Глава 23

Утро встретило Гермиону крепко спящей на ковре перед камином. Она перевернулась и, не просыпаясь, натянула на себя плед, утыкаясь носом в обнаженную грудь Снейпа, который спал не менее сладко, чем сама девушка. Живоглот, которому все происходящее было не особо интересным, обошел их несколько раз и, остановившись рядом со своей хозяйкой, потрогал ее лапкой. В целом, он неплохо проводил время, играясь с украшениями на небольшой елке, а серая деревянная мышка, которую Северус для него заколдовал накануне, так и не позволила себя до сих пор поймать. После нескольких попыток Гермиона все-таки проснулась, приоткрывая один глаз и недовольно смотря на Живоглота. — Ну чего ты? — пробормотала она и почесала его за ушком. — Кушать хочешь? Живоглот что-то мяукнул, подставляя шею. — Сейчас. Гермиона наконец-то полностью открыла глаза и посмотрела по сторонам. Слева на диване была разбросана их одежда, на полу лежала пустая бутылка из-под вина, а справа спокойно посапывал Северус. Она потерла глаза и попыталась вспомнить, как же так вышло, что они не смогли дойти до кровати. Но единственное, что подсовывала ей память, это как после секса, во время которого Снейп по меньшей мере два раза признался ей в любви, они лежали под пледом перед камином и целовались. Девушка почувствовала, как щеки снова стали гореть. Она не могла вспомнить, когда последний раз у нее было такое сильное желание с кем-то целоваться, и уж точно не могла вспомнить, чтобы ей так это понравилось. Поднявшись и накинув на себя мятую белую рубашку Снейпа, Гермиона на цыпочках пошла на небольшую кухню, а Живоглот быстренько отправился следом за ней. В доме было прохладно, тело было липким от прошлой ночи, но единственное, что ей сейчас хотелось — вернуться под плед к Снейпу возле камина и спать дальше. — И так каждый раз — я просыпаюсь, а тебя нет рядом, — позади нее раздался тихий хриплый голос Северуса. Он стоял в дверном проеме, придерживая на бедрах плед и хмуро смотрел на нее. — Живоглот кушать захотел, — спокойно ответила Гермиона и улыбнулась. — А потом ты планировала вернуться? Она закусила губу и с улыбкой кивнула. — Тогда пойду ждать, — уже дружелюбнее произнес Северус и, развернувшись, вернулся в зал и снова улегся на ковер. И хоть улыбка не сходила с лица Гермионы, осознание происходящего медленно заполняло ее. Она не жалела, что переспала со Снейпом, более того, она была бы не против повторить это как минимум еще раз. Но этот «этап» несколько осложнял их дальнейшие отношения. И, судя по тому, что шептал ей Северус вчера перед сном между поцелуями, ему вряд ли понравится, если она однажды просто скажет ему «спасибо» и уйдет. — Ты идешь? Грейнджер поставила миску Живоглота на пол и направилась к Северусу: — Может, переберемся на кровать? На его лице расползлась довольная и хитрая ухмылка. В это время в окно клювом постучала большая красивая черная сова. — Можешь на меня даже не смотреть, это все равно не мне, — протянул Северус, направляясь в спальню. — Уверен? Вдруг тебе пишут старые друзья? — насмешливо спросила Гермиона, открывая почтальону окно. — У меня нет для тебя никакого угощения… — На столе лежало печенье, не жадничай, — донесся из спальни голос. — От кого письмо? Гермиона быстро принесла и угостила сову и, забрав письмо, перевернула конверт. «Александр Д. для Гермионы Дж. Грейнджер» Девушка бросила быстрый взгляд на камин. В целом, ей ничего не мешало сказать Северусу, что это кто-то из министерства и сжечь письмо. Но ее останавливала совесть. Что будет, если он потом узнает, кто это был? — Данов, — спокойно ответила она и замерла, прислушиваясь к реакции Северуса. Вместо ответа он вышел из спальни, все также держа на бедрах плед: — И чего он хочет? Она потрясла перед ним запечатанным письмом: — Я не провидица, Снейп, — криво вскрыв конверт, ее взгляд быстро забегал по строчкам. — Поздравляет с Рождеством, извиняется за свое поведение и предлагает встретиться после всех выходных. — Долго же он собирался с духом для извинения… — Вообще-то он писал и до этого, просто я не отвечала, — задумчиво произнесла Гермиона. — Но в Рождество можно сделать исключение… Северус цокнул и, чуть присев, подхватил Грейнджер на руки: — Потом, мисс, сейчас у вас другие дела. Она захихикала и уронила письмо на пол: — Какие это у меня дела, мистер Снейп? Смотреть, как вы разгуливаете по дому без трусов? Это, вообще-то, неприлично! — Прилично. И мы идем спать. Это единственное дело на сегодня.

***

Шедди радостно встретил их дома, и даже Живоглот, казалось, не вызывал в нем столько негативных чувств как прежде. — Шедди так рад, что мистер Снейп и мисс Гермиона вернулись! — он чуть не подпрыгнул, забирая у Северуса небольшой чемодан. — Шедди было одиноко здесь. — Брось, ты наверное неплохо выспался, пока нас не было, — Северус стряхнул с пальто снег и повесил его на крючок. — Только в первый день. Остальные четыре дня Шедди скучал, — эльф слегка наклонил голову, с подозрением наблюдая за котом, который, спрыгнув с рук Грейнджер, начал обнюхивать все, что неровно лежало. — Давай помогу, — Северус подошел к девушке, намереваясь помочь ей снять пальто, но она отступила назад. — Я в Министерство, так что нет необходимости. Спасибо. — Зачем? Я лично слышал, как Кингсли сказал тебе не появляться там до окончания всех выходных. — Ну, Кингсли это одно, а мой отдел — это другое, — Гермиона поправила шапку и сделала еще один шаг к двери. — Не скучай. Махнув ему на прощание, Грейнджер выбежала из дома и быстро трансгрессировала в переулок, недалеко от Министерства. На самом деле, Северус был как всегда прав — ей вообще не нужно было появляться на работе ни сегодня, ни завтра. Она могла бы спокойно сидеть дома, греться возле камина, пробовать пироги, которые наверняка напек бы Шедди, читать книги и спать со Снейпом. Последний пункт ей нравился особенно, однако именно он и вызывал в ней тревогу, которая заставила Гермиону отправиться в Министерство. — Ты в Лондоне? — патронус выдра вылетела из палочки и отправилась к Поттеру, пока Грейнджер подходила к нужному входу. Гарри ответил только через полчаса, когда девушка уже сидела у себя в кабинете, пила кофе и ленивым взглядом рассматривала отчеты, которые ей в последний день накидали ее сотрудники. — Уже да. Что-то случилось? — большой олень забежал в комнату и с гордым видом посмотрел на нее. — Приходи в Министерство, мне нужно с тобой поговорить. Пожалуйста. — Буду через пятнадцать минут. Поттер часто давал ей повод усомниться в своей пунктуальности, однако сегодня он смог ее удивить. — Ты даже не опоздал, — с искренним удивлением сказала Грейнджер, когда Гарри аккурат через пятнадцать минут стоял у нее на пороге. — Такого больше не повторится, — запыхавшись, ответил он и, взлохматил волосы, плюхнулся в кресло перед ней. — Считай, это подарок на Рождество. Что там у тебя стряслось? Гермиона долго думала — посвящать ли друга в свои тайны или нет. Она прекрасно понимала, что может столкнуться с осуждением, но копить в себе все больше не могла. Взмахнув палочкой, она заблокировала дверь и наложила заглушающее, чтобы никто не посмел даже предположить, что в кабинете кто-то есть. — Тебя подготовить морально или сразу к делу? — спросила Грейнджер, стараясь смотреть куда угодно, но только не в широко открытые глаза друга. Он задумчиво почесал затылок: — Давай сразу, чего тянуть-то… — Ладно, я все равно не знаю, как бы я тебя к этому подготавливала, — она сглотнула и наконец-то посмотрела на него. — Я переспала со Снейпом. Рот Поттера удивленно округлился, собственно, как и глаза, которые, как казалось, стали еще больше. — Оу… — он неловко прокашлялся и забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — Мда… Ну… Это… Мда… — Спасибо, дорогой Гарри, ты так помог мне, — съязвила она, чувствуя себя еще хуже, чем в начале их беседы. — Да подожди ты. Я просто… Это несколько шокирующая новость. И, я хоть и твой друг, но все равно не очень то хочу знать, с кем спит Снейп… фу, — его передернуло, и он поморщился. — Прости. — Ты мне не помогаешь… — А чем я тебе должен помочь? — Поттер нервно рассмеялся. — Если он тебя к чему-то принуждал, это один момент. Тогда мы сделаем все, чтобы он понес наказание. А если ты добровольно… согласилась на это… Так что? — Добровольно, — пробубнила Гермиона. — Во время вашего отпуска, да? Я подозревал, что между вами не все так просто, как ты об этом говоришь, но, честно, не думал, что все настолько серьезно. В чем, собственно, проблема? — Мне не нужны отношения, Гарри. Если все сложится, у меня будет желаемая должность, какие отношения? — Не вижу в этом никакой проблемы, но ладно, — он придвинулся чуть ближе. — А Снейп… рассчитывает на какие-то отношения? — Я не знаю, но… Он явно относится к этому серьезнее меня. — Ничего, Гермиона. Скажешь, что это была случайность… Нет, не случайность… Один раз… Вы выпивали? — Выпивали. — Ну вот, — Поттер хлопнул ладонями по подлокотникам кресла. — Скажешь, что под алкоголем в виде исключения… Что? Грейнджер закрыла лицо руками и, вздохнув, что-то пробубнила. — Я тебя не понимаю, Миона. — Это было не один раз… — Что «это»? — Я переспала с ним не один раз, — прошептала Гермиона и уставилась на друга, который снова смог выдавить из себя протяжное «оу». — Это несколько… осложняет ситуацию, — после недолгого молчания, задумчиво проговорил Гарри. — И все это было на трезвую голову? — Пару раз да, пару раз нет. Поттер сморщился, будто съел ужасно кислый леденец: — Я не хочу знать таких подробностей, — он почесал затылок. — Просто поговори с ним. Что ты хочешь? — Я не знаю, — тихо ответила она. Поттеру стало жаль ее. Он не часто видел подругу в столь удручающем настроении, а если и видел, значит ситуация была по-настоящему хреновая. — Просто поговори. Скажи, а… Снейп тебе нравится? — И да, и нет. Я запуталась. Я точно знала, что мне нравился Александр, но вот насчет Северуса… — Гермиона резко замолчала и уставилась на удивленного друга. — Гарри… — Подожди, тебе нравился Александр? Так вот, что за дуэль они устроили во время приема! А я всю голову себе сломал, какая кошка между ними пробежала, — молодой человек вскочил с кресла и нервно начал ходить по ее небольшому кабинету. — А Александр знает, что он тебе нравился или… нравится до сих пор? — Не знаю. Но мне он кое-как признался в своих чувствах. Это все так сложно… — Да, Миона, накрутила ты делов, конечно. А по тебе и не скажешь, — он остановился у стола и, взяв какую-то безделушку, повертел ее в руках. — Понял. Ты не знаешь, кто тебе больше нравится и чувствуешь, что предала Александра, переспав со Снейпом. Я прав? Грейнджер удивленно уставилась на Поттера: — С каких пор ты стал таким проницательным? — Бывают иногда просветы, — самодовольно произнес Гарри. — В общем, я дам тебе один совет, который ты обычно даешь мне — поговори. С обоими. И, пожалуйста, не наделай еще больше проблем. Гермиона усмехнулась и немного расслабилась: — Спасибо, Гарри, — она облокотилась на спинку кресла. — Как съездил к Джинни? Щеки Поттера немного порозовели: — В общем, мы встретились у нее в учебном центре. Там столько…

***

Гермиона трансгрессировала в нескольких сотнях метра от дома Снейпа и неторопливо пошла по занесенной снегом тропе. Разговор с Гарри принес лишь временное облегчение до тех пор, пока она не покинула Министерство. Вместе с пушистым снегом, на нее начала падать тяжесть предстоящих решений. Она хотела встретиться с Александром, потому что несмотря на оскорбления, которые она успешно будет припоминать ему до конца жизни, она не хотела его терять. Не хотелось завязывать какие-то серьезные отношения со Снейпом. На его признания Грейнджер ответить точно не могла. Да, он ей нравился. Да, с ним было классно и поговорить, и потрахаться. Да, он занимал все ее мысли последние несколько дней, и девушка ни о чем не жалела. Ситуацию осложняла и их «помолвка». Если они вовремя не разбегутся, то будет нескончаемый вопрос про свадьбу, о которой не могло быть и речи. Если они разойдутся как и планировалось, но чувства возьмут верх, рано или поздно их снова заметят вместе. И вопросов будет не меньше, чем про свадьбу. Гермиона слепила снежок и кинула в соседнее дерево. Тяжело. За все время выходных Александр прислал ей еще два письма и небольшую коробку ее любимых имбирных печеньев. Северус угрюмо всматривался в коробку и разрешил Грейнджер их съесть только после тщательной проверки на наличие зелий. Поэтому Гермиона все чаще думала о том, что с Дановым следовало бы поговорить. И чем раньше их встреча состоялась бы, тем лучше, иначе время может быть безвозвратно потеряно. Отряхнув руки от снега, Грейнджер быстро направилась к дому, желая поскорее оказаться в теплой библиотеке с какой-нибудь интересной книгой.

***

— Как Министерство? Стоит? — не отрывая взгляда от какого-то фолианта, спросил Северус и перевернул страницу. — Нормальные люди отдыхали дома, поэтому я там никого не видела даже, — спокойно ответила она, ковыряясь в тарелке с рисом и овощами. Поняв, что даже есть ей сейчас не хотелось, Гермиона отодвинула от себя тарелку и посмотрела на Снейпа. Красивый. Особенно, когда расслаблен. Она тряхнула головой и, встав из-за стола, направилась к лестнице. Даже в библиотеку идти расхотелось. — Устала? — спокойно и с нежностью спросил он, откладывая книгу и смотря ей вслед. — Да. Все-таки надо было послушать тебя и остаться дома, — Гермиона выдавила из себя улыбку. — Тогда пойдем спать, — он встал и, взмахнув рукой, погасил свечи в столовой. Грейнджер уже хотела хоть как-то воспротивиться этому предложению, но Северус лишь легонько подтолкнул ее в спину в нужном направлении и они вместе зашли в его спальню. Кровать, к слову, у Снейпа была побольше, чем в ее комнате. — Как насчет массажа? Добровольно отказаться о того, что он мог сделать своими руками — было большой ошибкой, поэтому отбросив все сомнения, Гермиона решила, что один день точно ничего в их жизни не изменит. А поговорить и принять окончательное решение можно и чуть позже… Массаж расслаблял тело лучше любой теплой ванны с аромамаслами, а последовавший после этого нежный секс, который к своему стыду Гермиона сама же и спровоцировала, стал идеальным завершением этого отнюдь нелегкого дня.

***

Это были идеальные праздничные дни, которые Гермиона по праву считала чуть ли не самыми лучшими за последние несколько лет. Однако, за всем этим отдыхом, днем Рождения Северуса, которое они отметили ничуть не хуже, чем Рождество, Грейнджер совсем забыла о всех своих планах. С выходом на работу все ее начало вокруг раздражать. Недели пролетали за неделями, а Тувье со своей командой неожиданно активизировались, и ее рейтинг пополз вверх. Из-за этого Гермиона стала приходить на работу раньше обычного, когда в коридорах еще почти никого не было, а уходить начала позже, когда возле каминов оставалось всего пару волшебников. Она требовала от себя невозможного и также требовательно относилась и к своей небольшой команде. Из раза в раз Кингсли успокаивал ее и говорил, что она — лидирует и не стоит так мучить себя и всех вокруг. Но Грейнджер этого будто и не слышала. Ей нужно было выиграть, нужно было занять эту чертову должность и утереть нос этой чертовой Тувье, которой все в этой жизни доставалось слишком легко. И в один из вечеров, когда она в очередной раз вывалилась из камина Снейпа уставшая, злая и измазанная в летучем порохе, терпение лопнуло. — Возьми себе выходной. Тебе нужно отдохнуть, — вместо приветствия сказал Северус, хмуро глядя на нее. — Заткнись, Снейп, — огрызнулась она, кое-как стряхивая с пальто золу и очищая ботинки. Было бы восхитительно, если после таких тяжелых дней ей никто не попадался на глаза. Вообще никто. Разве что Живоглот. — Не надо со мной так разговаривать, — не повышая голоса, но сохраняя строгость, ответил Северус. — А ты не смей мне указывать, что и как мне делать, — ее глаза зло блеснули. — Хочу и указываю. — А ты мне что, муж, чтобы читать мне нотации? — Гермиона развернулась и пошла к лестнице. Хотелось как можно скорее оказаться в своей комнате, запереть ее всеми известными ей блокирующими заклинаниями и с головой накрыться одеялом. — Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю, Грейнджер! — крикнул Снейп и в пару шагов догнал ее. — А то что ты сделаешь? — девушка резко развернулась. — Поругаешь? — Грейнджер! — проговорил он сквозь зубы, прекрасно осознавая, что перед ней он действительно обезоружен. Гермиона ухмыльнулась: — Ни-че-го. — Какой гиппогриф тебя сегодня укусил? Тебе вообще без разницы, что другие люди могут о тебе беспокоиться? Совсем наплевать? — А почему должно быть по-другому? — Как минимум, потому что я… — Что «ты», Снейп? Что «ты»?! — она ткнула пальцем ему в грудь. — Ты мне никто, чтобы я тебя слушала. Северус замер. Он несколько секунд вглядывался в любимые карие глаза и не мог понять, что с ней происходило. Она всю неделю была сама не своя, и он прекрасно понимал, сколько сил могла отнимать работа. Но сегодняшний вечер был его личным пределом. — Никто? — спокойно переспросил он, делая небольшой шаг назад, лишь бы не чувствовать ее обжигающее даже через свитер прикосновение. Гермиона тяжело сглотнула, растерянно смотря на него. Черт. Черт, черт, черт. — Северус… Он поднял руки перед собой и сделал еще несколько шагов назад: — Лучше закрой рот и проваливай в свою комнату, Грейнджер. Ее злой взгляд сменился на хмурый. Девушке казалось, что все это происходило не с ней. Будто смотрела какой-то фильм. Отвратительный, глупый фильм. Что она сейчас где-то в другом месте. Где-то, где эта ссора ее не касалась. На секунду сердце болезненно сжалось. — Я хотела сказать… — Я сказал — проваливай! — прикрикнул он на нее. Что-то в ее взгляде снова изменилось, и она хмыкнула. Поднявшись на пару ступеней, Гермиона развернулась: — Знаешь, я иногда жалею, что все это, — она неопределенно махнула рукой. — Вообще произошло. — Всего лишь иногда? — Северус горько усмехнулся. — Я думал, недовольное лицо — это твое обычное состояние. — Брось, на Рождество тебе так не казалось, — она медленно провела пальцами по перилам. — Выходит, у меня получилось тебя обмануть? Северус тяжело дышал до боли сжав челюсть, смотря на ее мерзкую, наглую ухмылку, которая даже сейчас ему казалась сексуальной, а Грейнджер казалось, что она услышала скрип его зубов. — А говорил, что я не смогу тебя обмануть… Получается, даже наш гениальный Северус Снейп может ошибаться. Она отвернулась и, поднявшись в свою комнату, заперла дверь на ключ. Последним, что она услышала, прежде чем сон без сновидений сработал, были громкий стук и звон разбитого стекла…