Пролог

      В школе, когда вас спрашивают, кем вы хотите стать, вы вряд ли ответите: «Шлюхой». О таком не мечтают с детства, не пишут в сочинении и не учат в высших учебных заведениях. Приличные девушки к таким относятся с пренебрежением, долей жалости, брезгливости и тайного любопытства. А самое главное — они думают, что с ними это никогда не случится. Может быть, с кем-то другим, соседкой по квартире или лучшей подружкой, только не с ними. Они не такие. Когда я слышу подобные речи, то внутренне улыбаюсь, потому что от подобного не зарекаются. Приличные мужчины не смотрят в их сторону, это выше их достоинства, они не привыкли платить за секс, их влекут чистые отношения. Хотя, в сущности, все женщины одинаковы. За их любовь мужчинам приходится платить, только прейскурант разный. Приличные девушки ждут от возлюбленных невинных цветочков, конфет и походов в ресторан, я же предпочитаю наличные, хотя и от остального не отказываюсь. У всего есть своя цена.       Моя история до банальности проста как, впрочем, сотни других из тех, что я слышала, может, она немного менее печальна. Я ничем ни лучше и ни хуже остальных. Вы не поверите, сколько третьесортные люди знают маленьких трагедий, удивительных историй, они как никто умеют слушать и рассказывать. Хватит на целый сборник сочинений. Возможно, однажды я напишу его. Когда-нибудь потом, когда уйду на пенсию. Впрочем, бывших шлюх не бывает. Это правда. Вначале тебе кажется, что ты заработаешь чуть-чуть денег, а потом завяжешь с этим ремеслом, переедешь, начнешь новую жизнь, возможно, выйдешь замуж, заведешь детей… и вновь станешь нормальной. Как будто грязь чужих прикосновений можно смыть под струями воды.       Ничего подобного! Так поступают единицы. Исключение, подтверждающее правило. А остальные так и остаются в деле, привыкшие к определенному образу жизни. Он въедается под кожу, как вирус, от которого не излечиться. Нельзя вдруг проснуться и стать снова чистой и невинной после того, как тебя уже заклеймили.       В наш век все спят со всеми, меняют любовников каждый день, не оборачиваясь назад. Но если вы делаете это просто так, следуя каким-то негласным нормам, это никого не волнует, но если за секс вам платят деньги — вы шлюха. И не важно, что на самом деле в вашей постели побывало меньшее количество мужчин, чем у среднестатистической студентки. Разница в том, что в первом случае условия диктуете вы, а во втором — вам. Желание клиента — закон, хотя существует некоторое количество правил, которые оговариваются заранее, конечно, если вы только не торгуете собой в припортовом районе.       Тело — это товар, который можно выгодно продать. Спрос порождает предложение.       

***

      Возвращаясь к моей истории… В школе меня бросил парень, и я замкнулась в себе. Просто выпала из жизни на несколько месяцев, прибывая в состоянии странного оцепенения, когда вроде живешь, а внутри пусто. Если быть честной, то я всегда была довольно странной, притягивала к себе неприятности магнитом. Про таких говорят «ходячая катастрофа». Но это не причина, а лишь первые предпосылки. Когда я вышла из состояния своего оцепенения, то вдруг поняла, что стоит жить дальше. Просто для того, чтобы жить, ведь жизнь, в сущности, неплохая штука. Начала встречаться с одноклассником, хотя с оглядкой на прошлое. Моя главная ошибка в том, что я слишком часто на него оглядывалась, иногда просто зависая там. Майк был неплохим парнем, любил меня по-своему, только мне этого казалось мало. Глупое чувство неудовлетворенности, оно может завести слишком далеко. Я стремилась к чему-то большему, за чем-то гналась, а ведь могла бы жить сейчас совершенно иначе. В родном городишке с мужем и розовощеким малышом. Это нормально, но в восемнадцать это было выше моего понимания. А еще я надеялась встретить его. Того, кто бросил меня, исчез из моей жизни так же неожиданно, как появился, при этом унеся с собой какую-то часть меня. Возможно, лучшую…       После школы я бросила Майка, не щадя чужих чувств, друзей, отца и уехала подальше, поступила в колледж, завела новых знакомых. Я жгла мосты, не думая о последствиях, о том, что однажды придется вернуться. Пути назад не было. Жизнь потекла бурлящим потоком. Насыщенная, интересная, такая, о какой я всегда мечтала. Лучший период моей короткой жизни или красивая иллюзия.       Я жила, а не волочила жалкое существование, жалея о прошедшем и проливая слезы об ушедшей любви, у меня почти не было времени думать о прошлом. Я излечилась, стала нормальной, как сотни других девочек моего возраста. Мне нравилось считать себя таковой.       На втором курсе все изменилось. Знаете поговорку: «Все хорошее быстро заканчивается». Как гром среди ясного неба, мой стипендиат отменили, госпрограмму свернули и остаток обучения мне предлагали оплатить из своего кармана. Просить у родителей было крайне неудобно. Первое время я подрабатывала в трех местах. Клеила конверты, сидела с детьми, работала в закусочной, но денег все равно не хватало, потому что обучение сжирало почти все заработанные средства. Еще счета за съемную квартиру, иногда я отсылала их своей недалекой матери, успевшей расстаться со своим вторым мужем.       Объявление о том, что требуются девушки в службу эскорта, как это обычно и бывает, попалось мне в руки совершенно случайно в какой-то газете, сейчас уже и не упомнишь какой. Меня оно не тронуло, идти я туда не собиралась, наверняка считая, что ничего хорошего за этим не стоит.       А потом в один вечер мы напились с моей университетской подругой Дженни по поводу того, что ее бросил очередной бойфренд, имени которого в данный момент она уже и не припомнит. Мы были пьяные, нам было весело и мы в шутку позвонили по сомнительному объявлению. В закрытый элитный клуб «Orchid» требовались девушки приятной наружности. Хорошие девочки всегда интересуются темной стороной жизни, она влечет их магнитом. Когда-то я сталкивалась с тьмой, но по-прежнему оставалась достаточно невинной и крайне любопытной. Любопытство сгубило кошку, как гласит пословица. Оно сгубило и меня. Дважды.       Красавица Дженни не пошла на собеседование, а я пошла, сгорая од предвкушения чего-то нового и не возлагая на него особой надежды. Женщина средних лет свысока взглянула на мои потертые джинсы и единственную женственную блузку, сухим голосом сообщив, что меня приняли и мне следует прийти завтра. Я вместо того, чтобы навечно забыть дорогу к этому месту, пришла в назначенное время, нацепив на себя одолженное у Джен платье.             Услужливая и слишком почтительная для подобного заведения администратор миссис Джонс объяснила мне мои обязанности. Все оказалось до предела просто: хорошо выглядеть, мило улыбаться и удовлетворять маленькие прихоти богатых клиентов. На первом этапе все было прилично. Нет, правда, я занималась именно тем, на что так опрометчиво подписалась. Выглядела как красивая кукла, ходила на вечеринки в обществе лощеных мужчин и улыбалась их несмешным шуткам.       По договору, которое мы заключали, у них не должно быть сексуальных притязаний ко мне. Никакого секса и отношений с клиентом. Откуда мне, наивной дурочке, было знать, что секс у них идет по отдельному прейскуранту?       Так продолжалось несколько месяцев. Я была рада новой работе. Правда радовалась, хотя было стыдно признаться подругам, чем на самом деле я занимаюсь. Высылая деньги матери, я лгала, что устроилась в издательство младшим помощником. Не уверенна, что младшим помощникам столько платят, но Рене проглотила эту маленькую ложь без лишних вопросов.       И только отец, когда я навещала его на Рождество, слишком подозрительно посмотрел в мою сторону, но ничего не сказал. Прикинувшись прилежной девочкой, я усыпила его бдительность. А зря… Медленно, но, верно, я скатывалась в пропасть, из которой было уже не выбраться.       К красивой жизни быстро привыкаешь. Она, как наркотик, заманивает тебя в свои сети. Нельзя свернуть обратно и снова начать жить скромно, играя в Золушку. Я не хотела этого делать и не собиралась, впервые почувствовав собственную материальную независимость. Моя жизнь вдруг стала интересней, ибо деньги расширяют жизненные границы. Всю жизнь я была серой мышкой, а потом вдруг начала сиять. Эти мужчины смотрели с восхищением, говорили комплименты. Приятно чувствовать себя желанной кем-то большим, чем озабоченными ровесниками, которые смотрят на тебя как на кусок мяса. Прошлые комплексы всегда дают о себе знать. Возможно, если бы в юности я не чувствовала себя такой жалкой, сейчас подобного со мной не случилось. Хотя тогда мне было не понять, что все мужчины одинаковы по своей природе. Ты — кусок мяса, желанное тело.       Его звали Эван. Моего первого клиента. Он не был стар и беспомощен. Средних лет, представительный, женат и имел сына-подростка, ненамного младше меня. Мы были на какой-то вечеринке, и он недвусмысленно намекнул, что хочет продолжения тет-а-тет. Тогда я сильно оскорбилась и на следующей день выложила все миссис Джонс. Она сказала, что я правильно ему отказала. Я гордилась собой целый день. А потом правда выплыла наружу…       Я могу оказывать подобные услуги, но прейскурант другой. Подобные отношения были незаконные, но, тем не менее, фирма оговаривает границы, чтобы обе стороны остались при своих интересах. Стороны — это клиент и «Orchid», мои интересы никто не учитывал, но клуб гарантировал мою относительную безопасность. «Это тебе не на улице торговать собой», — как заметил мой начальник.       Я отказалась, мы вроде забыли про эту историю. Но Эван не забыл. Он хотел меня любыми методами. Спустя неделю мне недвусмысленно намекнули, что либо я соглашаюсь на его условия, либо иду туда, откуда пришла.       На следующей мне пришел счет за обучение и квартиру, потому что на тот момент я успела переехать в более престижный район, и я согласилась. На самом деле это глупая отговорка, потому что ответ был известен заранее. Проплакав всю ночь, я проснулась, понимая, что пути назад не будет.       В тот день умерла последняя незапятнанная частица моей души.       Эван оказался на удивление нежным и страстным любовником. Он любил курить в постели, рассказывая, как прошел его день и называть меня «своей девочкой». Наши встречи длились почти год, а потом я ему наскучила. Разошлись мы тихо, каждый получил свое, «Orchid» — прибыль, Эван — удовольствие, а я — приличный оклад и новую машину. Подарок на двадцатый день рождения.       Потом был Алан, но наши встречи не были продолжительными и, наконец, Генри. Мой последний клиент.