Часть 20 Наследие в тени

Особняк Малфоев. Ночь. Тайное собрание Тишина особняка была тяжёлой, как пыль на старинной мебели. За окнами шелестел ветер, будто перешёптывался с каменными стенами. Огни в зале были погашены — только свечи по периметру отбрасывали зыбкий свет, вычерчивая на лицах тени. Люциус Малфой стоял у камина, высокий, выпрямленный, как древний герб. Его серебряная трость покоилась у подлокотника кресла, но пальцы были сомкнуты на ней, словно оружие. Один за другим, как по неозвученному сигналу, начали прибывать гости. Без масок — это не было официальным сбором. Первой появилась Беллатриса. Как всегда, с лёгкой усмешкой, будто чуяла кровь в воздухе. — Неужели ты звал нас ради очередной агонии скуки, Люциус? — пропела она, проходя к креслу и без приглашения усаживаясь. — Или всё-таки случилось нечто… из разряда скандального? — Скорее из разряда изменений, — холодно ответил он, не оборачиваясь. Следом вошли братья Лестрейндж. Рабастан смерил взглядом комнату, Родольфус остался стоять у стены, скрестив руки. — Надеюсь, ты не станешь рассказывать о новом законе Министерства, — буркнул Родольфус. — Мы не ради этого среди ночи… — Антонин, — Люциус кивнул Долохову, появившемуся бесшумно, как хищник. — Фенрир. Сивый хмыкнул и склонил голову. Последним, как и полагалось, вошёл Нотт-старший, не торопясь, но наблюдая всех — как всегда.Они пришли. Все, кого он хотел видеть Когда все оказались на местах, Люциус медленно повернулся, поставил бокал и заговорил: — Северус Снейп признал сына. Официально. В «Пророке» — имя, документы, всё. Его имя теперь — Рональд Принц-Снейп. На несколько секунд в зале повисло молчание. Даже пламя в камине будто притихло. — Что ты сказал? — Беллатриса приподнялась с кресла. — Снейп… и сын? У него не было детей.Неужели это правда, а не твои изощрённые игры? — Был. Увы, ни игра, ни шутка, Белла.Просто он… скрывал, — усмехнулся Люциус. — Рональд Принц-Снейп. Это — факт. — У него есть наследник?Рыжий? Этот… шут? — Хохот. Рваный, нервный Рабастан поднял брови. — И он признаёт его сейчас? — Больше не шут. Он носит фамилию Снейп. Принц-Снейп. И, по всем признакам, обучен. Быстро. Жестко. Легилименция. Обливиэйт. А главное — он теперь знает, кто он. Антонин Долохов усмехнулся, откинувшись в кресле. — Значит, мальчик — не просто слабость. Он — связующее звено между Снейпом и теми, кого мы презираем. Это уже… интригует. — Северус… — прошипела Беллатриса. — Он всегда был не таким. Белая ворона. Но теперь он решил сыграть в семейственность? — её голос звенел. — Кто мать? — По моим источником, я узнал что ето мать Молли Уизли.— ответил Люциус. — Но теперь неважно. Мальчик — его. Кровь, имя, подпись. — А так теперь он дал жизнь. Наследие, — холодно добавил Рабастан. — И если мы не сообщим Лорду… — …то это сделает кто-то другой, — закончил за него Люциус. — Я предлагаю быть первыми. — Или ты хочешь использовать мальчишку? — подозрительно прищурился Нотт. — Чтобы шантажировать Снейпа? — Или… — вмешался Долохов, — подставить? Рональд — он же друг Поттера. Слишком тесный круг. Люциус медленно, с нажимом: — Именно. Подумайте: сын Снейпа — рядом с Гарри Поттером. Доступ. Доверие. Эмоции. Всё, что может превратиться в слабость. Мы можем это повернуть в свою пользу. Беллатриса усмехнулась, перекладывая нож в руке. — Или в его пользу.Снейп не отпустит мальчишку. Не отдаст. Даже Лорду. — Тем более Лорд должен знать, — сухо бросил Люциус. — И пусть уже он решит, что делать с этим… семейным открытием. Фенрир хищно оскалился. — Щенки бывают опасны. Особенно если их кормят… любовью. А если щенок унаследовал клыки от отца?.. Нотт-старший впервые подал голос: — А ты, Люциус, действуешь потому, что обеспокоен… или потому, что хочешь выгоды? Люциус, не моргнув, встретил его взгляд. — Я хочу… ясности. Понимания, на чьей стороне будет новый игрок. Потому что он — уже на доске. И если мы не сделаем первый ход… он сделает. — Ты сам по-прежнему считаешь Снейпа "другом"? — спросил Родольфус, прищурившись. — Я считаю его… слишком умным, чтобы не подозревать нас всех, — ответил Люциус. — Поэтому и собрал вас до того, как он узнает. Мы идём… вперёд. Беллатриса фыркнула. — Северус воспитывает своего сына? Какая жалость. А я-то думала, в нём осталось хоть что-то от нас. Он стал сентиментален. — Или — стратегичен, — вставил Рабастан. — Что, если он хочет в будущем оставить мальчика в качестве… наследника? Свой путь. Своя власть. Может, свой Лорд? Люциус подошёл ближе к камину, взял чёрную перчатку со столика и стал медленно натягивать. — Я скажу это один раз.Я сообщу Лорду. Не через сову. Лично. Мы должны быть теми, кто предупредил. Кто не скрывал. Лорду. Всё. Решит. Но если узнает сам — без нас… — ...то будет считать, что мы покрываем предателя, — завершил Нотт мрачно. Беллатриса с блеском в глазах сказала: — Хорошо, Люциус. Если ты уже решил — действуй. Только запомни… Если ты ошибся — ты поставишь себя под Его гнев. Люциус кивнул. Его лицо оставалось безмятежным, но в голосе чувствовался металл. — Я знаю цену слов. И я знаю, с кем играю.

***