.       ‒ Я предпочитаю вегетарианцев, ‒ процедила я, желая поскорее закончить этот разговор.       ‒ Не, по волкам у нас тут кое-кто другой, ‒ тихо усмехнулся Акей, судя по всему, не делая выводов.       ‒ А? Кто именно? ‒ тут же подключился Ричард.       Акей открыл было рот, чтоб ответить, но новый тычок Мала в его бок, заставил брата тут же плотно стиснуть челюсти. Вот только красноречивый взгляд, устремлённый на Кира, выдал моего друга с головой.       ‒ Так, значит, это вы, юноша, любитель волков? ‒ дружелюбно улыбнулся мужчина. ‒ Не желаете рассмотреть моих сыновей…       ‒ Отец! ‒ Лойз с такой злостью подскочил со стула, треснув кулаками о стол, что я даже вздрогнула от неожиданности. ‒ Ты что, не видишь, что это пацан? Да как можно с таким, как он!.. Если остальным нравится барахтаться в грязи, то мы с Банди не такие!       ‒ Лойз, сядь, ‒ голос Ричарда был стальным, а взгляд ‒ угрожающим.       Парень сразу стушевался и нехотя плюхнулся обратно на стул, зло скрипнув зубами.       ‒ Извинился.       ‒ Но, па!..       ‒ ИЗВИНИЛСЯ! ‒ цедя каждый слог, повторил мужчина.       Лойз сморщился, упрямо поджав губы, но в итоге всё-таки выдавил из себя:       ‒ Извини.       Вот только извинениями тут уже не отделаться. Это война!       ‒ Ой, да не обязательно было извиняться, ‒ иронично протягиваю я, подбадривающе сжимая руку застывшего на месте Кира.       Ему и так вечно кажется, что он недостаточно хорош, потому что типа не такой особенный, как Дван (хотя это полнейшая чушь), а тут ещё и это бритое чмо решило растоптать самооценку моего друга! Ну я тебе устрою!       Я пристально смотрю в глаза Лойза и нарочно сладким голосом продолжаю:       ‒ Облезлые шакалы, мнящие себя благородными волками, могут заинтересовать лишь падальщиков. Когда сдохнут, ‒ я хлопаю глазками, мило улыбаясь. ‒ А теперь позвольте, мы отлучимся на минутку, чтоб припудрить носик. И поссать, ‒ последнее слово я процедила сквозь зубы, кинув на альфу убийственный взгляд. ‒ Пойдём, Кир.       Я тяну за собой расстроенного Кира с высоко поднятой головой. Если Лойз думает, что на этом всё, то он очень сильно ошибается. Никто не смеет обижать моих друзей!       Обойдя стол и поравнявшись со спиной Лойза, я действую решительно.       Я хватаю со стола металлическую вилку и со всей силы втыкаю её в стул между разведённых ног гопника.       Лойз вздрогнул и уставился на меня ошарашенным взглядом.       ‒ Ты чё творишь?! ‒ прорычал он. ‒ Совсем еба!.. ‒ тут он осёкся, закусывая губу и беззвучно сотрясаясь от ярости.       ‒ Эх, промазала, ‒ вздыхаю я елейным голоском. ‒ Такую вялую сморщенную сардельку не смогла наколоть. Мелкая сильно. Придётся оставить падальщиков сегодня голодными.       ‒ Легко быть смелой, когда вокруг столько защитников, да? ‒ тихо шипит Лойз, испепеляя меня взглядом.       ‒ Да, ‒ невозмутимо киваю я, улыбнувшись. ‒ Но ещё раз вякнешь что-то в сторону Кира, и я в следующий раз не промахнусь.       Тряхнув волосами, я бесстрашно поворачиваюсь спиной к этому козлине и иду вместе с Киром в туалет.       Взгляд мой цепляется за Кенни, который многозначительно крутил в руках нож. Парень одобрительно подмигнул мне, давая понять, что к вилке в любую минуту мог присоединиться другой столовый прибор. С – сервировка!       И это мне было очень приятно.       Дван же сидел возле Кенни весьма расслабленно. И я знаю почему. Потому что он слишком хорошо меня знал. Знал, что я Кира в обиду не дам, и его телодвижения в эту сторону не понадобятся.       Но, не дай природа, хоть один волос с головы его брата! Дван в гневе страшен.       Мой взгляд сам собой скользит дальше и утыкается в Рэйфа и Девена. Вот где собралось всё напряжение. Их кулаки, державшие столовые приборы, аж побелели.       Это они так распереживались из-за Кира? Но если реакция Рэйфа ещё была понятна, то Девен-то чего так разозлился?       Я автоматически заглядываю в его глаза в поисках ответа, но этот олень тут же отворачивается, расслабляя руки.       Блин! И не подойти ведь, не спросить…       ‒ Эх, такую невестку упустили, ‒ слышу я сзади весёлый голос Ричарда.       ‒ Да и слава природе!.. Банди, а ну харе ржать! ‒ зло рычит Лойз.       ‒ Не… не могу… ‒ выдавливает из себя Банди.       И прежде чем мы с Киром успели закрыть туалетную дверь, услышали его дикий хохот. Хорошо, что здания нынче строятся крепкие, а то бы так и рухнула кофейня от этой грохочущей вибрации.       Я подвожу раскрасневшегося Кира к умывальнику и, заглядывая в его голубые глаза, спрашиваю:       ‒ Кир, да ты чего? Этот придурок… просто придурок! Гомобол хренов!       ‒ Гомофоб, ‒ тут же поправляет Кир бесцветным голосом.       ‒ Не могу никак запомнить, ‒ вздыхаю я, а затем крепко обнимаю друга. ‒ Ты у меня очень красивый, слышишь?       ‒ Ага, конечно, ‒ бубнит Кир.       Почему он вечно мне не верит, когда я это говорю? А ведь это наичистейшая правда.       ‒ Ну тогда, получается, у Рэйфа нет вкуса, ‒ сузив глаза, наигранно вздыхаю я.       ‒ А? ‒ Кир тут же отрывается от меня и непонимающе моргает.       ‒ То он тебя наглаживает в машине, то взгляды странные кидает…       ‒ А, это, ‒ разочарованно протягивает мой друг, опустив глаза в пол. ‒ Это ж я сам к нему лезу, а он из вежливости терпит.       ‒ И много бы кто стал из вежливости терпеть? Почти год! ‒ резонно замечаю я. ‒ А сейчас видел?       ‒ Что видел?       ‒ Он был готов Лойза там на месте загрызть. Даже теперь уже жалею, что вмешалась.       ‒ Да по сути Лойз ничего и не сделал, ‒ не проникшись моими словами, вздыхает Кир. ‒ За что на него нападать Рэйфу?       ‒ За то, что тебя обидел! Очевидно же.       ‒ Ну не знаю…       ‒ А этот Лойз, конечно, ещё легко отделался! Со своими этими закидонами гомо… фоба. Проучить бы его один раз хорошенько!       ‒ Как? ‒ похоже, у Кира совершенно не было идей.       ‒ Так во-от, ‒ развожу руками я. ‒ Эх, жаль Руна нет рядом! Можно было бы такой розыгрыш замутить!       ‒ Он так и не решился перевестись? ‒ вдруг спрашивает Кир, и моё сердечко неприятно сжимается.       ‒ Нет, ‒ вздыхаю я. ‒ Не может отца одного там оставить. А работу ему поменять пока не представляется возможным. И всё из-за этих бет с шестнадцатой общины!       ‒ Страшные люди! ‒ кивает Кир.       ‒ Но я не оставляю надежды, что Рун всё-таки решится, ‒ поделилась я. ‒ Прилетит, и тогда мы этого Лойза!       ‒ Думаешь, Рун согласится?       ‒ Я уверена, что он согласится! И сделает всё филигранно!       ‒ Очень хочу на это посмотреть! ‒ Кир наконец-то ожил и даже заулыбался.       Вот так мне нравится гораздо больше! Ну, Лойз, только попробуй опять всё испортить! Живым не уйдёшь…              

***

             ‒ Ух ты! И как я это в прошлый раз пропустил? ‒ Кенни удивлённо смотрит на самую дальнюю стену кофейни, где висели многочисленные фотографии в рамках. ‒ Айд, вот это вы с Соной даёте! Хрен скажешь, что это косплей! Больше похоже на то, что вы просто скрываете свои настоящие сущности, а тут предстали перед фотографом не таясь!       ‒ Ты реально не заметил тогда? ‒ искренне удивилась я. ‒ Да я ещё в прошлый раз тут чуть всё слюной не забрызгала. Ну такие красивые, аж дух захватывает!       Стена с фотографиями, действительно, была просто потрясающей, но всё же… Всё же именно демонесса за лестницей не выходила из моей головы. До сих пор не понимаю причины.       ‒ Что значит правильно выбранный фотограф, ‒ улыбнулась подошедшая к нам Сона.       ‒ Ага, ‒ подтвердил Айд. ‒ Настоящий профессионал своего дела. Круто, что Анил нашёл его для нас. Но вы бы только знали, на чём он конкретно специализируется… ‒ омега загадочно протянул последнее слово, что моё любопытство тут же подняло хвост трубой.       ‒ Заинтриговал! ‒ улыбнулась я. ‒ Расскажешь потом подробнее?       ‒ Ну-у… Конечно, расскажу. И даже кое-что покажу, но… ‒ Айд вдруг хитренько отвёл взгляд в сторону. ‒ Но только когда достигнешь возраста созревания.       ‒ Эй! Нечестно! ‒ я недовольно поджимаю губы. ‒ Я хочу сейчас.       ‒ Кто бы сомневался, ‒ расплывается в улыбке парень, а затем вдруг обещает: ‒ Ладно, что-нибудь придумаем.       Я тут же от восторга едва не хлопаю в ладоши. Ну смотри, Айд, ты подписался. Теперь не отделаешься!       ‒ А этот ваш фотограф согласится нас тоже вот так пофотографировать? ‒ вдруг спрашивает Кир, задумчиво погладив свой остренький подбородок. ‒ Очень хочу себе какой-нибудь фэнтезийный образ. Например, одинокого оборотня, глядящего на полную луну…       ‒ Может, призывно воющего на луну? Для брачных игр? ‒ захихикала я, с намёком глядя на друга.       ‒ Ох! Я бы посмотрел на Рэйфа в образе оборотня и при полной луне, который мчится ко мне на свидание, ‒ Кир мечтательно сложил руки на груди и вздохнул.       Ага, мчится с членом наперевес в поисках сладкой дырочки! А потом гладит своими жадными руками, где захочет. Потому что Двана нет рядом.       Эх, романтик из меня тот ещё…       ‒ Если действительно хочешь, то мы можем договориться насчёт фотосессии, ‒ улыбнулась Сона. ‒ А с гримом и образом мы с Айдом легко поможем. Ну а если уговоришь Рэйфа, то и его преобразим с радостью. Да, Айд?       ‒ Легко, ‒ кивает омега. ‒ Пополним нашу галерею новыми крутыми фоточками.       Глаза моего друга в одно мгновение загорелись таким предвкушением, что мне на секунду даже стало жаль Рэйфа. Ведь Кир обязательно уломает его. В этом я даже не сомневалась.       ‒ Ну что, делаем ставки, господа, ‒ вдруг неожиданно вклинился в наш разговор подошедший вместе с Малом Акей. ‒ Прогнётся Рэйф под Кира или нет.       ‒ Пфф, да куда он денется-то, ‒ тут же озвучиваю свои мысли я, скрестив руки на груди. ‒ У Кира такое обаяние, что этому волку не устоять.       ‒ Ну хрен знает. Рэйф не похож на человека, любящего позировать перед камерой, ‒ с чего-то засомневался Айд.       ‒ Но ради Кира-то можно и потерпеть, ‒ заметила Сона, и я тут же усиленно закивала, полностью соглашаясь с девушкой. ‒ К тому же, разве ему самому не будет интересно посмотреть на «одинокого оборотня, глядящего на полную луну» в исполнении такого красавчика?       ‒ Лично мне очень интересно, ‒ произнёс Айд.       ‒ Делать ставки за спиной у Кира ‒ по-моему, не очень-то красиво, ‒ вдруг пристыдил нас Мал, хоть и очень тихо.       ‒ Да мы ж не всерьёз, ‒ улыбнулся Акей, обнимая своего омежку и прижимаясь к его сладким губкам. А затем мой братец, усмехнувшись, решил пошутить: ‒ Но если вдруг передумаешь, то ставки я принимаю только наличкой!       ‒ Блин, у меня все деньги на карте… У Двана, ‒ подключился к шутке Кенни. ‒ А вообще, если Рэйф не захочет прогнуться, то придётся идти и прогибать его собственноручно.       ‒ Да! Именно так! Моя школа! ‒ я уважительно посмотрела на Кенни и подняла руки перед собой. Омега не заставил себя долго ждать, тут же давая мне пятюни.       ‒ Бедный Рэйф, вот он попал… ‒ хохотнул Акей, покачав головой. ‒ Ваша банда омежек с живого не слезет.       ‒ Наша банда омежек просто чётко знает, чего хочет. И идёт к этой цели, ‒ я уверенно вздёрнула свой подбородок.       ‒ Ага, напролом, ‒ кивнул Акей.       ‒ Се ля ви, ‒ невозмутимо развела руками я, ‒ се ля ви.              

***

             Мы с Соной стояли и весело болтали, обсуждая пошитые ими с Айдом наряды, как вдруг услышали громкий рык Двана:       ‒ Кир!       ‒ Он тут ни при чём! Я сам полез! ‒ тут же отозвался мой друг из туалета.       ‒ Выйди отсюда.       ‒ Дван, я правда сам!       ‒ Я сказал, выйди отсюда!       Кир, раздувая ноздри и зло сжимая кулаки, начинает выходить из туалета, но на пороге вдруг холодно произносит:       ‒ Ладно, но если ты хоть пальцем его тронешь ‒ я тебя никогда не прощу! А ты, ‒ Кир поворачивается к… Рэйфу, ‒ не забудь про своё обещание! Я пошёл договариваться на счёт фотосессии.       Дверь в туалет закрывается, а Кир уверенной походкой направляется к нам.       ‒ Вы Айда не видели?       ‒ Был где-то здесь, ‒ отвечает Сона, окидывая внимательным взглядом помещение.       ‒ Рэйф согласился на фотосессию! ‒ победно произносит Кир.       Я смотрю на друга и едва удерживаюсь, чтоб не заорать во весь голос от догадки.       Губы Кира были слегка припухшие! Кажется, кого-то только что страстно целовали!       Блин! Мне надо это знать наверняка!       Но я не успеваю ничего спросить, так как Кир тут же уходит на поиски Айда. Ну ничего. Потом он выложит мне всё! Со всеми пикантными подробностями.              

***

             Наболтавшись, я решила снова полюбоваться работами Анила. Но в итоге смотрела я не только на них. Я словно против воли пыталась заметить среди толпы одного единственного человека. Точнее оленя. Пыталась и не находила. Куда же он делся?       Я обошла уже практически всю кофейню, когда решила заглянуть на огонёк к демонессе за лестницу.       И вот тут я увидела его.       Девен стоял и задумчиво разглядывал шедевр Анила.       Демонесса на стене была нарисована в откровенном наряде с глубоким декольте. Когтистый её пальчик манил подойти ближе, и олень, естественно, поддался её зову.       Знаю я, куда он там столько времени пялится! Извращенец…       Я скрестила руки на груди, неосознанно закрываясь. Потому что сиськи этой демонессы вдруг начали меня бесить! Я с треском ей проигрывала в размерах…       Но если что, не в сиськах счастье! Да и вообще! Как будто он сам идеальный! Стоит тут, высматривает…       Я наклоняю набок голову, придирчиво изучая тело парня. И, как на зло, не могу найти ни одного изъяна! А в синих джинсах его пятая точка выглядела ещё лучше, чем в тех камуфляжных штанах. Даже бесит!       Блин, интересно, а как она выглядит вообще без всего?       От этих мыслей я даже невольно закусила нижнюю губу.       Вот так бы подойти к Девену и стянуть с него эти злосчастные джинсы, чтоб узнать наверняка. А потом бы ещё и потрогать… лёжа на спине…       Девен вдруг поднял руку и прикоснулся к картине. Иссиня-чёрные волосы прикрывали часть груди, и именно там он медленно стал водить кончиками пальцев. Демонесса довольно скалилась, глядя мне в глаза. Её изящные рога, напоминающие корону, загибались назад и слегка ветвились.       Ага, понятно!       ‒ Ой, вы только посмотрите, кто себе подружку нашёл! ‒ не выдержала я, скривившись. ‒ У оленей что, начался брачный сезон, поэтому ты ко всем рогатым теперь лезешь?       ‒ А ты что, ревнуешь? ‒ не оборачиваясь, вдруг парирует он.       Я едва не задохнулась от возмущения. Ревновать? ЕГО? Больно надо!       ‒ Ага, только в твоих мокрых снах! ‒ тут же выпаливаю я.       ‒ Поверь, я даже во сне бы не кончил, глядя на такую доску, как ты.       Вот говнюк! Целенаправленно бьёт в одну и ту же точку. Но вообще-то я не плоская! У меня почти второй размер! Просто под одеждой не сильно заметно…        ‒ Ты звезда, разве что кошмаров, ‒ продолжает Девен, повернув на меня голову и сморщив нос. ‒ От них реально сон может оказаться мокрым. Потому что обоссышься от страха.       А вот это уже обидно! Даже мои щёки стали гореть от негодования...       ‒ Так и знала, что ты конченый трус. По-любому на ужастиках в штаны делаешь, ‒ зло выдохнула я.       ‒ Да не приходилось пока. Тебя же в них не показывали, ‒ снова язвит Девен и полностью поворачивается ко мне. ‒ Девочка из звонка по сравнению с тобой просто красотка.       ‒ Но даже она бы тебе не дала! Такому убогому жалкому дрищу пожизненно только рукой и работать! ‒ выпалила я, начиная закипать от обиды и ярости.       ‒ Ты реально так думаешь? ‒ в отличие от меня спокойно спросил он. И это тоже бесило. ‒ Хочешь тогда, я покажу тебе, как умею работать рукой? ‒ глаза Девена вдруг загадочно блеснули.       Я уставилась на парня, растерявшись. Моя пылающая пятая точка тут же остыла.       ‒ Правда покажешь? ‒ настороженно уточнила я.       Безусловно мне было дико интересно посмотреть на то, как Девен это делает сам с собой. Но не может же быть всё так просто. В чём подвох?       ‒ Конечно правда, ‒ невозмутимо кивнул олень своей ветвистой головой. А затем он так недобро оскалился, что у меня даже холодок пробежал по позвоночнику. Вот только среагировать я не успела.       Девен вдруг резко притягивает меня к себе, а затем быстро прижимает к стене, рядом с этой нахальной демонессой. А потом… это просто шок! Он бесстыже задирает мой летний сарафан и ныряет рукой прямо в трусики.       В этот момент я даже забыла, что нужно дышать. А ещё… пальцы. Они осторожно трогали мои складочки, разливая по телу приятное тепло.       ‒ Ну что, дашь поработать рукой? ‒ выдыхает этот олень прямо мне на ухо, от чего по шее бегут мурашки, устремляясь прямиком вниз живота.       Моё лицо тут же начинает гореть, и даже во рту всё резко пересыхает. Вот подстава!       Я пытаюсь собраться с мыслями, чтоб твёрдо ответить на провокационный вопрос.       ‒ Не… А-ах! ‒ из моего горла вдруг вырывается громкий и для самой себя неожиданный стон. А всё потому, что кое-кто без спроса начал играть с моим клитором.       Вот нахал!       Правда этот нахал после моего стона вдруг резко замер. Тело начало предательски ныть, требуя продолжения. Но у меня есть своё собственное мнение! И гордость!       Я с силой упираюсь руками в грудь оленю и цежу каждое слово:       ‒ Вытащи свои копыта из моих трусов!        ‒ А что, если нет? ‒ Девен смотрит мне прямо в глаза, так и нарываясь на колкость. ‒ Позовёшь братика на помощь?       Вообще-то я и сама могу о себе позаботиться!       Я раздражённо поджимаю губы, и решительно отправляю руку к весьма чувствительному местечку любого парня.       ‒ Если не вытащишь, то будет больно!       Олень вдруг расплывается в улыбке и тихо смеётся.       Он что думает, что я блефую? Наивный!       ‒ Что, не веришь?       Мне становится даже как-то обидно, поэтому я хватаюсь рукой за его пах и с силой сжимаю.       Вопреки моим ожиданиям, Девен не взревел от боли, не отпустил меня. На его лице наоборот вдруг промелькнула эмоция удовольствия. Это ещё что такое?       Я с изумлением опускаю взгляд к своей руке, которая до сих пор держала что-то твёрдое и весьма приятное.       ‒ Чтобы было больно, хвататься нужно не здесь, ‒ выдыхает олень мне в волосы, вызывая новую волну мурашек. ‒ Яйца чуть ниже. А здесь очень даже приятно. Отпустишь?       Так я сейчас держу в руке… член? Да ещё и Девена. Пусть и через ткань джинсов.       Почему же я тогда не могу разжать пальцы?       ‒ Ну как хочешь, ‒ хмыкает олень и снова начинает двигать рукой в моих трусах.       В этот момент предательское тело возликовало, запихивая тонкий недовольный голосок куда-то в дальний угол подсознания.       ‒ А-а! ‒ вырывается из моего горла тихий стон. Я стою прижатая к стене и совершенно не знаю, что мне делать.       ‒ А у тебя тут интересно, оказывается, ‒ выдыхает Девен, прихватывая зубами мочку моего уха. ‒ И так влажно…       От этих его слов возбуждение вдруг множится на два, и я снова не могу сдержать стон. Голова идёт кругом, оголяя все низменные желания. Рука, не желая выпускать пленника, начинает осторожно его изучать, двигаясь вверх-вниз.       ‒ Лучше отпусти… ‒ выдыхает парень, облизнув свои губы.       ‒ А то что? Позовёшь кого-нибудь на помощь? Например, защитников животных.       Смотрите-ка, способность ёрничать у меня ещё не потеряна. Уже неплохо.       Однако Девен мою ответочку не оценил. Посмотрев на меня тяжёлым взглядом, он вдруг… впивается в мои губы властным поцелуем.       Оттолкнуть от себя парня у меня даже мысли не возникло. А вот выяснять, кто тут главный, ‒ я кинулась сразу.       Я ещё ни разу в жизни ни с кем не практиковала глубокий поцелуй, но как показала практика, проблем с этим вообще не возникло. Я словно всегда умела. Просто нужно было попробовать, чтоб это понять.       Губы у Девена оказались такими приятными. Наверно поэтому и поцелуи выходили головокружительно сладкими.       Но это не значит, что я решила сдаться. Совсем нет. При любом удобном случае я пыталась перехватить инициативу поцелуя. Я иногда кусалась, Девен рычал, но никто не собирался уступать.       Пальцы парня во всю хозяйничали в моём интимном местечке, от чего я текла как физически, так и мозгами. Да, в шестнадцать лет тело ещё не вырабатывает достаточно смазки для того, чтоб организм смог без последствий принять в себя огромные размеры альф. Но мы ведь и не собираемся заняться сейчас сексом. Значит, всё в порядке.       Я чувствовала, как Девен нырял несколько раз ко входу в мои глубины, но ни разу так и не надавил. Это потому что я девственница? Или из-за того, что мне нет ещё семнадцати? Впрочем, возможно, всё и сразу…       Моя рука не отставала тоже. Я гладила эту восхитительную твёрдость, мысленно сокрушаясь лишь о том, что не могу расстегнуть эти чёртовы джинсы.       Девен прихватывает зубами мою нижнюю губу, и я тут же кидаю ему ответочку, кусая его за язык. На мгновение мне вдруг кажется, что я перестаралась, но парень лишь едва слышно стонет, а затем перехватывает мой язык и осторожно его посасывает.       Почему это оказывается так до одурения приятно? Потому что пальцы в эту минуту плавно пропускают мой клитор между собой?       Так сладко, что я уже вообще ничего не соображаю…       Стоны рвутся из моего горла, кажется, из самых глубин.       Я глажу член через джинсы, а потом не без удовольствия сжимаю.       ‒ Хватит меня дразнить, ‒ облизывая моё ухо, со стоном выдыхает Девен. ‒ Трахну ведь.       ‒ Посадят, ‒ тут же отвечаю я на автомате, с блаженством подставляя ухо для очередной ласки.       ‒ Я знаю магазин, где продаётся много сухарей. Будешь носить?       ‒ Олени не едят сухари. Травы принесу.       ‒ За траву тоже сажают. Хочешь сидеть рядом? Чтоб я продолжил тебя трахать…       От этих его разговоров внизу живота начало расползаться пламя, готовое накрыть с головой. Но даже оно не заставило меня прикусить язык.       ‒ Только в твоих мокрых сн… ах!       ‒ У меня их не бывает, я же исправно работаю рукой, забыла? А вот твои мокрые трусы мне явно не снятся… Блять! Так течёшь… ‒ Девен зарывается лицом в изгиб моей шеи, и я ощущаю жаркий язык на своей коже.       Он целует меня так жадно, практически с засосами, от чего, мне кажется, я начинаю сходить с ума, а потом…       Он вдруг оголяет моё плечо и… кусает.       ‒ А-ах!       Почувствовать боль я даже не успеваю, потому что лавина оргазма сорвалась с самой вершины и накрыла меня с головой.       Меня выгнуло, и рука сама собой разжала хватку.       ‒ Ну как мои копыта, понравились? ‒ насмешливо выдыхает альфа, легонько прикасаясь губами к моему виску.       Неужели он думает, что сделал меня? Ни за что не уступлю!       ‒ Не знаю, мне сравнить не с чем, ‒ пожимаю я плечами, отводя взгляд.       ‒ Уверена, что не знаешь? ‒ Девен вытаскивает свою руку из моих трусиков и самодовольно показывает мне. ‒ Смотри, почти по локоть мокрая. Так сильно хотела, чтоб я тебя приласкал?       Мне совершенно не нравится, как это звучит! Я что, по ему мнению, тут за ним хвостом бегала, умоляя сделать мне петтинг? Как бы не так!       ‒ Желать прикосновений твоих мазутных рук можно только не в здравом уме! ‒ выпаливаю я, нахмурив брови.       ‒ Так ты у нас, значит, из психушки сбежала? ‒ ухмыляется Девен, дотрагиваясь до моей щеки костяшками пальцев левой руки.       Я тут же дёргаюсь и отворачиваюсь.       Конечно, он мнит себя теперь победителем, раз я тут растеклась лужицей от его прикосновений. Не тело, а предатель Родины! Могло бы и не отреагировать! Или хотя бы не так бурно, чтоб этот олень теперь тут так довольно не скалился.       Я получила такое удивительное неописуемое удовольствие, но при этом меня разбили в пух и прах. Так обидно, что злости не хватает!       ‒ Посмотрите, какой сразу самоуверенный! ‒ фыркаю я. ‒ Хочешь знать, хорошо мне было с твоими копытами или нет? Так я тебе обязательно это расскажу… как только наберусь опыта. Не удивлюсь, если у всех остальных альф это получается гораздо лучше!       ‒ Так ты у нас в шлюхи решила податься? ‒ тут же с отвращением выпаливает Девен. ‒ Смотри в ведро не превратись. Сквозное.       ‒ А тебе-то что? С твоей зубочисткой любая дырка ведром покажется! ‒ огрызаюсь я, желая испепелить этого оленя взглядом.       ‒ Зубочистка? ‒ недоальфа вскидывает брови, явно задетый этой фразой. Какие мы нежные! И тут же цедит: ‒ Ну что ж, открывай тогда рот, я там поковыряю.       ‒ Спасибо, у меня с зубами, слава природе, всё в порядке!       ‒ В отличие от мозгов, да?       ‒ Да у меня хоть человечьи, а не оленьи!       ‒ Да лучше быть оленем, чем дырявой шлюхой!       В этот момент мне почему-то больно, хоть я и прекрасно знаю, что для многих альф омеги априори шлюхи.       И мне дико захотелось сделать больно Девену. Вот только нанести душевную рану я вряд ли смогу, поэтому…       Я рычу и с яростью оттягиваю ворот футболки этого оленя, а затем впиваюсь зубами в его плечо.       К моей досаде Девен даже не пикнул. Надо было сжать челюсти сильнее! И чего это я в моменте затормозила себя…       ‒ Вот видишь, в чём разница между нами? Я от твоих укусов не кончаю, ‒ зло произносит этот придурок и делает шаг назад, отодвигаясь от меня. ‒ Больше не лезь ко мне. Такие беспринципные дырки мне неинтересны.       Внутри снова что-то резко сжимается. И это оказывается настолько болезненно, что даже слёзы стали скапливаться в глазах. Предательские непрошенные слёзы.       Я резко отворачиваюсь от Девена и, гордо выпрямив спину, произношу:       ‒ Какое совпадение, мне тоже убогие дрищи с оленьими мозгами… отвратительны.       Я стремительно ухожу, больше ни разу не обернувшись.       Сегодня я совершила чудовищную ошибку, которую больше никогда не допущу! Впредь плавиться от удовольствия в руках насильника ‒ ТАБУ!