Глава 2
7 мая 2025, 20:32 Эдвард Аддерли редко позволял себе расслабиться — привычка быть настороже давно стала второй натурой. Поэтому неладное он заметил почти сразу — слишком много суеты, слишком осторожные взгляды и слухи, шёпотом расползающиеся по коридорам Министерства. Занимая высокую должность, он знал о том, что никогда не попадало на страницы «Ежедневного пророка». О таких новостях предпочитали молчать не из благоразумия, а из страха посеять панику.
Мысли о семье не покидала его ни на минуту. Напряжённое ожидание войны давило изнутри, и Эдвард ясно понимал, что если мир рухнет, ответственность ляжет прежде всего на него.
Его палочка день за днём оставляла по мэнору новые защитные чары. Дом перестал быть просто домом, превращаясь в крепость, казалось, не осталось ни одного уголка, не затронутого магией.
Опасаясь за безопасность дочери, ещё не знавшей, что такое настоящая дуэль, Эдвард взял её обучение на себя. Тренировки начинались с утра и заканчивались поздним вечером, Вивьен с трудом успевала отдышаться между заклинаниями, пальцы покрывались синяками, спина ныла от напряжения. Детство осталось позади быстро и без предупреждения.
Он показывал ей заклинания, о которых в Хогвартсе говорили лишь шёпотом. Ошибки стоили дорого: болью, усталостью и необходимостью подниматься снова. Это было не обучение — подготовка к выживанию в новом мире.
Эдвард оказался прав. Война ещё не охватила всё, но её приближение ощущалось повсюду — в защитных чарах, в закрытых домах, в усталых взглядах родителей, провожающих детей в Хогвартс.
Поднимаясь по лестнице, Эдвард снял мантию и закинул её на плечо. За дверью тренировочного зала раздавались всполохи магии. Он остановился на мгновение.
В центре зала стояла Вивьен — собранная, сосредоточенная. Тёмные волосы были стянуты в хвост, палочка уверенно лежала в руке, зачарованная мишень рассыпалась от Редукто.
— Замедлилась перед произнесением, — заметил он. — В реальном бою этого достаточно, чтобы проиграть.
— Я проверяла скорость восстановление щита, — ответила она.
Он кивнул.
— Холодный ум важнее силы. Запомни.
Они продолжили. Поблажек не было, уже сейчас Вивьен владела Легилименцией на уровне, удивлявшем преподавателей. Её сила не была врождённой, она была выстроенной, точной, как и всё, чему её учил отец.
— Ты станешь сильнее меня, — сказал он во время короткого перерыва. — Если не позволишь себе быть мягкой там, где это опасно.
***
1 августа 1997 год Едва зайдя в гостиную, Вивьен заметила наряженные лица родителей и поняла — что то произошло. Отец, услышав шаги обернулся, он вёл оживлённую беседу с кем то по каминной сети. Вивьен вопросительно посмотрела на маму, на что та, ответила серьезном взглядом и не понимая, что происходит и зачем ее позвали, она села а кресло и стала ждать. Эдвард, состоя в Ордене Феникса прекрасно знал чем рискует, но считал своим долгом бороться с идеями, которым служили Волдеморт и его последователи. Он слишком хорошо понимал, к чему может привести слепая преданность чистоте крови — именно она разрушила его отношения с семьёй, стоила ему друзей и близких. Но он не сожалел. Он выбрал любовь и выбрал принципы, а теперь предпочел сопротивление и не важно было, кто в Министерстве кривился при слове “Орден” — с мнением Эдварда Аддерли считались всегда. Он резко провёл рукой по воздуху, и зелёное пламя в камине потухло. Отец на мгновение закрыл глаза, будто возвращаясь из мира, где нужно быть безупречно хладнокровным, а затем снова открыл их — твёрдые, сосредоточенные, они смотрели на нее. — Вивьен, — обратился отец, смотря на нее уставшим взглядом. — Сегодня Министерство Магии окончательно пало, Руфус Скримджер убит, Орден Феникса обезглавлен. В Хогвартсе беспорядок, везде патрулируют Пожиратели, а на улицах убийства и бардак… — все было сказано на одном дыхании. Отец тяжело вздохнул. — Я не знаю, что ожидает нас в ближайшем будущем и уже ни в чем не уверен. Поэтому настоятельно прошу тебя быть осторожной. В этом году в Хогвартс ты не поедешь. — его тон не требовал возражений, в голосе чувствовалась сталь. — Запомни, мы больше не покидаем пределов нашего дома, Волдеморт объявил охоту на членов Ордена Феникса, — Вивьен моргнула несколько раз, пытаясь собраться. Отец продолжил. — После смерти Дамблдора, а теперь и Грозного Глаза мы остались без лидера и не имеем тактики, которой следует придерживаться. — Ну мы же не можем вечно сидеть дома, я понимаю, что тут мы в безопасности, но… разве не должны пытаться что то предпринять? — её пальцы сжались в кулак, взгляд упал, дыхание участилось. — Не можем. Но пока у нас нет выбора, никто не имеет понятия, что происходит во внешнем мире, многие члены Ордена перестали выходить на связь. Мы бессильны… На этой фразе отец отвел взгляд куда то в пол, борясь с внутренним Я. Ему на хотелось признавать, в какую дыру они скатились по вине человека, который возомнил себя богом. В это время домашний эльф по имени Корвик, зашел в гостиную с большим подносом чая. Собравшись с мыслями, он продолжил. — Остается только скрываться, за нами ведется слежка, письма перехватывают, у большинства семей перекрыли камины, — отец взяв в руки чашечку черного чая отпил, а затем продолжил. — Вся надежда на Гарри Поттера, но о его местоположении мне ничего не известно, полагаю он жив и где то прячется. Эдвард Аддерли являясь близким другом Джеймса Поттера, начал водить с ним дружбу, когда стал членом Ордена Феникса, а после его смерти считал себя обязанным, хоть одним глазком приглядывать за его сыном, который остался сиротой. И потому, он всегда стремился помочь Гарри, понимая насколько мальчику не легко, Гарри же в свою очередь, с теплотой отвечал на заботу, с радостью слушая рассказы о его усопшем отце. — Звучит не утешающе, мы сбежим, да? — поинтересовалась Вивьен, но заметив как спокойно отреагировали родители, про себя отметила, что данный вариант уже рассматривался. — Посмотрим — твердо сказал отец, теперь уже сидя в кресле и попивая чай. — У тебя Виви, еще есть какие то шансы. Ты волшебница и прекрасно обучена, в дуэльном мастерстве ты достигла небывалых высот и всегда сможешь за себя постоять, но как полукровка, ты будешь человеком второго сорта, а мама в большой опасности, — его обеспокоенный взгляд задержался на жене. Она взяла мужа за руку, с нежностью смотря в глаза. — Мы справимся, милый, — мягко начала Тали. — Главное, что мы есть друг у друга, все остальное не имеет значение. — Конечно, — с улыбкой ответил отец. Эдвард явно не сомневался в способностях дочери, хоть и переживал, ведь знает, как Вивьен относится к подобного рода магии и иногда ему не нравилось то, как дочь, излишне часто засиживается в домашней библиотеке с книгами по черной магии. В глубине души за это он винил себя. Ведь, это его занятия пробудили в ней такой интерес. Его тревожит, с какой лёгкостью и естественностью она постигает темные искусства. — Нашей семье будет трудно в новом будущем, я не собираюсь прогибаться под новое правительство и рисковать вами, так что вероятность побега велика, — твердость его голоса не заставляла усомниться в данном обещании. — Сейчас выбор не велик, девочки мои. Убегать сломя голову, мы конечно не будем. Мы же Аддерли — всегда смотрим проблеме в глаза и никогда не сдаемся. Будем на Родине до последнего, стоит только дождаться вестей от Гарри, если Дамблдор в самом деле дал ему задания или план действий перед смертью, то может еще не все потеряно, — с едва заметной улыбкой сказал отец, внушая надежду. Тали сидела с твёрдым выражением лица, всем своим видом показывая, что не боится, в то время как Эдвард крепко держал жену за руку. Именно за это Вивьен любила и уважала свою сильную мать — будучи человеком в мире магии, та сумела вписаться в него как родная, понимая расстановку сил и не страшась никаких преград ради мужа, с которым они влюбились друг в друга с первого взгляда. Выдержав общественное давление, неприязнь родителей мужа и отказ от нее собственной семьи, Тали стала только сильнее и превратилась в пример человека, за которым можно следовать, не испытывая страха. И сама Вивьен, несмотря на внутреннюю бурю и то, как её сердце сделало кульбит от всего услышанного, сидела с ровной спиной и гордо поднятой головой не привыкшая показывать свои настоящие эмоции. Эдвард с гордостью смотрел на свою дочь. Он растил ее как настоящую аристократку, обучая светским наукам и занимаясь ее образованием еще до поступления в Хогвартс. Понял что, не прогадал с воспитанием и вырастил настоящего бойца, вторую версию себя, человека, на которого он может всецело положиться уже сейчас. Вивьен была стройной девушкой с длинными тёмными волосами, которые ниспадали мягкими локонами на плечи, и глубокими тёмными глазами — точная копия своего отца, вплоть да привычек. От миниатюрной рыжеволосой матери она унаследовала лишь изящную фигуру и слегка вздернутый нос с едва заметной горбинкой, придающий её облику утончённость. В сочетании эти черты создавали впечатление девушки одновременно сильной, решительной и нежной, словно наследие обоих родителей было идеально сбалансировано. Девушка, отложив свою чашку с чаем, взяла родителей за руки. Посмотрела на них с улыбкой, безмолвно уверяя, что все будет хорошо. — Виви, — произнес отец вставая с кресла, когда минута безмолвной поддержи закончилась. — У нас с тобой тренировка. Не оборачиваясь, зашагал в сторону тренировочного зала, не сомневаясь, что дочь пойдет за ним.***
19 августа 1997 год, за несколько минут до точки невозврата. Комната Вивьен не отличалась от дома в плане магловских вещей. На полу пушистый ковёр, у окна широкое кресло с бархатным покрытием. На стенах висели картины на не больших по форматам холстах, не движущиеся, как в волшебном мире, а обычные, написанные рукой ее матери-художницы. Тали, не привыкшая к как она говорит «вашим магическим вещам» обустроила дом с атмосферой магловского уюта. Стояли различные вещи быта, которыми пользовались преимущественно маглы. Эдвард нисколько не возражал в изменении интерьера поместья. Он считал тут все слишком темным и излишне строгим, а также хотел, чтобы его жене было комфортно. Вивьен лежала на кровати, читая расширенный курс по Зельеварению, когда в комнату со стуком вошел Корвик. — У меня кое что есть для юной мисс, — проговорил эльф, держа в руках сверток бархатной ткани. — Корвик убирал в старой гостевой комнате, где давно никто не был и нашел это, оно был в комоде с тройным дном. Вивьен и понятия не имела, что у них дома есть такие замудренные комоды, потому, очень удивилась. Эльф протянул ей предмет, и Вивьен аккуратно развернув ткань, обнаружила кольцо. Оно было изящным, но хранило в себе какую то силу, которую невозможно было спутать с чем то другим. На первый взгляд тонкое, почти невесомое, из платины с серебристо-изумрудным отблеском, оно казалось слишком хрупким для фамильной реликвии, но стоило взглянуть внимательнее и становилось ясно — перед тобой не просто украшение. В центре кольца покоился изумруд, камень был заключён в изысканную оправу, узоры которой напоминали ветви древа. — Ты показывал это родителям? — спросила она. — Хозяин срочно уехал в Министерство Магии, а хозяйка в студии занята новой картиной и Корвик решил, что будет неправильно отвлекать хозяйку от дела и потому, принес сверток вам, — проговорил эльф. — Хорошо, ты можешь идти. — еле слышно произнесла Вивьен. Корвик тут же удалился, оставив ее одну. Девушка пару раз провела палочкой над кольцом, опасаясь непонятно чего, но, когда чары ничего не выявили она решилась взять кольцо в руки. Одному Мерлину ведомо, что за силы тогда охватили над ней власть, ведь, она чувствовала острое желание примерить его, хотя интуиция подсказывала — не стоит. Сделав глубокий вдох, она надела его на средний палец. За считанные доли секунд все вокруг потеряв очертания, превратилось в черноту, падая, Вивьен так и не выпустила палочку с руки. Эх, за это отец похвалил бы ее…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!