Глава 4. Настоящая ведьма.

Дорога домой прошла на удивление приятно. Мы медленно шагали по улице, залитой закатным осенним солнцем. Я катил свой любимый байк, от которого была в таком восторге Софья. Знаю, что была, пусть не отпирается. А Санни легкой походкой шла подле меня. Почти как в старые добрые времена. Когда мы еще вместе ходили в нашу обычную гимназию и были неразлучны, как большинство близнецов. Умиротворение, вот что я сейчас ощущал. И мы с сестрой видимо так соскучились друг по другу за последнее время, что негласно решили пока сохранить этот островок спокойствия и не обсуждать бурные события последних дней. Под событиями я имею в виду чучело и Гроттер, конечно же. А с ней я, кажется, снова слегка перегнул палку - тогда под конец в комнате. Просто не смог удержаться. Софья так забавно краснела и дергалась, старалась казаться невозмутимой, хотя у самой на лице все было написано. Надо признать, эта девчонка сегодня открылась для меня совершенно с новой стороны. Она так рьяно взялась меня спасать, что я совершенно не ожидал. Честно говоря, думал, что пошлет куда подальше после просьбы о помощи, но мне даже просить не пришлось - Гроттер сама взялась за дело. А ещё так защищала Лексу… Эта шумная неформалка оказалась куда сложнее и интереснее, чем мне показалось в самом начале. С первого дня встречи, я думал, она просто хамоватая грубиянка с горой детских комплексов. И возможно, отчасти это правда, но лишь отчасти. Еще она оптимистична, смешлива и похоже, что весьма умна. Пожалуй, будь она из моего мира, мы даже могли бы сдружиться. Как девушку я ее разумеется рассматривать не в состоянии, со этими резковатыми повадками и манерой говорить она больше смахивает на своего в доску парня. Когда мы пришли домой, еще немного посидели с сестрой на кухне, с удовольствием болтая о всяких пустяках. Ближе к вечеру я пошел к себе в комнату, подумав, что не помешает набраться сил и отдохнуть. Пытался заснуть, но в итоге только проворочался пол часа в кровати. Вереницы мыслей не давали мне погрузиться в сон. За всеми событиями и впечатлениями даже подзабыл, что произойдет сегодня ночью. И как я тогда признался Софье - мне страшно, действительно страшно. Еще никогда за всю жизнь я не находился в такой опасности. Однако вместе со страхом чувствовал еще кое-что – предвкушение. Мысли о том, что я буду участвовать в этом вуду ритуале, что встречу старую ведьму из своих снов и возможно даже смогу с ней нормально поговорить, не на шутку будоражили меня. Может отцовские гены? Ведь он, судя по всему, жил этим, пока не потерял силы. Черт, поверить не могу! Хотя нет, вру – очень даже могу. Всегда знал, что он скрывает что-то из ряда вон, и я уверен мы узнали еще далеко не все. Лекса рано расслабилась, она еще даже не знает, что отец был некромагом. Жаль, не могу пока что рассказать ей об этом. Надеюсь, я все же не зря доверился Гроттер и никому ничего не сказал. Пролежав еще немного, мне все же удалось задремать. Сны были беспокойными и хаотичными, разные образы поочередно сменяли друг друга: вот я бегу по летнему полю, вокруг все так безмятежно, но я знаю, что бегу от монстра, большого и черного. Вскоре он все же настигает меня, проглатывает, и вот я уже на крыше высокой каменной башни, вдали океан. Нечаянно оступаюсь, и падаю, падаю. Жду удар, но внизу вода. Теперь я погружаюсь в морскую бездну – глубже, глубже. Вокруг шныряют подводные духи, тянут свои лапы. У одного из духов ярко красные волосы, которые скрывают лицо. Пытаюсь распутать их и вижу ее – Софья! Софья очнись! Стараюсь крикнуть, но ее пальцы смыкаются вокруг моей шеи – начинают душить с неистовой силой. Я больше не мог сопротивляться. Воздуха совсем не осталось – это смерть, смерть, смерть… Я резко открыл глаза, пытаясь отдышаться. Это что еще такое? Я растерянно огляделся, взгляд зацепился за часы - 22:15. Проспал! Софья уже должна была прийти. Дьявол, эта девчонка меня точно убьет, сон был вещим! Я ринулся в гостиную - она была проходной комнатой на пути к входной двери. И тут еще одна неприятная неожиданность свалилась на голову. На диване сидели сестра и отец. Какого черта он здесь забыл? Нет, нет, нет! Весь план рушится, как карточный домик на ветру. Две пары любопытных глаз вопросительно уставились на меня. - Братишка, что с тобой? Что за испуганный взгляд? – со смешком спросила Лекса. Я тут же попытался придать своему лицу более вменяемый вид. - Я просто спросонья, не пришел еще в себя, - кинул отговорку я. - Пап, а что ты здесь делаешь, говорил же, что не сможешь сегодня приехать?  Отец пристально глянул на меня: наверняка понял, что что-то не так. - Лекса позвонила и сказала, что уже прилетела домой. Вот я и выкроил время. А ты бы хотел, чтобы меня здесь не было? – не с обидой, а с подозрением и беспокойством спросил он. – Влад, у тебя все в порядке? Абзац. Ну все, теперь точно нет смысла скрывать что-то от них. Все равно узнают, или когда заявится Гроттер, или когда я свалюсь в смертельной агонии. Может, хоть попрощаться успею, потому что какая-нибудь из ведьм убьет меня в любом случае. Но не успел я хоть что-нибудь сказать, как раздалась оглушительная трель дверного звонка. - Ааа, вот оно что, – протянула сестра осуждающе. – Ждешь очередную несчастную. Слушай, мог бы и отменить встречу, раз я дома. Опять двадцать пять, их послушаешь, так я из постели не вылажу, а девицы туда на конвейере заезжают. Ну я же не совсем свинья в конце-то концов. Хотя, надо признать, перед Гроттер повыделываться на эту тему сегодня не упускал шанса. - Это не совсем то, о чем вы подумали. Сейчас, подождите, - я решил, что нужно сначала впустить маньячку, это очевидно была она. Безумие какое-то. Я быстрым шагом пошел к входной двери и отпер три входных замка. Отец – чертов параноик. Права, наверное, Лекса про его гиперопеку. Дверь открылась, а за ней к моему величайшему неудовольствию стояла не только Софья, но и Лексино синюшное чучело. Гроттер ураганом пронеслась мимо, проговорив в совершенно сумасшедшем темпе: «Прости, упырь, из-за Дэнни опоздала. Не волнуйся, он не помешает. Давай быстрее шевели конечностями». Я, разумеется, не успел ничего сказать, как она скрылась в направлении гостиной. Вот же бестолковая девчонка! Чучело неспеша направилось вслед за ней, даже ничего мне не сказав. Сейчас я разберусь со всем бардаком, постараюсь пережить эту ночь, а потом он свое получит, уж пусть не сомневается. Зайдя в гостиную, я обнаружил, что никто так и не проронил ни слова. Все четверо стояли, молча уставившись друг на друга в совершенном замешательстве. Но тут Софья заметила мое появление и незамедлительно разразилась гневной тирадой: - Бейбарсов! От тебя требовалось всего ничего – пустая комната и твое присутствие! Какого хрена тут собрался целый зрительный зал? - Для чего вам требовалась пустая комната и твое присутствие, Влад? – четко и с расстановкой спроси отец. Ну вот, опять он за свое, напридумывал себе невесть что про нас с Гроттер. Синюшный рассмеялся: - Ой, подруга, я не могу, второй раз за день. Как у тебя это получается? И все заговорили разом. - А это еще кто? Что здесь происходит? - Что получается, Склепов? Если это опять твои идиотские шуточки! - Милый, что вы здесь делаете? Софья… Ну все, пора с этим заканчивать. Я поднял руку, чтобы обратить на себя внимание и выпалил как можно громче. - Стоп! – все притихли, - Я сейчас объясню, что здесь происходит. - Уж объясни, хоть это-то ты сможешь? – снова взъелась Софья. – А я пока начну готовить место, потому что времени у нас в обрез! Дэн помоги, нужно убрать ковер, - скомандовала она и направилась к центру комнаты. Чучело послушно направилось на помощь Гроттер, а сестра с отцом уставились на меня с немым вопросом. - В общем, Софья здесь, чтобы помочь мне. - Снова с биологией? – насмешливо спросила сестра. - Кое с чем похуже. Уже несколько дней подряд со мной старается связаться некромагиня из ада, точнее она целый год связывалась со мной, но теперь захотела поговорить что называется с глазу на глаз, - не стал больше тянуть я. - С чего ты это взял? – отец нахмурился. - Покажи им следы, так будет доходчивее, - посоветовала Софья, вытаскивая на середину комнаты кофейный столик. Да она тут прям как дома. Я подумал, что ведьмочка права и задрал футболку. - Она оставляет на мне эти ожоги уже несколько дней подряд. Периодически они начинают сильно болеть. В последнем из снов она пыталась что-то сказать, но у нее не получалось. Вот Гроттер и предположила, что она хочет поговорить и так намекает, - усмехнулся я. - Почему ты сказал, что она некромагиня? С чего ты это взял? – тон отца становился все более напряженным. Он подошел ближе, чтобы осмотреть следы. Я заметил, что в его взгляде промелькнул испуг. Все и впрямь серьезно. - А кем ей еще быть, Глеб Викторович, - снова встряла Софья. – или лучше сказать Глеб Эльвирович? Отец резко повернул голову в сторону Гроттер и как-то нехорошо глянул на нее. Софье на это конечно было совершенно фиолетово, но мне не понравился его взгляд. На автомате сделал шаг в сторону, чтобы заслонить обзор. - Пап, я в курсе, что ты был некромагом. В курсе, что твоей наставницей была Эльвира, твоей и еще нескольких девушек. В курсе, что ты вырос с ними в лесу. В курсе, что ты учился в Тибидохсе и что преследовали тебя за кражу, правда я пока еще не знаю за кражу чего. - Некромагом? – не поверила своим ушам сестра. Отец зажмурился и с силой потер переносицу. - Некромагом, сестренка. Я недавно понял это из своих снов. Твоих детских фотографий у нас нет, - обратился я снова к отцу. - Ну теперь оно и понятно почему, поэтому я не сразу понял, что в той землянке был ты. - Почему ты раньше не рассказал? – неожиданно, но его голос не был раздраженным или сердитым - скорее так бы звучал тот, кого настигло неизбежное. Я пожал плечами. По многим причинам. - До сегодняшнего дня я вообще не знал, что ты с этим связан. Но, думаю, это не главное, мне просто, - тут я сделал паузу, потому что не знал, стоит ли такое говорить. – меня это захватило. - Что захватило? – не понял отец. - Тот мир. Слушай, понимаю, такое неприятно слышать. Я видел, как она мучала… тебя, вас всех, – мне до сих пор не верилось, что тем умирающим мальчиком в паленых тряпках был отец. – Но там было так интересно, и я не хотел, чтобы это заканчивалось. Наверное, со мной что-то не так. Отец усмехнулся. Его похоже мое признание вообще не расстроило, как будто даже порадовало. Может это не я псих? - А еще меня некрофилкой обзывал, упырь, - поддела Гроттер, впрочем, беззлобно. - Так, погодите, - очнулась Лекса. – Я все еще не понимаю, зачем пришли Софья с Дэном. - С кем, дочка, прости? – опешил отец. – Это он Дэн? Это, этот… О, понимаю его. Днем пережил тоже самое. В избранниках Санни я ожидал увидеть кого угодно, но не немытого панка. - Здравствуйте, приятно познакомится, – сказало нагло чучело и протянуло руку, чтобы поздороваться. Отец даже не шелохнулся. - Ну все, Глеб Эльвирович, давайте отложим трогательную сцену знакомства с любимым зятем. Раз уж вы тут, то сможете помочь, - вдруг ехидно отозвалась Софья. – Если не забыли, чему вас учила наставница, конечно. - С чем помочь? Что вы затеяли? – все же опомнился отец. - Мы вызовем Эльвиру из Тартара, чтобы она поболтала с вашим сынком. И пока никто не начал возмущаться, - её голос стал серьёзным и жёстким, тоже что-то новенькое. - Говорю сразу – сейчас это единственный вариант спасти Владу жизнь. Да-да, упырь при смерти, по крайней мере был сегодня, когда я нашла его еле дышащее тело на полу школьного туалета. После появления последнего ожога он потерял от боли сознание. Я не встречалась с этой чокнутой старухой, но Жанна рассказала мне предостаточно, чтобы можно было сделать вывод – она не остановится. Боль будет нарастать до тех пор, пока сердце упыря не выдержит, а случится это скорее всего сегодня в полночь, на край завтра в полдень, - вывалила разом Гроттер все самое неприятное. Лекса с испугом и непониманием посмотрела на меня. Отец же выругался, видимо мигом смекнув ситуацию, и в пару шагов оказался возле Софьи, которая выкладывала на стол кучу непонятных склянок с жидкостями и порошками. - Что за ритуал вызова? – нахмурившись спросил он. - Через древнее аравийское вуду: редкая, почти утерянная техника. Слышали о таком? Отец коротко кивнул и произнес: - Слишком сложно. Потребуется много энергии. И плетение… - Да-да, плетение из жил мертвеца по восковой основе. Сложно, неприятно и очень воняет. И ДНК Эльвиры у меня тоже есть, прихватила в уикенд на Алтае. И зубодробительные заклятья на древнеаравийском я прочитаю без запинок, - забавно злилась ведьма. - А вы лучше не сомневайтесь в моей компетенции и нарисуйте пока пентаграмму, вот баночки с нужной кровью. Не перепутайте последовательность – кровь мертвеца, кровь живого и кровь потенциально рожденного. Дэнни, а ты отыщи тут где-нибудь большое зеркало и принеси сюда, - раздала всем команды Софья и села прямо на пол перед столиком. Отец хмыкнул и загреб все три склянки, надо же признал авторитет маньячки. Не припомню, кстати, чтобы он хоть кому-то позволял так разговаривать с собой. - О Древнир, какая жуть – поморщилась Санни. – Что такое кровь потенциально рожденного? Только не говори мне… - Лекса, подруга, я, конечно, не то, чтобы привыкла находиться в рамках морали и этики, но не взяла бы кровь у нерожденного младенца, - изрекла Гроттер и добавила равнодушно. - Хотя это был бы идеальный вариант. - Тогда что это? – спросил я. - Смешение крови мужчины и женщины, которые с большой вероятностью заведут потомство, - ответил за Софью отец, сосредоточенно вырисовывая на полу символы густой красной жидкостью. Ведьмочка в подтверждение кивнула. - Соф, - вновь подала голос Лекса. – А как ты колдовать-то будешь? Если перстень засечет магию, Медузия будет тут минут через десять. Вряд ли она одобрит всю эту вудуистскую вечеринку. - Еще перед отлетом в ссылку, я приготовила обход. Положу перстень в шкатулку, которая не даст магии извне просочиться. Он будет в энергетическом вакууме, Медузия ничего не прознает. Правда вещица единоразовая и ее хватит всего на пару часов. Надеюсь, Эльвира не из болтливых, и мы успеем, - она вздохнула. - Знала, что так будет. Ты волнуешься, подруга, и  это понятно, но лучшее, что сейчас можно сделать - принять ситуацию такой, какая она есть. Тогда у твоего критинистического брата будет шанс выжить. Лекса на это промолчала и отошла, видимо решив все же довериться Гроттер. - Ты собралась проводить ритуал без перстня? – спросил отец. – Это слишком самонадеянно, девочка. Ты выходишь на связь с Тартаром, одно мимолетное колебание энергетического потока не в ту сторону, и в лучшем случае вам поотрывает руки. - Другого выбора все равно нет, - пожала плечами Софья. – Да и я процентов на восемьдесят уверена, что справлюсь. Я сглотнул, смерть это одно, но вот перспектива остаться калекой без рук выглядит уж совсем отвратительно. Отец тяжело вздохнул, на пару секунд о чем-то задумался и направился в сторону книжных шкафов. А я подошел к кофейному столику, аккуратно переступив через нарисованный круг из переплетающихся рун. Захотелось получше рассмотреть, что делает Гроттер. В нос пахнуло резким запахом разложения. Дискомфорта мне это правда уже не доставляло. За целый год нанюхался. Софья причудливо перевязывала восковую куклу склизкими зеленоватыми нитями – видимо это и есть плетение жилами мертвеца. - Я думал вуду можно сделать только на живых людей, на крайняк на зомби, - произнес я, вспомнив, что видел раньше во сне. Софья с удивлением глянула на меня и озорно улыбнулась. - Вы только гляньте, а говорят дистанционное обучение не работает! – засмеялась она и пояснила. – Вообще так и есть, для вуду нужна плоть. Но это в основной гаитянской школе, древнеаравийское вуду куда запутаннее и сложнее, зато оно помогало связываться с духами предков напрямую. - Как это работает, конкретно этот ритуал? – захотелось узнать мне больше. К счастью, Гроттер, похоже любит поболтать про всю эту некро-вудуистскую историю. Да и вообще любит истории. - Ммм, состоит он из нескольких частей. Пентаграмма из трех видов крови это воплощение круговорота жизни – рождение, собственно жизнь, смерть – он помогает духу как бы обратиться во времени вспять, вернуться. Кукла же поможет Эльвире привязаться к миру живых, пока я буду закачивать туда поток магии. Зеркало, мы используем как проход. И четвертая часть – связь проводника с говорящим. То есть меня с тобой. Я насторожился, но потом ухмыльнулся и возможно не к месту решил подразнить ведьмочку. – И как мы ее будем поддерживать? Если что еще не поздно пойти в пустую комнату. - Бейбарсов, - прошипела она, как и ожидалось. – Ты что помереть решил раньше, чем тебя Эльвира достанет? Да я тебе шею сверну. - Слушай, парень, не мешало бы проявить чуть больше уважения к человеку, который за просто так решил тебе жизнь спасти, – размеренно произнес незнакомый холодный голос откуда-то сбоку. Я поднял голову и понял, что это сказал синюшный. Чучело уже справился с поручением Гроттер и притащил зеркало из моей комнаты. Он еще и в моих вещах шарился! И куда подевались все придурковатые интонации? Урод сидел на диване вместе с Лексой и обнимал ее за плечи. Сестра смотрела на меня с осуждением. Под ребрами кольнуло чувство вины. Я же еще пару часов назад каялся, что не стоило таким образом провоцировать Гроттер. Но вот опять сорвался. И я бы даже извинился сию же секунду, но сделать это после замечания чучела было выше моих сил. - А тебе стоило бы поменьше распускать лапы в моем доме, уродец, - парировал я, на что синюшный только сильнее прижал к себе сестру. Урррод! - Хватит вам, – не выдержала Лекса. – Сейчас совсем не время. - Отложим до завтра? – спросило чучело серьезно. - Отложим, - процедил я. И правда не время. - Дэнни, не лезь со своими дельными замечаниями. Я и сама могу за себя постоять, знаешь ли, - совершенно неожиданно возмутилась на панка Гроттер. Вот же странная девчонка – ее защищают, а она злится. Чучело на это только снисходительно улыбнулся. - Так, у меня все готово, осталось 6 минут до полуночи. Давай, Владик, садись напротив – будем начинать, – скомандовала Софья. Я послушно сел. Странно, но волнения не было совершенно никакого. Наверное, мне просто слишком не верилось в реальность происходящего. -Подожди еще минуту! – прозвучало со стороны книжных шкафов. Точно, отец. Я обернулся и увидел, что на стене между шкафов кровью - а чем же еще? – был нарисован сложный угловатый знак. - Aperi latibulum, sanguinem meum attuli, sum Глеб Бейбарсов, - четко произнося каждую букву сказал отец и приложил ладонь к знаку. Тот приветственно замигал синим светом и неожиданно кусок стены метр на метр пропал, открыв перед нами потайные полки, заваленные каким-то хламом. Я точно разглядел корешки книг из темно-коричневой кожи, две банки с чем-то жидким серебряного цвета, большую черную папку и, клянусь мне не показалось, там лежало несколько человеческих черепов. Отец порылся в своем тайнике и выудил оттуда какую-то палку. Он удовлетворенно глянул на свою находку и, развернувшись, направился в нашу сторону. Когда он повернулся спиной к тайнику, стена приняла прежний вид – как будто и не было ничего. Нужно будет наведаться туда с кувалдой, когда никого не будет дома. Когда отец подошел, я понял, что у него в руках никакая не палка – это трость. Черная длинная трость. Он протянул ее Гроттер со словами: - Попробуй вместо перстня, должна сгодиться. Софья присвистнула и спросила с восторгом: - А остальная часть комплектика у вас на чердаке не завалялась, Глеб Эльвирович? Я не понял, о чем она, а отец на это только хмыкнул и вышел за пределы пентаграммы. Софья, судя по всему, решила опробовать трость и выпустила в воздух пару искр – красную и голубую – они переплелись и растворились в воздухе. Меня это на мгновение заворожило, но «волшебство» момента тут же улетучилось. - Бейбарсов, поклянись мне кое в чем. – вдруг сказала Софья. – поклянись, что я не подхвачу от тебя букет гепатитов. Я чуть не выпал. Заметил боковым зрением, что Лекса закрыла лицо руками то ли от стыда за меня, то ли от смущения. А чучело противно заржал. Что за вопросы? Не могла же Гроттер шутку про комнату всерьез воспринять, или ритуал все же подразумевает… Но внезапно ладонь пронзила острая боль, от неожиданности я поморщился и сцепил зубы. Опустил глаза и увидел кровоточащий порез. Как она это так незаметно провернула? - О чем ты говоришь, маньячка? - А о том, упыреныш,- продолжила она, делая такой же глубокий надрез на своей ладони – и даже мускул на лице не дрогнул, у девушки не должно быть такой выдержки! – Судя по твоим рассказам, ты стольких девок сюда перетаскал, что в теории даже стоять рядом с твоей тушкой небезопасно. - С моим телом, - на автомате буркнул я и заметил, как она еле улыбнулась краешками губ. – Ты что несешь, Гроттер? К чему это вообще? Но она не ответила, а только протянула свою порезанную ладонь. Понятно, очередная кровавая магия. Я положил свою ладонь на ее и чуть сжал. Невольно отметил, что у неё нежная кожа. Наша кровь смешалась. Вот и связь между проводником и говорящим. - Ну, погнали, - выдохнула ведьмочка и взяла в свободную руку трость. Пора, я уже начал чувствовать подступающий жар на местах ожогов. Времени мало. Дальше началось зрелище, подобного которому я не видел даже во снах с землянкой. Пространство вокруг изменилось, тьма сгустилась вокруг нас, свет ламп медленно погас, дышать стало тяжелее. Пентаграмма на полу стала издавать шипящие звуки, будто вода, пролитая на раскаленный асфальт. Гроттер выразительно и громко читала заклятье на каком-то совершенно неизвестном мне языке – тот самый древнеаравийский. Ее красные волосы развевал непонятно откуда взявшийся ветер, в глазах мелькали цветные блики. Взгляд при этом был направлен на меня, но смотрел сквозь. Как будто вообще в другое пространство. Ведьма. Настоящая. Впервые вижу ее в этой ипостаси. Не могу отвести взгляд. Из трости то и дело вырывались красные и голубые искры, но на этот раз они не растворялись в воздухе, а впитывались во все до чего могли дотянуться – в зеркало, пентаграмму, куклу-вуду, даже в столешницу кофейного столика, однако за края кровавого рисунка не вылетали. Так продолжалось с минуту, к этому моменту пространство вокруг наэлектризовалось совершенно невероятным образом. Внезапно Софья изменила положение трости и направила ее на куклу. Ураган искр бурным потоком начал впитываться в нее. Через мгновение раздался треск и дребезжание со стороны зеркала. Я повернул голову и увидел, как знакомые очертания сгорбленной старухи становятся все четче и четче. Жар на местах ожогов стал сходить на нет. Мы все сделали верно. Волна ужаса все же накатила на меня. Это все реально, реально. Однако я тут же взял себя в руки. Сейчас как никогда нужно сфокусироваться, разум должен оставаться ясным и холодным. И вот, Эльвира окончательно проявилась здесь. Взгляд черных глаз прожигал во мне дыру где-то в районе переносицы, ее губы были растянуты в мерзкой хищной улыбочке. Я изо всех сил старался не отводить взгляда. Внезапно она расхохоталась и шагнула за пределы зеркала. Надеюсь, так и запланировано. Я думал, что старуха сразу подойдет ко мне, но она развернулась и подошла к границе кровавой пентаграмма, уставилась на отца. Дальше пройти не может, догадался я. - Ну, привет, Глеб, - произнесла она своим скрипучим голосом. – скучал по своей хозяйке? Отец криво усмехнулся. Он стоял, облокотившись на стену, и внешне выглядел совершенно расслабленно. - Ты мне больше не хозяйка, Эльвира. Теперь у тебя самой хозяин. Кстати, передавай привет Лигулу, когда вернешься в Тартар. Старуха снова засмеялась. Я мельком глянул на Софью: она уже не смотрела в пустоту, а сосредоточенно наблюдала за ситуацией. С виду спокойна, но внутреннее напряжение выдавала хватка, с которой она вцепилась в трость. - Передам, уж об этом не волнуйся. Лигул все еще зол на то, что так и не принес ему обещанный эйдос твоей треклятой Гроттер, - она окинула взглядом комнату и задержалась на Лексе. - Ну как тебе отцовство, мой дорогой ученик? Понимаешь теперь, как тяжело было вас растить? - Правда, что ли думаешь, будто это одно и тоже? – рассердился отец, но тут же взял себя в руки. - А впрочем, мы тут не трудности воспитания пришли обсуждать. Говори Владу, что хотела, и мы больше не смеем тебя задерживать. - Неблагодарный мальчишка. Я вас любила, - мне показалось, но в ее голосе будто проскользнула боль. Отец остался непреклонен и больше не сказал ей ни слова. Старуха медленно развернулась в нашу с Софьей сторону. - Так-так-так, ну просто картина маслом: Гроттер и вуду, Гроттер ученица некромагини. Чумиха бы порадовалась, увидь, как отравила ваш род. Хотя как по мне, так намного лучше. Будь твоя мамаша такой же раскованной, могла бы стать одной из сильнейших темных ведьм, но выбрала остаться жалкой светлой, - Софья во все глаза смотрела на старуху, то ли с ненавистью, то ли со страхом. - А теперь, виновник нашего торжества, - наконец обратилась старая ведьма ко мне. – Мальчишка с острым умом, но отвратительно мягким сердцем. Глеб как обычно оплошал. Но это мы еще поправим, не волнуйся. Нет дела легче, чем вытравить из человека добросердечие. Пару потерь там, пару потерь здесь и все пойдет как по маслу. - Что ты хотела сказать мне тогда? И почему не связалась напрямую с отцом, раз хотела вернуть ему способности? – спросил я, желая побыстрее закончить и не выслушивать всю эту чушь. Старуха вмиг оказалась возле меня, прямо как тогда во сне. Я ждал, что вот сейчас она передаст свое послание, но вместо этого старая ведьма замахнулась и с силой влепила мне пощечину. То есть нет, она полоснула меня по лицу своими длинными острыми ногтями. Я это понял, когда через пару секунд после удара мышцы свело от боли, а на губах появился металлический привкус крови. - Не смей перебивать меня! Софья с силой сжала мою руку, отец оторвался от стены и подошел вплотную к пентаграмме. Черт, что-то явно идет не так. Я заметил, как поток искр из трости стал меньше - наверное, Софья пыталась ослабить ведьму. Говорила же, что кукла помогает ей удерживаться в мире живых. Однако, наивно было полагать, что Эльвира оставит незамеченным этот трюк. Она резко махнула рукой, и трость отлетела куда-то за границы кровавой пентаграммы, а ладонь Софьи сжала куклу. Сноп искр теперь уже только красных клубился вокруг куклы, впитывался в нее нескончаемым потоком. Судя по взгляду Гроттер - не по ее воле. - Не пытайся обмануть меня, девчонка! Ты здесь всего лишь источник энергии, не зазнавайся. - Щенок, - снова обратилась она ко мне, ее голос уже не был таким расслабленно вальяжным как в самом начале, теперь ведьму начинал разбирать гнев. – Слушай! И она начала говорить, быстро, практически не разделяя слова паузами. Как по мне говорить полную бессмыслицу. Да еще и в стихах. Однако каждое слово отпечатывалось в сознании, словно клеймо:

Когда сойдутся гроза и луна,

В свежую кровь впитается тьма,

Рядом враг затаился, он власти лишен,

Хотя род его древний — это закон,

Он заговор свой без труда провернет -

Содрогнется на празднества каменный свод.

И

Сама с собой схлестнется Чума.

Когда отворятся мрака врата.

Умрет ли Тантал на глазах у родных?

То Гроттер решит и закончит сей стих.

Когда она договорила, я был готов поклясться, что никогда в жизни не забуду этот дрянной стишок. А дальше все было как в тумане, буквально в десять секунд я пережил то, что заставило испытать страх, куда больший, чем тот, что я чувствовал накануне. Ведь теперь испугался не за свою жизнь. - А сейчас, начнем делать из тебя достойного сына ученика Эльвиры, - старуха оказалась у края круга. - Потеря номер один, попрощайся с сестрёнкой! Мысли пронеслись с бешеной скорость. Нет, не сможет. Она же не может выйти за границы круга! Хотя с такой подпиткой энергией, кто теперь знает. Я посмотрел в сторону сестры. Дэн полностью загородил ее собой и вскинул руку с перстнем. Не поможет! Если она выйдет, ничего не поможет. Софья выругалась и заметалась, пытаясь разорвать наши ладони или отпустить куклу, но ничего не выходило. Эльвира держала. Нужно разорвать контакт! Нога Эльвиры уже ступила за границу круга. В панике пришло озарение. Свободной рукой я схватил нож, которым Гроттер порезала нам ладони, и со всей силы всадил его в куклу. Пространство вокруг помутнело, Эльвира, а теперь уже скорее ее тень, зарябила и рассыпалась. И уже через секунду все пришло в норму. Будто и не было никакого ритуала. Свет включился сам собой. Победа! Напротив сидела Софья, я заметил, что она сильно нахмурилась, по щеке текла одинокая слеза. Что случилось? Я опустил взгляд и только теперь понял, что пронзил ее кисть насквозь - иначе до куклы было не добраться. Небольшая лужица крови уже собралась на столешнице под ладонью. - Нет! Нет! НЕТ! – быстро зашептал я, паника обожгла легкие. Вмиг отец оказался рядом. - Софья, слышишь меня? Она кивнула. Глаза полубезумные – болевой шок. Как я мог? Как я мог? Только и билось в голове. - Слушай, смотри на меня, не смотри на нож. Лекса, быстро сюда! Наложи обезболивающее заклинание! – приказным тоном крикнул отец. Сестра в мгновение ока оказалась рядом, прошептала что-то и из ее кольца вырвалось две зеленые искры. – Нож нужно вытащить. Дочь, когда я это сделаю, ты тут же наложишь исцеляющее заклинание, самое сильное которое знаешь, желательно несколько раз. Нужно заживить сквозную рану и остановить кровотечение. На счет три я вытащу его. Девочка, ты готова? Софья снова кивнула, уже более-менее осознанно. - Раз, два, - и он резко рванул нож вверх. Лекса сразу начала одно за другим выговаривать заклинания, зеленые искры беспрестанно сыпались из ее кольца. Гроттер закусывала губы от боли, но не плакала. Дурная девчонка! - Хватит, Лекса - вдруг остановила Софья, подняв другую руку, тоже черт возьми пораненную. – Все... все в порядке, ты так сама в обморок бухнешься. Теперь это царапина, просто очень глубокая. И не болит почти. - она перевела взгляд на отца. - Кстати, знала, что на два вырвете. Жанна также делает. Казалось, в этот момент все присутствующие выдохнули. Отец рухнул на диван и закрыл глаза, Лекса опустилась на колени рядом со столиком, а чучело откуда-то выудило бутылку воды и протянуло Софье. Она отказалась. Да и как она возьмет ее больными руками, придурок. Все выдохнули. Все кроме меня. - Соф, - начал я, даже толком не зная, что сказать. За такое простое извини не говорят. И еще, как же отвратительно беспомощно я чувствовал себя в этот момент. Ничего не мог сделать, ничем не мог помочь. - Нет, нет, упыренок, не смей, - тут же прервала она меня. Не простит. Никогда не простит. Пронеслось тут же в голове. - Это моя вина, - прозвучало совершенно внезапно. – Ты все сделал верно, это было лучшим из решений. Я просчиталась, заслужила. - Что? – оторопел я, в секунду во мне поднялся гнев. Я сорвался на крик совершенно того не ожидая. – Сдурела что ли? Кто вообще такое заслужил?! - Не ори на меня! – взвилась и она. - Перестану, когда ты не будешь пороть чушь! - А что нужно было сделать, по-твоему, а? Позволить Лексе умереть? Так что ли? Разве были еще варианты, кретин? - Не смей винить себя! И тем более говорить, что заслужила нож в руку! - Не смей приказывать, что мне говорить! Это моя вина, ясно? Я не рассчитала силы! Не обезопасила окружающих! Это же было очевидно! Мы бы так еще долго кричали друг на друга, вошли, что называется в раж. Если бы не прервавший нас смех Лексы: - У вас желание позаботиться друг о друге принимает какие-то совершенно ненормальные формы! - Подруга, ты совсем того? Какой еще позаботиться? – возмутилась Гроттер. – Упырь просто не умеет строить простейшие логические цепочки. - Ну да, ладно, ладно. У меня там есть одна мазь, сейчас на второй руке тебе рану совсем залечим, - не стала спорить сестра и пошла в свою комнату. - Прости меня, - уже спокойно сказал я Софье. - Смотря за что просишь. За то что кричал или за нож. - За нож. Кричал я по делу. - Тогда не прощу. Потому что сказала уже, что это не твоя вина. Упрямая, упрямая девчонка! Как же я устал от тебя. От переполнявшего меня негодования, стукнул кулаком по столешнице и выругался, у меня же тоже порез. К этому времени Лекса уже вынырнула из коридора, неся в руках бинты и колбочки явно не из обычной аптеки. Она аккуратно присела возле Софьи и начала залечивать раны. - А потом я за тебя возьмусь, - кинула сестра, даже не глянув на меня. - Со мной все в порядке, - поморщился я. - Ты выглядишь так, будто сражался с росомахой. Ну да, та «пощечина», уже и забыл. Коснулся пальцами лица. Четыре длинных царапины наискось протянулись от нижней челюсти до лба. И как она мне глаз не выколола? Чертова старуха. - Подведем итог, - раздался вымотанный голос отца. – Влад, девочка права, другого выбора не было. Ты молодец, что сориентировался. Софья, винить себя в произошедшем совершенно ни к чему. Ты не могла рассчитать поток энергии, впервые проводя подобный ритуал. Все живы и почти здоровы, а значит все прошло хорошо. Сейчас вопрос в другом… - Что она имела в виду, когда сказала «обещанный эйдос твоей треклятой Гроттер»? – перебила Софья отца. Он в упор глянул на нее, раздумывая видимо, стоит говорить или нет. - Когда-то давно мне посчастливилось умереть и попасть в Тартар, - совершенно равнодушным тоном изрек он чудовищный новый факт своей биографии. - Мне там, разумеется, не понравилось, и тогда Лигул предложил сделку. Эйдос твоей мамы в обмен на мою жизнь. Я, не колеблясь, согласился. - Папа! Ты что серьезно? – воскликнула Лекса таким голосом, будто узнала, что милая старушка из соседнего подъезда оказалась серийным убийцей. - И в чем фокус? – спросила Гроттер. – Как вы обошли сделку? Душа мамы явно при ней. Отец пожал плечами. - Да ничего я не сделал. Хотел по-началу подсунуть ему эйдос твоего отца. Боже, поверить не могу, что Валенок твой отец. Но, все устроили за меня. Мамзелькина сняла печать сделки, вычеркнув из своих списков. Спасибо Ягге - купила мою жизнь за бочку медовухи, - цинично закончил он. - Папа, но как ты мог согласиться на такую подлый договор? Да ещё и планировал его выполнить, да ещё и так, – никак не могла поверить сестра в порочность нашего родителя. - Все просто, Лекса: я был плохим человеком, - с горькой усмешкой проговорил он, сестру такой ответ совершенно не удовлетворил. – Еще вопросы? – это было обращено уже к Софье. Она закусила нижнюю губу, видимо решая, как же теперь относиться к человеку, заложившему душу твоей матери, и решившему расплатиться душой твоего отца. Что за игры они там вели? - Вопросов предостаточно. Но боюсь придется отложить - нужно обсудить пророчество. - Пророчество? Ты про тот стишок? – догадался я. - Стишок, - фыркнула Софья. – Про первую часть вообще ничего не понятно. А во второй есть три действующих лица – Чума, Тантал и Гроттер, либо я, либо мама. Скорее всего мама - она любит влипать во все эти поэтическо-предсказательные истории. - Меня больше волнует тьма, впитывающаяся в молодую кровь, - обеспокоенно произнес отец. – Влад, почему ты тогда сказал старухе, что она хочет вернуть мне силы? - В последнем сне она указала на тебя и сказала, что ты себя угробил, но заслуживаешь попытать удачу еще раз. Я подумал, что она говорит о силах, хочет снова вернуть их тебе. - Это не в ее возможностях, - отрицательно мотнул головой он и снова закрыл глаза, размышляет. – А про тебя говорила что-нибудь? - Только, что разочарована, мол я сочувствующий, - с неудовольствием поведал я. – Но добавила, что у меня есть потенциал. - Мне это не нравится, - медленно проговорил отец. – Очень не нравится. - Всегда так с этими пророчествами. Страху нагоняют, а ничего непонятно, - пробурчала Софья. Лекса тем временем уже закончила с ее ранениями и принялась за мои. Руки сестры ловко порхали, нанося мне на лицо и порез какие-то вязкие жидкости с едкими запахами. - Подскажите, у меня просто это впервые, - вдруг заговорил синюшный, молчавший все это время. – Знакомство с семьей невесты всегда проходит так… феерично? Мы с отцом тотчас сердито уставились на чучело. И забыли уже про это недоразумение. Софья громко рассмеялась. - Зачем ты его притащила сюда? – ощетинился я на Гроттер. - Он поймал меня на выходе, не хотел выпускать. Что еще было делать? Пришлось поведать о нашем маленьком предприятии, а потом сказал, что пойдет со мной. «Проведу больше времени с деткой и прослежу, чтобы ты не убилась». Будто мне пять лет, - передразнила она чучело. Меня передернуло от «детки», такая вульгарщина в отношении моей Санни. - Лекса, поверить не могу. На какой помойке ты подобрала этого… - начал было отец, но его прервал звонок мобильника. Гроттер резко встала, точнее попыталась - ее сильно пошатнуло. Ритуал наверняка забрал много сил. Я уже хотел подскочить, но чучело подхватил Софью под локоть, удержав от падения. - Эй, Гроттер, ты вообще как? – спросил он обеспокоенно. - Норма, Дэнни. Просто отдохнуть надо, - похлопала она его успокаивающе по плечу. Мне это почему-то не понравилось. - Телефон! Нужно ответить срочно! Это наверняка мама звонит, обнаружила, что мы смылись. Если не ответим, она по поисковому заклинанию прям сюда заявится. Чучело в один шаг оказался у рюкзака Гроттер, выудил оттуда трезвонящий телефон и отдал Софье. Ее правая рука похоже почти полностью восстановилась после надреза. - Привет, мам, - искусственно непринужденно поздоровалась она. - Да мы с Дэном просто к Лазаревой пошли в гости… Ничего такого не делаем…Да тоже тут, он же ее брат… Мама, какая еще углубленная биология?… Нет, с чего ты взяла? – зачастила она, отбиваясь от расспросов Татьяны Леопольдовны. Да уж, я ей явно не понравился. И видимо не зря. Через минуту расспросов, Софья сбросила звонок и объявила: - Так, Дэнни, ну все, собираем манатки и пулей домой. - Понял, - кивнул синюшный и взял ее вещи. Он подошел к Лексе, чтобы на прощание то ли обнять ее, то ли чего еще похуже. Но остановился под моим пристальным взглядом. Тогда Лекса просто коснулась его предплечья и посмотрела так… Никогда не видел у нее такого взгляда. Столько нежности и обожания. И к кому? Чем он запудрил ей голову? - До завтра, - едва слышно сказала она с улыбкой. Чучело тепло улыбнулось ей в ответ. Меня снова передернуло. - Было приятно познакомиться. Надеюсь, завтра наш диалог примет более конструктивное русло, - обратился он к отцу, на что тот только цокнул. Софья хотела уже пойти на выход, но тут заметила, валяющуюся в углу трость. Подняла ее и собиралась видимо отдать отцу, но он вдруг сказал: - Можешь оставить себе. Вижу, она тебе приглянулась. - Что правда? – ее глаза внезапно засияли, - Но она же… - Она мне больше ни к чему. Так, хранил из сентиментальности. Ты, девочка, я уверен, найдешь ей куда лучшее применение. Пытается что ли вину загладить за ту историю с перепродажами душ семейства Гроттеров? - Спасибо! – впервые видел ее такую по-детски восторженную, разве что похожее случилось, когда она решила, что я прокачу её на мотоцикле. Отец на это грустно улыбнулся, впрочем искренне, с ним тоже такое бывает редко. Через пару минут входная дверь захлопнулась, и мы снова остались в квартире втроем. Лекса сильно устала и хоть желала обстоятельно допросить меня, не выдержала и отправилась спать. А я, не зная, куда себя деть, подумал убраться в гостиной. Для начала решил отмыть паркет от следов кровавой пентаграммы – задачка не из легких надо сказать. Отец все также сидел на диване и думал о чем-то своем. - Расскажи мне все, Влад, - в какой-то момент произнес он. – Все, что тебе снилось, все, что говорила ведьма. В деталях. Я согласно кивнул и начал рассказ. Отец ничего не говорил, не делал никаких выводов из моих слов, а просто слушал, и слушал, и слушал. Разошлись по кроватям мы только часа через три, пока за окном не стало светать. За это время, я успел позабыть, что вообще-то воткнул в человека нож. Но стоило лечь в кровать, как тяжесть содеянного снова легла на мои плечи. Я должен что-то сделать - заставлю эту упрямую ведьму простить меня! Мелькнула в голове решительная мысль, прежде чем я забылся беспокойным сном.