Часть 3

Питер беспокоился за Мэй. Последние несколько месяцев она работала в дополнительные смены, а в последние недели – семь дней в неделю. Он заметил, что с деньгами стало туго уже через несколько месяцев после смерти Бена, ну и как иначе? С уменьшением зарплаты на одного человека их доход значительно сократился. Когда Бен был жив, им иногда приходилось нелегко, но тогда это означало, что они просто не ходили за мороженым или в однодневную поездку в течение нескольких месяцев... Сейчас все было совсем иначе. Теперь они старались не включать свет, если это не было необходимо, принимали двухминутный душ и не помнили, когда в последний раз в квартире включали телевизор. Но ситуация становилась все хуже: раньше у них никогда не было проблем с едой, но теперь все было совсем по-другому. Он знал, что Мэй переживает по этому поводу, но ничего не мог поделать: после лета она включила его в программу бесплатных школьных обедов, что несколько помогло, и он стал принимать душ в башне, когда мог, а также часто там питаться. На одну порцию, съеденную дома, приходилось тратить меньше денег.   Питер никогда не рассказывал мистеру Старку и Пеппер о том, как ему стало трудно, и знал, что Мэй тоже. Хотя он был уверен, что она проглотила бы свою гордость, узнав о его повышенном метаболизме, он скрывал от нее эту информацию, чтобы она не волновалась еще больше, и она бы начала часто пропускать ужин, чтобы убедиться, что Питер поел. Он ненавидел это. Он стал притворяться, что ужинал во время патрулирования, утверждая, что кто-то дал ему бургер в знак благодарности или старушка купила ему сэндвич, лишь бы Мэй поужинала. Они планировали еду на неделю, когда он возвращался из башни в воскресенье вечером. Мэй знала, что он ест у Тони по средам, субботам и воскресеньям, так что это несколько ослабляло давление.   Когда они сидели и планировали предстоящую неделю, он нервно обратился к Мэй: – Тетя Мэй... Я думаю, может, мне пора найти работу после школы или что-то в этом роде. – На этой неделе им пришлось потратить меньше денег, чем обычно: проезд на автобусе, на котором Мэй добиралась до работы, неожиданно вырос, что существенно сократило их бюджет.   Ее вздох и ропот согласия заставили его осознать, насколько отчаянными они стали. Он предложил эту идею вскоре после смерти Бена, но она сказала ему сосредоточиться на учебе, уверяя, что они справятся, просто придется пойти на некоторые жертвы, но все изменилось.   – Я начну поиски завтра, – пообещал он, после чего вернулся в спальню и стал составлять резюме.   Понедельник сменился вторником, который перешел в среду, а у него все еще не было работы, которую он мог бы назвать своей, но не из-за отсутствия попыток. В одном небольшом магазинчике ему ответили, что готовы взять его на два вечера в неделю и на весь день в субботу, и у него была неделя, чтобы ответить. Он знал, что ему придется согласиться, у него не было выбора, ему придется просто смириться и сказать Тони, что он больше не сможет приходить по субботам. Его комната была обставлена всего несколько недель назад, и это была его «благодарность», которую он выражал этому человеку, думал он со стыдом. Тони так много для него сделал, а теперь он собирается от него избавиться, ему придется, у него нет выбора.   Тони беспокоился о Питере. Парень приехал час назад, набросился на печенье и чипсы, будто неделю не ел, и почти ничего не сказал, только пробормотал «спасибо». Он посмотрел через лабораторию на мальчика, который нервно жевал губу. Тони знал этот взгляд, он видел его несколько раз, когда Питер хотел что-то сказать ему, но боялся, что у него будут неприятности. Он знал, что мальчик расскажет ему скорее рано, чем поздно, поэтому продолжал возиться со своими делами. Он знал, что у мальчика проблемы не с человеком-пауком – Карен давала ему информацию после каждого патруля и лично проверяла журналы еженедельно, так что это должно было быть что-то другое.   Три часа спустя они поужинали с Пеппер и теперь расслаблялись перед телевизором, а Питер все еще ничем не поделился. Он даст ему еще полчаса на то, чтобы высказаться, прежде чем попросит, подумал про себя Тони.   Через двадцать пять минут Питер повернулся к своему наставнику с расстроенным видом.  – Мистер Старк... Тони, мне очень жаль, но я больше не смогу приходить по выходным, – заикнулся он.   «Не этого я ожидал», – подумал Тони в панике, но постарался скрыть это. Он повернулся, чтобы посмотреть на мальчика: – Тебе больше не нравится приходить сюда, Питер? – Спросил он.   – НЕТ! – Питер почти закричал в ответ, – дело не в этом, вовсе нет, я люблю сюда приходить. Просто... мне нужно найти работу, с деньгами туго, а на ту, которую я нашел, нужно выходить по субботам, никто не берет пятнадцатилетних, это мой единственный вариант.   С облегчением Тони откинулся на спинку дивана: – Питер, в этом нет необходимости, я могу просто дать вам с Мэй немного денег, сколько тебе нужно? – Он достал из кармана бумажник.   – Нет, мистер Старк! Нет! Мы не будем принимать благотворительность. – Мальчик настаивал, держа руки перед собой.   Тони вздохнул: «Конечно, парень не согласится на благотворительность, он был слишком горд, и он был уверен, что Мэй скажет что-то подобное».   – Как насчет того, чтобы поработать на меня? – спросил он. – Я поговорю с Пеппер и Мэй и все устрою.   – Ты не можешь просто так дать мне стажировку, Тони! – Сказал Питер скандально.   – Пит... я не дам тебе ее просто так, ты заслужил ее, ты самый умный парень из всех, кого я знаю. – Поняв, что парень все еще выглядит неуверенно, он продолжил, – ладно... как насчет того, чтобы ты прошел испытание, в эти выходные приходи и попробуй, я попрошу кого-нибудь присмотреть за тобой, и они решат, станешь ли ты стажером, хорошо?   Питер с благодарностью кивнул: – Спасибо, Тони, я приду.   Ухмыляясь, Тони взъерошил волосы Питера: – Молодец, парень. – Он посмотрел на часы и моргнул: как же летит время, когда ты веселишься. – Похоже, тебе пора идти, Хэппи внизу, я пришлю тебе подробности, увидимся в субботу, малыш.   Ухмыляясь, Питер помахал рукой, выходя из пентхауса, и его шаг был таким легким, словно с его плеч свалился огромный груз. Что, в общем-то, и произошло.   Однако, как только Питер вышел из комнаты, улыбка Тони исчезла и сменилась обеспокоенным хмурым взглядом. Вдруг странное поведение Питера стало ему понятно: тот случай, когда он заявил, что забыл поесть после обморока на тренировке, его похудевшая фигура, несмотря на заверения мальчика, что с ним все в порядке, и его настойчивое желание принять душ в башне, прежде чем идти домой. Он тут же схватил свой старкпад и начал составлять письмо начальнику отдела стажеров и персонала. Он знал, что Питер достаточно умен для стажировки, но был уверен, что Грегор поднимет шум по поводу прихода какого-то случайного ребенка, а значит, и по поводу испытания. Он был уверен, что Питер за час обведет этого типа вокруг пальца. Он и сам, несомненно, так думал. Он мог бы просто сказать человеку, что Питер принят на работу, и оставить все как есть, но не думал, что мальчику это понравится: он хотел, чтобы его наняли по собственным заслугам, а не по кумовству.   ***   Суббота наступила для Питера одновременно и слишком рано, и недостаточно быстро: Тони позвонил ему накануне вечером и сказал, что заберет его из квартиры в половине седьмого. Мэй уже ушла на работу, и мальчик остался один перед зеркалом в спальне, отчаянно пытаясь укротить свои разлетающиеся волосы. Когда телефон зазвонил, он схватил рюкзак и, бросив последний взгляд на галстук, вышел из квартиры, нервно сжимая руки.   Тони был вынужден признать, что ему редко удавалось проснуться в половине седьмого утра, но для Питера он был рад, он был готов на все ради этого ребенка. Он решил сам забрать мальчика в его первый день и планировал остановиться, чтобы они могли позавтракать заранее. Когда пассажирская дверь открылась, он посмотрел на мальчика и ухмыльнулся: у того отпала челюсть, он явно ожидал увидеть Хэппи.   – Мистер Старк! Что вы здесь делаете? – Спросил Питер с явным замешательством на лице.   – Разве я не имею права забрать своего любимого стажера на его первый день? – Ответил он с ухмылкой.   – Я не стажёр, я на испытательном сроке, Тони, – пробормотал парень, не желая заранее делить шкуру неубитого медведя.   Тони проигнорировал его замечание и направился к своему любимому месту для завтрака.   Питер нервничал, он на автомате съел огромный завтрак, который заказал для него Тони, но почти не почувствовал его вкуса. Он никогда раньше не делал ничего подобного, у него даже не было собеседования, почему он думал, что сможет это сделать? Не успел он остановиться, как все его заботы вырвались наружу. – Что я буду делать? Что, если я им не понравлюсь? Смогу ли я по-прежнему приезжать, если не получу стажировку?   – Все будет хорошо, Питер, я обещаю. Ты будешь помогать в лабораториях, рассказывать о науке и все такое. У тебя это хорошо получается, просто представь, что мы в моей лаборатории, и это поможет. Как ты можешь им не понравиться, приятель? Ты замечательный, умный, внимательный, веселый. Они полюбят тебя, Пит. – Тони заверил заметно нервничающего мальчика. – А если у тебя не получится? Хотя я не сомневаюсь, что получится, конечно, тебе будут рады в башне, даже если мне придется таскать тебя туда каждую среду до конца твоей жизни, малыш. Так просто ты не отделаешься.   Напряжение спало с плеч Питера при этих словах мужчины, и он с облегчением выдохнул.  – Ладно, я понял. Круто, что я могу это сделать, – пробормотал он скорее себе, заслужив забавный взгляд сидящего напротив него мужчины. Посмотрев на своего наставника, он задал вопрос, над которым думал с тех пор, как Тони предложил эту идею: – Тони, ты же не заставишь их взять меня? Я хочу заслужить это или получить отказ. Я не хочу, чтобы меня взяли, потому что ты их заставил.   Тони отставил кофе и посмотрел мальчику в глаза.   – Пит... Я не буду решать за тебя, если ты решил трудоустроиться, ясно? И я обещаю не вмешиваться, я буду отсутствовать весь день, но к ужину ты должен быть в пентхаусе, хорошо? Сегодня все еще суббота, и в меню есть лазанья. А еще к нам придет гость.   Питер кивнул, и ухмылка расплылась по его лицу, когда они выехали за угол башни. Когда машина остановилась за углом от башни, он вылез из нее и удивленно посмотрел на своего наставника, когда тот сделал то же самое. Тони подошел к мальчику и слегка сжал его плечо, чтобы посмотреть Питеру в глаза. – Удачи, малыш, у тебя все получится, не напрягайся, – сказал он мальчику, проводя пальцами по его волосам в успокаивающем жесте. Это всегда успокаивало мальчика.   – Тоооони, – ныл Питер, отбивая руку мужчины, – я только привел их в порядок.   – Эти волосы никогда не будут опрятными, Пит, все в порядке, ты выглядишь мило, они тебя полюбят.   С этими словами Питер отвернулся, расправляя плечи, и крикнул в ответ мужчине, что он не милый. Он уже практически мужчина, а мужчины не бывают милыми.   Тони смотрел ему вслед, уже собираясь подняться наверх и посмотреть прямой эфир первого дня Питера через камеры Пятницы.   Грегор стоял в главном фойе Башни Старка и ждал нового стажера. Он понятия не имел, почему Тони заставил взять его на работу, не говоря уже о том, чтобы лгать мальчику! Подросток думал, что он на испытательном сроке, но ему строго-настрого приказали взять его на работу в каком-то смысле, независимо от того, будет ли он просто готовить кофе.    «Как я мог стать нянькой для какого-то сопливого мальчишки?» – Подумал он, пытаясь сохранить невозмутимый вид, глядя на тех, кто входил в здание. «Должно быть, это он», – понял он, увидев, как в здание вошел молодой человек лет четырнадцати-пятнадцати, выглядевший нервным. «По крайней мере, он одет по случаю», – подумал он, надевая рубашку и галстук, его прическа могла бы быть и аккуратнее, но он полагал, что более заботливым типам в его лабораториях это понравится. На самом деле, если подумать, парень выглядел довольно мило.   Питер вздрогнул, когда высокий мужчина в лабораторном халате выкрикнул его имя. Он быстро встретил его крепким рукопожатием и улыбкой, представившись.  – Но вы, конечно, уже знаете, что я Питер, вы просто назвали мое имя... простите... я слишком много болтаю, Тони говорит, что я часто так делаю. – Он покраснел: он был здесь всего две секунды, а уже выставил себя дураком. Отлично.   Грегор сдержал смех, умолчав о Тони: очевидно, это не просто случайный ребенок, раз он знает большого босса по имени. Он повел Питера к лифту, коротко объяснив, где находится большинство лабораторий, открыл рот, чтобы назвать код доступа к лифту, и тут же осекся, когда мальчик проговорил скороговорку. – Эмм... парень, что ты...? – Начал он, но тут же замолчал, когда они начали подниматься.   Питер опустил глаза и снова покраснел:  – Извини, привычка, я больше не буду, – пробормотал он старшему мужчине.    Он снова поднял голову, услышав тихий смех: – Все в порядке, парень, неожиданно, но в порядке, к тому же я стараюсь по возможности не использовать свой собственный, просто не ожидал, что он у тебя есть. – Не зная, что ответить на это, Питер просто кивнул, стараясь не слишком ерзать, и последовал за мужчиной, когда они достигли восемьдесят пятого этажа.   – Я пока не знаю, куда тебя пристроить, поэтому следующие три с половиной часа ты будешь сидеть здесь и работать над этим заданием, хорошо? Я не жду, что ты закончишь его полностью, он с каждым вопросом становятся все сложнее, так что ты, скорее всего, застрянешь до моего возвращения. Как только мы получим результаты, я буду знать, куда тебя определить. – Сказал Грегор мальчику, чувствуя себя немного скверно, мальчик выглядел напуганным, но он должен был обращаться с ним так же, как и с остальными. Боже, о чем думал Тони? Дети из колледжа с трудом справлялись с этим тестом, а разве этично давать его ребенку?   Питер кивнул и устроился за столом в небольшом конференц-зале, куда его привели. Достав из рюкзака ручку, он поблагодарил Грегора, который протянул ему стопку листов, и начал быстро их листать. Первая задача оказалась связана с химией, поэтому он быстро приступил к работе, уверенный в своих силах. Первые несколько страниц с вопросами, проверяющими его знания, он прошел без труда, справившись с последующими уравнениями. Примерно на двух третях пути он начал сталкиваться с проблемами, но, взглянув на часы, решил не зацикливаться на них. Он всегда сможет вернуться к ним. Отложив часть заданий в сторону, он взял следующие и приступил к работе. Он проделал ту же махинацию с вопросами по биологии и физике, но не смог удержаться от вздоха, когда начал испытывать трудности с обоими заданиями чуть раньше, чем с заданием по химии.   Он знал, что химия – его самый сильный из трех предметов, поэтому старался не зацикливаться на этом и не погружаться в негативные мысли. К этому времени прошло уже два часа, и он с ухмылкой на лице подошел к последней части, озаглавленной «Кодирование и робототехника». Может, он и хорош в химии, но робототехника – это его конек, и в последнее время он стал гораздо лучше разбираться в кодировании.   Вернувшись в комнату по истечении отведенного времени, Грегор был удивлен, увидев, что Питер ничуть не расстроен – нервничает, конечно, но не расстроен. Он сотни раз давал эти задания будущим стажерам, и добрая треть из них либо близка к слезам, либо уже плачет к тому времени, когда он их собирает. Он собрал задания и повел Питера на несколько этажей вверх, чтобы тот мог пообедать с другими стажерами. По пути он заглянул в четыре лаборатории, сдав тесты на проверку, чтобы после обеда решить, что делать с мальчиком.   Питер застыл на месте, когда его привели на обычный этаж для стажеров: он выглядел примерно так же, как, по его представлениям, выглядят комнаты для общения в общежитиях. Ему велели присесть и взять себе еды, что он и сделал с удовольствием, прихватив несколько кусков пиццы и огромную порцию картошки фри. Он просидел там всего несколько секунд, когда в комнату вошла группа из шести молодых людей, болтающих между собой.   – Эй, парень. Ты потерялся? – Одна из девушек спросила, слегка смутившись: она никогда не видела здесь никого моложе двадцати одного года, а этот парень выглядел так, будто у него только что начался пубертатный период. У нее был не такой уж длинный перерыв, и она не хотела тратить его на то, чтобы рассказать мистеру Хогану все подробности о мальчике, в конце концов, люди не должны просто так бродить здесь.   – Нет... Грегор привел меня сюда, сказал, чтобы я сам все нашел, а потом ушел, сказав, что вернется после обеда, – ответил Питер, чувствуя себя неловко под взглядами стажеров.   Пожав плечами и решив больше не оспаривать его присутствие, студенты колледжа включили его в вежливую беседу, пока угощались.   Спустя полчаса Питер чувствовал себя немного спокойнее среди остальных, они все делились своими впечатлениями о тесте и рассказывали, как они были удивлены, что ему его дали, ведь большая часть их содержания была на уровне колледжа. Это стало для него неожиданностью: конечно, они были довольно сложными, но с первой половиной, или около того из них, он справлялся легко. Однако беседа быстро стала более непринужденной, и он обнаружил, что обсуждает, какой итальянский ресторан самый лучший в Нью-Йорке. Питер подпрыгнул в воздух, когда от двери раздался очень знакомый голос: – Romano's – лучший, никакой конкуренции.   Тони ухмыльнулся, он просто не мог сдержаться, ему хотелось увидеть ребенка. Грегор позвонил ему не далее как пять минут назад и сказал, что Питер какой-то технический гений. Ну да... он и так это знал, как будто его ребенок... ребенок... ребенок... он должен был прекратить это делать, не был бы гением. Шестеро стажеров уставились на него, и он решил, что в этом есть смысл: они виделись с ним лишь изредка, может быть, раз в месяц или около того, он, конечно, лично встречался с каждым из них раз в несколько месяцев, но не более того. Они никогда не видели его на своем этаже.   – Мистер Старк... что... – Хлоя застыла на месте, не в силах составить связное предложение от удивления, забыв о пицце, которая была на полпути к ее рту.   Тони просто улыбнулся ей, а потом зашел в комнату и взял себе кусочек, опустившись рядом с Питером:  – Не обращайте внимания, просто сделайте вид, что меня здесь нет.   Вскоре между учениками снова завязался разговор, но Хлоя вскинула бровь, услышав слова молодого парня Питера. – Я думал, вы оставите меня в покое? Я должен был сделать это сам. Мне не нужно, чтобы ты меня преследовал.   – О, ты стесняешься меня, Пити-пай? – Спросил Тони. – Я недостаточно крут для тебя?!   Питер покраснел от прозвища, а Тони просто рассмеялся и снова взъерошил ему волосы.    – Тооооони, – прохрипел он, выглядя гораздо моложе своего возраста, – прекрати, оставь меня в покое. Почему ты вообще здесь? Разве у тебя нет работы? – Через несколько секунд он услышал стук каблуков по деревянному полу коридора и повернулся, чтобы увидеть бледного Тони. Ему был знаком этот звук, и он не смог сдержать ухмылку, расползающуюся по его лицу. – Ты не?... о боже, ты прячешься, да?   Остальные стажеры повернулись и уставились на Тони, когда слова Питера стали громче. Они не могли поверить, что ребенку сошло с рук разговаривать с мужчиной подобным образом, но не могли и отрицать, что мальчик, похоже, что-то понял, поскольку Тони не отрицал его слов и, более того, внезапно почувствовал себя неловко. Он резко отвернулся от дразнящего взгляда, который он демонстрировал несколько минут назад. Шаги снаружи становились все ближе, и мистер Старк выглядел все более неловко.   Пеппер не могла поверить своему жениху: он был взрослым мужчиной, но вел себя скорее как ребенок, который практически жил с ними. Почти весь день у нее были встречи, и в свой единственный перерыв она как раз села обедать, когда Пятница сообщила ей, что Тони не пошел на встречу и находится на этаже стажеров. Он также пообещал держаться подальше от Питера.   Все стажеры уже встречались с Пеппер Поттс и знали, что она не та женщина, которой стоит перечить, все, у кого есть голова на плечах, знали это. Но в тех случаях, когда они встречались с ней, она была вершиной профессионализма и с ней было легко найти общий язык, но эта Пеппер Поттс, которая только что вошла в комнату, внушала ужас.  – Тони, ты должен быть на совещании, прямо сейчас! Ты обещал не пропускать его, ты обещал мне! – Все повернулись, чтобы увидеть Тони Старка, настоящего Железного человека! Он безуспешно пытался успокоить свою невесту.   Тони понял, что битва проиграна, и просто вздохнул: он обязательно заплатит за это позже, он знал, что она наверняка расскажет Роуди за ужином, и тогда он будет злорадствовать. Может быть, Питер станет хорошей защитой от этого, он будет отличным отвлекающим маневром. Из размышлений его вывел резкий кашель Пеппер.  – Прости, Пеп, любовь всей моей жизни. Этого больше не повторится, я уже ухожу, просто решил проведать наших замечательных стажеров. – Он вышел из комнаты, помахав на прощание ошеломленным студентам, которые все еще ели свои пиццы.   Пеппер вздохнула, расстроенная его выходкой.  – Жаль, что вам пришлось это увидеть. – Она обратилась ко всем присутствующим, а затем посмотрела на единственного подростка в комнате. – Как дела, Пит? Ты же знаешь, что мы приглашаем людей на ужин. Так что ты можешь пойти погулять после того, как закончишь сегодня, но тебе нужно вернуться к семи, – она мягко улыбнулась мальчику, и он кивнул, покраснев под растерянными взглядами остальных присутствующих. – Хороший мальчик, – сказала она ему, взъерошив волосы и не обращая внимания на его полусерьезное ворчание. Когда она выходила из комнаты, ее осенило, что она натворила. Она поставила мальчика в неловкое положение, как мать ставит своего ребенка, о боже. А ведь она просила Тони не смущать его. Она тоже попала под чары мальчика, и ей придется извиниться перед ним за ужином.   Питер на мгновение нервно передернулся под взглядами остальных, прежде чем они все разом начали засыпать его вопросами. Он уже открыл рот, чтобы попытаться ответить, когда в комнату снова вошел Грегор. Слава богу.   Грегор в замешательстве оглядел комнату. Все стажеры столпились вокруг Питера, который выглядел крайне неуютно в таком окружении.  – Эй, что вы все делаете? Разве вы не видите, что ему не по себе. Если вам нечем заняться, кроме как допрашивать подростков, лучше возвращайтесь к работе. – Ему пришлось подавить ухмылку, когда стажеры практически выбежали из комнаты под его взглядом.   – Спасибо, – пробормотал Питер, когда все они ушли.   – Не беспокойся, парень. – Мужчина ответил, направляясь к лифту и приглашая Питера следовать за ним.   К тому времени, когда они добрались до маленькой комнаты, нервы Питера восстановились в десятки раз. Он сел на одно из кресел, а Грегор занял место напротив, держа в руках листы.   – Итак, Питер. Я просмотрел их, и стало ясно, что, хотя ты неплохо разбираешься в биологии и физике, это не совсем твой уровень. Ты знаешь гораздо больше, чем средний школьник, но твоя химия вполне соответствует уровню второго курса колледжа, несмотря на некоторые пробелы, мы можем с этим работать.   Питер взволнованно кивнул, стараясь не выдать своей ухмылки: похоже, у него получилось! Он заработал себе стажировку.   – Твоя техническая работа, тем не менее, была помечена крестиком, чтобы не было ошибок в маркировке. Питер, с твоими знаниями ты, наверное, сможешь найти работу во многих компаниях. Твои работы по робототехнике и технике просто потрясающие, это самый высокий балл, который мы когда-либо получали за тест, а ты самый молодой из всех, кто сдавал его за несколько лет назад!   Питер снова покраснел и опустил глаза, не зная, что сказать.   – Итак, я поговорил с мистером Старком, и ты получил стажировку, считайте, что испытание пройдено. Мы ждем тебя здесь по вечерам во вторник, четверг и в субботу утром, ты согласен? Ты будешь работать под руководством доктора Стивенса, он заведует техническими лабораториями, а также мы будем время от времени подсаживать тебя к доктору Янгсону на химию.   Улыбка расплылась по лицу Питера, когда его слова дошли до сознания. – Спасибо, сэр!   – Ты заслужил это, – улыбнулся Грегор. – Время не стоит на месте, и все такое. Ты здесь до пяти, так что мы можем представить тебя остальным членам команды. Нам также нужно разобраться с твоей зарплатой и заполнить кое-какие бумаги, и ты готов приступить к работе.   Ухмылка Питера растянулась от уха до уха, он кивнул и последовал за старшим мужчиной из комнаты, подпрыгивая на месте.   Он не знал этого, но его ухмылка отразилась на лице Тони, который наблюдал за всей этой перепалкой в пентхаусе по телевизору в гостиной.   ***   Несколько часов спустя Питер метался между зданиями Манхэттена, переодевшись сразу после окончания стажировки. У него оставалось два часа до ужина в башне, и он решил, что можно и пошляться – нет смысла возвращаться в Квинс только для того, чтобы потом уезжать от туда снова.   Звонок   Он быстро прекратил свои ленивые раскачивания и грациозно приземлился на крышу, чтобы ответить на звонок. Мистер Старк был немного раздражен, если он не отвечал в течение минуты или двух без веской причины, и после того, как его отстранили от патрулирования за то, что он проигнорировал три звонка, потому что ему было слишком весело демонстрировать пешеходам сальто вперед, раскачиваясь между зданиями, он всегда старался отвечать как можно быстрее.   «Помни, что ко мне на ужин придет друг. В семь часов, парень, не опаздывай. Береги себя, приятель». – Тони   Питер усмехнулся, быстро ответив, что будет вовремя. Ему было интересно, кто придет на ужин, он должен был спросить раньше, когда увидел Тони в комнате отдыха стажеров, но это вылетело у него из головы. Тони назвал их друзьями, так что, вероятно, это не кто-то из «Старк Индастриз». Один из членов совета директоров однажды приходил на ужин, и это было хуже всего. Тааааак скучно, Тони, к счастью, отмазался от него, как только он съел десерт... Конечно, ему не хотелось проходить через это снова, этот человек может усыпить любого. Крик вдалеке вывел его из задумчивости, и он повернулся в его сторону, чтобы предложить свою помощь.   – Карен, что там у нас?   ***   Питер опаздывал. Он предупредил ребенка о семи и тот пообещал, что придет вовремя. Он попросил его сделать одну вещь! Ужас охватил Тони, когда он понял, что мальчик не прислал ни одного сообщения с тех пор, как несколько часов назад отправил последнее, о боже... возможно, он ранен. Мужчина встал и начал нервно расхаживать, проводя рукой по волосам. – Пеппер, ты ничего не слышала о Питере? Он опаздывает и не прислал мне ни одного сообщения.   Пеппер вошла в комнату с расческой в руках, явно уже наполовину собравшись.  – С тех пор как я видела его сегодня днем, нет, – ответила она, чувствуя, как страх Тони быстро проходит. Она увидела, как ее жених невероятно побледнел, и бросилась к нему, положив успокаивающую руку на грудь, – Тони, Тони... посмотри на меня, переведи дыхание, я уверена, что он в порядке, сейчас только семь, давай дадим ему время до четверти восьмого, и если его не будет здесь к тому времени, ты сможешь его отследить.   – Пеппер! За пятнадцать минут может случиться что угодно, а вдруг...   – Тони, мы оба знаем, что у тебя сотни протоколов на этом костюме, Пятница предупреждает тебя, даже когда Питер сдирает колено, он в порядке, ты бы сразу узнал, если бы с ним что-то случилось! Просто сядь и переведи дух. Он подросток, возможно, он просто забылся или что-то в этом роде.   «Черт побери!» – подумал Питер, как можно быстрее направляясь к башне, он заснул на крыше и проснулся без одной минуты семь. Тони убьет его. Он спустился в переулок за углом от башни и быстро переоделся в одежду, которую спрятал там. Тони велел ему не появляться в башне слишком часто в образе Человека-паука, он не хотел, чтобы он стал мишенью, чтобы добраться до Железного человека. Вероятно, у него уже были неприятности из-за опоздания, и он не хотел попасть в еще большие.   Бросив костюм в рюкзак, он выскочил из-за угла и, уворачиваясь от людей и бормоча извинения, помчался к башне. Решив, что через парадный вход будет быстрее, он помчался внутрь.   Полковник Джеймс Родс стоял прямо у входа в башню Старка. Конечно, он не обязан был пользоваться общественным входом, но он пришел рано, поэтому решил так и сделать. Ему нравилось просто сидеть и смотреть, как люди занимаются своими делами. Он уже несколько минут болтал с Хэппи и Грегором, когда кто-то пронесся мимо них. Он повернулся, чтобы проследить за ними, с любопытством наблюдая, почему никто не останавливает этого человека... подростка? Это точно был не взрослый. Он обернулся к Грегору, услышав, как тот крикнул мальчику: – Опаздываешь, парень?.   – Я предпочитаю называть это слегка запоздалым прибытием, – ответил мальчик, продолжая бежать так, словно от этого зависела его жизнь, и отвечая на странное приветствие, направляясь к лифту. Роуди застыл в восхищении, когда пресловутый жесткий Хэппи фыркнул: – Он не будет им доволен, это уже второй раз за месяц, – Грегор кивнул в знак согласия, криво улыбнувшись.   – Простите, что это за ребенок? Я что-то пропустил? Кто будет недоволен? – Нетерпеливо спросил Роуди, когда двери лифта закрылись, скрыв мальчика из виду.   – Знаешь, я бы отправился наверх, Джеймс, – сказал ему Грегор, все еще улыбаясь, – уверен, Тони сможет тебе рассказать, а мне в любом случае пора идти, – продолжил он, взглянув на часы. Роуди смотрел, как они уходят, оставляя его одного, все еще озадаченного спокойным отношением всех к мальчику, но, взглянув на часы, решил, что сейчас, пожалуй, самое время отправиться в пентхаус. Тони сможет прояснить, что бы это ни было.   Когда лифт подъехал к пентхаусу, Родис открыл рот, чтобы еще раз проверить, на тот ли этаж он поднялся. Он застыл на месте, потому что в гостиной стояли Тони и ребенок и они о чем-то спорили.   – Питер. Нет, у тебя нет оправданий, ты должен был пойти домой или прийти сюда, если устал...   – Но...   – Прости, ты что, хотел меня перебить? Нет... ты не имеешь права этого делать, когда взрослые говорят. Ты мог бы хотя бы завести будильник, чтобы прийти вовремя. Ты мне обещал! Вы, молодой человек, наказаны на неделю, и посуда сегодня вечером будет на вас.   Роуди наблюдал, как молодой человек открыл рот, чтобы нахамить в ответ, но потом передумал, когда Тони поднял бровь. Боже, как это пугающе, кто бы мог подумать, что одна бровь может быть такой страшной?   Вздохнув, Тони распахнул объятия, и мальчик, пробормотав извинения, упал в них. Он наблюдал, как его друг улыбается и направляет мальчика в гостевую комнату: – Быстро прими душ, Пеппер уже разложила одежду, я хочу, чтобы ты вернулся сюда через десять минут, Пит.   Тони повернулся, снова провел рукой по волосам и глубоко вздохнул, успокаиваясь от того, что ребенок цел и невредим. Он подпрыгнул почти на фут, когда увидел Роуди, стоящего в лифте с открытым ртом и смотрящего на него.   – Ты сломался, Медвежонок?   Роуди пришел в себя от неожиданности: – Кто... Что...   Похоже, Тони понял, о чем он спрашивает, и жестом пригласил его сесть и начал говорить. – Это Питер, Питер Паркер, мой... эм... протеже? Я очень хотел познакомить его с тобой, но, честно говоря, это было не совсем то впечатление, на которое я рассчитывал. Он отличный парень, умный, добрый...   Роуди потребовалась секунда, чтобы осознать, что говорит Тони:  – Так кто вы для него?   – Его наставник, – быстро ответил Тони, на что Роуди фыркнул и пробормотал: – Точно.   – Эй, что это значит? – Возмущенно воскликнул младший.   От ответа Роуди спасло появление Пеппер, которая приветствовала его дружеским объятием и похвалами в адрес его новых биониклов. Разговор быстро перешел на его новые ноги, но он не мог не заметить, как Тони то и дело сверяется с часами, явно подгадывая время для парня. Как же я пропустил, что Тони стал таким отцом?   Пеппер краем глаза наблюдала за своим женихом. – Тони, сходи, проверь, как там лазанья? И позови Питера. – Она с нежностью улыбнулась, когда он вскочил, чтобы выполнить ее просьбу, а затем обратила все свое внимание на Роуди. – Извини, он немного нервный, когда в деле участвует Питер, но мы надеемся, что он скоро успокоится, он даже не осознает этого большую часть времени.   Через несколько секунд Тони снова вошел в комнату, положив руку на плечо... Питера. – Так вот с кем я хотел тебя познакомить, если бы ты пришел вовремя, ты бы уже знал, но... – При этих словах мальчик опустил глаза, слегка покраснев. Решив избавить его от дальнейшего смущения, Роуди встал и протянул руку.   – Привет, Питер, я Джеймс Роудс, можешь звать меня дядя Роуди. – Три головы поднялись и уставились на него при этих словах, и он усмехнулся. – Я не буду отвечать ни на что другое, малыш. – Мальчик поднял глаза и посмотрел на Тони, но тот лишь пожал плечами.   – Если он принял решение, его уже не изменить, приятель.   Питер нервно улыбнулся и потянулся, чтобы пожать Роуди за руку... дядю Роуди за руку. О боже... это был Воитель. Питер открыл рот, чтобы начать засыпать его вопросами, но Пеппер быстро прервала его, сказав, чтобы он оставил допрос, пока они не сядут за стол. Питер опустился на свое обычное место и стал ждать, пока Пеппер обслужит себя. Он уже собирался протянуть руку, чтобы взять немного себе, когда у него отобрали тарелку.   – Извини, приятель, не помню, чтобы это правило менялось, – пожурил его Тони, слегка отбивая руку мальчика, пока тот накладывал себе еду.   Покрасневший Питер опустил глаза и молча принялся за еду. Как Тони мог так поступить с ним на глазах у Воителя... это так некруто!   Роуди посмотрел на мальчика и, поняв, о чем он думает, пошел его успокаивать.  – Не стоит смущаться, Питер, я готовил еду для Тони на протяжении всего колледжа, мне даже пришлось однажды его покормить, – усмехнулся он, когда мальчик тут же забыл о своем смущении и повернулся, чтобы посмотреть на покрасневшего Тони.   – Утконосссс... не при ребенке. Он все еще думает, что я крутой. Не заставляй меня лишать тебя статуса дяди, – прохрипел он.   Пеппер облегченно рассмеялась: – Тони, ты далеко не крут.   – Да уж, моя собственная семья… – Вздохнул Тони, изображая обиду. – Как вы могли так предать меня?   После этого разговор потек свободно, а на вопрос Роуди о том, в какой колледж хочет поступить Питер, мальчик ответил: «Не знаю», а Тони: «MIT, он собирается в MIT». После ужина Роуди настоял на том, чтобы помочь мальчику помыть посуду: – Если я хочу стать твоим крутым дядей, то лучше начать прямо сейчас, а, парень? – Сказал он, подмигнув.   Через несколько часов Тони отправил полусонного мальчика спать, заверив его, что утром дядя все еще будет здесь.   – Быть отцом тебе очень идет, никогда бы не подумал, но отличная работа Тоунс.   – Он не... мы не... я не... – Попытался Тони, но поднятая бровь друга заставила его остановиться и просто искренне поблагодарить.