Глава 3

      Маневренный хэтчбек с желтой шашечкой на крыше, мчался по пустой трассе. За рулем сидел молодой парень, искоса поглядывая на пассажира рядом. Изуми ехала на переднем сиденье, смотря в окно. Волосы были собраны в хвост, и девушка периодически заправляла за ухо непослушную прядь. Она не любила передвигаться на такси, считая, что это медленно, и ее бесило стоять в пробках, но раз в неделю, девушка прибегала к услугам такси. Сегодня был важный день, — она едет забирать брата на все выходные, а для этого ей нужно было договориться с отцом.       Отношения с родителями были больной темой. Изуми предпочитала говорить, что у нее нет отношений с семьей. Она давно независима: сама зарабатывает, сама покупает себе свои хотелки, живет отдельно, но стоит появится на пороге дома, в котором она прожила не так долго, отец заводит не менее не приятную тему — брак. Нет, не то, чтобы она не хотела вступать брак, но виденье на эту тему у Изуми было другое. Отец настаивал на договорных отношениях, мол «стерпится слюбится», а свободолюбивая Изуми отмахивалась от этого. Безусловно, она не ждала принца на белом коне, но была очень избирательна, внимательно оценивая, на что в первую очередь смотрит мужчина. И во всех случаях ответ был один — внешность. Всех, кого она встречала на своем пути, интересовала лишь ее внешность, над которой она работала. Девушка проводила на тренировках по два часа три раза в неделю, а потом приходила почти без сил, сразу ложась спать.       Машина резко остановилась у большого двухэтажного дома, огороженного забором. Дом, выложенный из красного кирпича, с большими окнами, и небольшой лестницей, ведущей к двустворчатой входной двери, на фоне остальных выделялся, скорее размером, чем дизайном. Вокруг него росли массивные деревья, которые окутывали двор, свежей зеленью, добавляя контраст к теплому тону кирпича.       Шумно выдохнув, Изуми отстегнула ремень безопасности, протянула таксисту деньги, и вышла из машины, уставившись на массивные железные ворота. Выдохнув, девушка открыла ворота, и прошла по тропинке, выложенной плиткой, к входу. Дернув дверь, она оказалась в светлой прихожей: рядом с дверью стоял небольшой диванчик, а рядом с ним огромный шкаф-купе. Изуми кинула рюкзак на диван, сняла кеды и шагнула на мягкий ковер. Быстро юркнув на кухню, стараясь не попадаться никому на глаза, девушка залезла под раковину, ища старую заначку, которую оставила в прошлый раз.       — Вы останетесь на чай? — раздался женский голос.       Изуми чертыхнулась, понимая, что ее проникновение не осталось незамеченным, но вылезать не торопилась, ища заветную банку.       Послышались шаги, и женский голос докучал вопросами собеседнику, который либо не отвечал, либо отвечал достаточно тихо.       — А это, моя падчерица, — Изуми ударилась головой о смеситель и громко ругнулась, — у нас гости, мисс.       — Да вылезаю я, — рыкнула девушка.       Изуми, покачивая бедрами начала ползти назад, а когда вылезла полностью, встала на ноги, прижимая банку к груди. Девушка поставила банку на столешницу, и развернулась, скрестив руки на груди. Карие глаза внимательно осмотрели гостя, а губы расплылись в усмешке.       — Итачи, — это Изуми — указывая на молодого человека в костюме, начала знакомство молодая девушка в белом халате, — Изуми — это Итачи. Он юрист и помогает твоему отцу. Сделай чай гостю, и без глупостей, я присоединюсь к вам позже, — девушка улыбнулась, быстрым шагом уходя из кухни.       Итачи слегка поклонился, и посмотрел в глаза девушки, та, внимательно изучала его.       Перед ней стоял широкоплечий юноша худощавого телосложения, лет двадцати пяти, на голову выше её. Его строгий деловой костюм подчеркивал аристократичные черты лица, которые, несмотря на их строгость, обладали неожиданной мягкостью и даже немного женственностью — это придавало ему особую привлекательность.       Бледная кожа выделялась на фоне его черных, как ночь, глаз, которые казались бездонными, создавая ауру загадки. Чёрные волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, а верхняя пуговица на белой рубашке была расстегнута, что делало его образ менее формальным. Галстук был слегка ослаблен. Рубашка была заправлена в чёрные брюки, которые удерживал стильный черный кожаный ремень, завершая его образ.       Девушка бросила взгляд на его дорогие часы, элегантный аксессуар, который подчеркивал его утонченный вкус. Она отметила про себя, что при первой встрече парень выглядел гораздо попроще, и этот контраст интриговал её еще больше, вызывая желание узнать о нем побольше.       Перед глазами Итачи стояла девушка с потрясающей фигурой. Чёрная футболка обтягивала её подтянутую грудь и изящную талию, подчёркивая каждую деталь её силуэта. Короткие шорты открывали вид на её красивые и стройные ноги, как будто они были созданы для того, чтобы восхищать. Итачи оценил татуировку дракона, которая украшала её руку — он запомнил её с их первой встречи. Его взгляд невольно переместился к другой татуировке, покрытой защитной пленкой на её ноге. Это тоже был дракон — морда свирепого существа располагалась на левом бедре девушки, а тело, загадочно извиваясь, уходило вверх и скрывалось под тканью.       Его внимание привлекло ухмыляющееся лицо: правильные черты, карие проницательные глаза, смотревшие в упор. Маленькая аккуратная родинка под её глазом добавляла шарма, а пухлые губы широко расплылись в усмешке.       — Это какая-то шутка, — Изуми сделала шаг в сторону, выводя брюнета из своих мыслей.       Тот просто поднял бровь, стоя на месте, будто его пригвоздили. Итачи чувствовал себя неловко. Вся эта ситуация казалась ему странной: сначала внезапный звонок его коллеги, с которым он работал года два назад. Потом звонок от клиента, и вот Итачи, находится в его доме, обсудив все возможные варианты развития событий, и никак не ожидал, что его недавняя спасительница — дочь бизнесмена. Казалось, что девушка что-то перевернула внутри него. Она отличалась от тех девушек, которых он знал, — простая одежда, татуировки, байк — все это выбивало его из колеи, и он пока не понимал как себя вести в данной ситуации.       Изуми закатила глаза, и развернулась к столешнице, включая чайник и, доставая чашки. Длинные пальцы закинули два пакетика черного чая в чашки.       — Так и будешь стоять, и палиться, будто я экспонат в музее или сядешь за стол? — Изуми спиной почувствовала взгляд черных глаз, которые продолжали ее изучать.       — Извини, — Итачи сел за стол, поставив рядом с собой черный дипломат.       — Могу данго предложить, — начала девушка, — если, конечно, серьезные мужчины любят сладкое, — последняя часть фразы прозвучала с некой усмешкой в голосе. Изуми действительно улыбалась, пытаясь вывести собеседника на какой-никакой, но разговор.       Итачи, в свою очередь, был жутким сладкоежкой. В семье все знали, как его можно задобрить, а младший брат и кузен, всегда хранили что-то сладкое, на случай его визита. Однако, на работе, Итачи не позволял себе подобную слабость, но почему-то сейчас его мозг нуждался в порции сладкого.       — Не откажусь, — выпалил брюнет раньше, чем успел подумать.       Девушка издала звук похожий на хмык, и, встав на носочки, открыла дверцу навесного шкафа. Выудив из кучи банок, небольшой крафтовый пакет, Изуми открыла его и достала небольшие темные шарики, выкладывая на тарелку. Она была равнодушна к сладкому, но ее младший брат, очень его любил. И Изуми часто баловала его сладким, помня о том, что ему много нельзя. Разлив кипяток по чашкам, девушка поставила их на стол, подвинув одну из чашек к Итачи, а рядом поставила тарелку с угощением.       — Предупреждаю, они довольно странные на вкус, — девушка плюхнулась рядом на стул, откидываясь на спинку, и положила ногу на ногу, открывая вид на бедро с татуировкой.       Итачи хмыкнул и закинул шарик в рот, наслаждаясь моментом. Раскусив его, брюнет ощутил сладкий вкус вишни, смешанный с сахаром, и на лице его расплылась довольная улыбка. Он сделал глоток чая, и это решение стало для него фатальной ошибкой. Сладкий и свежий вкус вишни вдруг сменился неожиданной остротой, словно в десерт подсыпали щедрую порцию перца.       Пережёвывая шарик, Итачи старательно не подавал виду, что что-то не так. Однако во рту разыгрывалась настоящая феерия ощущений: сладкий вкус вишни, будто в поединке с резким привкусом остроты, сменял друг друга, создавая сумбур, который сбивал с толку. Он сделал ещё один глоток, и, к его облегчению, сладость вишни вновь вернулась, оставляя лишь легкое и неожиданное послевкусие остроты, которое кололо на языке, словно вызывало на бой.       Изуми наблюдала за брюнетом, тихо хихикая над своей маленькой шалостью, делая небольшие глотки чая.       — Необычно, да? Вишня в шоколаде с перцем.       — Весьма, — кашлянул Итачи, взяв двумя пальцами еще один шарик, — не распробовал, — брюнет закинул сладость в рот, прикрыв глаза.       Изуми приподняла бровь. В данный момент, ей казалось, что это все выдумка. Любой нормальный человек, после такого десерта, попросил бы стакан молока, и явно не стал бы закидывать еще одну порцию в рот. Однако, она вспомнила, как однажды Яхико сожрал целый пакет таких же данго, и даже не поморщился, правда потом Конан лечила ему больной живот. Изуми еще раз взглянула на брюнета, что-то прикидывая в голове, и сопоставляя.       — Мия скоро придет. Она не упустит возможности с тобой пообщаться, — решила сменить гнев на милость девушка, делая небольшой глоток чая.       — А ты? — невзначай бросил Итачи.       — А я приехала сюда по делам. Не хочу слушать ваши важные разговоры, — театрально закатив глаза, ответила девушка.       — Ты ловко провела Шисуи, — ухмыльнулся Итачи, ловя вопросительный взгляд девушки, — одного из лучших полицейских в Токио.       — А, — протянула девушка, делая вид, что забыла о недавнем задержании, -это тот бугай-коп, с мордой медведя на груди, да?       Итачи кивнул. Изуми прекрасно все помнила, но старалась сделать вид, что не помнит имен, и всю ситуацию в целом. Она помнила, как приехала в тот вечер домой уже за полночь, как ее отчитывала Конан за превышение скорости и безответственное поведение, и как она ее расспрашивала, кто из ребят Изуми приглянулся больше. Они провели за беседой половину ночи, пока девушка рассказывала все события, но вопрос подруги так и остался без ответа. Она понимала, что Конан переживает за нее и желает лучшего, поэтому ответ на подобные вопросы был один «Я хочу еще подышать свободой», и всех это устраивало. Из мыслей девушку вывел звонкий женский голос. Мия, молодая мачеха, которая считала себя хозяйкой в некогда любимом доме, стала одной из причин, почему Изуми стремительно уехала. Молодая девушка, с большой грудью, и собранными в пучок волосами, сидела в халате за столом, что-то говоря брюнету. Изуми прекрасно понимала, что о каких либо чувствах к ее отцу речи и быть не может, но жажда жить красиво многих девушек не отпускала, и Мия была одной из таких счастливец. Внимательно осмотрев блондинку, Изуми не удержалась.       — Фу, как вульгарно, — театрально закидывая руку ко лбу, проговорила девушка.       — Я у себя дома, Изуми, — огрызнулась девушка.       Итачи сидел за столом, делая глотки чая, с невозмутимым видом. Он даже не взглянул на молодую хозяйку. Девушки обменялись любезностями, но их прервал звонкий голос ребенка. Брюнет непроизвольно напрягся, и на кухню влетел парнишка, держа в руках мягкую игрушку-динозавра. Изуми сразу встала из-за стола, плюя на все правила приличия, и села на корточки. Мальчик, сразу же подбежал к ней, обнимая за шею.       — Беги, собирайся. Мы на все выходные, — мягко проговорила девушка, потрепав брата по волосам.       — У меня еще репетитор, и я прибегу, — протараторил мальчик, продолжая обнимать сестру за шею.       Изуми отстранилась от брата и наблюдала за тем, как он выбегает из кухни. Она вздохнула и вернулась к столу. В воздухе витал аромат свежеприготрованного чая, а яркие солнечные лучи, проникая сквозь большие окна, освещали помещение, создавая теплую атмосферу. Но разговоры мачехи и Итачи наполняли комнату напряжением.       Мия, сидела за маленьким столом в кухне, внимательно слушая Итачи. Он говорил уверенно и спокойно, его слова как будто плавно скользили по воздуху, оставляя собеседницу в недоумении о цели своего визита. Его попросили сохранить в секрете, зачем он приехал на самом деле.       В этот момент в кухню вошел мужчина в деловом костюме. У него были короткие русые волосы, из которых пробивалась седина, и легкая небритость придавала ему мужественный вид. Его уверенный вид выдавал в нем человека, который знает, чего хочет. Он подошел к столу, шаги его были бесшумными.       — Итачи, как насчет обеда? — Произнесла Мия.       После этих слов, Изуми подняла взгляд на отца. Смотря на его уставшее выражение лица, она поняла, что ночь, и, видимо, день выдались для него очень тяжелыми. Отец кашлянул, привлекая внимание, и Итачи встал из-за стола, разворачиваясь к хозяину дома. Бросив взгляд на настенные часы, Итачи удовлетворительно кивнул.       — У меня еще есть время. От обеда не откажусь, если господин Канто не против.       — Я надеюсь, что у вас нет ни на что аллергии, — мужчина устало улыбнулся, — прошу в столовую.       Изуми чувствовала себя лишней на этом празднике жизни, и ждала подвоха. В ее голове подвох заключался в том, что отец начнет сватать ее Итачи, и хотя, он был ей интересен, такого исхода она не хотела.       Встав из-за стола, девушка обменялась взглядами с отцом, ни сказав ему не слова. Тот вздохнул, вспоминая о вспыльчивом характере дочери, и пропуская молодую супругу и гостя вперед, двинулся следом в столовую.       Столовая была просторной и величественной, с высокими потолками и большими окнами, которые позволяли свету струиться в помещении, освещая его мягким сиянием. На стенах висели картины, изображающие величественные пейзажи и исторические сцены, каждая из которых свидетельствовала о культурной изысканности и достатке хозяев. Вдоль стен располагались массивные деревянные панели, придававшие комнате неповторимое тепло и уют.       В центре комнаты стоял большой деревянный стол, накрытый белоснежной скатертью, на которой изящно располагались подносы с разнообразными блюдами, готовыми радовать гостей. Служанки в аккуратных черно-белых нарядах ловко расставляли столовые приборы и разносили еду.       Мужчина сел во главе стола, по правую руку от него, села Мия, и ожидая, что его дочь сядет рядом, был не сильно удивлен, когда та выбрала место на другом конце стола. Итачи, посадили по левую руку от хозяина дома, что ему показалось странным. В его семье, не было принято, чтобы гость занимал место рядом с главой семьи. Он помнил, что сначала отец всегда усаживал за стол маму, отодвигая стул и приглашая ее присесть, потом сам садился в изголовье стола, и только потом садился он и его младший брат по левую руку. И только после этого гостей рассаживали в строго определенной последовательности: сидеть рядом с членами семьи допускалось только близким друзьям. В правила его семьи входило, что сначала за стол садятся женщины, и только потом мужчины. На званых мероприятиях — строго по старшинству. Но также Итачи знал, что в чужой монастырь со своим уставом не приходят, и, поблагодарив за честь, сел рядом с хозяином дома.       Не смотря на то, что на столе стояло много еды, Изуми подозвав горничную шепнула ей на ухо, чтобы та принесла чай и заранее поблагодарила ее. Горничная поклонилась и убежала делать чай. Девушка приехала не за тем, чтобы сидеть и обедать, и она понимала, что пока ее младший брат не освободиться, ей придется составить компанию на обеде, но есть, совсем не хотелось. Отец, Итачи и Мия о чем-то говорили, но девушка их не слушала, погрузившись в свои мысли.       Заметив, как горничная поставила перед ней чашку ароматного чая, Изуми улыбнулась, и перевела взгляд на Мию, к которой подошла другая девушка, что-то шепча ей на ухо. Блондинка извинилась, встала из-за стола, и, покинув столовую, скрылась из виду.       Мия вернулась в сопровождении молодого человека в синем деловом костюме. Светлые волосы парня были аккуратно зачесаны назад, костюм подчеркивал его стройную фигуру и уверенную осанку, а его голубые глаза пробежались взглядом по столовой, фиксируя каждую деталь — от изысканных сервизов до живописных картин на стенах. Молодой человек казался расслабленным, но в его взгляде читалась внимательность, как будто он искал что-то или кого-то среди присутствующих. Поздоровавшись, он занял место рядом с Мией.       — Здравствуй, Тонуки, — с большой неохотой подала голос Изуми, зная, чем все закончится.       Тонуки был сыном одного из деловых партнёров её отца и потенциальным кандидатом на роль её супруга. С недавнего времени, когда Изуми приезжала за братом, он также стал появляться в это время. Каждый раз, когда они встречались, она язвила и колко отвечала на его реплики, не упуская возможности поддеть парня. Их взаимодействие напоминало не совсем приятную игру, где каждый из них стремился показать свою победу в словесной дуэли.       — Изуми, — широко улыбнулся юноша, расправляя плечи, — я мимо проезжал, и решил заглянуть. И не ожидал, что у вас такой важный гость, — переведя взгляд на Итачи, продолжил он.       Изуми закатила глаза, откидываясь на спинку стула, и закидывая ногу на ногу. Она не понимала, почему Итачи считают важной персоной, несмотря на то, что по уровню благосостояния они равны. Девушка мало что знала об иерархии в высшем обществе. Покинув дом в восемнадцать лет, она начала жить в пригороде, сначала с молодым человеком, а после расставания — восстанавливалась, живя у друзей. Последнее светское мероприятие, которое она помнила, когда ей было шестнадцать, но для девушки оно кончилось, так и не начавшись. Изуми тогда, только переступив порог дорогого ресторана, через пару минут сбежала к товарищам.       — Ох, да. Извините, я задумался, — легко улыбнувшись, сказал Итачи, — Учиха Итачи, — брюнет привстал, придерживая галстук, и протягивая правую руку для рукопожатия.       — Момоши Тонуки, — пожал руку блондин, — я очень рад знакомству. Это большая честь для меня, — рассыпался в комплиментах блондин, сияя улыбкой.       — Изуми Канто, — кивнула девушка, делая глоток чая, — вот и познакомились, — ухмыльнулась девушка, стараясь разрядить официальную обстановку. Хотя в большей степени она это делала, чтобы ее попросили удалиться из-за стола.       Мия, злобно посмотрела в ее сторону, говоря о том, что та ведет себя не прилично, а Итачи, чуть улыбнулся.       — Ты как всегда, Изуми, — вставил свое слово блондин, — ты подумала над моим предложением?       — Ты о том, чтобы сходить с тобой в ресторан? — Изуми прикрыла глаза, думая как помягче ответить, но в голову мягкой реплики не пришло, и она как и всегда, сказала то, о чем подумала. — Знаешь, будь ты последним мужчиной на Земле, я бы все равно отказалась.       Тонуки ухмыльнулся, и сжал руку в кулак. Отец и мачеха, опешили от такой наглости, подбирая слова, а Итачи, тихо хихикнул. Ему определенно было интересно взаимодействие этих двоих. Брюнет успел, как ему казалось, проанализировать особенности характера девушки, сопоставляя ее образ, стиль и манеру речи, и ему определенно хотелось с ней пообщаться в более неформальной обстановке.       — Женщина, Изуми, должна быть покорной и покладистой. Только в этом залог успешного брака, — подала голос Мия, стараясь успокоится. — Я думаю, что Итачи согласится со мной. Я слышала, что он воспитан в древних традициях.       Итачи кивнул.       — Покорность и покладистость, — это прекрасно, — начал Итачи, цепляя палочками креветку, — однако, в моей семье женщины с характером под стать мужчинам. Они не просто хранительницы очага: они матери наших детей, и главные советчицы по многим вопросам. Они — залог мудрости. Поэтому, покорность и покладистость без характера — это блажь, — Итачи покрутил креветку, рассматривая ее, — Я считаю, что у девушки должен быть характер, и она не должна боятся его проявлять. Однако, есть ситуации, в которых лучше промолчать, — брюнет закинул креветку в рот.       Изуми приподняла бровь. Впервые она слышала что-то такое от мужчины. Чаще, ей приходилось слышать, что она не вписывается в рамки, говоря, что думает, и, часто, ее реплики были довольно колкими. Мия кашлянула, отец вздохнул, а Тонуки слабо улыбнулся.       — То есть, если девушка будет относится к тебе с агрессией, ты это стерпишь? — Подал голос Тонуки, забыв о положении Итачи и перейдя на «ты».       — Я не поднимаю руку на женщин, если ты об этом, — ответил Итачи, перенимая его неформальное обращение, — мужчина, который поднял руку на женщину, не может называть себя мужчиной. Однако я укажу, где девушка перегибает палку.       Итачи был абсолютно спокоен, словно не в первый раз объясняет такие простые истины.       — Я не говорил о том, что нужно поднимать руку, однако, девушка рядом с мужчиной должна знать свое место, а не дерзить, — продолжил Тонуки, — мир так устроен. Мужчина — это добытчик, он содержит семью, а задача женщины хранить очаг и быть покорной для своего мужчины, — блондин сделал глоток чая, будучи уверенным, что Итачи поддержит его.       Итачи хотел дать ответ, но Изуми его опередила, вставляя свои пять копеек:       — Я не удивлена почему у тебя нет девушки, Тонуки, — делая глоток чая, девушка пристально посмотрела на блондина, — в таком случае, тебе стоит попытать удачу с любой другой, которая растает от твоих шуток, будет краснеть и тупить глазки в пол, когда ты отвешиваешь ей комплименты, касаемо внешности.       — Изуми, — грозно произнес отец, понимая всю остроту диалога, — помни, что ты из приличной семьи, и такое поведение не уместно, особенно, когда за столом важный гость.       — Извини, папочка, — с насмешкой ответила Изуми, делая еще глоток чая, — я иногда забываю, что родилась с золотым билетом в заднице, и у меня куча денег. И что вокруг меня вьются высокомерные, напыщенные индюки, у которых самомнение такое же толстое, как и их кошелек. Как-то вылетело из головы.       — Изуми! — Отец повысил голос, но Итачи лишь улыбнулся, успокаивая главу семьи.       — Впервые вижу, чтобы девушка, — Итачи подбирал слова, чтобы не усугубить ситуацию, — так дерзко себя вела. В таком случае, мое самомнение, по твоей логике, должно быть огромным, я прав? — Итачи сделал глоток чая, переводя взгляд на Изуми.       Девушка замялась. Она понимала, что Итачи ничего плохого ей не сказал и не сделал, однако его внешний вид и манеры, говорили о том, что он не просто из богатой семьи, а из более древнего рода. Изуми также провела параллель между тем, как к нему относится отец, и ненавистный ей Тонуки. Обычно, если в дом приходили партнеры отца, он чувствовал себя уверенно, потому что находился на своей территории. Сейчас, он внешне хоть и сохранял спокойствие, но было видно, как отец переживает, будто от мнения Итачи зависит его бизнес и жизнь. Тонуки, который мало перед кем танцевал на задних лапках, проявляя уважение, тоже был осторожен в выражениях, хоть и позволил себе формальность обращения к Итачи на «ты».       Мия, сидевшая за столом, буравила Изуми взглядом, понимая, что нужно как-то разрядить обстановку. Молодая хозяйка, прекрасно понимала, что Изуми даже не представляет, кем является на самом деле Учиха Итачи.       Девушка понимала, что от нее ждут ответа, и постаралась как можно мягче ответить:       — Я не говорила, что все богатые мужчины одинаковы, Итачи. Однако, большая часть, ведут себя так, будто весь мир у их ног, — удовлетворенная ответом, девушка расслабилась и положила одну руку на стол.       Тонуки перевел взгляд на Итачи, ища поддержки, понимая, что может сказать что-то грубое и упасть в грязь лицом. Итачи был спокоен и расслаблен, сохраняя лицо, и подцепив палочками еще одну креветку, начал ее рассматривать.       — Итачи, — подала голос Мия, — простите ее за дерзость. Она с характером и не ведает, кому и что она говорит. Я уверена, что она не хотела вас как-то задеть, — голос девушки дрожал, обращаясь к Итачи.       — Я приятно удивлен, — улыбнулся Итачи, — признаюсь, господин Канто, говорил, что у него есть красавица-дочь, и обмолвился, что у нее тяжелый характер. Однако, — Итачи положил креветку в тарелку, и взял в руки чашку ароматного чая, — я даже представить себе не мог такой контраст. Убийственное сочетание, — выдал шутку брюнет, делая глоток чая.       Все сидящие за столом, кроме Изуми выдохнули, понимая, что Итачи не держит обиды и высказывания молодой девушки его не задели.       После обеда, гости начали расходиться. Тонуки, попытался обнять Изуми, но та в свою очередь отстранилась, не позволяя к себе притронутся. Блондин, нахмурился, понимая, что нужно набраться терпения, и, вероятно, обсудить дальнейшую стратегию с главой семьи. Отец, извинившись, ушел в свой кабинет, ссылаясь на большой объем работы, а Мия, все не переставала извиняться перед Итачи за поведение своей падчерицы. Изуми закатила глаза, отворачиваясь. Поправив галстук, слегка затягивая его, и отряхивая пиджак, Итачи протянул Изуми визитку.       — Если понадобится моя помощь, звони — улыбнулся Итачи.       Девушка аккуратно взяла карточку и сунула ее в задний карман шорт, кивая. Она точно знала, что помощь Итачи ей будет не нужна. Итачи деликатно поцеловал тыльную сторону руки Мии, поклонился Изуми и ушел.       Через пару минут, навстречу девушке выбежал брат, с рюкзаком за спиной и игрушкой в руках. Девушка улыбнулась, взяла его за руку и, выйдя из дома, увидела, что напротив стоит Яхико, рядом с недорогой иномаркой. Держа брата за руку, она направилась к машине. Усадив брата в машину, Изуми увидела дорогую черную иномарку, которая плавно трогалась с места, отъезжая от дома. За ней, выруливая, и обгоняя, выезжал дорогой синий кабриолет, за рулем которого сидел Тонуки, сигналя девушке. Яхико открыл дверь, чтобы Изуми могла сесть в машину. Она устроилась на переднем сиденье, а Яхико, усевшись за руль, тронулся с места. Они покинули дом, оставляя позади события дня, и устремлялись к встрече с чудесными выходными.       

***

      В темном кабинете, наполненном атмосферой загадки и уединения, за широким дубовым столом сидел мужчина. Тусклый свет настольной лампы мягко освещал его лицо и поверхность стола, придавая всему окружению особую интимность. Древесина стола, старинная и украшенная резьбой, слегка переливалась, отбрасывая блики.       Рядом со столом стоял аккуратно оформленный шахматный стол, выполненный из того же темного дуба, что и основной стол. На нем красовались сложенные в аккуратные ряды шахматные фигуры, каждая из которых была искусно вырезана и тщательно отполирована. Игровая доска, выложенная черными и светлыми квадратами, была слегка утомленной временем, но все еще оставалась великолепной.       Мужчина, облаченный в темный костюм, казалось, сливался с окружающей его полутенью, но его проницательный взгляд скользил по документам на столе, будто он искал в них ответы на важные вопросы. В его руке была аккуратная папка — досье, обитое черной кожей, с золотым тиснением, таившая в себе множество секретов.       Едва заметное покачивание трубки, которую он держал в другой руке, выдавало его сосредоточенность. С каждым выдохом дым окутывал пространство. В углу кабинета, словно предостерегая о том, что здесь решаются судьбы, стоял массивный шкаф, наполненный книгами и коллекцией старинных артефактов.       Тишину нарушил стук в дверь. Дверь со скрипом открылась, и на пороге кабинета появились три юноши, облаченные в черные костюмы. Их лица скрывали маски, что придавало им таинственность и серьезность. Они учтиво поклонились, ожидая распоряжений.       — Как обстоят дела с мисс Яманака, Сай? — не отрываясь от папки, хрипло проговорил мужчина.       — Я работаю над этим, господин. Еще пара недель, и мы официально вступим в отношения, — отрапортовал молодой человек в маске ястреба, его голос звучал уверенно.       — Боюсь, что у нас нет пары недель, — выдохнув клуб дыма, проговорил мужчина, — у нас есть проблема.       Юноши выпрямились, стоя на месте, напряженно ожидая дальнейших распоряжений.       — Мисс Яманака, — начал мужчина, — познакомилась с одним из Учиха. И нам это совсем не на руку. — Откинувшись на спинку кожаного кресла, он бросил папку с досье на край стола, кивком головы подзывая ребят.       Троица подошла к столу, и стоявший по центру юноша в маске льва осторожно открыл папку. Он пробежался глазами по тексту:       Фамилия и имя: Учиха Шисуи       Рост: 176 см       Вес: 80 кг       Физическая форма: превосходная       Наличие заболеваний: отсутствует.       Сглотнув, юноша поднял взгляд на мужчину, который внимательно осматривал своих подчиненных.       — Ты и Шин должны устранить его. А ты, Сай, продолжай обрабатывать мисс Яманака.       — Господин, — заговорил юноша в маске с мордой лиса, — Учиха Шисуи не является прямым наследником, насколько нам известно.       — Если мы не устраним его, мы не доберемся до остальных, Шин.       — Учиха Шисуи, — прошипел юноша в центре, проводя пальцами по листу с коротким досье, — по прозвищу «Медведь». С ним будут проблемы.       — Вы же работали вместе в Анбу, верно, Хиро? — ухмыльнулся мужчина. Тот кивнул, а двое его товарищей посмотрели в его сторону с растерянностью.       — Дам совет, — поднеся трубку к губам, начал мужчина, — при первой атаке не нападайте сами. У нас есть от кого избавиться. Свободны! — мужчина махнул рукой, выдыхая дым.       Юноши поклонились и покинули кабинет. Мужчина поднялся с кресла, держа трубку в руках, и подошел к шахматному столу, двигая белую пешку.       — Я закончу то, что начал много лет назад. Но на этот раз доведу дело до конца. Игра началась, — с этими словами он снова сел за стол, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза. В его голове резонировали мысли о рисках и последствиях, о том, что каждый ход в этой опасной игре теперь имеет значение.