Тревожные мысли

      Вики любила друзей.       По-настоящему, без прикрас, недомолвок, но все еще с «но».       Вики любила друзей, любила их счастье, но наблюдать за ним было слишком болезненно. Дурацкая невозможность взять за руку свою половину, связанного с собой, до конца дней, мужчину, её мужа – Мальбонте, в то время, как любовь Ади и Сэми была такой легкой, безмятежной, что озаряла своим странным свечением всех вокруг, тех, кто даже не хотел улыбаться.       Вики вздохнула.       Болезненное напоминание о том, что она выбрала слишком сложного мужчину, кололо где-то в области сердце, там, где она хранила их связь, образовавшуюся задолго до свадьбы и окрепнувшую на острове Амор, где они поклялись в вечной любви друг к другу.       Будто с ним можно было иначе, будто его можно было не любить вечность.       Вики бросила взгляд в сторону Мими и Дино. Её лучшие друзья сидели за обеденным столом, так тесно соприкасаясь плечами, что Вики зажмурилась, от бесстыдной зависти, застелившей глаза. Она взмахнула несколько раз головой, выбрасывая отравляющий душу эгоизм, напоминая себе о том, как много Дино и Мими сделали, на пути к своему счастью. Будто она сама сделала недостаточно! Нет! Подобному поведению влюбленной овечки не было место на войне. А война шла: жестокая и холодная, даже природа восстала против столь сильного кровопролития: свинцовые тучи заволокли небо, вдохновляя на тревожные мысли мрачной симфонией – раскатами грома, в каждой душе. Вики встала. Подгоняемая внезапным порывом смелости, навести того, чье имя образовало глубокую рану, почти зная, что наверняка, что растеряет смелость, когда дойдет до самой дальней камеры в тюрьме, она кивнула, в благодарном жесте, за трапезу, уловив на себе быстрый, почти незаметный, понимающий взгляд матери. На презрение у Ребекки не осталось сил. Вики отвернулась и зашагала. Прочь. Туда, где она еще долго будет стоять за закрытой дверь, наслаждаясь порывами энергии Мальбонте и не зная, что он её чувствует.