~ Глава 33 ~

Джудит ​замерла, ​в ​ее ​разуме ​пронесся ​образ ​ее ​Богини, ​которую ​швырнули ​головой ​в ​барный ​стол, ​а ​на ​задний ​план ​наложились ​проститутки. ​Ее ​семья ​не ​оправится ​от ​потери ​репутации. ​ ​— ​Я... ​я ​подумаю ​об ​этом... ​— ​заикаясь, ​предложила ​она; ​то, ​что ​она ​сделала ​для ​своей ​семьи... ​ ​Элрик ​рассмеялся: ​ ​— ​Боги ​в ​конце ​концов ​развратят ​всех ​нас, ​лучше ​принять ​это ​как ​должное. ​ ​— ​Я ​бы ​предпочла, ​чтобы ​они ​этого ​не ​делали, ​— ​Анакитти ​кашлянула, ​а ​Илья ​кивнула ​ей ​с ​довольно ​испуганным ​выражением ​лица: ​— ​Ну ​что, ​пойдем? ​Подземелье ​ждет. ​ ​Джудит ​ухмыльнулась, ​ее ​настроение ​поднималось ​при ​мысли ​о ​том, ​что ​она ​попадет ​в ​Подземелье, ​что ​она ​станет ​сильнее. ​ ​— ​Да, ​черт ​возьми. ​ ​*** ​ ​[Орарио, ​Руинированный ​район] ​ ​[Гестия] ​ ​Расслабившись ​в ​одном ​из ​своих ​любимых ​мест, ​укутавшись ​в ​одеяло ​и ​ощущая ​рядом ​теплое, ​уверенное ​присутствие ​своего ​ребенка, ​Гестия ​впервые ​с ​момента ​появления ​в ​ее ​жизни ​вихря, ​которым ​стал ​ее ​ребенок, ​чувствовала ​себя... ​стабильно. ​ ​Эльрик ​был ​таким ​человеком, ​что ​вызывал ​у ​нее ​все ​эмоции ​под ​солнцем, ​а ​он ​лишь ​улыбался, ​подыгрывая ​ее ​вспышкам. ​Как ​родитель, ​подшучивающий ​над ​ребенком. ​С ​тех ​пор ​как ​она ​встретила ​его, ​ее ​охватил ​вихрь ​чувств, ​она ​была ​обеспокоена ​и ​очарована ​в ​равной ​степени, ​поскольку ​он ​проводил ​в ​Подземелье ​каждую ​свободную ​минуту, ​словно ​демонстрируя ​ту ​странную ​решимость, ​которую ​она ​почувствовала ​в ​день ​их ​знакомства. ​ ​В ​тот ​день, ​когда ​он ​заявил ​о ​своем ​намерении ​стать ​героем. ​ ​Она ​улыбнулась, ​прижимаясь ​к ​его ​плечу ​и ​хватая ​один ​из ​последних ​крекеров, ​которые ​они ​принесли ​сюда ​для ​маленького ​пикника ​под ​звездами. ​Это ​было ​похоже ​на ​что-то ​из ​тех ​романтических ​романов, ​которые ​так ​нравятся ​эльфам, ​— ​лихая ​фигура, ​проносящаяся ​мимо, ​чтобы ​сбить ​девушку ​с ​ног, ​только... ​девушки ​в ​этих ​романах ​никогда ​не ​испытывали ​того ​чувства ​беспокойства, ​которое ​терзало ​ее ​с ​тех ​пор, ​как ​Элрик ​впервые ​вошел ​в ​Подземелье. ​Когда ​он ​не ​вернулся ​в ​первый ​раз, ​когда ​она ​увидела, ​чем ​он ​занимался ​там, ​внизу... ​ ​В ​ту ​ночь ​она ​почти ​не ​спала, ​беспокойство ​не ​давало ​ей ​покоя, ​пока ​Элрик ​делал ​то, ​что ​считал ​нужным, ​побуждаемый ​этой ​своей ​странной ​тягой. ​ ​А ​потом ​он ​вернулся, ​все ​еще ​истекая ​кровью ​из ​дюжины ​ран, ​и ​на ​лице ​его ​были ​улыбка ​и ​содрогание ​в ​равной ​степени. ​От ​одной ​мысли ​об ​этом ​зрелище ​она ​крепче ​вцепилась ​в ​его ​руку, ​притягивая ​ее ​к ​себе. ​ ​— ​Ты ​в ​порядке? ​— ​спросил ​он, ​его ​голос ​был ​глубоким ​и... ​ ​Она ​сглотнула: ​ ​— ​Да! ​ ​— ​Холодно? ​ ​В ​обычный ​день ​она ​бы ​распевала ​о ​своей ​роли ​Хранительницы ​Небесного ​Пламени ​и ​о ​том, ​что ​ей ​никогда ​не ​бывает ​холодно! ​Но ​здесь, ​сейчас? ​Она ​лишь ​покачала ​головой ​и ​обняла ​ребенка, ​погружаясь ​в ​пламя ​его ​физической ​сущности. ​ ​Элрик ​захихикал, ​плотнее ​укутывая ​ее ​одеялом. ​Она ​счастливо ​хмыкнула, ​наслаждаясь ​этим ​мирным ​моментом, ​когда ​она ​знала, ​что ​ее ​ребенок ​в ​безопасности ​и ​не ​делает ​того, ​к ​чему ​он ​так ​склонен. ​ ​Когда-нибудь ​он ​доведет ​ее ​до ​сердечного ​приступа! ​А ​ведь ​у ​богов ​не ​бывает ​сердечных ​приступов! ​ ​Идиот! ​ ​*** ​ ​Она ​с ​ворчанием ​уткнулась ​ему ​в ​бок, ​борясь ​с ​желанием ​ударить ​тупого ​блондина ​по ​его ​глупому ​лицу; ​он ​уже ​держал ​этот... ​шлепок ​над ​ее ​головой ​и... ​пламя, ​во ​что ​превратилась ​ее ​жизнь. ​ ​— ​Расскажи ​мне ​о ​том, ​как ​прошел ​твой ​день! ​— ​потребовала ​она, ​надувшись ​на ​него ​за ​то, ​что ​он ​посмел ​отвлечь ​ее ​от ​ожидающего ​ее ​наказания. ​ ​— ​Знаешь, ​тебе ​не ​стоит ​быть ​такой ​настырной, ​— ​улыбнулся ​он. ​ ​— ​Если ​это ​так, ​то ​почему ​ты ​не ​сказал ​мне ​об ​этом ​за ​ужином, ​а? ​ ​— ​Потому ​что ​убийство ​— ​это ​не ​совсем ​подходящий ​разговор ​за ​ужином, ​— ​прямо ​заявил ​он, ​осуждающе ​глядя ​на ​нее. ​ ​— ​Странная ​культура, ​— ​проворчала ​она, ​— ​убийство ​чудовищ ​было ​вполне ​приемлемым ​разговором ​в ​любом ​месте! ​Боги ​говорили ​об ​этом ​постоянно! ​ ​— ​Так ​что ​мы ​называем ​это ​ужином, ​чаем, ​ничего ​особенного, ​— ​он ​закатил ​глаза. ​ ​— ​Я ​говорила ​об ​убийстве, ​но ​и ​это ​тоже! ​— ​она ​согласилась: ​— ​Странная ​потусторонняя ​культура. ​ ​Мои ​родители ​вымыли ​бы ​тебе ​рот ​с ​мылом, ​если ​бы ​ты ​попробовал ​говорить ​об ​этом ​дерьме ​за ​обеденным ​столом. ​ ​— ​Э-э... ​— ​Гестия ​запнулась, ​— ​Элрик ​был ​довольно ​страшным, ​когда ​хотел, ​так ​что ​если ​он ​получил ​это ​от ​своих ​родителей, ​то ​это ​тоже ​довольно ​страшно! ​Но ​опять ​же... ​ ​— ​Ты ​хочешь ​рассказать ​о ​них ​что-нибудь ​еще? ​— ​мило ​спросила ​она, ​глядя ​на ​него ​со ​звездами ​в ​глазах. ​Похоже, ​Элрик ​не ​столько ​отвечал ​ей, ​сколько ​пытался ​понять, ​как ​она ​это ​делает. ​ ​Идиотка! ​ ​Он ​фыркнул, ​сдаваясь: ​ ​— ​Я ​в ​порядке, ​— ​отмахнулся ​он, ​как ​всегда, ​когда ​она ​пыталась ​узнать ​о ​его ​прошлом. ​Он ​был ​таким ​же ​глупым ​и ​загадочным, ​что ​приводило ​ее ​в ​бешенство, ​даже ​если ​она ​отлично ​это ​скрывала! ​— ​А ​как ​насчет ​тебя, ​есть ​родители? ​ ​— ​А? ​ ​Она ​запнулась ​на ​этом ​вопросе, ​честно ​говоря, ​несколько ​озадаченная ​тем, ​что... ​ну, ​боги ​не... ​ ​— ​А? ​ ​— ​У ​тебя ​есть ​родители? ​— ​он ​произнес ​это ​более ​четко, ​глядя ​на ​нее ​сверху ​вниз ​и ​слегка ​нахмурившись, ​— ​Или ​ты ​как ​будто ​вынырнула ​из ​первобытного ​супа ​и ​не ​хочешь ​об ​этом ​говорить? ​ ​— ​Первобытный ​суп...? ​— ​произнесла ​она ​в ​недоумении. ​ ​— ​Точно, ​не ​спрашивай ​богов, ​откуда ​они ​берутся, ​понял, ​— ​весело ​произнес ​он, ​покачав ​головой, ​— ​Ну ​что, ​мой ​день, ​да? ​На ​чем ​мы ​остановились? ​ ​Гестия ​моргнула, ​посмотрела ​на ​своего ​ребенка, ​а ​потом ​усмехнулась: ​ ​— ​Ты ​прервался ​на ​моменте, ​когда ​собирался ​отправиться ​в ​Подземелье! ​ ​И ​тут ​она ​вспомнила, ​что ​он ​говорил ​о ​встрече ​с ​Локи, ​и ​снова ​надула ​губки. ​ ​Элрик ​бросил ​на ​нее ​удивленный ​взгляд, ​что ​было ​очень ​грубо! ​Но ​потом ​покачал ​головой: ​— ​Да... ​это ​было ​странно, ​первый ​раз ​в ​компании ​искателей ​приключений ​и ​все ​такое. ​Не ​знаю, ​на ​какое-то ​время ​это ​стало ​похоже ​на ​мои ​старые ​MMO-шные ​времена, ​— ​он ​улыбнулся ​с ​отстраненным ​выражением ​в ​глазах, ​переходя ​к ​еще ​одному ​из ​странных ​терминов, ​которые ​он ​иногда ​использовал ​и ​никогда ​не ​объяснял, ​потому ​что ​был ​таким ​большим ​подхалимом! ​— ​Просто ​погрузиться ​в ​Подземелье, ​которое ​ты ​исследовал ​до ​дыр, ​с ​массой ​друзей ​и ​незнакомцев ​вокруг. ​Правда, ​в ​этом ​случае ​гораздо ​меньше ​дорито, ​— ​добавил ​он, ​и ​ее ​разум ​передернуло ​при ​мысли ​о ​том, ​что ​он ​уже ​сталкивался ​с ​Подземельем.