Прогулка с ино

Возвращаясь домой после ночёвки, Сакура пребывала в странном, парящем состоянии. Её разум был наполнен хаотичными образами, которые сменяли друг друга с приятной навязчивостью: мимолётная, едва заметная ухмылка Саске, промелькнувшая на его обычно невозмутимом лице; его редкие, отточенные фразы, врезавшиеся в память своей неожиданной прямотой; и то самое острое, щемящее воспоминание — твёрдая, уверенная хватка его руки на её талии, момент, который заставил её сердце бешено забиться тогда и сейчас вызывал лёгкую дрожь в кончиках пальцев. Она ловила себя на том, что беззвучно улыбается самой себе, идущей по залитым солнцем, знакомым до мелочей улицам Конохи, словно находясь в своём собственном, сияющем пузыре. Мысль поделиться пережитым с Ино промелькнула и была тут же решительно отметена. Ино Яманака, её заклятая подруга с детства, была одновременно и самым близким человеком, и главной сплетницей Конохи. Сакура с ужасом представила, как к вечеру история о ночёвке в доме последнего наследника клана Учиха обрастёт такими фантастическими и невероятными подробностями, что ей будет проще совершить ритуальное самоубийство, чем выслушивать их на каждом углу. Нет, это хрупкое, драгоценное воспоминание она припрятала в самый сокровенный, защищённый уголок своего сердца, подальше от любопытных посторонних глаз и цепких, неумолимых языков. Дома её встретила знакомая, умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь размеренным тиканьем часов в гостиной. С чувством лёгкой неловкости, как будто совершила что-то запретное, она приняла прохладный, освежающий душ, смывая с кожи остатки сна и смущения, и с наслаждением переоделась в простые и удобные чёрные штаны и свободную хлопковую майку насыщенного красного цвета. День выдался на удивление знойным, даже для разгара лета. Солнце палило нещадно, его лучи практически выжигали всё вокруг; воздух над раскалённой мостовой колыхался и дрожал от зноя, создавая миражные переливы. Ближе к закату, когда ослепительно-яркий солнечный диск начал медленно клониться к линии горизонта, окрашивая небесный свод в нежные, пастельные тона — персиковые, сиреневые и золотистые, — в дверь раздался настойчивый, знакомый звонок. Сакура, лениво поднявшись с кровати, где она тщетно пыталась сосредоточиться на медицинском свитке, подошла и открыла дверь. На пороге, залитая закатным светом, стояла Ино, одетая в стильную фиолетовую футболку с замысловатым узором и лёгкую, развевающуюся на слабом ветерке летнюю юбку. Она тут же характерно ухмыльнулась, её голубые глаза с хищным любопытством выискивали малейшие детали на лице подруги. — Ну что, лоботряска беспонтовая, — начала она без предисловий, изящно закидывая свою длинную светлую косу за плечо. — Давай, раскрывай карты. Отчего это у тебя такое самодовольно-глупое выражение лица, будто ты только что выиграла дзюцу-турнир? Уж не наш ли общий объект обожания, Саске-кун, соизволил тебе что-то на ушко прошептать? Что-то очень важное и личное? Сакура почувствовала, как по её щекам разливается предательский, горячий румянец, но, собрав всю свою волю, тут же нашлась, что парировать: —А тебе что, свиноголовая ревнивая? Небось, места себе не находишь от зависти, что шепчут не тебе? — Ой, да что ты, что ты! — фыркнула Ино, хотя кончики её ушей тоже слегка порозовели. — Мне-то что! Просто смертельно скучно стало, вот и решила проведать свою непутёвую подружку. Пошли гулять, а то я дома от безделья и тоски просто на стенку полезу! — Ладно, уговорила, — с притворной неохотой согласилась Сакура, хотя сама мысль о прогулке вызывала у неё приятное оживление. — Только давай куда-нибудь, где есть хоть какая-то тень и прохлада. Я от этой адской жары уже совсем как вареник, расплавилась и теку. Они вышли на улицу, где воздух, хоть и вечерний, всё ещё был густым и тёплым, пахнущим нагретым асфальтом, пылью и далёким ароматом цветущих где-то садов. Неспешно направляясь к центральной площади, традиционному месту сбора молодёжи Конохи, Ино не унималась, её язык работал быстрее ног: — Признавайся же, дурочка неисправимая, ты ведь в него всё ещё влюблена по самые уши, да? Я же по тебе как по книге читаю — вся светишься изнутри, прямо как светлячок в летнюю ночь! — А ты, выскочка назойливая, лучше за своей речью следи! — огрызнулась Сакура, но в её голосе не было и тени настоящей злобы, лишь привычная для их дружбы ритуальная перепалка. — У тебя самой глаза начинают нездорово блестеть и разбегаться, как только разговор заходит о нём! На площади, у небольшого фонтана, где местные торговцы продавали прохладительные напитки и сладости, они практически в лоб столкнулись с Шикамару и Чоджи, которые лениво переходили улицу, явно никуда не торопясь. Чоджи, набив свой рот чем-то хрустящим из только что распечатанного пакета, радостно, хотя и нечленораздельно, окликнул их, энергично размахивая свободной рукой. Шикамару стоял рядом в своей характерной позе, заложив руки за голову, и смотрел на небо, широко зевая. — О, девочки, — лениво бросил Шикамару, наконец опустив взгляд на них и скорчив гримасу, выражавшую всю степень его нежелания участвовать в какой-либо активности. — Какая морока... В такую духоту даже с кровати вставать лень, не то что на улице встречаться. — Привет, — ответили они ему почти хором, каждая поглощённая своими мыслями. Чоджи, с трудом проглотив свою объёмистую закуску, тут же оживился, его глаза загорелись при виде потенциальных собеседников: —А вы, девчонки, случайно не видели, где тут поблизости продают то новое мороженое, с экстремальным вкусом — васаби с имбирём? Я слышал, оно просто обжигает нёбо, невероятные ощущения! — Чоджи, — тяжело вздохнул Шикамару, смотря на своего друга с видом человека, несущего на своих плечах все мировые проблемы. — Какая головная боль... Ну кто в своём уме будет добровольно есть мороженое с васаби? Это же противоречит самой сути понятия «мороженое» — оно должно быть холодным и сладким, а не горящим и острым. — Я бы попробовала! — неожиданно и с энтузиазмом заявила Сакура, её глаза сверкнули азартом. — Я вообще люблю острую пищу, она бодрит и добавляет перчинки в жизнь! — Вот видишь! — восторженно воскликнул Чоджи, смотря на Шикамару с торжеством обиженной несправедливостью невинности. — Сакура меня понимает! Не все же такие консерваторы, как ты! Ино скептически покачала головой, скрестив руки на груди: —Вы оба, по-моему, совсем с катушек съехали. Ладно, может, тогда сыграем во что-нибудь более адекватное? В карты, например? В «Ойтё-кабу»? Только давайте без ставок, а то Шикамару все равно всех обыграет, и будет скучно. — А давайте! — с готовностью согласилась Сакура, чувствуя, как нарастает приятное предвкушение. — Только на интерес, да! Они устроились в тени раскидистого старого дерева, чья густая листва давала долгожданную прохладу. Ино с привычной ловкостью и изяществом принялась тасовать колоду карт, её пальцы двигались быстро и уверенно, а в глазах читались хитрые, заранее выстроенные планы. Шикамару с видом глубокого эксперта, слегка покровительственным, начал объяснять упрощённые правила, которые он сам же только что придумал, чтобы «не напрягаться», при этом он лениво потягивался, как кот на солнцепёке. Чоджи, тем временем, с деловым видом достал из своего, казалось бы, бездонного запаса закусок пакет с печеньем в форме листьев и стал щедро угощать всех присутствующих. — Смотрите-ка, — хихикнула Ино, с карточным флёром раздавая карты. — Наш розовый ёжик сегодня особенно сосредоточен и старателен! Наверное, очень хочет кого-то впечатлить своими успехами в азартных играх! — А ты, свиноголовая сплетница, как всегда всё переворачиваешь с ног на голову и видишь то, чего нет! — засмеялась Сакура, но она чувствовала, как карты в её руках слегка дрожат от смеси волнения и азарта. Шикамару, наблюдая за их привычной перепалкой, испустил свой коронный тяжелый вздох, полный вселенской усталости: —Какая неприятная ситуация... Девчонки, может, мы просто играть будем, а не тратить силы на эти бесполезные словесные баталии? Однако атмосфера была слишком весёлой, беззаботной и заразительной. Даже вечно уставший и ко всему относящийся с прохладцей Шикамару в итоге не устоял и по-настоящему увлёкся игрой, начав просчитывать ходы с присущим ему стратегическим мастерством. Чоджи же радостно уничтожал печенье, громко чавкая и комментируя каждый розыгрыш с пристрастием настоящего ценителя. Игра в карты постепенно, естественным образом переросла в настоящее, нешуточное соревнование. Чоджи, вдохновлённый неожиданной поддержкой Сакуры в гастрономических предпочтениях, выдвинул новое, дерзкое предложение: — А знаете что? Давайте-ка посоревнуемся по-настоящему! Кто сможет съесть больше порций рамена! Я слышал, в "Ичираку" у старика Тэути как раз сегодня те самые гигантские, «специальные» порции для настоящих мужчин! — Ты что, с ума окончательно сошёл?! — замахала руками Ино с выражением ужаса на лице. — В такую-то адскую жару есть горячий, обжигающий рамен! Да это же добровольное самоистязание! — А почему бы и нет? — вызывающе улыбнулась Сакура, и в её изумрудных глазах загорелся тот самый азартный, соревновательный огонёк, который обычно вспыхивал лишь на тренировках или в бою. — Я не против! Принимаю вызов! Шикамару просто покачал головой, глядя на них с видом человека, наблюдающего за неизбежным природным катаклизмом: —Какая неприятная идея... Ну ладно, уж если на то пошло, я буду беспристрастным судьёй и счётчиком. Только потом не жалуйтесь на несварение желудка. В самой лавке "Ичираку Рамен" царила привычная, уютная и душевная атмосфера, пахнущая ароматным бульоном, свежей лапшой и варёным мясом. Сам Тэути и его дочь Аямэ с нескрываемым удивлением и некоторой тревогой наблюдали, как Сакура и Чоджи с поистине решительным видом усаживаются за стойку, словно самураи перед решающей битвой. — Две ваши самые большие, специальные порции мисо-рамена с двойной добавкой лапши и утроенной порцией свиной грудинки! — громко и торжественно объявил Чоджи, потирая руки в предвкушении. — И мне точно такую же! — не отставая, добавила Сакура, с чисто спортивным азартом закатывая рукава своей красной майки, как будто готовясь к физическому труду. И началось самое настоящее, не на жизнь, а на смерть, гастрономическое соревнование. Чоджи поглощал рамен с привычной, отработанной годами скоростью, его движения были отточены и эффективны. Но Сакура, к всеобщему изумлению, не отставала ни на шаг, демонстрируя недюжинную выдержку и умение быстро справляться с горячей пищей. Ино то заливалась звонким смехом, наблюдая за их гримасами, то с комичным ужасом закрывала лицо ладонями, причитая: «Бедные, бедные ваши желудки!». Шикамару же, выполняя роль арбитра, лениво, но методично загибал пальцы, ведя счёт. — Смотри-ка, — с лёгкой усмешкой заметил Шикамару, наблюдая, как Сакура уверенно расправляется со второй порцией, — наша будущая медицинская гения оказалась и в этом не промах. Надо же, какие скрытые таланты. — Молчи уж лучше, гениальный бездельник! — сквозь полный рот дымящейся лапши буркнула в ответ Сакура, что вызвало новый, общий взрыв смеха у всех присутствующих, включая самого Тэути. В конце концов, когда счёт стал 5:4 в пользу неутомимого Чоджи, Сакура с громким стоном отодвинула от себя очередную пустую пиалу. — Всё, сдаюсь, плачусь! — рассмеялась она, вытирая со лба капли пота, выступившие не столько от жары, сколько от усилия. — Ты в этом деле непобедим, Чоджи! Я складываю перед тобой оружие... то есть, палочки! — Я же говорил! — торжествующе воскликнул Чоджи, хотя сам дышал тяжело и с трудом, а его живот был заметно округлившимся. — В вопросах серьёзного питания мне нет равных! Вечер завершился их дружным, довольным смехом на пороге "Ичираку". Даже вечно скучающий Шикамару не мог сдержать лёгкой, искренней улыбки, наблюдая, как Ино снова принялась дразнить раскрасневшуюся Сакуру, а Чоджи с гордостью победителя и важным видом делился с Аямэ подробностями своей гастрономической победы. Возвращаясь домой по темнеющим улицам Конохи, Сакура, чувствуя приятную усталость и лёгкую тяжесть в желудке, с ясностью понимала одну простую истину: именно такие вот простые, бесхитростные, беззаботные моменты человеческого общения, дружеской поддержки и здорового соперничества и делали жизнь в этой деревне, несмотря на все её опасности и тяготы, по-настоящему ценной и наполненной смыслом. И пусть завтра снова будут изнурительные тренировки, сложные задания и все суровые реалии жизни шиноби, сегодняшний вечер, полный смеха, азарта и тепла дружбы, навсегда останется в её памяти как один из тех ярких, счастливых моментов, ради которых, в конечном счёте, и стоит жить, учиться и сражаться. ______________________________ Всем привет! Как то давно не выходили главы.. Прошу прощения, не было возможностей написать новые главы. В Субботу и воскресенье постараюсь написать несколько глав и выложить их