3 мая. Встретил как-то Дарелин мелкого, дохогвартсовского Гарри Поттера. Ну… где семь детей, там и восемь.

      — Нужно вернуть ребёнка родителям! — С нажимом повторил Реон.       На лице Дарелина сквозь привычную робость и какой-то испуг (вдруг он что-то опять делает не так?!) проступила упёртость.       — Это мои дети.       — С экскурсии ты привёл на одного больше.       Дарелин обводит растерянным взглядом семь светлых маленьких макушек и одну — черноволосую, и чуть распушивает перья на крыльях.       «Избирательная слепота», — одними губами шепчет Вольф, который прагматично решил не спорить с бывшим лирским стражем.       — Это всё мои птенчики.       Директор Отдела, многоуважаемый Лилейник, со стоном трёт переносицу.       Притараканенный из мира, куда Дарелин с отпрысками отправился на экскурсию в зоопарк, черноволосый вихрастый мальчик с круглыми очками держится за руку лира и переводит любопытный взгляд с него на Лилейника.       С Лилейника — на Вольфа.       С Вольфа — на Реона.       — Ты представляешь, как сейчас переживают родители ребёнка, которого ты самовольно украл? — Уточняет Реон. — Они места себе не находят.       — Ну, вообще-то, — тянет негромко Вольф, заглядывая себе в чашку, — мальчика оставили на скамейке перед зоопарком и сказали сидеть, пока его тётя с дядей и кузеном не вернутся.       — Мои дети. — Повторяет Дарелин и, растопырив крыло, обнимает им ребёнка.       Вариантов остается лишь два. Или получить разрушенный кабинет, или сдаться сразу.       Лилейник предпочитает не мучаться.       …Спустя несколько лет на перроне девять и три четверти мальчик по имени Гарри Поттер садится в поезд до Хогвартса.       Его провожают отец и семь старших братьев.       (Тот факт, что папа выдавил из администрации этой школы разрешение навещать его раз в две недели, Гарри вообще не удивляет.)