~ Глава 23 ~

И ​тут ​меня ​осенило, ​почему ​Рауль ​выглядел ​немного ​не ​в ​своей ​тарелке, ​когда ​снова ​встретился ​с ​нами, ​почему ​его ​комментарий ​о ​зелье ​запомнился ​мне ​и ​почему ​глаза ​капитана ​семьи ​Локи ​были ​устремлены ​на ​меня ​и ​горели ​озорным ​коварством. ​ ​Зелье ​сработало ​слишком ​хорошо, ​и ​теперь ​мне ​придется ​с ​этим ​разбираться. ​ ​Когда ​Гестия ​вскочила ​со ​своего ​места, ​уже ​обмениваясь ​оскорблениями ​с ​рыжеволосой ​богиней ​под ​пристальным ​взглядом ​Джудит, ​я ​повернулся, ​чтобы ​посмотреть ​на ​внезапно ​ставшего ​довольно ​виноватым ​Рауля. ​ ​— ​Я ​могу ​понять ​твою ​преданность, ​но ​ты ​все ​равно ​козел, ​— ​резко ​бросил ​я ​ему. ​ ​— ​Это... ​Разумно, ​— ​произнес ​Рауль, ​искренне ​раскаиваясь, ​— ​если ​тебя ​это ​утешит, ​я ​сожалею. ​ ​— ​Если ​они ​здесь ​для ​того, ​чтобы ​объявить ​военную ​игру ​или ​что-то ​в ​этом ​роде, ​то ​я ​отомщу ​тебе ​первому, ​— ​упрямо ​заявляю ​я. ​Рауль ​морщится ​и ​не ​спешит ​меня ​поправлять, ​значит, ​такая ​возможность ​действительно ​существует. ​ ​— ​Я ​слышал, ​что ​они ​не ​ладили, ​но ​видеть ​это ​— ​совсем ​другое ​дело, ​— ​беззаботно ​комментирует ​новый ​голос, ​когда ​Финн ​подходит ​к ​нашей ​кабинке, ​— ​Полагаю, ​нам ​придется ​разбираться ​между ​капитаном ​и ​капитаном. ​ ​— ​Знаете... ​для ​такого ​невысокого ​парня ​у ​тебя ​удивительно ​глубокий ​голос, ​— ​произнес ​я ​совершенно ​не ​к ​месту, ​внимательно ​наблюдая ​за ​тем, ​как ​его ​глаза ​расширились ​от ​удивления ​и ​почти ​сразу ​же ​вернулись ​к ​забавному ​виду. ​Сбоку ​от ​нас ​раздается ​грохот ​— ​Джудит ​падает ​со ​стула. ​ ​— ​Элрик! ​— ​взвизгивает ​Джудит, ​вскарабкиваясь ​обратно ​в ​кабинку, ​на ​ее ​щеках ​появляется ​сильный ​румянец, ​— ​Ты ​не ​можешь ​так ​говорить! ​ ​— ​Они ​притащили ​сюда ​двух ​шестых ​уровней, ​чтобы ​угрожать ​новичку, ​— ​проворчал ​я, ​глядя, ​как ​она ​бледнеет, ​— ​Я ​буду ​говорить ​то, ​что ​мне ​нравится, ​но ​уверен, ​что ​наш ​герой ​не ​станет ​возражать. ​ ​Риверия ​— ​красавица, ​которой ​аниме ​не ​дало ​справедливости, ​— ​слегка ​вздрогнула ​от ​моих ​замечаний, ​но ​в ​остальном ​ничего ​не ​прокомментировала, ​предпочтя ​встать ​позади ​Финна, ​когда ​тот ​подтягивался ​к ​концу ​стенда. ​ ​Заметьте, ​эти ​кабинки ​не ​предназначены ​для ​детей. ​ ​— ​А ​я ​нет, ​— ​согласился ​он ​с ​еще ​большим ​весельем ​в ​голосе, ​— ​И ​это ​не ​очень-то ​героично, ​правда? ​Не ​могу ​сказать, ​что ​я ​фанат ​этих ​игр ​между ​семьями, ​— ​он ​говорил ​это, ​но ​человек ​передо ​мной ​был ​известен ​в ​первую ​очередь ​как ​стратег; ​все ​подлые ​уловки, ​которые ​семья ​Локи ​использовала ​за ​время ​его ​долгого ​пребывания ​на ​посту ​капитана, ​исходили ​либо ​от ​него, ​либо ​от ​разума ​Локи. ​ ​Поэтому ​я ​фыркнул: ​ ​— ​И ​все ​же ​ты ​здесь. ​ ​— ​А ​вот ​я ​здесь, ​— ​он ​улыбнулся, ​— ​перейду ​сразу ​к ​делу: ​мы ​весьма ​высокого ​мнения ​о ​твоих ​зельях ​и ​предпочли ​бы ​избежать ​неприятностей... ​Так ​как ​насчет ​того, ​чтобы ​заключить ​сделку? ​ ​Неприятности, ​о ​которых ​он ​говорил, ​были ​слишком ​очевидны ​и ​не ​оставляли ​мне ​никакой ​возможности ​для ​маневра, ​что, ​очевидно, ​и ​требовалось. ​Отказаться ​означало ​потенциально ​навязать ​им ​свою ​руку ​в ​виде ​военной ​игры ​— ​то ​же ​самое, ​что ​Аполлон ​пытался ​сделать ​с ​Беллом ​в ​аниме, ​и ​именно ​то, ​о ​чем ​я ​беспокоился ​раньше, ​просто ​не ​ожидал, ​что ​это ​произойдет ​под ​таким ​углом. ​Эти ​чертовы ​зелья ​были ​так ​чертовски ​дешевы ​и ​просты ​в ​изготовлении, ​что ​я ​мысленно ​списал ​их ​в ​мусор, ​и ​теперь ​это ​кусало ​меня ​за ​задницу. ​ ​Я ​не ​знал, ​чем ​они ​отличаются ​от ​обычных ​зелий, ​но ​чем ​больше ​я ​сосредотачивался ​на ​этом, ​тем ​сильнее ​жужжание ​моих ​алхимических ​инстинктов ​подсказывало ​мне, ​что ​я ​что-то ​упускаю ​в ​них. ​Нехватка ​информации, ​которую ​я ​мог ​решить, ​только ​признавшись ​в ​своем ​незнании ​человеку, ​с ​которым ​мне ​предстояло ​вести ​переговоры. ​Признание, ​которое, ​несомненно, ​привело ​бы ​к ​еще ​большим ​вольностям. ​ ​Во ​время ​затянувшейся ​паузы ​Джудит ​и ​Рауль ​сдвинулись ​со ​своих ​мест, ​неловко ​поглядывая ​на ​меня, ​но ​Финн ​и ​принцесса ​остались ​невозмутимы ​и ​по-прежнему ​приятно ​улыбались. ​ ​— ​И ​каковы ​ваши ​условия ​этой ​сделки? ​— ​спросил ​я, ​вытягивая ​из ​них ​побольше ​информации. ​ ​— ​Мы ​не ​против ​принять ​твои ​цены ​— ​в ​пределах ​разумного, ​конечно... ​Наш ​главный ​камень ​преткновения ​— ​эксклюзивность, ​— ​спокойно ​объяснил ​Финн, ​— ​Все, ​что ​мы ​хотим, ​это ​чтобы ​ты ​продавал ​свои ​зелья ​только ​нам, ​что, ​конечно, ​включает ​твою ​щедрость ​в ​Подземелье... ​ ​Эксклюзивность, ​акцент ​на ​том, ​что ​я ​раздаю ​зелья; ​он ​беспокоился, ​что ​другие ​семьи ​узнают, ​чем ​он ​занимается. ​Он ​угрожает ​военной ​игрой, ​чтобы ​не ​дать ​мне ​стать ​целью ​для ​кого-то ​другого? ​ ​Это... ​может ​быть ​полезно ​для ​меня. ​По ​крайней ​мере, ​это ​означало, ​что ​моя ​первоначальная ​оценка ​нежелания ​Локи ​заниматься ​подобными ​вещами ​оказалась ​более ​верной, ​чем ​я ​предполагал, ​и ​это ​давало ​мне ​больше ​возможностей ​для ​маневра ​в ​будущем. ​Хотя, ​возможно, ​я ​просто ​слишком ​многого ​в ​этом ​не ​понимаю... ​ ​Если ​он ​не ​честен, ​то ​это ​означает ​уступку, ​но ​я ​уже ​нахожусь ​на ​задворках: ​ ​— ​Понимаю, ​это ​довольно ​экстремальные ​условия, ​— ​осторожно ​открыла ​я, ​— ​Мне ​интересно, ​что ​заставило ​вас ​так ​поступить. ​ ​На ​этот ​раз ​заговорила ​Риверия. ​Она ​вздохнула ​и ​начала: ​ ​— ​Рука ​Филиана ​была ​сломана ​так, ​что ​мы ​называем ​это ​«смещением», ​что ​обычно ​требует ​вправления ​и ​как ​минимум ​двух ​недель ​восстановления ​даже ​при ​использовании ​высоких ​зелий, ​— ​она ​говорила ​четко ​и ​на ​удивление ​честно, ​сообщая ​стороне, ​с ​которой ​вела ​переговоры, ​насколько ​ценен ​их ​товар. ​Неужели ​это ​и ​есть ​та ​самая ​эльфийская ​гордость? ​— ​Твоё ​зелье ​устранило ​эту ​проблему ​еще ​до ​того, ​как ​он ​попал ​в ​наш ​лазарет. ​То, ​что ​нас ​заставили ​это ​сделать, ​очевидно. ​ ​При ​ее ​словах ​я ​понял, ​чего ​мне ​не ​хватает ​в ​моих ​зельях ​и ​о ​чем ​гудит ​мой ​навык. ​В ​Скайриме ​зелья ​исцеляют ​на ​плоское ​значение ​хп, ​основанное ​на ​уровне ​вашего ​навыка, ​перках ​и ​наложенных ​на ​вас ​чарах, ​и ​неважно, ​какой ​урон ​вам ​нанесен, ​он ​исцелится ​при ​достаточном ​количестве ​зелий. ​Судя ​по ​словам ​Риверии, ​мои ​зелья, ​похоже, ​действовали ​по ​той ​же ​логике: ​они ​исцелят ​все, ​что ​угодно, ​если ​только ​вы ​примете ​достаточное ​их ​количество, ​и ​мой ​навык, ​похоже, ​с ​этим ​согласен. ​ ​Однако ​если ​бы ​зелье ​действовало, ​как ​в ​игре, ​то ​у ​него ​были ​бы ​ограничения: ​чем ​выше ​хп, ​тем ​меньше ​зелье ​тебя ​исцелит. ​В ​этом ​мире, ​однако, ​хп ​не ​существует, ​есть ​только ​стат ​выносливости, ​и ​если ​жужжание ​моего ​навыка ​о ​чем-то ​говорит, ​то ​вполне ​вероятно, ​что ​эти ​два ​параметра ​как-то ​связаны. ​Этот ​факт ​может ​стать ​ключом ​к ​тому, ​чтобы ​заставить ​семью ​Локи ​потерять ​интерес ​и ​отступить.