Часть 1

      Тихая роскошь, именуемая эмоциональными поступками, теперь казалась Вики чем-то недосягаемым, чем-то запретным.              Напиться глифта, крушить комнату, в то время, когда стоило оставаться хладнокровной, не поддаваться на эмоции, потому что эмоциональный диапазон пострадавших чувств уже не выдержит, обрушится на весь внутренний мир Уокер настоящем торнадо, и не оставит ничего внутри.              Бутылка в руке жгла. Напиваться вот так, на крыше, страдальчески повторяя про себя имя собственного мужа, раскатывая на языке горечь послевкусия, после протяжного: «Маль-бон-те», было, до одури, неправильно и…унизительно. Вики всхлипнула, запивая собственные мысли и диагноз, поставленный самой себе самостоятельно, большим глотком голубого поила.              Человек, внутри неё, которого она давно похоронила, насмехался, выворачивая перед ней её собственную ничтожность. Напиваться из-за мужчины, было ниже её достоинство еще тогда – до того, как она стала удачно разыгранной партией для освобождения Мальбонте.              Надо же, у судьбы всегда ироничная усмешка.              Вики жмурится. Воображение красочно рисует в голове образ мужчины, с привычной изогнутой усмешкой, поставившим весь мир под угрозу нет, не уничтожения, под угрозу правления узурпатора, но этого снова было мало, чтобы она его возненавидела или, хотя бы, разлюбила.              Вики уверена, он бы смог принять её ненависть, принял бы достойно, вытерпел бы так, что ни один мускул не дрогнул, как он терпел тысячелетия один на один с Шепфамалумом, но, если бы Вики смогла его разлюбить, его бы это убило, изничтожило, отправило в небытие при живой оболочке.              Она спрятала улыбку в горлышке бутылке. Глифт плескался на дне, поило уходило с завидной скоростью, опьяняя. Вики казалось, что с каждым глотком глифта, помешательство, именуемое Мальбонте, сможет оставить, отпустить её, но становилось хуже.              Нарисованный, в голове, образ, никак не хотел выбираться оттуда, преследуя, и, на мгновение, Вики даже показалось, что она ощутила прикосновение длинных холодных пальцев, скользнувших по её щеке, собирая частые слезы.              Вики замерла, задерживая дыхание, боясь, что он исчезнет, что-то недолгое, подарившее ей его присутствие рядом, испариться так быстро, помешав вдоволь насладиться таким желанным наваждением.       Касание жгло кожу. Вики открыла глаза, поддавшись искушению встретиться с черными глазами мужа, надеясь и одновременно не надеясь, что он рядом, что он тут выбрался, пришел, и больше её не разочарует. Но его тут не было.