Глава 3. Двойной долг

      Жизнь — штука охрененно странная. Прямо сейчас Рагна должна была разносить заказы, вытирать липкие столы от разлитой газировки и перекидываться шутками с барменом, пока Арнгуд бесилась на кухне. Всё как всегда. Но вместо этого она неслась куда-то с почти незнакомым парнем в машине, которая стоила, наверное, больше, чем всё имущество её семьи.       Двигатель шумел ровно, музыка — какая-то попса — фоново лилась из динамиков. Рагна не вслушивалась: мысли не давали. Мельтешили, зудели в черепной коробке, как пчелиный рой. Всё происходящее казалось абсурдным, ненастоящим. Вопросов было до хрена, ответов — ни одного.       Стоило отъехать от чёртовой забегаловки, как им пришло новое задание. На его телефон, но не её. Поэтому куда они направлялись — Рагна понятия не имела. Послушно села в машину, потому что не знала, что ещё делать. Потому что слишком быстро её жизнь покатилась к чертям. И это бесило. А ещё больше пугало, в чём признаться самой себе было сложно. Вселенная, похоже, решила окончательно утопить Рагну в болоте, в котором она худо-бедно научилась дышать. И, сука, справлялась с этим отлично.       «Что, блять, вообще происходит? Может, ещё не поздно сбежать? Открыть дверь и выскочить на полном ходу».       Брюнетка косо взглянула на Волка. «Откуда у тебя такая тачка, парень? Сынок богатых родителей? Решил поиграть в плохого мальчика? Или ты правда из тех, кто живёт за гранью?»       Волк вёл машину спокойно и уверенно. Взгляд серых глаз цепко следил за дорогой, на лице словно каменная маска, ни страха, ни сомнений. А рядом Рагна — оголённый нерв, сжатый до побелевших костяшек кулак. По многим причинам. В своих старых джинсах, застиранной футболке и поношенной куртке из секонда она чувствовала себя грязным пятном в этом кожаном салоне с пахучкой от известного бренда. Здесь всё было таким — дорогим, гладким, чистым. Всё, кроме неё.       «Он что, вылил на себя ведро парфюма? Как же воняет».       Левая рука Волка лежала на руле, правая — расслабленно на подлокотнике. Слишком близко. Настолько, что мозг девушки — предатель — тут же выдал до ужаса нелепую картину: как его большая ладонь вдруг оказывается на её колене, сжимает его, скользит выше, длинные пальцы касаются внутренней поверхности бедра…       Рагна резко отвернулась, сглотнула вязкую слюну, медленно выдохнула.       «Что за хрень у меня в голове? Успокойся. Не чувствуй. Не думай. Просто не думай».       За окном — закат. Красивый, при других обстоятельствах был бы повод улыбнуться. Музыка всё играла, и, как назло, Рагна вдруг услышала слова, о чём тут же пожалела.

…Я схожу с ума от твоих прикосновений…

…Хочу остаться с тобой навсегда…

      — Блять, — прошипела она сквозь стиснутые зубы.

…Потому что ты — причина, по которой я верю в судьбу…

…Любовь не случайна, мы были избраны…

      Прекрасно. Просто идеально. Хотелось завыть.       «Почему, чёрт возьми, именно это? Не мог включить что-нибудь без намёков на «вечную любовь» и «трепет души»? Рэп, металл, шум дождя, похоронный марш, да что угодно! Только не это».       Рагна съёжилась на сиденье, будто хотела стать меньше, чтобы не слышать, не думать, не вспоминать. Достала телефон, просто чтобы занять руки, отвлечься от образов, которые память подсовывала без спроса. Всё, что девушка долгое время пыталась забыть, всплыло вдруг до деталей: мерзкий голос Хакона, её крики, испачканные в чужой крови руки Дьяра, за которые она так отчаянно цеплялась.       Мессенджеры, погода, календарь, заметки… Ничего. Всё пусто. Телефон полетел обратно в карман.       Волк краем глаза глянул на свою партнёршу.       — Всё нормально?       — Абсолютно, — бросила Рагна, но тут же, ковыряя заусениц на большом пальце, пробормотала: — Песню можешь сменить? Терпеть её не могу.       Волк в недоумении приподнял пересеченную шрамом бровь, но просьбу выполнил молча — один клик по сенсорному экрану, и заиграл новый трек, к счастью, на другом языке.       — Уже лучше, — прокомментировала Рагна. — Это что, итальянский?       — Ага, — кивнул брюнет. — Итальянская рок-группа. Вряд ли ты слышала.       «Спасибо, что напомнил, что я не из твоего круга. Я и не забывала», — хотела огрызнуться девушка, но сдержалась. Раз беседа пошла, стоило бы кое-что прояснить.       — Куда мы едем?       — В центр.       — Конкретнее?       — Скоро узнаешь.       — Ты очень приятный собеседник, в курсе?       — Конечно. Я вообще душа компании, — с ленивой ухмылкой парировал Волк.       «Вот сейчас не поняла?! Это был сарказм на мой сарказм?»       Съязвить в ответ хотелось до дрожи в коленях, но Рагна поразительно разумно решила помалкивать. Уперлась взглядом в окно. Лучше так. Лучше молчать, чем опять сказать что-то, за что потом будет стыдно.       За стеклом всё поменялось: старый «убитый» асфальт сменился ровным, чуть ли не глянцевым покрытием, а облезлые халупы — стеклом, подсветкой, дорогими вывесками. Модные рестораны, бутики, башни бизнес-центров, сияющие окна элитных квартир. Добро пожаловать в вылизанную картинку из Пинтерест.       Центральный район Каупанг и её родной Нессёт были как будто из разных вселенных. Контраст, от которого тошнило. Сколько раз Рагна тут бывала? Два? Три? И каждый из них — как нищенка в королевской резиденции.       Брюнетка почти прижалась лбом к боковому стеклу, разглядывая прохожих, машины, огни. Это место было чужим. Липко-глянцевым. Слишком дорогим и чистым. Слишком не для неё. Люди неторопливо прохаживались по улицам, словно жили другую, нормальную жизнь, в которой всё просто: есть работа, любовь, развлечения. А у неё — только привычка выживать.       Волк снова взглянул на Рагну. Уголки его губ чуть дрогнули в лёгком подобие улыбки. Что-то в этот упрямом выражении лица показалось ему… милым. Или, может, забавным.       А потом он сделал невозможное: нашёл свободное парковочное место вечером прямо в центре оживлённого квартала. Тормоз, щелчок ручника. Двигатель замолк, музыка — тоже. Между парой повисла тишина, такая, от которой звенит в ушах. Сердце Рагны по ощущениям билось в горле так сильно, что казалось, он сейчас услышит.       — Мы на месте, — спокойно сказал Волк, как будто это было не очевидно.       — Что дальше? — девушка гордилась тем, как ровно и твёрдо звучал её голос, хотя внутри всё выворачивало.       — Нам туда.       Парень кивнул в сторону одной из огромных стеклянных дверей под яркой вывеской, светящейся ядовито-белым. Название не говорило Рагне ровным счётом ничего, но предчувствие подсказывало, что дело дрянь.       — Зачем? — хмуро уточнила она, стараясь не показывать, как ей не по себе.       — Для отчаявшейся ты задаёшь слишком много вопросов, — хмыкнул Волк, не глядя на неё.       Рагна вспыхнула.       — Отчаявшейся?! — она чуть ли не рванула дверцу. — Ты запихнул меня в свою тачку, не ответил ни на один вопрос, а теперь ещё и тащишь хрен пойми куда! Я имею полное право так себя вести.       Волк медленно повернул голову, на губах — едва заметная усмешка.       — Ты ещё скажи, что не любопытна.       — Вот сейчас ни капли, — огрызнулась она и вышла из машины, нарочно громко хлопнув дверью.       Вечерний воздух приятно холодил кожу. Шаги Рагны по ровной тротуарной плитке гулкие и отрывистые, Волк же, напротив, двигался мягко, почти беззвучно. Он казался человеком, который чувствует себя комфортно в любом месте, будь то обшарпанная подворотня или красная ковровая дорожка на премьере голливудского фильма.       Рагна шла чуть позади, вцепившись в свою куртку так, словно та могла защитить от чужого мира. Каждый шаг приближал их к магазину, который выглядел скорее как музей с дорогущими экспонатами, чем место, где что-то покупают.       — Ты вообще понимаешь, как мы выглядим? — подала голос она.       — И как же? — спокойно спросил Волк, даже не обернувшись.       — Я как школьница, прогуливающая уроки в курилке. А ты… Ну, ты как…       — Как богатый ублюдок? — подсказал он с лёгким хмыканьем.       Рагна цокнула языком, но ничего не ответила.       Лучше и не скажешь.       Они подошли к большой двери. За стеклом витали мягкие огни, полки с одеждой казались выставкой чего-то неприлично дорогого, а люди внутри выглядели так, словно им с детства полагалась отдельная очередь в жизни — без очереди. Рагна вдохнула, задержала дыхание на секунду, и шагнула внутрь.       Широкие стеклянные двери распахнулись бесшумно, будто подчиняясь одному лишь присутствию Волка. Бутик встретил их прохладой кондиционеров и навязчивым запахом цветочного парфюма. Всё вокруг кричало о роскоши — блестящие вешалки, идеально выглаженные платья, подсветка, играющая на ткани так, словно каждая вещь здесь сошла с подиума кутюрного показа. Рагна машинально поправила подол своей футболки. От собственной куртки пахло кожей и старыми воспоминаниями, а рядом всё блестело, сверкало, мерцало. Тут даже воздух был другой — дорогой, вылизанный, как сами витрины. Ей казалось, что каждая секунда её присутствия здесь оставляет грязные следы на этой безупречной картинке.       — Мы точно туда зашли? — тихо буркнула она, оглядываясь. — Может, ты хотел купить новую тачку, а не платье?       Волк лишь усмехнулся и спокойно прошёл дальше, будто не заметил её напряжённого взгляда. Он двигался уверенно, привычно, как будто бывал здесь сотню раз. И, скорее всего, бывал.       — Ты дрожишь, — заметил парень. — Что, витрины страшные?       — Просто я не привыкла находиться в местах, где ценник на куске ткани больше, чем моя зарплата за полгода, — фыркнула Рагна.       Не успели они сделать и пары шагов, как к ним словно по команде подлетела консультантка. Высокая блондинка на огромных шпильках и с такой идеальной укладкой, что волосы напоминали обложку глянца. Её взгляд сразу приклеился к Волку.       — Добрый вечер, — пухлые губы, густо выкрашенные ярко-красной помадой, растянулись в обольстительной улыбке. — Чем могу помочь?       — Мы просто смотрим, — сухо отозвался Волк.       — Конечно, конечно, — почти прошептала девушка, бросая на Рагну взгляд мимолётный и пустой. — Если что, я рядом.       Пока консультантка вешалась на её партнёра, Рагна отошла в сторону, делая вид, что рассматривает витрину. Платья висели на тонких вешалках, как картины в галерее. Одно было цвета морской волны, с расшитым вручную корсетом, другое — чёрное, с глубоким вырезом на спине и тканью, переливающейся под светом ламп. Красиво. Роскошно. Она не удержалась и провела пальцами по подолу. Ткань скользнула по коже, холодная и гладкая.       «Это не для меня», — подумала она с неожиданной чёткостью.       Из-за спины донёсся женский смех. Тот самый — легкий, звонкий, искусственный. Волк всё ещё стоял у прилавка, что-то объясняя девушке, в то время как та томно закусывала губу и всё время как будто случайно касалась его руки.       «Да вы ещё поебитесь тут».       Рагна закатила глаза, раздражённо фыркнула и отвернулась к платьям. Терпела минуты три. Может, чуть меньше. Или чуть больше — всё слилось в гул раздражения и мерзкого хихиканья консультантки. Волк спокойно что-то рассказывал, улыбался, кивал, и будто совсем забыл, зачем они сюда пришли.       — Всё, хватит, — процедила брюнетка себе под нос.       Она резко развернулась, подошла и с силой схватила Волка за предплечье. Пальцы вцепились жёстко, с такой уверенностью, что парень даже удивился. Консультантка озадаченно моргнула, не успев среагировать, как Рагна уже потащила его в сторону, прочь от витрин, от ламп, от её наигранного лоска.       — Эй, ты чего? — Волк не сопротивлялся, но и не выглядел особо довольным.       Они остановились у дальней стены. Рагна оттолкнула его, скрестила руки на груди и выдохнула резко, будто перед прыжком в ледяную воду.       — Объясни мне, какого хрена происходит! И без этого «усмехнуться и сказать загадочную фразу». Конкретно. Сейчас.       Парень чуть склонил голову, глядя на неё с насмешкой и лёгким удивлением, будто в зоопарке смотрел на тигра, который вдруг заговорил.       — Задание — купить тебе платье.       Рагна моргнула. Раз, потом второй.       — Чего?       — Купить тебе платье, — повторил Волк. — Всё.       — И ты хочешь, чтобы я в это поверила?       Он равнодушно пожал плечами.       — Не хочешь — не верь. Я всё равно это сделаю. Потому что таковы правила, зрителям это понравится. И… — он окинул её странным взглядом с головы до ног, — потому что мне интересно, какой ты будешь, если хоть на минуту позволишь себе выглядеть красиво.       Эта фраза сбила Рагну с толку. Она ожидала чего угодно — очередной подкол или издёвку, снисходительную усмешку, даже флирт. Но не это. Не такое… спокойное принятие, в котором не было попытки переделать её, но была почти что забота.       — Я нормально выгляжу, — буркнула она, теребя подол куртки.       — Нормально, — согласился Волк и вдруг стал серьёзен. — Мне, в общем-то, всё равно, но ты прячешься. Попробуй расслабиться. Хотя бы на пять минут.       Рагна вскипела, будто он вылил ей на голову ведро кипятка. В следующую секунду она резко шагнула вперёд, вцепилась в его толстовку обеими руками и рывком притянула к себе. Их лица оказались опасно близко — его дыхание касалось её губ, её — обжигало ему подбородок.       — Слушай сюда, красавчик, — прошипела она. — Ты не знаешь меня, не знаешь, в какой ситуации я оказалась. И ты не имеешь никакого права рассказывать, как я должна себя чувствовать.       Она дышала тяжело, руки на его груди дрожали. И он это чувствовал, но не отпрянул. Не разозлился. Не сбросил её руки. Он просто спокойно положил свои ладони поверх её сжатых кулаков. Не сжимая и не удерживая. Просто касаясь.       — Тогда давай проясним, — тихо сказал он. — Меня ты тоже не знаешь, как и причины, почему я здесь. Но это и не важно. Мы не обязаны узнавать друг друга. Мы даже не должны друг другу нравится. Но это игра. И мы с тобой либо партнёры, либо выполняем это задание и расходимся. Я не собираюсь проигрывать из-за какой-то язвы.       Его ладони едва ощутимо сжались на её руках.       Рагна замерла, смотрела прямо в глаза. Серые, спокойные — не давят, но не отступают. Словно ждут, но не требуют. Она сжала губы, будто борясь сама с собой, и через мгновение нехотя разжала пальцы. Медленно отступила на шаг, опустив руки. Только сейчас поняла, что почти затаила дыхание рядом с ним.       — Ладно, — глухо бросила она. — Вместе, так вместе.       Её голос не дрогнул, но в нём сквозила неуверенность. Не в решении, а в самой себе. Волк кивнул, как будто именно такого ответа и ждал.       — Значит, просто купить платье. И всё?       — И всё.       — Учти, я не буду раздеваться перед камерой.       — Этого не требуется, — с кривой ухмылкой сказал Волк. — Ты и без обнажёнки шороху наводишь.       — Ты обещал не напоминать про поцелуй!       — Да?       — Ишак!       Волк коротко рассмеялся. Его смех оказался заразительным, глубоким и немного хриплым, как будто в нём было что-то настоящее, не напускное. Рагна почувствовала, как к щекам подступает жар.       «О, нет…»       — Так что, выберешь сама, или мне вернуть ту блондиночку и попросить её помочь?       В глазах Рагны вспыхнуло. Она резко развернулась и пошла обратно к вешалкам, не дав Волку увидеть её смущение.       — Я подожду там, — в догонку ей сказал парень, всё ещё с улыбкой на губах, и устроился на одном из мягких диванчиков у примерочной зоны.       Девушка лишь фыркнула, но платье выбирать всё же начала. В ярости. Без удовольствия. С демонстративным презрением. И с тем, чтобы, не дай бог, не выбрать то, что ему реально могло понравиться.       Пальцы скользнули по ткани — одно, другое, третье. Все они казались слишком «не её»: то с блёстками, то в пудровых оттенках, то такие, что страшно даже подышать рядом.       Но взгляд зацепился. Чёрное платье. То самое, которое она приметила ещё в самом начале. Простое, короткое, с длинным рукавом. Ни кричащего выреза, ни лишнего блеска, но спина… та самая открытая спина добавляла остроты. Оно было дерзким, как вызов. Но в тоже время было в нём что-то достойное.       Такой могла быть она — при других обстоятельствах, в другой жизни. Или, может быть, в этой. Просто не сейчас.       Рагна осторожно сняла платье с вешалки, повертела в руках. Взяла ещё несколько для разнообразия — длинное облегающее цвета красного вина, и ещё одно, с узором в готическом стиле. Быстро юркнула в примерочную, словно в укрытие, плотно задёрнув за собой тяжёлую штору. Пальцы девушки дрожали, пока она снимала свою одежду. Всё внутри протестовало против того факта, что ей нравится происходящее.       Она натянула чёрное платье, стараясь не думать. И уже через секунду поняла — оно село идеально. Мягкая, дорогая ткань будто обнимала тело, скользила по коже, повторяя каждую линию. Оно не давило, не сковывало, наоборот, ощущалось как вторая кожа. Как будто было сшито именно для неё.       Вырез сзади открывал изящную линию лопаток, длинные рукава, как броня, скрывали всё, что не хотелось видеть — свежие синяки, фиолетовые пятна на коже. Но короткая длина подола, чуть ниже середины бедра, напротив, ничего не прятала. Старые следы на ногах были отчётливо видны, как метки. И всё же Рагна не чувствовала стыда. Только глухую решимость.       В большом зеркале отражалась не та потрёпанная девчонка в джинсах и футболке. Там стояла девушка. Собранная, дерзкая. С прямой спиной и острым взглядом.       Рагна пригляделась внимательнее, прищурилась. Чего-то не хватало. Она протянула руку к затылку, стянула резинку и медленно распустила волосы. Тугой хвост рассыпался тяжёлыми чёрными локонами, и они плавно заструились по её плечам, скатывались вдоль спины, частично прикрывая открытую кожу. Словно последний штрих в образе, завершили картину.       Девушка смотрела на себя в зеркало, и не могла не признать — в этом платье она была красива. По-настоящему. И всё равно сердце колотилось, как перед прыжком.       — Ты готова? — тихо спросил Волк из-за занавески. Его голос отозвался в маленьком пространстве глухо, словно боясь спугнуть.       Глубоко вдохнув, Рагна ещё раз поправила платье, машинально провела рукой по волосам, будто это могло что-то исправить.       — Да, — выдохнула она.       Шторы чуть всколыхнулись под её рукой и мягко разъехались в стороны. Волк поднял голову, и в следующую секунду, кажется, забыл, как дышать.       Перед ним стояла не та дерзкая девчонка, которая только что хватала его за грудки и шипела, как дикая кошка. Перед ним стояла она. В этом чёртовом платье. Слишком коротком, слишком открытом, слишком идеальном.       Рагна неуверенно поймала его взгляд.       — Что, совсем плохо? — пробормотала, чувствуя, как щёки начинают теплеть.       Он открыл рот, но не нашёл слов. Просто смотрел на неё. Долго. Внимательно. Словно она только сейчас попала в фокус его внимания. Она по привычке скрестила руки на груди, защищаясь, но в платье это выглядело даже вызывающе.       — Нормально, — хрипло выдал парень, но голос его чуть дрогнул.       — Просто «нормально»? — Рагна едва заметно улыбнулась, будто намеренно его дразнила.       Волк медленно подошёл, взгляд всё ещё блуждал по ней — плечи, спина, волосы, колени — пока он не увидел их. Синяки. Старая карта боли, разбросанная по её коже. И тогда его лицо чуть изменилось. Челюсть крепко сжалась, в скулах заиграли желваки. Но он ничего не сказал. Не отвёл взгляд. Не сделал ни единого лишнего движения.       Только тепло в его глазах стало ощутимее. Парень смотрел, не осуждая, не жалея, не требуя объяснений. Просто — видел. И, может, впервые Рагна почувствовала, что ей можно было остаться. Не бежать, не скрываться, не ёрничать. Просто быть.       Она понизила голос:       — Ну, пошли. Купишь мне это дурацкое платье, чтобы мы поскорее свалили отсюда.       Волк, всё ещё не до конца справившись с дыханием, коротко кивнул.       — Пошли.       Для комфорта — или для защиты — Рагна всё-таки накинула куртку поверх платья. Не хотелось чувствовать на себе лишние взгляды, да и по правде сказать, ей было проще спрятаться за старой, потёртой кожей, чем вот так оставаться в новом и непривычно красивом.       Они вместе подошли к кассе. Волк достал кошелёк, спокойно, уверенно, будто собирался купить кофе, а не платье, стоимостью в три зарплаты Рагны.       Всё та же блондинка пробила товар и с ленивой улыбкой озвучила сумму. Волк протянул карту. Писк. Ошибка. Парень спокойно протянул следующую. Писк. Ошибка. Третья. Писк. Ошибка.       Рагна ощутимо напряглась, её плечи приподнялись, взгляд метнулся к парню. Волк, не отрывая взгляда от экрана терминала, будто бы что-то начал понимать. Его лицо оставалось непроницаемым, но пальцы чуть крепче сжали кошелёк.       — В чём дело? — насторожилась Рагна. — Что не так?       Он медленно убрал кошелёк обратно в карман.       — Похоже, зрители не так просты, как я думал, — выдохнул он, глядя ей в глаза. — Задание не просто купить платье, а достать его. Без денег.       Он не сказал украсть, но Рагна услышала именно это.       — Ты издеваешься? — её голос дрожал, но не от страха, а от злости. — Мы сейчас в дорогущем бутике, кругом камеры, эта Барби на шпильках вызовет охрану, нас скрутят, и глазом моргнуть не успеешь.       Волк поднял ладонь, прося её замолчать.       — Успокойся. В этом и есть смысл. Никаких инструкций, никаких правил. Только условия.       Он выпрямился, улыбнулся блондинке, как ни в чём не бывало.       — Что-то с банком. Секунду, я разберусь.       Повернувшись к Рагне, он понизил голос почти до шёпота:        — Готова рискнуть? Или сдаёмся?       В серых глазах не было страха. Он не торопил, но и не сомневался, что девушка не отступит. Рагна вцепилась в подол куртки, пальцы побелели. Её сердце бешено колотилось, но внутри всё сжалось в один простой, чёткий ответ.       — Чёрт. Ладно. Я в деле.       Волк хмыкнул, взгляд его на мгновение потеплел, и он добавил, едва слышно:       — Вот и славно.       — Что я должна сделать? — Рагна прищурилась.       — Снимать, — спокойно ответил Волк, протягивая ей свой телефон. — Только снимать. И не мешать. Всё просто.       Рагна взяла телефон, недоверчиво уставилась на него, потом на парня.       — Просто снимать?       — Угу.       — И что, мне не нужно подставляться? Устраивать драки? Отвлекать охрану?       — Нет. Ты должна просто верить, что я не полный кретин, — сказал он с таким спокойствием, будто это была самая очевидная вещь в мире.       Брюнетка стиснула зубы. Было страшно. Очень. Тревога неприятно давила на грудь, под ложечкой засосало. Но… она почему-то верила. Чёрт бы его побрал, она ему верила.       — Ладно. Окей. Я не мешаю. Но если нас повяжут — я тебя убью.       — Справедливо, — ухмыльнулся Волк.       Они начали осторожно двигаться к выходу, стараясь не шуметь. Блондинка-консультант вовсю обслуживала другого клиента — какую-то состоятельную женщину, размахивающую кредиткой, как флагом на параде. Её внимание было полностью поглощено покупательницей.       Девушка включила камеру. Пальцы дрожали, но она старалась не пропустить ни секунды. Волк быстро оглядел помещение, оценил, кто где стоит, и в какой-то момент просто подошёл к ней.       — Готова? — бросил он.       — Подожди, ты что…       — Готова? — повторил, глядя ей в глаза.       — Да, но…       Не дав договорить, он резко подхватил её, легко, будто она ничего не весила, и, закинув к себе на плечо, рванул к выходу. Рагна охнула, пытаясь одновременно удержаться, не уронить телефон и понять, какого чёрта только что произошло. Она чувствовала, как крепко Волк держал её, как уверенно он нёс через зал, будто девушек он таскал вместо штанг в спортзале. Она машинально стиснула в руках телефон, не отрываясь от экрана, хотя руки тряслись.       «Чёрт, какой он сильный».       Мысль ворвалась в голову неожиданно, но осталась там.       Его плечо упиралось в её живот, рука легко удерживала её бёдра, и в каждом его движении чувствовалась сила — не та, что выставляют напоказ, а надёжная, как бетонная стена. Казалось, если бы мир начал рушиться, Волк просто подставил бы спину, и удержал бы его.       — Ты с ума сошёл! — завизжала Рагна, но, даже крича, ловила себя на странном ощущении безопасности. Парадокс. Но в его руках почему-то было не страшно.       — Волк, блять, поставь меня на место!       — Потом, — он смеялся, и в этом смехе было столько чистого, искреннего азарта, что у Рагны внутри всё перевернулось.       — Придурок! — но она уже смеялась вместе с ним, несмотря на адреналин, страх и дикий стук сердца где-то в горле.       За их спинами блондинка что-то закричала, но было уже поздно. Волк влетел в стеклянные двери, которые распахнулись как по команде, и, не останавливаясь, продолжил мчать по тротуару, пока не завернул за угол. Он бежал легко, как будто нёс не человека, а плюшевую игрушку. Не просто выскочил на улицу — петлял, уверенно свернул в один тёмный переулок, потом во второй, резко обогнул какой-то гараж и только после третьего поворота, когда они вылетели на параллельную улицу, наконец, остановился.       Только тогда Рагна почувствовала, как крепкие руки аккуратно опустили её на землю. Она стояла, тяжело дыша, её щёки пылали, в глазах плясали искры, волосы растрепались, а сердце грохотало так, что, казалось, слышали все вокруг. Казалось, что это она только что пробежала марафон с человеком на плече.       Она посмотрела на него снизу вверх. Всё ещё немного кружилась голова. Внутри было тепло, слишком тепло.       — Ты… Ты ненормальный! — выдохнула она, но улыбка расползалась по её лицу.       «Он просто меня унёс. Просто. Меня. Унёс. Блять. И даже не запыхался».       — А ты неплохо снимаешь, — ухмыльнулся Волк, забирая у неё телефон. — Назначу тебя оператором на постоянку.       Рагна закатила глаза, но внутри у неё всё трепетало.       — Ишак ты, а не Волк.       — А ты заноза в заднице.       — Иди к чёрту.       Он усмехнулся, а на экране его телефона уже начали сыпаться лайки и комментарии. Зрители были в восторге. И, похоже, это было только начало. На другой стороне улицы послышались крики и аплодисменты — кто-то уже узнал их, кто-то просто поддался всеобщему веселью. Люди снимали их на камеры, хлопали, кто-то даже заорал:       — Это было круто!       Волк коротко махнул в ответ и, как ни в чём не бывало, сунул руки в карманы. Рагна судорожно выдохнула, чувствуя, как телефон в её ладони завибрировал от потока уведомлений. Открыла приложение — баланс её карты значительно увеличился. Она едва сдержала радостный визг.       — Охренеть! — Рагна почти запрыгала на месте, впервые за долгое время чувствуя облегчение. Хоть что-то начало получаться.       Волк наблюдал за ней с лёгкой полуулыбкой, но потом его взгляд стал другим. Более сосредоточенным. Он молча смотрел на неё, не моргая, будто пытался разглядеть что-то невидимое.       — Чего ты уставился? — Рагна нахмурилась, медленно переставая улыбаться. — У меня что-то на лице?       Волк не ответил. Сделал шаг ближе. Девушка слегка отступила, но он снова приблизился, потянулся рукой…       — Эй, ты чего…       Он провёл ладонью по её волосам, медленно, осторожно, будто это было что-то очень хрупкое. Его пальцы легко скользнули по тёмным локонам, с которых она ещё недавно так торопливо срывала резинку. Чёрт, это было слишком приятно. Нечестно. Почему так? Почему она не могла пошевелиться? Почему стояла как вкопанная, позволяя этому странному парню так легко её касаться? Что-то в груди предательски сжалось, сердце застучало быстрее.       — Что ты… — прошептала она.       Парень медленно отнял руку, развернув ладонь так, чтобы она увидела. На кончиках его пальцев сидел крошечный паучок.       — Смотри, — спокойно сказал он. — Сидел на тебе.       Рагна вскинула глаза на паука. И взвизгнула. Громко. Почти истерично.       — УБЕРИ ЕГО! УБЕРИ ЕГО СЕЙЧАС ЖЕ!       Волк расхохотался — так легко, так искренне, что сам будто удивился, как давно не смеялся вот так, по-настоящему. И Рагна, к своему ужасу, поймала себя на мысли, что у него чертовски красивый смех.       — Да ты невыносима, — выдохнул он, аккуратно смахивая паука на землю. — Смелая, боевая, но, блять, маленький паук. Серьёзно?       — Я… я просто… Он мог быть ядовитым! — Рагна пыталась сохранить лицо, но её смущение было уже слишком очевидным. — И вообще, какого хрена ты всегда такой спокойный?       — Не скажу, — ухмыльнулся Волк и, развернувшись, пошёл вперёд, засунув руки в карманы. — Пойдём. У нас ещё будут задания. Возможно, с пауками.       — Конченный.       — Спасибо.       Рагна уже не злилась. Тёплая ладонь на её волосах до сих пор оставляла странные, но приятные ощущения.       «Какого чёрта со мной происходит?»       — Знаешь что? — она, наконец отдышавшись после своего позорного визга, упёрла руки в бока и смерила Волка боевым взглядом. — После всего этого стресса ты мне должен.       — Должен? — Волк приподнял исчерченную шрамом бровь, искренне озадаченный. — Это с какого перепугу?       — Во-первых, ты закинул меня на плечо, как мешок картошки. Это, между прочим, моральная травма. Во-вторых… — она сделала театральную паузу, — я жутко голодная. Так что ты обязан меня накормить.       Волк усмехнулся, но глаза его всё ещё светились лёгким удивлением.       — Мы вообще-то в кафе встретились. Чем ты там занималась?       Рагна презрительно фыркнула, словно он только что сказал величайшую глупость в мире.       — Ела и, кстати говоря, на халяву. Но ты своим «звёздным» номером перебил мне весь аппетит. Поэтому не просто должен — ты мне должен дважды.       Волк прищурился, будто пытался оценить, насколько она сейчас серьёзна. Но брюнетка стояла перед ним с самым наглым видом, и, кажется, отступать не собиралась.       — Значит, я тебе дважды должен, да? — он медленно качнул головой. — Хорошо. Будет тебе ужин. Но место выберу я.       — Устраивает, — ухмыльнулась она. — Ты платишь.       — Я и не сомневался.       — Какой ты молодец.       Волк не удержался и легко толкнул её плечом, а Рагна, улыбаясь, пошла рядом, чувствуя, как просто и правильно сейчас звучит это слово — рядом.       «А ведь с ним почти не страшно…»       Закусочная, куда завёл её напарник, была максимально далека от вылизанных кафе, где на бургер смотрят как на врага фигуры. Здесь пахло жиром, луком, жареной курицей. Всё скрипело, пищало, а столы были не самыми новыми, но Рагне понравилось. Здесь было живо, как-то по-настоящему. Они устроились за одним из столиков на улице.       — Нужно кое-что проверить, — сказал парень, усевшись, и полез в телефон.       — Разблокировали, — пробормотал он себе под нос, глядя в экран. — Хитрые ублюдки.       — Что? — насторожилась Рагна.       — Мои карты работают. Теперь я снова платежеспособный.       — Ну, поздравляю, — Рагна никак не могла понять, кем надо быть, чтобы вот так спокойно реагировать на заблокированные и разблокированные счета? Сейчас было не время это выяснять, но она попытается позже.       Волк без лишних вопросов заказал ей самый большой бургер с двойной котлетой, гору жареной картошки и какой-то милкшейк, а себе взял диетическую колу. Рагна уставилась на жестяную банку, как на галлюцинацию.       — Кола? Серьёзно?       — Меня устраивает, — невозмутимо отозвался Волк, ловко откупоривая банку. — Тем более, что я не голоден.       — Возьми хотя бы десерт. Мне стыдно жрать одной.       — Тебе? Стыдно?       — Я тебя удивляю, да?       — Постоянно.       Рагна закатила глаза, но не смогла скрыть, как уголки её губ всё-таки предательски дрогнули в улыбке. Вцепилась в бургер обеими руками и жадно вгрызлась в него. Кажется, за последние недели она впервые ела с удовольствием, а не потому что нужно что-то закинуть в желудок.       Пока она ела, Волк сидел напротив, потягивая свою колу. Он не торопил её, не перебивал, просто наблюдал. Во взгляде серых глаз не было ничего обязывающего — только какой-то ленивый интерес, будто он смотрел не на еду, а на что-то гораздо более важное.       — Тебе идёт, когда ты улыбаешься, — вдруг сказал он, как бы между прочим.       Рагна чуть не поперхнулась, торопливо запила всё большим глотком коктейля и бросила на него подозрительный взгляд.       — Ты из тех, кто бросается дешёвыми комплиментами, чтобы не платить?       — Поздно, я уже заплатил, — ответил Волк, откидываясь на спинку стула. — Я просто говорю то, что думаю.       — Ага, конечно, — буркнула она, но щеки снова начинали предательски гореть.       — Серьёзно. Ты вообще-то милая, когда не выпускаешь колючки.       — Хватит, я сейчас реально подавлюсь, — фыркнула Рагна, быстро отворачиваясь, чтобы скрыть внезапную, тёплую глупую улыбку, которая сама полезла на губы. Чёрт, ну зачем он так?       Странно. Разве кто-то раньше говорил ей такое? Без издёвки, скрытого подтекста или желания получить что-то взамен. Она уже и не помнила.       В тот же момент Волк почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. Он мельком взглянул на экран и тут же нахмурился. Имя, высветившееся на дисплее, напрягло его гораздо больше, чем только что пройденный квест с кражей платья. Он на секунду задумался. Казалось, хотел сбросить. Даже потянулся к кнопке, но вызов завершился сам, так и не дождавшись ответа.       — Кто это? — Рагна, доедающая картошку, вопросительно на него посмотрела.       — Никто, — коротко бросил Волк, вставая. — Пару минут, я скоро.       — Ага, — сказала она, провожая его взглядом.       Парень отошёл чуть дальше от закусочной, чтобы разговор точно не услышали, если он всё-таки решит перезвонить. Невольно крутил в руках гаджет, будто этим мог прокрутить и саму необходимость звонка.       Глубоко вдохнул, медленно выдохнул, зачем-то бросил взгляд через плечо. Рагна сидела на том же месте, с головой ушедшая в листание ленты в телефоне. Мужской взгляд скользнул ниже, и челюсть Волка невольно сжалась. Спокойная, расслабленная она закинула ногу на ногу. Подол короткого платья задрался выше, оголяя стройные бёдра. Не специально, не ради внимания. Просто случайность. Обычный жест, в котором не было ни грамма кокетства. И именно эта небрежность сбила его с толку.       Парень знал, что не должен так пялиться. Знал, что это вообще не про него — зависать на чужих бёдрах, тем более вот так, в лоб, без капли тактичности. Но стоило взгляду скользнуть по брюнетке, как в его груди что-то странно сжалось, дыхание стало неровным, ладони вспотели, а в голове раздался лишь один короткий, грубый, будто чужой голос:       «Хочу».       Впервые за долгое время желание вспыхнуло так резко, будто кто-то швырнул канистру бензина в огонь. Он почувствовал, как по спине медленно ползёт горячая волна. Сердце вдруг напомнило о себе частым стуком, как если бы он выполнял задание с риском для жизни — только сейчас это был совсем другой риск.       Почему она так на него действует? Почему именно она? Эта упрямая, язвительная, вся из острых углов девчонка.       Волк заставил себя отвести взгляд и отвернуться, стиснул зубы, будто пытаясь загнать это желание куда-то поглубже. Внутри всё скручивалось в тугой, злой узел, и чем сильнее он пытался переключиться, тем навязчивее в голове всплывал чёткий, непрошенный образ девушки.       Он не должен так смотреть на неё. Не должен так думать. Это игра.       Но впервые за долгое время он себе не верил.