Глава 11.2. "План по истязанию", или как его еще называют "Учебный план".

Постепенно я отошла от шока после папиного приезда. Но не потому, что научилась эффективно бороться с гневом и обидой - просто вокруг происходило слишком много интересного. Для начала я не без удовольствия прочитала план по истязанию упыренка, или как Жанна его назвала - учебный план. Выполнять я его начала незамедлительно, с простого - отправила Владика учить заклинания в закрытом гробу на глубине десяти метров в промерзшей земле и даже заботливо предоставила ему фонарик. С огненными и осветительными заклинаниями у него пока не ладилось и не потому, что огонь быстро тух, наоборот пламя получалось таким, что профессору однажды пришлось тушить пожарище площадью десять на десять метров. Ух, уже чувствовала, как весело нам будет. Привлекать в помощь Глеба Викторовича я, разумеется, не собиралась. Хотя соблазн и был велик - папу совершенно выводило из себя моё нахождение в кругу семьи Бейбарсовых, а сегодня я впервые поняла как сильна моя мстительность и желание ему напакостить. Позже мы с Лексой все же дошли до аудитории, где у нас по идее должна была пройти одна из двух оставшихся пар. Сейчас по расписанию стояло ещё одно на сегодня нежетиведение. Мы с Лазаревой в предвкушении ждали шоу. Остальные одногруппники то и дело перешептывались - конечно, все уже были в курсе, что преподавателей нет в школе. Многие из них правда надеялись, что и Поклеп умелся куда подальше. А я пока что не спешила их разочаровывать. На удивление пунктуально, минуту в минуту к началу пары на пороге появились двое - Рита и Кузя Тузиков. Я не очень хорошо знала этих людей - видела разок-два все на тех же вечеринках у Склеповых, да запомнила кое-что из маминых фееричных рассказов о школьных годах. Они тут же представились: Шито-Крыто - равнодушно, но уверенно, Тузиков - с затаенным страхом в глазах. И это его сгубило. Студенты считывают панику жертвы просто на раз-два. Аудитория заходила ходуном. Большинство просто решило заняться своими делами, громко переговариваясь между собой и то и дело взрываясь от смеха. Кто-то все же пытался разузнать у новоиспеченных преподавателей, что происходит, Тузиков пытался отбиваться от вопросов, но с каждым разом они становились все наглее и беспардоннее. Вплоть до "А вы женаты?", "А сколько вы зарабатываете за год?". И тогда Кузя просто с досадой отмахнулся и умоляюще уставился на свою коллегу. Посмотрев на все это, Рита лишь пожала плечами, села за преподавательский стол и начала листать какой-то журнальчик по зельеварению, издающийся на Лысой горе. Кузя приземлился рядом с ней, стараясь больше даже не смотреть в сторону нерадивых студентов. В итоге всю пару мы были предоставлены сами себе. Единственным ограничением, которое Рита все же поставила для нас, был выход из аудитории до конца пары. Каждый, кто самовольно пытался выйти получал тарантула за шиворот, а особо настырным приходилось отбиваться от стайки летучих мышей. - Вы будете здесь сидеть, пока не закончится пара, - изрекала тогда Рита. - Ведь в приоритете у нас дисциплина. Сомнительный тезис, ну да ладно. В такие моменты Тузиков активно кивал, изображая полную солидарность с коллегой. Мы с Лексой были несколько разочарованы - ждали яркое шоу, а получили просто цирк уровня низкосортной уличной ярмарки. Но за полтора часа я успела хорошенько обдумать новость о свершившейся краже. Меня все ещё беспокоило, что Владик мог попасть под прицел Магщества. А потому я решила собрать побольше сведений о трех костяных артефактах в библиотеке после занятий. Лишняя информация никогда не помешает. По сравнению с предыдущим следующее занятие не подкачало. И под конец пары я даже уже не знала радоваться мне этому или нет. А вот Лекса точно определилась со своими чувствами на этот счет - она была в ярости. Как только мы зашли в аудиторию, поняли, что её раза в три расширили при помощи пятого измерения. Мест хватило бы человек на 50-60. Постепенно начали собираться студенты. Я не без удивления, помимо нашей группы, обнаружила здесь третьекурсников и второй курс магспирантуры. Дэнни, который, разумеется, был среди пришедших, тут же подскочил, понимая, что если кто-то и в курсе, что произошло, то это мы. Они с Лазаревой под моё осуждающее цоканье поприветствовали друг друга рот в рот. И тут же оправдались тем, что не виделись со вчерашнего дня и жутко соскучились. Я подтвердила, что "жутко" и впрямь самое подходящее под ситуацию слово. Потом Лекса вкратце ему рассказала о нашем визите на «родительское собрание». Склепов, однако довольно спокойно отнёсся к отъезду преподавателей. Его больше заинтересовало другое: - Гроттер, вот скажи мне, - шутливо начал он. - Ты сознательно задалась целью убить меня до конца года? - Чего? - не поняла я. - Я просто не врубаюсь. Сначала ты превращаешь двух людей, которые ненавидят меня больше всего на свете, во всесильных некромагов. А теперь ещё и подсылаешь одного из них в драконбольную команду, где убийство подстроить как нефиг делать. - Да, мой дорогой друг, - подхватила я. - Это был скрупулёзно выверенный план, чтобы отвоевать у тебя мою Лексу. И не заберёшь ты её ни на какую Лысую Гору, а оставишь здесь со мной спокойненько доучиваться в магспирантуре. - О, как это мило, подруга, - отреагировала Лазарева. - Правда не сработает. Братишка уже почти полюбил Дэнни, я это чувствую. Склепов с сомнением покосился на свою невесту. - Ну раз полюбил, - развеселилась я. - Тогда все ещё проще! Наряжаем Владика в белое платье и длинный чёрный парик и подсовываем Склепову прямо во время свадебной церемонии. Вы же близнецы, никто и не заметит! Я громко захохотала, представив влюбленного упыренка под венцом с Дэнни. Окружающие, однако, моего восторга не разделяли, поэтому выглядела я со стороны как временно буйно помешанная. - Ндаа, Гроттер, общение с некромагом пробуждает в тебе какие-то больные фантазии. Завязывала бы ты с ним, - проговорил Склепов и я заметила, как Лекса недовольно зыркнула на него. Похоже между голубками до сих пор идёт невидимая вражда из-за кандидатов на моё сердце. Да пусть хоть завраждуются, сердце - оно только моё единственное. Занятие уже началось, однако новенького препода все не было. Большинство порассаживались за парты. Лекса упорхала к своему избраннику, а ко мне подсел улыбающийся Солнцев. Я выругалась про себя. Ну вот за что? Мы с Яром помирились после той стычки на драконбольном поле, однако сильно теплее наши отношения не стали. Он то и дело пытался заговорить со мной, а я, наоборот, старалась от него отгородиться. Вот и сейчас я вяленько отвечала на его "Как дела? Как настроение?", пытаясь найти вокруг хоть одно свободное место, чтобы пересесть. Но увы и ах, все уже было занято. Некоторым даже не хватило стульев, и они кое-как устроились на подоконниках. Препода не было минут десять и наша группа, уже наученная опытом прошлой пары, решила, что пора начинать балаган. Перешептывания быстро перешли в громкий гул, а на первом ряду завязалась потасовка между светлым Лешей Котовым и темным Феликсом Крюконосовым. И это не то, о чем вы могли бы подумать, услышав эту фамилию - у него был вполне обычный нос. Но говорят, что его прапрапрапрадед был тем самым капитаном Крюком - непримиримым противником Питера Пэна. То есть носил с собой крюк, поняли, да? Эти двое задирали друг друга с самого первого курса, а уже к пятому даже перестали искать поводы для драки. Вступали в схватку в любой удобный момент. Все внимание переместилось к этой парочке. Каждое из отделений начало выкрикивать лозунги в поддержку «своего» бойца. Причём из всех трех групп. Даже степенные магспиранты, которым скоро стукнет двадцатник не преминули поучаствовать. Все это счастье длилось минут пять, пока Котов нокаутирующим ударом не вырубил Крюконосова, свалившегося недалеко от преподавательского стола. Как назло, в момент триумфа дверь открылась и в класс зашел преподаватель. Все притихли от неожиданности, и не зря! На пороге стоял Глеб Викторович. Мы с Лексой и Дэнни тут же переглянулись. Никто такого не ожидал! Я хоть и видела, что в руки к нему, как и к прочим приземлилась папка с планами, но совершенно не верила, что Бейбарсов старший вообще появится на парах. - Что здесь происходит? – стальным голосом спросил он, перешагивая через обмякшее тело Феликса, к преподавательскому столу. - Вы опоздали, и мы сами решили себя развлечь, - с развязной наглостью в голосе заявил один из тёмных с третьего курса. - Имя? - Чье? Мое? – с туповатым выражением лица спросил он. Глеб Викторович раздраженно закатил глаза: - Ну не мое же, идиот. - Димой зовут. Вы чего обзываетесь? – темный угрожающе сжал кулаки. Тут Глеб Викторович ухмыльнулся и слегка повернул трость. Дима свалился на пол, корчась от боли. Я заметила, что Лекса с ужасом в глазах посмотрела на отца. Так-так-так, а у наследника Эльвиры не забалуешь. Пожалуй, на парах не буду наглеть и фамильярничать. Я уже давно просекла, что Глеб Викторович относится ко мне как-то по-особенному, многое позволяет. Я не знала причин, но беззастенчиво этим пользовалась. Однако сейчас было понятно, что он такого не потерпит, да и не хотелось мне, скажу честно, его подводить. - Ты и твои чудесные одногруппники должны усвоить несколько простых правил, - начал он, не смотря на Димку. - Во-первых, преподаватель не опаздывает, а задерживается, во-вторых, когда я захожу в класс – ты и все твои друзья, уже молча сидите за партой, поджав хвосты. И, в-третьих, каждый не усвоивший эти два невероятно простых правила испытает на себе мое любимое заклятье Памятной боли. Оно заставляет пережить человека самую сильную физическую боль, которую он испытывал в жизни. Этот индивид, судя по всему, мучается от распухшего аппендицита, - он небрежно махнул тростью в сторону Димы. Вдруг парень сделал резкий вдох и встал. Видимо пижон-старший снял заклятье, и боль отступила. Темный затравленно метнулся к своей парте. Студенты не то, что слова не проронили - кажется половина аудитории боялась дышать. Крюконосов, который уже минуту как очнулся, предпочел немного посозерцать начищенные преподавательские ботинки, лежа на полу, чтобы не привлекать к себе внимание и не попасть под раздачу. - А вам юноша, нужно особое приглашение? - впрочем не укрылось это от строгого препода. - Да я тут отдыхал, простите, - нелепо пролепетал Феликс и молнией метнулся к своему месту. Я с трудом подавила смешок. - Меня зовут Глеб Викторович Бейбарсов и ближайшую неделю к нашему общему неудовольствию я буду вести у вас Практическую магию. А так как у меня нет абсолютно никакого желания растягивать наше с вами общение, то все три группы, вверенные мне профессором Аббатиковой, будут заниматься в одно время. Тут, наша версия Шурасика, Лера Табуретова несмело подняла руку. Глеб Викторович с секунду посмотрел на неё, видимо решая стоит ли тратить на это время, но все же сказал: - Что? - А как же программа? Мы же проходим совершенно разные темы. - Забудьте про программу, я её просмотрел - там одна скукота. Мы придумаем что-нибудь поинтереснее, - хмыкнул он. А вот это мне уже по нраву! - Ещё вопросы? - неожиданно великодушно спросил он у студентов, но никто такой возможностью не воспользовался. - Что ж отлично, тогда для начала, посмотрим, на ваши навыки.  Думаю, будет целесообразно посмотреть, на что способны самые старшие и по идее самые умелые из вас. Второй курс магспиранты все-таки! Вот вы юноша, выходите-ка сюда. И он указал тростью на Склепова. Тот сначала нервно сжал кулаки, но вежливо улыбнулся и встал из-за парты. Пасовать перед родственниками невесты было не в его привычках. Лекса поджала губы и вперила в отца холодный непроницаемый взгляд, который от него же и унаследовала. Опять их семейные разборки! Ну сейчас хотя бы будет что-то интересное. - Глеб Викторович, - вдруг начала она. - Мне кажется, или ваш выбор несколько предвзят? - Александрия, - уго, да подругу полным именем никто никогда не называет. - Если у вас есть какие-то претензии, то вы можете изложить их в письменной форме и направить вышестоящему руководству. И впредь поднимайте руку, когда хотите что-то сказать, а то мне придётся удалить вас из аудитории за нарушение дисциплины. На секунду Лекса даже рот открыла от удивления, но тут же взяла себя в руки и её выражение лица приобрело совершенно отстраненный равнодушный вид. Но я-то понимала, она очень зла! Я не долго знаю пижона-старшего, но уверена, что с любимой дочерью он никогда в таком тоне не говорил. Глеб Викторович тем временем сел за преподавательский стол, а бедный Дэнни вышел к доске и выжидательно посмотрел на своего экзекутора. На самом деле я самую малость волновалась за друга, потому что, как уже говорила раньше, учился он неважно. - Итак, товарищ Склепов, задача перед вами стоит наилегчайшая. Перебороть свой самый большой страх и обнажить его на глазах у своих одногруппников. - Мы с ребятами, конечно, близки. Но не настолько, чтобы я что-то там перед ними обнажал, - хмыкнул Дэн. Даже не понятно было он и правда не испытывает волнения или так хорошо его маскирует. Глеб Викторович ухмыльнулся, нагловатая шуточка внезапно пришлась ему по нраву. Он шепнул что-то себе под нос, и из трости вылетела голубая искра. Вокруг Дэна образовался прямоугольный едва заметный барьер, а его глаза заволокла фиолетовая дымка. Я поняла, что он больше не видит нас - теперь для Склепова существует только пространство внутри барьера. Он вряд ли даже понимал, что все ещё находится в классе. Тем временем из пола прорастала фигура, знакомый силуэт горбатой старухи стал вырисовываться в воздухе. - А теперь попрощайся с сестрёнкой, - прозвучал скрипучий голос, переходящий в неистовый хохот. Это была Эльвира! Тот самый момент, когда она едва не убила Лексу на ритуал. Вот он какой, самый большое его страх. - Искрис фронтис дублицио! - не своим голосом выкрикнул Дэн. Две зелёные искры метнулись к старухе, но прошли сквозь неё и с шипением потухли, столкнувшись с барьером. Хохот Эльвиры стал ещё яростнее. - Жалкий светлый. Что ты можешь? Она же уже мертва! - прогремела она. - Обернись! Но Дэн как болванчик замотал головой из стороны в сторону, не желая верить в смерть любимой. Не желая на это смотреть. - Нет! - закричал Склепов и начал с неистовством осыпать светлыми боевыми заклинаниями фигуру мерзкой старухи. Искры одна за другой гасли о барьер. А она лишь смеялась и вторила, что Лекса убита, он слабак и что должен посмотреть на мёртвое тело возлюбленной. Одногруппники несмело перешептывались, но мало понимали, что происходит, ведь ни одного имени так и не прозвучало, а об Эльвире они конечно же не имели никакого понятия. Глеб Викторович внимательно и очень серьёзно смотрел на происходящее. Это жестокое испытание! Я глянула на Лексу, она поймала мой взгляд и прошептала одними губами "помоги". Да уж, нужно выручать Дэнни! Ведь, по сути, это просто морок, навороченный, но легко ликвидируемый. Нужно только достучаться до Склепова, напомнить ему, что это не реальность. Я уже достала булавку, чтобы проколоть палец и нарисовать руну - знала одно эффективное телепатическое заклинание, которое Бейбарсов старший бы не засек. Но не успела, потому что он сам щелкнул пальцами, и мираж растаял. - Довольно, садись на место, - сказал он, тон его правда неуловимо изменился. Как будто стал мягче. - Я не справился, - хрипло проговорил Дэнни, сжимая кулаки. Я понимала, что он делает это, чтобы унять невольную дрожь в руках. Глеб Викторович постучал пальцами по столешнице и ещё раз внимательно осмотрел Склепова с ног до головы. - Ничего, бывает, - проронил он и продолжил. - Ладно, приступим к следующей части нашего чудного вечера. Дэн с угрюмым видом прошёл на свое место, а Глеб Викторович встал из-за стола. Остальная часть пары прошла более спокойно. Мы группами отбивались от мертвяков, мороков и уж не знаю, в шутку ли, но пижон-старший наслал на меня парочку упырей. Несколько студентов по окончанию пары все же отправились в магпункт, а остальные облегченно выдохнули и пулей вылетели из аудитории. Лекса была в их числе, она даже не посмотрела в сторону отца. Впрочем, я могу её понять. Я уже тоже собиралась встать и уйти, как меня кто-то ухватил за локоть. Я опустила взгляд и поняла, что это рука Солнцева. - Что такое? - нахмурившись, спросила я. - Соф, слушай, мне твоя помощь очень нужна, - несмело улыбнулся он. - В чем? - удивлённо вскинула брови я. - Пока что не могу сказать, но это очень важно! Я расскажу тебе все сегодня вечером в парке возле фонтана, приходи к 18 часам, хорошо? Я недоверчиво глянула на Солнцева. - Это очень важно, Соф! Пожалуйста, я не знаю, что буду делать, если ты не придёшь, - понял он мою нерешительность. Странно. Очень-очень странно. Но похоже он и правда попал в затруднительное положение. - Ладно, Яр, - протянула я нехотя. - Заскочу в парк. Он благодарно улыбнулся и пошёл на выход. А я не знала, что и думать. До назначенного времени оставался всего час, поэтому я просто медленным шагом побрела по замку. Идти в библиотеку сейчас бессмысленно, время "погружения" упыренка закончится как раз ближе к шести, так что остаётся только прогулка. Так я и скоротала время, а ровно в 18:00 уже стояла у фонтана. Честно говоря, хотелось побыстрее разобраться с этим и пойти проверить, как там Влад. А потом и Лекса с её семейной драмой. Ох, эти двое меня точно когда-нибудь с ума сведут от беспокойства! Я переминалась с ноги на ногу от холода, всё-таки почти январь на дворе. Площадка парка была усыпана толстым слоем нетронутого снега - видно немного желающих гулять в такую погоду по паркам. - Ты пришла, я так рад, - широко улыбаясь подошёл ко мне со стороны замка Яр. - Так что у тебя там за проблема? - поторопила его я. - Она со мной уже очень давно, - начал он, горько усмехнувшись. - Ещё со второго курса, Соф. Я молчала, ожидая, что он скажет дальше. Ведь если проблема аж со второго курса, откуда сегодня такая срочность? - Я уже очень давно, я давно, - было видно, что он не решался что-то сказать. - Говори, Яр, я не кусаюсь. Во всяком случае в эту фазу луны, - вяло пошутила я, чтобы хоть как-то разбавить атмосферу... Да я даже не знаю, атмосферу чего! Растерянности, неловкости? - Я уже очень давно люблю тебя, Соф. Больше жизни люблю, - выпалил на одном дыхании он и с поволокой во взгляде посмотрел на меня. Я так и остолбенела. Какого Лигула? Вот же я попала! И теперь точно знала, что я чувствую. Желание похлопать его по плечу и сказать: «Хэй, парень, ты чего это удумал?» - Яр, я даже не знаю, - без понятия была я, что должна на это сказать. - Нет, погоди. Ты не должна сейчас ничего отвечать. Я понимаю, что это неожиданно и последнее время я наверняка казался тебе тем ещё чудиком! - как-то неожиданно открыто улыбнулся он, как раньше, когда мы ещё нормально общались. - Просто мне было тяжело последние месяцы. И я мог быть слишком груб с тобой, категоричен. Прости. Этого больше не повторится, клянусь. И он взял в свои руки мою озябшую ладонь. Я во все глаза смотрела на него, абсолютно не понимая, как могла встрять в такой переплёт, от шока даже выдернуть руку как-то не догадалась. - Я просто хочу, чтобы ты знала, что происходит. - Надо же! А мне не расскажешь, оборванец, что это тут происходит? - раздался нахальный голос откуда-то сбоку, однако я сразу поняла, что под нахальством этим скрывается ярость. Слишком хорошо уже знала, как он маскирует свои истинные чувства. Яр сжал челюсти и обернулся. - А ты что здесь забыл? - Солнцев свою злость ни под что не маскировал. - Надо же, какая прелесть, какая романтика, - продолжал издеваться он, подойдя уже совсем близко. Я увидела его искаженное лицо, а в глазах - боль и обиду. Мне тут же стало не по себе и только сейчас дошло, что я все ещё позволяю Яру держать себя за руку. Тогда я как ужаленная отдёрнула её. - Влад, это не то, чем кажется! - я чувствовала себя виноватой перед ним, хотя, по сути, ничего предосудительного не сделала. Но Бейбарсов ничего не ответил. Только переводил свой полубезумный взгляд с меня на Солнцева и обратно. - Яр, пожалуйста, оставь нас, - попросила я. - Но, Соф, - начал он, но я не дала ему говорить. - Прошу тебя. Солнцев шумно выдохнул, но повиновался моей просьбе и пошёл прочь. Его плечи осунулись, я видела, что он раза три оглянулся на нас, пока не скрылся за деревьями. Мы с Владиком ещё с минуту промолчали. Я ковыряла ботинком снег. Он присел на край фонтана и просто смотрел перед собой пустым взглядом. - Как ты узнал, что я здесь? - А это важно? - кинул на меня короткий равнодушный взгляд он, но все же сказал. - По следам понял. - В смысле? - удивилась я. - Вышел на тропинку к замку, а там дорожка из следов, я сразу узнал твои ботинки. - Ты знаешь, как выглядят следы моих ботинок? - почему-то стало смешно мне. - Я много чего о тебе знаю, Соф. Мы ведь бок о бок уже столько времени живём. - Даже мать родная не поняла бы, что это я там наследила, Бейбарсов. Признайся просто лучше, что ты странный тип. - Я странный, - не стал отпираться он. - Но похоже знал о тебе меньше, чем самонадеянно думал. Считал, что ты сказала правду, когда втирала мне, что не хочешь отношений, а теперь бегаешь на свиданки, да ещё и с этим... Его голос от леденяще спокойного перешел в гневный. Он вскочил и с вырвавшимся из груди рыком со всей силы ударил носком ботинка фонтан. Но меня напугала не его вспышка ярости, меня напугало, что он подумал, будто застал меня с другим. - Влад, это не свидание! - А что же? Уединенный парк, вы держитесь за руки, и он пылко признается тебе в любви. Да, я все слышал. И надо же, никаких побегов и телепортаций, ты так спокойно смотрела на него. Не убегала, как, как... - Как от тебя, - тихо закончила я. -Я не виновата, просто так вышло... Он молчал и даже не смотрел на меня. А потом я почувствовала, как мой голос сильно задрожал: - Можешь верить, а можешь нет. Но не было тут ничего, а он просто заманил меня сюда, сказал, что ему нужна моя помощь, я даже понятия не имела... Я опустила голову и закусила губу, вот-вот чувствовала, что расплачусь. Я же не сделала ничего плохого! Почему он не верит мне? Почему? Послышалось, как под чужими шагами захрустел снег. - Ведьмочка, ведьмочка, - зашептал он уже совсем близко. Я почувствовала, как его тёплые ладони обхватили меня за щеки, он осторожно повернул мою голову к себе, как тогда в полицейском участке. Влад заглянул мне в глаза. А потом неожиданно он крепко-крепко обнял меня. - Прости, я и правда кретин. Даже не выслушал тебя, так разозлился, когда увидел вас двоих. Прости, прости меня. По телу тут же разлилось тепло, и я впервые по-настоящему обняла его в ответ, обхватила руками за талию, запустив руки под кожаную расстёгнутую куртку. Ощутила, как его мышцы напряглись под моими руками и прижалась к нему ещё сильнее, хватаясь за Влада с отчаянием утопающего. А потом вдруг почувствовала, как мои плечи судорожно затряслись, а из глаз полились слезы. Я не знаю, как так вышло, просто напряжение, скопившееся за весь день, вырвалось наружу. - Девочка моя, все хорошо, все хорошо - одной рукой он гладил меня по волосам и по спине, пытаясь успокоить, а другой крепко прижимал к себе за талию. - Такого больше не повторится. Я всегда сначала выслушаю тебя, слышишь? Ведьмочка, маленькая моя, ну не плачь, - нашептывал он. Дурак, я же даже не злюсь на него. И плачу не из-за него, ну в основном. Мы простояли так ещё пару минут. - Владик, - чуть отстранилась я от него, когда почти успокоилась. Лишь редкие всхлипы все ещё иногда вырывались наружу. - Что такое? - обеспокоенно спросил он, аккуратно заправляя мне за ухо прядь волос. - Просто знай, что если бы я все-таки и решила с кем-то встречаться, то... То только с тобой, упыренок, - и я нежно провела ладонью по его щеке. Было так приятно выпустить хотя бы одну сотую той нежности, которую я ежедневно заталкивала куда подальше. Когда говорила это, я в очередной раз чувствовала, как прыгаю с тарзанкой над пропастью. Но ощущала, что просто не могу промолчать, он должен знать, что я... Что я верна ему. Пусть и звучит как абсурд, ведь отношений то у нас нет. - Ты сводишь меня с ума, ведьмочка, - с горькой улыбкой проговорил он. - Только ты можешь одной и той же фразой ранить и сделать меня самым счастливым на планете. - С тобой тоже недолго свихнуться, Бейбарсов, - со смешком сказала я и легонько стукнул его по плечу. Мы молча смотрели друг на друга. И только теперь дошло - а что дальше? Нужно как-то возвращать дистанцию. Но как я не представляла. К счастью, упыренок сориентировался лучше меня. Он аккуратно отстранился и отступил на шаг. - Ах, простите, я что-то забыл про субординацию, преподаватель, - шутливо сказал он. - Задание, кстати, ваше выполнил безукоризненно. Я хитро заулыбалась, а про себя подумала, что прожить неловкость через шутку - лучшее, что сейчас можно было придумать. - Ой ли, студент Бейбарсов? Не слишком ли вы самонадеяны? Можете не отвечать, это мы узнаем, когда найдём труп на экзамене. И лучше бы он был не ваш. - Принято, - покорно склонил голову он. - Что будем делать дальше? А вот это я уже решила. - Если ты не занят, то мог бы пойти со мной в библиотеку поискать кое-что. - Кое-что? - Кое-что запрещённое, - заговорщицки сказала я. - Такое мы любим, - тут же подкинулся на авантюру он, и мы побрели в сторону замка. Предательская улыбка как приклеенная прилипла к моему лицу. И хоть на улице стоял мороз, я все равно ещё долго ощущала тепло наших недолгих объятий.