Глава 9

      Айд с Соной не только сшили крутые костюмы, но ещё и организовали целую фотозону в своей достаточно просторной мастерской. Естественно, максимально тематическую, с большой полной луной, уединённой лесной тропинкой и листвой по краям.       Ну восторг!       Но не только фотозона привлекла моё внимание. Костюмы! Несколько аккуратных рядов с потрясающими нарядами занимали внушительную часть комнаты. А ещё стояли полки с париками, украшениями, атрибутами…       Просто выбирай и примеряй!       Из мыслей меня вдруг вырывает звон монет. Я оборачиваюсь на звук и вижу… очаровательную омежью попку в одних слипах.       Это Кир начал переодеваться, а когда стал стягивать джинсы, из кармана посыпалась мелочь. Ну и он, конечно же, кинулся её тут же подбирать. Часть закатилась под небольшой диванчик, на котором он сидел, и Кир по инерции встал на четвереньки, чтобы их вытащить.       Вид получился шикарный!       Волчара тоже оценил. Глаза его тут же налились тьмой и даже клыки стали удлиняться. Такой ничем неприкрытый голод, а Кир и не видит. Но… есть тот, кто потом ему покажет эту картинку в деталях.       Гейл обдаёт вспышкой застывшего на месте Рэйфа. Тот отмирает, опасно скалится, готовый, по всей видимости, в моменте растерзать фотографа, но потом берёт себя в руки и выскакивает из комнаты.       Интересно, куда он? Надеюсь, из-за этого фотосессия не сорвётся, а то Кир не переживёт…       Айд и Сона с восхищающим профессионализмом начали помогать Киру становиться оборотнем. Совершенно не беспокоясь о Рэйфе. Значит, и мне не следует.       ‒ Вернётся, никуда не денется, ‒ выдыхаю себе под нос я и иду исследовать вешалки с костюмами.       Хотелось примерить каждый! Но без посторонней помощи это было трудноосуществимо. Поэтому я перешла к тем частям косплея, которые нацепить на себя было проще. Парики!       Я практически мгновенно останавливаю свой выбор на голубом парике с россыпью перламутровых жемчужин. Ну такая красота!       Надеваю его на голову и мысленно представляю себе пенное море. Я русалка, играющая с волнами!       ‒ Почему он вообще ушёл? ‒ возмущённый голос Кира возвращает меня с… моря на землю. ‒ Я понимаю, что я его заставляю, но он же в итоге согласился.       ‒ Да не сбежит твой волчара. Сейчас шкурку поправит и придёт, ‒ усмехается Анил, словно что-то зная наверняка. ‒ Но ты больше монетки свои так резко не кидайся доставать из-под дивана. В одних трусах.       ‒ А? ‒ Кир явно недоумевал.       Эх, пропустил такой момент! Но ничего, я потом расскажу ему в красках! А сейчас…       Я выхожу из ряда с костюмами и пошленько хихикаю:       ‒ Правильно, в следующий раз надо без трусов.       Чтоб Рэйф реально завыл на луну…       Кир стоит с румяными щеками, и это делает его просто нереально милым… оборотнем. А я, кстати, русалка. С ногами.       ‒ Как думаете, мне идёт? ‒ перебирая пряди парика, спрашиваю я у омежек.       ‒ Тебе очень идёт, ‒ кивает Айд, показывая рукой «класс». ‒ Кажется, в нашем косяке появилась новая сирена.       Сирена? Это та, которая своим голосом заманивает моряков, чтобы их погубить? Блин, моряков жалко, они работяги. А вот пиратов можно и помучить…       ‒ Полундра! ‒ вдруг раздаётся бодрый голос… оленя. Ну кого ж ещё…       И он выходит из-за вешалок с другой от меня стороны.       Я смотрю на Девена в пиратской треуголке и с чёрной повязкой на глазу и невольно удивляюсь тому, как идёт копытному морской образ. Такого точно бы сразу в рабство…       Вспышка фотокамеры тут же приводит меня в чувство, и я отворачиваюсь от этих тёмно-карих глаз.       Нет, я не пялилась на оленя! Это просто случайное стечение обстоятельств! Да и вообще, пирату никогда не взять в плен сирену!       Дверь в комнату вдруг открывается и заходит Рэйф. Мрачнее тучи. Неужели подышать свежим воздухом вдали от упругой попки Кира ему не помогло? Впрочем, дышать свежим воздухом В упругой попке Кира ему бы явно понравилось больше…       ‒ Давайте быстрее покончим с этим, ‒ цедит Рэйф, избегая смотреть на Кира.       ‒ Погнали, ‒ тут же кивает Гейл, поднимая свой фотоаппарат, ‒ я полностью готов!       К моему некоторому удивлению готов был не только Гейл. Кир и даже Рэйф максимально влились в процесс. В итоге создавалось впечатление, будто для них троих в этот момент больше никого и нечего не существовало. Вот это погружение в работу!       Впрочем, я тоже не далеко ушла. Меня настолько поглотила их съёмка, что только когда она закончилась, я осознала, что не отводила от них глаз.       Или это Гейл настолько крутой, или момент действительно какой-то волшебный.       А может, всё и сразу!              

***

             Мы всей толпой спускаемся на первый этаж и видим… едва не ломящиеся от еды столы. Слюнки побежали мгновенно.       ‒ Это называется немножко?! ‒ тут же воскликнул (кто бы вы думали) естественно олень.       ‒ Зато точно наедимся, ‒ невозмутимо ответил Ватли.       ‒ Ну, возможно, мы капельку перестарались, ‒ погладив голову рукой, произнёс Лютер. А затем обратился к своему омеге: ‒ Ты же не против?       ‒ Конечно, нет, ‒ Айд улыбается и встаёт на цыпочки, чтобы поцеловать альфу. ‒ Спасибо за старания.       ‒ Скорее все рассаживайтесь! ‒ дала команду Сона, чтоб все не стояли и с неловкостью не смотрели на еду.       ‒ Да начнётся ПИР! ‒ вставляет свои три копейки Девен. Без его же разрешения никуда…       ‒ Олени не пируют, ‒ резонно замечаю я. ‒ Они лежат в центре стола с поджаренным задом.       Правда жизни Девену почему-то не понравилась.       ‒ Блять, да я сейчас твой зад поджарю!       Я снисходительно смотрю на это пыхтящее копытное. Что-то нервы у него совсем расшатались. С чего бы это?       Но в любом случае зада моего ему не видать.       ‒ Только в твоих мокрых снах!       Но наслаждалась моментом я недолго. Девен вдруг внимательно смотрит на меня исподлобья, а затем едва слышно рычит:       ‒ Ты снова нарываешься? Или ты просто хочешь прогуляться со мной до демонессы? Как в прошлый раз…       ‒ Вот ещё! ‒ резче, чем мне бы хотелось, тут же выпаливаю я.       Щёки мои начинают предательски гореть, и я совершенно не хочу, чтоб это видел олень. Я быстро отворачиваюсь и сажусь к Киру, подальше от этого тупорогого создания.       Отвлечься от мыслей о Девене, о том, что могло бы снова произойти возле демонессы… оказалось очень нелегко. Еда была вкусная, но ела я словно на автомате. Поэтому, когда прозвенел дверной колокольчик, я не сразу обратила внимание, что в кофейне появился кто-то новый.       Зато Анил увидел сразу. Увидел и в шоке подскочил с места.       ‒ Аника… ‒ вырвалось у него с таким изумлением, будто перед ним стоял призрак.       Я внимательно посмотрела на незнакомую омежку. Очень юную, тоненькую и невероятно хорошенькую омежку. То, что они с Анилом родственники ‒ это девяносто девять процентов из ста.       ‒ Анил! ‒ увидев парня, девчушка с явным облегчением кидается к нему навстречу.       ‒ Малышка, что случилось? Как ты здесь оказалась? ‒ прижимая её к своей груди, с тревогой спрашивает он.       ‒ Ох, Анил… ‒ девчушка всхлипывает и дрожащей рукой протягивает ему… куклу. ‒ Я не успела спрятать, и мама… она… ‒ голос её вдруг сорвался на отчаянные рыдания.       Я в полном недоумении смотрю на омежку, а затем перевожу взгляд на игрушку. У которой отсутствовала одна значительная деталь ‒ голова. И выглядело это немного крипово.       ‒ Мама резко зашла ко мне, когда я шила, ‒ пыталась сквозь рыдания объяснить девчушка. ‒ Я вообще не ожидала! Я успела спрятать только инструменты, а куклу… Ох, Анил! Я только закончила лиф! Хотела сделать ещё чулки, но мама… Она схватила куклу и закричала, что это уродство! Позор! Сказала, что такие куклы в подобных нарядах должны быть стёрты с лица Земли! И она… она… Она взяла пакет и сгребла с полок все мои куклы! Выкинула их, как мусор! А на них ведь было столько сшитой одежды! Столько моих сил!       ‒ Аника, малышка моя… ‒ сочувственно выдохнул Анил, гладя омежку по голове. ‒ Кукол мы тебе новых купим, не переживай!       ‒ Да многих уже не выпускают! Это были эксклюзивы!       ‒ Выкупим у коллекционеров. Это не проблема, ‒ уверенно произносит Анил. ‒ Восстановим тебе всех.       ‒ Но на моих было же столько одежды…       ‒ Вот это действительно жалко, но, я уверен, ты сошьёшь ещё лучше! Мама не смогла выкинуть самое главное ‒ твой талант!       Девчушка смотрит на Анила с такой надеждой, а я сижу и совершенно ничего не понимаю.       Ну реально, что происходит?       Ребёнок, которому примерно лет тринадцать, уходит из дома ночью из-за каких-то там кукол? Серьёзно?       Или это только вершина айсберга, и основная проблема гораздо глубже?       ‒ Я так рада, что нашла тебя! ‒ выдыхает девчушка и с благодарностью обнимает Анила.       ‒ Кстати об этом. Аника, как ты здесь очутилась? Как ты нашла это место? Ведь вряд ли же тебя мама привезла сюда…       ‒ Нет, мама не знает, что я сбежала, ‒ тряхнула своими светлыми волосами омежка. ‒ Я подождала, пока все уснут… Ох, как же я была зла! Так зла, что мне уже было всё равно, что со мной будет. Я просто шла по дороге и всё. Потом я услышала, что кто-то свистит мне в спину и что-то там выкрикивает, но мне было не интересно.       ‒ И ты не испугалась? ‒ Анил округлил свои глаза с гетерохромией.       ‒ Ну… голоса были грубые, поэтому, если честно, тревожно действительно стало. Особенно, когда мне показалось, будто эти голоса стали приближаться, но благо, это действительно оказалось лишь моё разыгравшееся воображение.       ‒ То есть к тебе в итоге никто не подошёл? ‒ решил уточнить Анил.       ‒ Подошёл, ‒ невозмутимо ответила омежка, а потом вдруг улыбнулась. ‒ Парень.       ‒ Какой ещё парень?! ‒ а вот Анилу было явно не до улыбок.       ‒ Красивый. Даже немного жаль, что он омега…       ‒ И зачем этот парень к тебе подошёл?       Девчушка вдруг виновато опустила голову и выдохнула:       ‒ Чтоб наругать меня. За то, что по ночам одна гуляю. Но я ему всё объяснила! И сказала, что мне нужно к брату в волшебную кофейню! И тогда он очень любезно согласился меня сюда проводить.       Ага! Всё-таки брат! Я была права!       ‒ Что? И ты пошла с ним?! Вот так просто?! А если бы он!..       В этот момент у меня по коже пробежал неприятный холодок. Это «а если бы» оживило воспоминания, связанные с Руном и бетами из шестнадцатой общины…       Анил действительно беспокоился не напрасно, негодяев по ночам выползает гораздо больше, чем днём. А я, имея такой не самый радужный опыт, обратила сейчас внимание лишь на слово «брат»…       Даже не знаю, радоваться мне этому факту или стыдиться.       ‒ А как выглядел тот омега? ‒ к разговору вдруг подключился Айд.       ‒ Ну… даже не знаю… ‒ Аника задумалась, прижав к себе обезглавленное тело куклы.       Кстати, куклы меня никогда особо не интересовали, особенно без головы, но тут моё внимание неожиданно приковали интересные детальки на оставшемся куске пластмассы. Таких натуральных форм у кукол я никогда ещё не видела. Высокая пышная грудь с розовыми сосочками и… прорисованные складочки между ног ‒ выглядели весьма не по-детски. Где-то слышала, что подобное называют «анатомически правильным»…       А вот такие куклы меня реально могли бы заинтересовать раньше. Если бы я про них знала. Впрочем, даже теперь захотелось посмотреть на них в полном комплекте. НО! Если у этой Аники все такие куклы, то тогда неудивительно, что мать так ополчилась, что аж выкинула всех. Куклы были явно не по возрасту. Правда появился теперь другой вопрос: куда мать смотрела раньше, когда эти куклы покупались?       ‒ О! ‒ вдруг воскликнула девчушка, уставившись в мою сторону. ‒ Он на этого парня чем-то похож!       Пока я думала про куклы, уже даже успела забыть о чём речь. Но повернув голову на застывшего в изумлении друга, сразу всё вспомнила.       ‒ На Кира? ‒ Анил удивлённо приподнял свои светлые брови.       ‒ Да, что-то есть общее в чертах лица, ‒ с ещё большей уверенностью кивнула его сестрёнка. ‒ Только у того парня волосы были подлиннее, чуть ниже подбородка, но тоже светлые. Ещё они ему постоянно на один глаз падали. Не знаю, как ему только так удобно ходить. Мне всю дорогу казалось, что они ему мешают. Ну плохо же видно из-под волос! Но, похоже, мешало только мне, ‒ омежка вдруг тяжело вздохнула. ‒ Когда мы прощались, я едва себя успела остановить, чтоб ему волосы за уши не заправить. За его красивые, украшенные просто огромным количеством пирсинга уши. Вот было бы неловко…       ‒ А он не говорил, как его зовут? ‒ задал ещё один вопрос Айд. Кажется, он знает, о ком идёт речь.       ‒ Нет, ‒ девчушка грустно покачала головой. ‒ Я спросила его, но он ответил, что это неважно. Хотя для меня очень даже важно! Он ведь так мне помог! Отвёл меня сюда, время своё потратил… Я предложила ему зайти вместе со мной, но он ответил, что тут он за меня спокоен и что ему надо уже идти. Потом накинул на голову капюшон и быстро пошёл назад. Кстати, когда он обернулся, половину его лица закрывал… платок, кажется...       ‒ Эйши… ‒ тут же выдохнул Айд, кивнув. Значит, его догадки подтвердились.       ‒ А? Вы его знаете? ‒ Аника с надеждой посмотрела на парня.       ‒ Угу, знаю, ‒ вздохнул Айд. ‒ Он уже который раз оказывается рядом, но на чай так и не заходит…       ‒ Может, потому, что вокруг тебя всегда полно народу? ‒ улыбается Лютер, обнимая своего омегу.       Народу сегодня действительно было много, но ведь так же не каждый день. Всё-таки причина в чём-то другом.       Про Эйши я знала от Айда. Он был важным звеном в спасении Айда и Лютера. Вот это я понимаю омега! Стержень просто стальной! И конечно же, мне очень сильно хотелось познакомиться с ним лично. Ну а вдруг когда-нибудь…       Но то, что Эйши, оказывается, похож на моего лучшего друга ‒ прям неожиданность! Почему же тогда Айд про это и словом не обмолвился? Надо бы узнать…       ‒ Айд, ну теперь ты скажи, Эйши действительно похож на Кира? ‒ я поднялась с места и пытливо уставилась на парня.       ‒ Ну… если только весьма отдалённо. На мой взгляд, ‒ пожал плечами Айд, явно задумавшись. ‒ Хотя… ‒ он вдруг изучающе посмотрел на засмущавшегося Кира. ‒ Пожалуй, что-то общее действительно есть. Жаль, нельзя поставить Эйши рядом, чтоб понять наверняка…       Так, от Айда мало толка, поэтому нужно опросить ещё один источник.       ‒ Так значит, Кир для тебя тоже красивый? ‒ я быстро оказываюсь возле Аники и осторожно закидываю удочки.       ‒ А? Да, конечно, ‒ девчушка явно теряется и жмётся к брату.       Что ж, наживка не та. Может, тогда лучше прямо?       ‒ Не бойся, ‒ улыбаюсь я и протягиваю ей руку, ‒ пошли со мной за стол.       И вуаля! Аника хоть и неуверенно, но вкладывает свою ручку в мою ладонь. И почему-то мне думается, что это начало нашей дружбы.              

***

             Моя интуиция меня не подвела. Аника оказалась очень приятной и весьма любознательной девочкой, с которой мы действительно быстро подружились.       Аника ещё немного рассказала про Эйши, но, к сожалению, ответов на мои вопросы это не прибавило. Значит, пока я его лично не увижу, так и буду мучиться в догадках. Эх…       Мы с Киром так же выяснили у Аники про куклы, про её побег из дома, и теперь я могу с уверенностью сказать, что…       На её месте я давно бы сошла с ума! С такой-то матерью…       В этот момент мне захотелось обнять свою собственную маму и сказать ей спасибо, что она у меня не такая! А самая лучшая на свете!       В итоге, не сговариваясь, мы с Киром решили взять Анику под своё крыло и научить жить по-человечески, а не по правилам «золотой клетки».       И начать решили с еды. Оказалось, что всю жизнь Анику кормили какой-то непонятной смесью «полезных продуктов», потому что в детстве у неё была аллергия. Что, конечно, достаточно странно, ведь она не бета. А у нашего вида это заболевание встречалось крайне редко. Хотя, возможно, это как раз-таки тот самый редкий случай. Но как бы там ни было, мы решили это перепроверить. В больнице.       А ещё Аника пообещала показать нам, как она шьёт. Вот на это было очень интересно посмотреть. Потому что лично я и шитьё ‒ вещи несовместимые.       В этот момент я посмотрела на свои руки и подумала о… копытах. Привет, Девен.       В общем с Аникой оказалось очень легко и интересно. Но тогда мы ещё не знали, что за это знакомство достанется именно Айду. А также Соне и Ватли. Потому что из-за одной психически неуравновешенной мамаши кофейню едва не снесли…              

***

             ‒ Нет, я всё-таки зря согласился, ‒ нервно выдыхает Мал, стискивая руки.       ‒ Поздно, мы уже приехали, ‒ улыбается Акей, подбадривающе поглаживая своего омегу по колену.       ‒ Ничего не зря. Такой праздник нужно отметить! Поэтому без тебя никак! ‒ уверенно произношу я, беря омежку за руку. ‒ Да и с Анилом наконец-то познакомишься. Он знаешь, какой классный!       ‒ Вот только я не очень кла… ай!       ‒ Ещё раз скажешь что-то подобное, и я тебя ещё не так ущипну! ‒ я поджимаю губы и начинаю демонстративно щипать воздух перед самым лицом Мала.       ‒ А я укушу, ‒ подключается Акей.       ‒ Ты и так постоянно это делаешь, ‒ хмыкаю я, пошленько посмотрев на шею его омеги.       ‒ Ага, ‒ невозмутимо отвечает брат, кивнув. ‒ Я просто констатировал факт. Твои щипки тут ни при чём.       ‒ То есть, тебе всё равно, что Мал про себя такое говорит? ‒ я приподнимаю брови, готовая кинуться в бой. Словесный, естественно.       ‒ Не всё равно. Но у меня есть свои методы… Они куда более действенные, чем твои угрозы, ‒ Акей кидает на меня взгляд, полный превосходства, а Мал неожиданно краснеет.       Всё с ними понятно. И про их методы тоже. Но от демонстрации, конечно, я бы не отказалась…       ‒ Усерднее тогда работай, а то у методов твоих, похоже, есть откат, ‒ хмыкаю я, показав Акею язык.       ‒ Непременно, ‒ обещает брат, осторожно сжимая колено Малу.       Мы выходим из такси и дружно идём к кофейне.       Стоит, родимая, никем не снесённая! Собственно, это и будем праздновать. Ну и ещё кое-что…       Мы заходим в кофейню и видим, что уже много кто был на месте.       ‒ Да не бойся ты! Расслабься! ‒ я глажу Мала по его напряжённым плечам, слегка подталкивая вперёд.       ‒ Я не боюсь. Просто неловко как-то… ‒ произносит омежка, опуская взгляд в пол.       ‒ Почему неловко? Тут же все свои, ‒ Акей приобнимает Мала и целует в висок.       ‒ Свои, но не все знакомые… ‒ продолжает паниковать парень.       ‒ Так сейчас и познакомишься! ‒ я хватаю Мала за руку и тяну за собой.       Самую главную цель я вижу сразу и весело кричу:       ‒ Анил! Привет! Смотри, кого я к тебе привела! Мой брат-счастливчик и его наимилейший истинный!       Акей протягивает руку Анилу, приветливо улыбаясь:       ‒ Акей. И по совместительству брат-счастливчик. Потому что у меня есть наимилейший истинный.       При этих словах брат обнимает Мала, который тут же зарделся.       ‒ Я… я ‒ Мал, ‒ омежка неуверенно улыбается, сцепляя пальцы в замок.       ‒ Очень приятно. Спасибо, что пришли, ‒ отвечает Анил, с интересом рассматривая парочку перед ним.       ‒ Мал, я так рад, что ты решился! ‒ Кенни подлетает к нам и обнимает друга, а затем быстро чмокает его в губы. ‒ Я так хотел, чтоб ты пришёл, но давить на тебя не хотелось.       ‒ Зато у меня с этим проблем нет, ‒ ухмыляюсь я, вздёргивая подбородок.       ‒ Да, ты и мёртвого достанешь, ‒ тут же хмыкает Акей, и мне хочется стукнуть его чем-нибудь тяжёлым. Но ради Мала я держусь.       ‒ Ура! У тебя получилось! ‒ вдруг раздаётся со второго этажа радостный голос Кира.       Он быстро спускается по лестнице, крепко держа за руку Анику.       ‒ Ты что, во мне сомневался? ‒ я вопросительно вскидываю бровь. ‒ Я же сказала, что уговорю Мала, вот и пожалуйста.       ‒ Конечно, не сомневался, ‒ улыбается Кир. ‒ Разве я мог? Аника, познакомься с нашими друзьями, хотя… они уже больше чем друзья. Можно сказать, часть семьи.       ‒ Да-да, Мал, это про тебя, ‒ киваю я, обнимая засмущавшегося парня за плечи.       Краем глаза я заметила, что щёки Аники тоже горят. И теперь я знаю, почему у неё такая реакция. Её практически всю жизнь держали в четырёх стенах, а тут столько народа. Что ж, потихоньку, но мы адаптируем её к нормальной жизни!       ‒ Часть семьи? ‒ вдруг раздаётся пренебрежительный голос Лютера.       Это ещё что за новости? Всё ведь было хорошо!       Я внимательно смотрю на альфу, который стоял позади Мала, засунув руки в карманы, и не могу ничего прочитать по его бесстрастному лицу.        Мал робко обернулся, и я просто физически ощутила напряжение, которое вмиг разлилось по всей кофейне.       Брат мой тут же превратился в хищника, готового перегрызть горло любому, кто посягнёт на его владения.       Умрёт, но Мала в обиду не даст. Я, кстати, тоже.       Холодный взгляд Лютера встретился с обжигающим взглядом Акея. Они сверлили друг друга несколько секунд, а потом…       ‒ Часть семьи тут, а мне никто не сказал? ‒ произнёс Лютер и тут же словно оттаял. На его губах заиграла насмешливая улыбка, которая сразу же разрядила всю обстановку. ‒ Мал, я рад, что ты всё-таки пришёл, ‒ он протянул руку и погладил омежку по ёжику на голове. Практически точно такому же, как у него самого.       Затем Лютер перевёл взгляд на Акея и прямо спросил:       ‒ Что, уже мысленно разорвал меня на части?       ‒ И скормил аллигаторам, ‒ не моргнув глазом добавил брат.       ‒ Одобряю, ‒ кивнул Лютер, протягивая руку. ‒ Пусть кто-то только попробует косо посмотреть на Айда ‒ закатаю в асфальт.       Акей расплывается в улыбке и с готовностью крепко пожимает протянутую руку, а затем оба альфы обнимаются и похлопывают друг друга по спине.       Я мысленно выдыхаю. Ну и шуточки у Лютера! Но мне понравилось.       А теперь я озвучу своё мнение.       ‒ Какие варварские методы, ‒ фыркаю я, дёрнув плечиком. ‒ Аллигаторы, асфальт… Это ж человек даже не помучается! То ли дело сжечь на костре! И долго, и мучительно, и есть время подумать над своим поведением. Да и просто красиво.       ‒ Ага, и маршмеллоу заодно можно пожарить, ‒ хохотнул Акей, покачав головой. ‒ Какая у меня всё-таки кровожадная сестра!       ‒ Ну, если кинуть живого человека к аллигаторам, то, как по мне, мучения ему гарантированы, ‒ не согласился вдруг Ватли.       ‒ Да и в асфальт закатать можно по-разному, ‒ вдруг услышали мы все мягкий знакомый голос. ‒ Но должен признать, костёр действительно красивее.       ‒ Гейл! ‒ громче всех воскликнул Анил.       Мы здороваемся с альфой, и я едва держусь, чтоб сразу же не спросить про фотографии. И чего я так жду? Фотосессия ведь была не моя…       С появлением Гейла Мал снова весь натянулся как струна. Ну что ж он так вечно переживает?       Я поддерживающе глажу его по плечам и шепчу:       ‒ Мал, уже можно расслабиться.       ‒ Да я в порядке, ‒ улыбается парень, дотрагиваясь до моей руки на своём плече, ‒ так что иди развлекайся.       ‒ Ну я же обещала, что буду с тобой! ‒ напоминаю я.       ‒ Ты и так со мной, не переживай.       Это Я не переживай? И когда мы успели поменяться местами? Почему теперь Мал пытается меня успокоить?       ‒ Да-да, иди уже давай. Сожги там кого-нибудь на костре. Например, какого-нибудь оленя, ‒ прикалывается надо мной брат и демонстративно прячет от меня своего омегу в объятиях. ‒ А Мала есть кому охранять.       Сжечь оленя? Это, конечно, можно…       ‒ А он что, здесь? ‒ спрашиваю я, быстро окидывая взглядом собравшихся в кофейне людей.       Неужели я могла не заметить?       ‒ Девен с Рэйфом на кухню пошли, ‒ вдруг произнёс Анил, рассматривая свои ноготки.       ‒ Да мне вообще всё равно, где этот… олень! ‒ пренебрежительно фыркнула я.       Я ведь просто так спрашивала. Но с другой стороны, почему этот насильник должен спокойно жить?       ‒ Пойду воды попью! ‒ произношу я и быстро иду на кухню.       Девен с Рэйфом действительно оказались там. Они стояли, весело о чём-то болтали и ели грецкие орешки из вазочки на столе.       ‒ О, тебе уже не поможет, ‒ усмехаюсь я, вклиниваясь между парнями, чтоб добраться до вазочки. ‒ Извилин не прибавится, сколько ни ешь.       Девен закатывает глаза, и вспоминает, что умеет молчать.       ‒ Не, мозг свой ты так не увидишь. Можешь не стараться, ‒ закидывая орешек в рот, иронично протягиваю я.       Девен кидает взгляд на Рэйфа, явно ища поддержки.       ‒ Что такое? Без помощи друга не можешь вспомнить человеческую речь?       Девен вдруг играет желваками, а потом сквозь зубы кидает другу:       ‒ Пойдём отсюда.       ‒ Ой, как неожиданно! Олень спасается бегством, ‒ усмехаюсь я, беря из вазочки ещё одну горсть. ‒ А всё потому, что яйца, как эти мелкие орешки. Теперь даже неудивительно, почему я тогда не смогла их нащупать…       Рэйф вдруг смотрит на меня с интересом, приподнимая брови, и я тут же понимаю, что ляпнула лишнего. Блин…       ‒ Мелкие? ‒ зло рычит Девен, хватаясь за ремень джинсов. ‒ Пойдём покажу!       Он начинает наступать на меня, едва сдерживая ярость. А терпение у него тоже не больше орешка.       ‒ Посмотришь, сравнишь, потрогаешь… языком!       ‒ Девен, хорош, ‒ Рэйф тормозит друга и пытается вывести его из кухни.       ‒ Да пусти меня, Рэйф! Я сейчас ей покажу «мелкие орешки»! Пусть убедится!       ‒ Да не обращай внимания. Ты же такие её выпады всегда легко игнорил, что сейчас-то случилось?       ‒ Да сил нет, она мне уже весь мозг вынесла!       ‒ Было бы что выносить. У оленей мозг с… орешек, ‒ я выхожу следом за парнями, закидывая в рот последнюю половинку грецкого ореха. Ну а что мне на кухне без них делать?       ‒ Ван, перебарщиваешь, ‒ Акей осуждающе на меня посмотрел.       Перебарщиваю? Лично мне так не кажется.       Костёр не разведён, олень на вертел не насажен, поэтому какие ко мне могут быть претензии?       Я невозмутимо пожимаю плечами.       ‒ Рэйф! ‒ раздаётся радостный возглас Кира, и мой друг тут же бежит на шею к своему волку.       ‒ Привет, Кир, ‒ вымученно улыбнулся Рэйф, отпуская Девена.       ‒ А теперь ты крепись, ‒ вдруг хмыкнул олень, похлопав друга по плечу копытом.       Кир как обычно долго не отпускает Рэйфа, а тот героически терпит. Естественно не Кира, а чтоб прям здесь и сейчас его не завалить.       Интересно, если бы Кир раньше заметил Рэйфа, Девен на кухне бы ел орешки один? Ведь тогда оленю никто бы не помог и… я, возможно, увидела бы его «орешки» в штанах…       Даже немного жаль…       ‒ Все за стол! ‒ позвал Айд, и пир (как выразился бы олень) начался.       Хоть и без его поджаренного зада.       Атмосфера в кофейне была потрясающая. Весело, вкусно и уютно. Но Кир всё время ёрзал на стуле, постоянно поглядывая на… нет, не на Рэйфа. В этот раз он не сводил глаз с Гейла. И всё ждал, когда он наконец-то решит показать фотографии с прошлой фотосессии.       И в итоге, конечно же, дождался. Как и я.       ‒ Ну что, кто хочет посмотреть фотографии? ‒ улыбнулся Гейл, кладя пухлый конверт на небольшой столик в самом углу кофейни.       ‒ Он ещё спрашивает, ‒ хмыкнул Кир, подрываясь с места.       ‒ Ну. Похоже, издевается, ‒ улыбнулась я, следуя за другом.       Конверт был вскрыт моментально.       ‒ Ого, как круто! ‒ выдохнули мы с Киром в один голос.       ‒ Кир, да ты тут реально оборотень! ‒ поражённо выдохнул Анил, который тоже практически сразу подошёл к столу.       Остальные подтягивались потихоньку.       Кир просто в шоке листал фотографии, периодически вздыхая и ахая. А на кадрах с Рэйфом он зависал ожидаемо долго. Но должна признать, волчара был действительно горяч. Хотя кто бы мог подумать, что этот альфа так сумеет.       В профессиональных руках творятся чудеса.       Кир листает следующее фото, а там…       ‒ Это что такое?! ‒ тут же вырывается у меня.       Я во все глаза смотрю на фото, где была запечатлена я в голубом парике рядом с… нет, не с оленем. В этот раз это был настоящий пират.       Видать поэтому сирена в моём обличие с таким влюблённым трепетом смотрела на него. Да и пират не сильно отстал. Такое неприкрытое обожание на его лице могло быть направлено лишь на сказочное создание.       Так, стоп! Я же помню, что ничего подобного не было тогда! Неужели Гейл грешит фотошопом? Подрисовывает и искажает? Другого объяснения у меня просто нет.       Блин, вот как узнать наверняка?       Щелчок фотокамеры заставил меня перевести взгляд на Гейла. А сейчас-то что он хотел запечатлеть? То, в каком я афиге?       А потом жди фотографию с подрисованными слюнями…       Кир листает дальше, и с каждой новой фотографией моя челюсть падает всё ниже.       Почему нас с Девеном оказывается так много? На снимках мы то спорим, то сверлим друг друга убийственным взглядом, то… просто смотрим… осторожно так…       Кир листает дальше, и я вижу… свою ж… спину.       Но это не самое интересное, хоть и моя ж была прям хороша. Неужели она у меня действительно такая или наш фотограф опять подрисовал?       Девен, естественно, тоже был в кадре. И от того, как он пялился на мою пятую точку, мне почему-то вдруг стало приятно. Голод и неприкрытое желание читались на его лице и без пояснительно бригады. Особенно мне понравилось, как он чувственно прикусил при этом свою нижнюю губу…       Вот бы так тоже прихватить её зубами…       ‒ Это какая-то подстава! Не было такого! ‒ выпалил олень, прерывая опасное течение моих мыслей. ‒ Я вообще не туда смотрел! Просто совпадение!       ‒ И я тоже не смотрела ТАК на этого оленя! ‒ не осталась в долгу я, скрестив руки на груди.       Но вот, слава природе, больше никаких странных двусмысленных фоток с нами!       Жаль…       ‒ Какого?!.. ‒ рык Рэйфа едва не сотряс стены кофейни. ‒ Ты реально это оставил?!       ‒ Тебе не нравится? ‒ Гейл невозмутимо посмотрел на альфу, слегка наклонив голову набок. ‒ По-моему, это роскошный кадр.       Я бегаю глазами по этому роскошному кадру и пытаюсь срастить, когда это Гейл успел такое поймать. Ну вряд ли же фотошоп, иначе Рэйф бы так не злился.       Может, это волчара в тот день так «воздухом дышал» насмотревшись на попку Кира?       Очень похоже на правду.       На фото Рэйф выглядел ещё сексуальнее, чем просто в облике оборотня. Но оно и понятно, ведь только на этом кадре его ширинка была расстёгнута, а в руке зажат член. При этом взгляд был такой хищный, а из приоткрытого рта выглядывали клыки…       Интересно, а Девен в такой ситуации как бы выглядел?..        ‒ И неприличный! ‒ добавил Рэйф, едва не скрипя зубами. ‒ То, что я делаю в туалете ‒ сугубо моё личное дело!       ‒ Личное… Это что-то опять про границы, да? ‒ уточнил Гейл явно на полном серьёзе. ‒ Никогда этого не понимал… Красиво же вышло.       ‒ Очень, ‒ вдруг подтвердил Кир, благоговейным голоском. ‒ Можно, я оставлю её себе?       ‒ Нельзя! ‒ тут же гаркнул Рэйф, выхватывая фото из рук моего друга.       И в этот момент открылась следующая фотография. Ещё круче предыдущей.       Рэйф, едва не взвыв, шумно втянул в себя воздух и с непередаваемой жадностью выхватил и этот кадр тоже.       Но мне хватило и секунды, чтоб рассмотреть шикарную попку Кира. Фотография получилась настолько маняще-сексуальной! И это при том, что Кир просто подбирал в этот момент монетки! Что же тогда бы получилось, решись Кир на целенаправленную откровенную фотосессию?!       Страшно подумать, но очень хочется увидеть.       ‒ Эй, я не успел рассмотреть! ‒ Кир обиженно кинул на Рэйфа недовольный взгляд.       ‒ А нечего смотреть на… ЭТО! ‒ процедил альфа, засунув снимки в карман худи.       ‒ Тебе что… не понравилось? ‒ расстроенно выдохнул Кир, посмотрев на альфу несчастным взглядом.       Рэйф впал в ступор. Похоже, просто не знал, что ответить. А Гейл тут же за своё. Щёлк-щёлк. И вот новые эмоции волчары в его копилке.       ‒ Дело не в этом! ‒ попытался обойти острые углы Рэйф. ‒ Просто нечего такое показывать!       ‒ Жаль, ‒ вздохнул Гейл, ‒ а то у меня ещё есть. Немного другие ракурсы. Не стал всё распечатывать, чтоб время много не отнимать. Только самые ключевые кадры.       ‒ Ой, а это я? ‒ Анил устремил взгляд на последнее фото в руках Кира. ‒ Вот это у меня лицо, конечно. Улетел, так улетел.       ‒ Ох, как охуенно! ‒ восхищённый шёпот Одри услышали, кажется, все. ‒ Можно, я себе оставлю!       ‒ Я тоже хочу себе такую! ‒ тут же подключился Вал.       В этот момент я почувствовала странное чувство. Кажется, неприятное. Эти двое альф могли так спокойно сказать, что они в восторге от фото и хотят его себе, а я…       Что я?       Мне не нужны фотки Девена! Совсем!       Даже эта, где моя ж!       ‒ Ну говорите, какие фото хотите, я всем пришлю, ‒ вдруг спокойно обещает Гейл, улыбнувшись.       ‒ О, круто! ‒ тут же захлопал в ладоши Кир. ‒ Мне все надо! И те, которые не распечатанные ‒ тоже!       Рэйф закатил глаза и со злостью цокнул. Но это всё, что он мог в данной ситуации сделать.       Хотя нет, не всё. Ещё он в самом конце вечера подошёл к Гейлу, и дал ему свой номер. Угадайте для каких целей. Ага-ага!       ‒ Ванесса, а ты не хочешь свои фотографии? ‒ вдруг спрашивает меня Анил, глядя в глаза.       ‒ Вот ещё! Не нужны мне фотки, где есть этот рогатый! ‒ фыркаю я, вздёрнув подбородок.       Я действительно держусь и даже не смотрю в сторону стопочки оставленных на столике фотографий.       Но с другой стороны, вот так оставлю их здесь, и кто-нибудь будет пялиться на мою пятую точку. Ну уж нет! Хотя бы эту нужно забрать!       Я потихоньку подхожу к столику и осторожно вытаскиваю ту самую фотографию. Олень тут словно и не олень вовсе… Вот как так?       А ещё мне было так интересно, какие кадры с нами Гейл не стал распечатывать.       Блин!       Не выдержав, я подхожу к Киру и шепчу:       ‒ Мне нужно знать, что ещё наснимал Гейл. Можешь попросить, чтоб он тебе скинул и все мои фотки?       ‒ Хорошо, я попрошу все фотки и пришлю тебе, ‒ тут же обещает Кир, улыбнувшись.       Я обнимаю друга, очередной раз подумав, как мне с ним повезло!