Глава 53.2

      Деловая поездка была напряженной и расписанной чуть ли не по минутам, но Дилюк совершил невозможное и без ущерба делам умудрился сократить ее еще больше. Он очень торопился вернуться. Оказалось, что даже несколько дней вдали от Рэйвен — это невыносимая пытка. Как все же быстро человек привыкает к хорошему. Раньше он мог спокойно уезжать из Мондштадта чуть ли не на месяц, если того требовали обстоятельства, но теперь все изменилось. Ему безумно хотелось быть рядом с возлюбленной. Засыпать и просыпаться с ней, видеть ее улыбку, слышать ее голос, любоваться ею, чувствовать ее прикосновения и запах. Пожалуй это было сродни одержимости, прогрессирующей с каждым днем все больше и больше.       Каково же было его удивление, когда вернувшись под утро он узнал, что Рэйвен в поместье сегодня не ночевала. От страдающего жутким похмельем Эвана он смог добиться только сбивчивого, путанного и совершенно несвязного рассказа, из которого следовало, что в последний раз слуга видел девушку вчера в «Доле ангелов» в компании капитана кавалерии. Стараясь рассуждать здраво и не накручивать себя Дилюк отправился прямиком в Ордо Фавониус. К этому времени Кэйа уже должен был быть на службе.       Пока он шел по городу до него донеслось несколько слухов: «Слышала? — поинтересовалась Бланш у Сары, — кто-то вчера всю ночь по городу куролесил. Хохот, беготня, шум, песни похабные. Ужасно! И куда только смотрит Ордо Фавониус?» Сара кивнула: — «А я слышала вчера поросячий визг посреди города. Клянусь!»       На верхней площадке переговаривалась пара фатуи: «Этой ночью творилось что-то невыносимое! — произнес мужчина. — Такой переполох среди постояльцев! В отель откуда ни возьмись влезла целая стая белок. Это при том, что все окна были закрыты». «Белок? — переспросила его собеседница, — но как они там появились?» «Не знаю, но всю ночь творилось черти что».       Дилюк поднялся выше и проходя мимо Рэймонда и Свена невольно стал свидетелем еще одного странного разговора: «Представляешь, статую Барбатоса ночью какое-то хулиганье раскрасило, нарисовав узоры, — возмущенно произнес рыцарь. — Хорошо хоть мелками, а не красками. Магистр отправила несколько человек оттирать все это безобразие». «Тысячи ветров! Надеюсь Барбатос не прогневается на нас за это».       Стоило ему только подойти к крыльцу штаба Ордо Фавониус, как его дверь распахнулась настежь и оттуда, как на пожар, выбежали сразу несколько рыцарей. Дилюк озадаченно посмотрел им вслед. В кабинете брата не оказалось, и он решил заглянуть к Джинн, чтобы узнать, куда мог запропаститься Кэйа. Спустившись в холл, он услышал громкий и истеричный крик Лизы, доносившийся из кабинета магистра: «Если я узнаю кто это сделал, клянусь, он пожалеет, что на свет появился!» Дверь распахнулась и пурпурная ведьма, чуть не сбив его с ног быстрым шагом отправилась в библиотеку, громко хлопнув дверью читального зала. Рыцарь у двери старательно сжимал губы и отчего-то краснел. Дилюк постучал и вошел в кабинет, магистр сидела за столом, устало прикрыв глаза рукой.       — Привет, Джинн.       — Здравствуй, Люк, — со вздохом поздоровалась она.       — Ты не знаешь, где Кэйа? Не могу его найти. — Она покачала головой.       — Не видела его. Он сегодня еще не появлялся.       — Понятно. А почему у вас такая беготня с утра? Что-то случилось?       — Да, случилось, — Джинн скривилась, как от боли. — Какой-то злоумышленник этой ночью похитил, — магистр сделала паузу, подбирая слово, — вещи Лизы и разбросал их по крышам города и она очень расстроена этим фактом. — Не расспрашивая подробностей Дилюк кивнул и попрощавшись вышел из штаба.       Проходя мимо одного из домов он заметил на крыше пару рыцарей, которые, поднявшись на самую верхушку, пытались снять с флюгера, развивающуюся на ветру, как флаг, шелковую пурпурную сорочку. Рыцари на соседней крыше занимались тем же, но их целью был кружевной комплект женского белья.

***

      В попытке вылечить подобное подобным, в «Долю ангелов» они заявились только поздним утром, коллективно страдая от ужасного похмелья и, заняв место за стойкой, сделали заказ. Рэйвен прикрыла глаза рукой, потерла пальцами лоб и опустив взгляд вниз возмущенно протянула:       — Кэйа, — она оттянула ворот белой рубашки на воротнике которой ярким пятном выделялся след от помады. — Что это? — После пробуждения наемница вернула галстук Эоле, а ему — его вещи и переоделась в свои.       — Что? Завидно? — ухмыльнулся он. Девушка подкатила глаза.       — Да при чем здесь… Мы через полгорода прошли, — она провела по следу на ткани пальцем, затем поспешно застегнула воротник на все пуговицы. — Чего не сказал то никто из вас? Я бы хоть прикрылась. — Она потерла лицо двумя руками.       — Ты как вообще? — спросил он. — Рэйвен вздохнула,       — Ужасно. Посмотри на меня. Растрепанная, опухшая, помятая и совершенно не выспавшаяся. Хорошо хоть Люк вернется только завтра и не увидит вот этого. Как мы умудрились вчера так напиться?       — Ну ничего сложного в этом не было, — прокомментировала Розария, — тем более у нас в этом богатый опыт.       — Точно, — подтвердила Эола. — А с тобой весело пить, вчера было здорово! Нужно делать это почаще. — Рэйвен бросила на нее взгляд исподлобья,       — Мой парень — главный трезвенник Мондштадта и не любит вкус алкоголя. Он этому точно не обрадуется и я не хочу, чтобы ему было противно меня целовать.       — Пф, — фыркнула Эола, — на что только люди не идут ради любви. — Кэйа поднял бокал,       — Выпьем! За прекрасный вечер! — За дверью раздался голос Паттона «Доброе утро, мастер Дилюк». Глаза Рэйвен распахнулись до их физического предела, а в следующее мгновение она подхватилась с места и в несколько немыслимых движений влезла по столбу на второй этаж. — Рэйвен! Ты куда? — громким шепотом спросил Кэйа.       — Люк меня такой не увидит! — тоже громким шепотом ответила наемница, исчезая из виду. Следом на втором этаже послышался грохот сдвигаемой мебели и ругань, а через мгновение в таверну вошел брат. Втроем они немедленно перестали пялиться наверх, старательно делая вид, что ничего не происходит.       — Люк! Привет! Ты вернулся! Как твоя деловая поездка? — Брат окинул присутствующих внимательным взглядом и посмотрел на стойку, где остался стоять бокал Рэйвен. Со второго этажа донесся звук, такой как будто кто-то проходя мимо задел стул или стол. Дилюк, прислушавшись, поднял взгляд наверх, но на втором этаже все затихло. Брат окинул их взглядом еще раз.       — Привет. Не рановато вы сегодня начали?       — Для хорошего вина, никогда не рано, — парировал Кэйа.       — Какие-то странные слухи ходят в городе. Кто-то вчера очень славно погулял. Вам про это что-то известно? — Втроем они переглянулись, ответив в один голос:       — Нет.       — Кэйа, а ты не знаешь, где Рэйвен? Ну ты же уже заметил ее бокал на стойке и слышал звук со второго этажа. — Кэйа отпил вина и покачал головой,       — Может на винокурне? — сверху снова послышался шум. Лисунь, ну что же тебе там не сидится то спокойно? Брат снова посмотрел наверх.       — Не знаешь, чем она занималась вчера? — Кэйа постарался придать лицу самое невинное из всех выражений.       — Да ничем таким. Я ее вчера в общем-то и не видел почти. — Взгляд брата был прямым и пристальным, но Кэйа его с честью выдержал.       — Это очень странно, — спокойно произнес брат. — Потому что Эван, парень с винокурни, которого я попросил присмотреть за Рэйвен, пока меня не будет, сказал, что вчера она провела весь вечер здесь, вместе с капитаном кавалерии, сестрой Розарией и капитаном Эолой, а прислуга сказала, что на винокурню она так и не вернулась. Это провал! Полный провал! — Кэйа вытаращил глаза, лихорадочно соображая что такого можно сказать в ответ. — Так где же она? — Сверху снова раздался шум. Дилюк, поглядывая наверх спокойно зашагал к лестнице на второй этаж. Вот блин! Кэйа попытался его остановить.       — Люк, постой. Я тебе сейчас все объясню. — Брат поднялся по лестнице, Кэйа замер, прислушиваясь и бросил быстрый взгляд на девушек. Эола молча толкнула его в плечо, привлекая внимание и показала пальцем за окно, где болталась пара ног, а через секунду показалась Рэйвен. Она встретилась с ними взглядом, приложила указательный палец к губам и тут же дала деру, исчезая в переулке. Дилюк спустился обратно и переспросил:       — Ну объясняй. Я жду.       — Люк, мы просто чуть-чуть посидели вчера.       — Да, — кивнула Розария.       — Да, — подтвердила Эола.       — И разошлись не то, чтобы поздно.       — Да, — опять кивнула Розария.       — После закрытия, — добавила Эола. Кэйа бросил на нее пристальный взгляд, но тут же поспешил поправиться:       — Ну да, после закрытия, но посидели спокойно в целом. Ну может немного покуралесили. — Брат слушал молча.       — Да, — произнесла Эола.       — Немного песен, — уточнила Розария.       — Немного танцев, — прибавила Эола.       — Немного карточных игр, — добавила Розария.       — На раздевание, — ляпнула Эола.       — Что? — переспросил брат, уставившись на капитана разведки.       — Что? — Кэйа сверкнул глазами на Эолу и тут же попытался переключить тему разговора. — Потом мы прошлись недолго.       — Недолго, — подтвердила Эола.       — Часов до трех может, четырех, — уточнила Розария. Да вы специально что ли?       — Нам понадобилось время, чтобы подышать воздухом. Развеяться. Мы сходили за город. В компании еще трех бутылок вина, которые предусмотрительно прихватили с собой.       — Да, — кивнула Розария.       — Смотрели белок, — подтвердила Эола.       — И кабанов, — уточнила Розария.       — Да. Дикая природа прекрасна в это время суток. Чистые безмятежность и умиротворение, — кивнул Кэйа.       — Но вернулись мы в город очень быстро, — добавила Розария.       — Потому что обратно ехали наперегонки, — уточнила Эола. Верхом на кабанах. Рэйвен заявила, что организовала Ордо Фавониус новую кавалерию.       — Прошлись по верхнему городу совсем чуть-чуть, — улыбнулся Кэйа.       — Между прочим ни одни мы не спали так поздно, — пояснила Розария.       — В отеле Гете к примеру тоже никто не спал, — добавила Эола. Сложно спать, когда по отелю с писком бегает не меньше двух десятков белок, которых они втроем наловили в мешок и запустили в здание через дымоход. Кэйа кашлянул, старательно сдерживая смех.       — Поднялись к статуе Барбатоса. В лунном свете она всегда выглядит так величественно.       — Да, — кивнула Розария, — прямо внушает трепет и уважение. Именно обуреваемая уважением ты вчера и пририсовала Барбатосу хвост, а Рэйвен нарисовала усы.       — Просто таки сияет, — добавила Эола, — в лунном свете.       — А потом мы решили, что пора идти домой, — добавил Кэйа. Ну как «идти»? Насколько в принципе можно назвать хаотичное передвижение четырех вусмерть пьяных людей ходьбой.       — Да, — подтвердила Эола.       — Но перед этим заглянули к Лизе, — уточнила Розария.       — Ее правда не оказалось дома, — добавила Эола.       — И мы прошлись еще немного, — кивнула Розария. Развешивая белье мондштадской ведьмы по флюгерам.       — Было уже довольно поздно, — кашлянул Кэйа.       — Или рано, — добавила Эола.       — И чтобы уже не таскаться дальше, я позвал всех ночевать к себе.       — Так Рэйвен ночевала у тебя? — уточнил брат, посмотрев очень пристально и цепко. Кэйа помимо воли сглотнул. Не бей меня. Не бей меня.       — Технически «да». Но я тебе могу поклясться чем угодно, что у нас ничего, вообще ничего, совершенно ничего не было. — Взгляд Дилюка был каким-то всепроникающим. В воздухе повисло напряжение, на мгновение показалось, что даже дышать стало вдруг тяжелее. Внезапно брат кивнул.       — Хорошо, я верю. — Кэйа с нескрываемым облегчением выдохнул, а Дилюк уточнил, — так почему Рэйвен сейчас не с вами?       — Ну мы знаешь, — он покрутил кистью в воздухе, — ждали твоего возвращения только завтра и Рэйвен сказала, что не хочет, чтобы ты видел ее ну… такой… Всклокоченной, опухшей, мятой и с темными кругами вокруг глаз. Вот и сбежала приводить себя в порядок. Уверен, она скоро явится. Вот увидишь. — Брат кивнул, обходя стойку, а Кэйа не удержался от комментария, — честно говоря, удивительное дело. Я думал ты будешь в ярости. Еще совсем недавно ты бы уже взялся мне лицо бить за то, что я с твоей девушкой пил, а теперь гляди-ка. С тех пор, как вы с Рэйвен вместе ты стал вести себя куда спокойнее и сдержаннее. — Брат хмыкнул, но улыбнулся и снимая на ходу сюртук скрылся в подсобке.       Дверь хлопнула и в таверну вошла пара завсегдатаев.       — Капитан Кэйа, капитан Эола, сестра, доброго утра, — компания поздоровалась. Вошедшие сделали Чарльзу заказ. Один из них, ухмыляясь заговорил, — отличный вечер был вчера. Сдается мне в вашей компании прибыло, да? А где же ваша рыжая подружка? Кстати, ваша одежда на ней смотрелась замечательно. Интересно только, в начале она носила одежду мастера Дилюка, а теперь носит одежду капитана кавалерии, что бы это значило?       — Ничего, — отрезал Кэйа, — она ее вчера честно выиграла.       — Конечно, конечно, как скажете, — произнес завсегдатай, выставив руки перед собой.       — Согласен, у леди Рэйвен талант носить мужское, — добавил второй. — Но конечно лучше всего она выглядела, в одной вашей накидке поверх белья, — сально улыбнулся мужчина. — Могу поклясться, в мечтах об этих бедрах вчера засыпали все мужчины, что были в таверне. — Кэйю бросило в жар. Только через несколько секунд до него дошло, что жарко ему потому что температура вокруг начала подниматься. Из кладовки появился брат и судя по выражению его лица и тому что дышать становилось все тяжелее, он все слышал.       — Что Вы сказали?       — Мастер! — подпрыгнул на месте завсегдатай, — я не знал, что вы здесь! Простите, ради Архонтов. Мы посидим снаружи, — схватив свои кружки посетители сейчас же вышли. Эола и Розария переглянулись, произнеся в один голос:       — Кажется нам пора.       — Мне пожалуй, тоже, — добавил Кэйа, вставая со стула. Брат резким движением ухватил его за накидку и процедил сквозь зубы:       — Сидеть!       — Люк! — выпалил Кэйа, — Клянусь! Я тебе сейчас все объясню! Только не нервничай так.       — Ты уже объяснял! — рявкнул брат. — Чарльз! Расскажи ты, что здесь вчера было. — Чарльз вздохнул, посмотрел на Кэйю, затем на Дилюка и произнес немного виновато:       — Простите, капитан.       Когда бармен закончил повествование спасло Кэйю только то, что держал его брат за лацкан накидки, из которой он в последний момент исхитрился вывернуться, только поэтому ему хватило времени благополучно сбежать из таверны.