Часть 8

      – А ты умеешь водить? – первая фраза за всё время, пока мы ехали к выезду из города.       Дорога до Роттердама – час по прямой. В условиях метели, обрушившейся на дорогу прямо перед выездом – полтора. И на машине особо не разгонишься, что расстроило и меня и молодого музыканта, сидевшего рядом на пассажирском сидении.       Кстати о нём. Сегодня он особенно угрюмый и выглядит не выспавшимся. Темные круги под глазами выдавали ночные посиделки с друзьями. И пусть. Это не мне сегодня выступать. Однако мне хотелось хоть как-то подбодрить парня – в конце концов он вытаскивал меня из жуткой ямы.       – Нет, – Йост пожал плечами, – но я бы хотел научиться, когда появится время.       Из колонок в салоне играла тихая музыка, мы оба пребывали в своих мыслях. Про себя я молилась, чтобы метель поскорее закончилась, и мы спокойно доехали до города. О чем думал артист? Может быть о предстоящем выступлении в клубе, может жалел о том, что не выспался перед ним. Пару недель назад я бы находилась рядом с ним и тоже не спала, и тогда мы бы отрывались вместе на очередной тусовке, а в нашей с ним крови был бы совсем не алкоголь. Нельзя вспоминать об этом иначе начинаешь сходить с ума от желания вернуться к старому пристрастию. Сил не сорваться хватало только потому, что рядом Йост. Благодаря нему я находила смысл жизни – быть рядом с ним. Я не задумывалась почему: если хочет, то я не против. А больше никто и не хотел. С родителями я продолжала не общаться, не поднимала трубки и не отвечала на обеспокоенные сообщения матери. Отец за неё уже всё сказал. Хотя я понимала, что совсем скоро мне придётся к ним вернуться, проработать бок о бок с ним целый месяц. Деспотичный, нервный и напряженный он никогда этого не показывал на публике и каждый из моих немногочисленных школьных друзей удивлялись всякий раз, когда я жаловалась на него, когда он меня обижал. Они просто не могли в это поверить. Мать – занята работой, и особо старается не спорить с ним, постоянно твердя мне «Он знает, что делает, это часть воспитания». Всегда на его стороне и никогда на моей. Свою строгость и отсутствие в моей жизни родители с лихвой компенсировали подарками – типа этой машины. Почему-то они не понимали, что мне просто нужны родители, добрые и поддерживающие. Была ещё одна причина по которой я не хотела общаться с ними – наркотики. Каждый раз думая о родителях мне хотелось забыться, воспоминания о них становились триггером для меня. Сейчас же я справлялась по-другому, вариантов больше не было; каждый раз, когда память душила меня, я уходила в ванную комнату, садилась на пол и беззвучно плакала, так, чтобы Софи не слышала этого. Я ведь и ей пообещала когда-то что больше не подсяду на это дерьмо. Не считая октября мне удавалось справляться, хотя я думаю она подозревала, что я не чиста. Но теперь всё позади и волноваться ни ей, ни мне, не о чем.       Одна мысль крутилась постоянно, я невольно возвращалась к ней – как Йосту удаётся так просто держаться подальше от наркотиков? В один момент бросить – огромная сила воли. Однажды я спрашивала. «Просто ты не замечала». Не замечала ли я?       Метель немного утихла и теперь я могла бросить мимолетный взгляд на своего парня. В последнее время он практически не спал – сразу после студии он приходил ко мне, сходившей с ума от ломки и успокаивал, пока не засну, а потом круг повторялся. Сейчас он склонил к стеклу голову и тихо посапывал. Мне редко удавалось его видеть спящим, но каждый раз его безмятежный вид согревал мою душу, я была бесконечно благодарна этому парню за появление в моей жизни – такое странное и яркое.       – Вот чёрт, – я тихо выругалась.       На панели загорелась красная лампочка, оповещая о том, что топливо в машине на исходе, а также о том, что я совсем забыла об этом перед выездом. Небольшая тревога охватила меня, и я снова бросила взгляд на спящего Йоста. Я уже говорила, что он напоминает мне котёнка? Даже от секундного взгляда на него становится спокойнее. До выступления ещё несколько часов и вряд-ли музыканту удастся поспать еще, потому, когда машина наконец доехала до заправки, я мягко остановила её, и не став будить музыканта, вышла из машины. Механические движения: заправить машину, оплатить топливо, взять кофе, а Йосту энергетик и что-то перекусить. Стоя в очереди у кассы, я заметила знакомое лицо, постаралась быстро отвернуться, однако мужчина уже заметил меня и грозно направлялся в мою сторону.       «Вот черт», – второй раз уже про себя выругалась я.       – Так вот как Йост решил добираться, – презрительно сказал мужчина и окинул меня недобрым взглядом.       – Здравствуйте, Финн, – я постаралась выдавить из себя самую дружелюбную улыбку, и надеялась, что у меня получается. На самом же деле внутри меня смешивались не самые лучшие эмоции. Страх вперемешку с неприязнью. Последнее чувство менеджер артиста разделял со мной – мы не понравились друг сразу же, – ужасная метель, правда?       – Будем говорить о погоде? – всё таким же гневным взглядом смотрел на меня мужчина. – Где он?       Мужчина чем–то напоминал мне моего отца – такой же жуткий контролирующий тип. Я даже не могла перед ним нормально себя вести, страх полностью оковывал меня, а контролировать его удавалось с трудом.       – В машине, – я хлопала глазами, – но он спит.       – Конкретнее, – с нетерпением говорил Финн, – какая машина?       – Черный макларен, – я склонила голову вбок, улыбнулась, как бы хвастаясь своей «малышкой». Вряд ли у менеджера не самого известного артиста хватало на такую денег. – Я не думаю, что вам стоит его беспокоить сейчас, – выдала я.       Ещё один презрительный, даже брезгливый взгляд на меня.       – Не тебе решать, – менеджер скрестил руки на груди, – догадываюсь откуда у такой как ты такая машина.       Не дав мне ответить, Финн прошел мимо меня к выходу, толкая плечом. Урод. Осознание, что мне так или иначе придётся терпеть его, пока нахожусь в отношениях с его «подопечным» пугало меня до ужаса. Вместе с этим, Йост прекрасно выносил его, каким образом – для меня оставалось загадкой, стараясь как можно чаще избегать его и без лишней надобности не появляться у него на глазах. А ещё не влипать в истории. По словам самого музыканта, в глазах Финна я была одной из таких «историй», но Йоста совершенно не интересовало мнение его менеджера касательно меня. Все его замечания по поводу наших отношений он пропускал мимо ушей, прислушиваясь только к тому, что касается их совместной работы. Честно говоря, я не совсем понимала почему мужчина так враждебно настроен ко мне. Наблюдая за тем, как Финн стремительно подходил к моей машине, в которой находился парень, я успела сообразить вытащить из кармана ключи и нажать на кнопку на них. Машина отозвалась, «подмигивая» мне фарами. Закрылась. Естественно, этот манёвр не остался не замеченным Финном, однако я лишь отвернулась к кассе, оплачивая покупки. Однако это был не конец нашей маленькой перепалки.       На выходе менеджер поджидал меня, ещё более разъярённый чем до этого.       – Я разобью стекло если ты не откроешь машину, – он налетел на меня, отчего из моих рук чуть не выпала банка энергетика. Нужно было что-то предпринять, но у меня от страха подкашивались ноги, а мозг совершенно переставал думать. В давлении, под которым я находилась появилась одна единственная мысль, – быстрее.       – Нет, не открою, – я, насколько это возможно, спокойно продолжала двигаться к машине, – думаю, Йост не очень-то обрадуется такому вторжению.       – Плевать, мне нужно поговорить с ним, – мужчина рукой остановил меня, – сейчас же открывай, или я действительно это сделаю.       – Попробуйте, – пожала плечами я и подняла глаза прямо на него, – вы кажется догадались, что машину мне купил отец, он адвокат. Как видите, – я кивнула головой на машину, – очень хороший адвокат.       – Дрянь, – Финн выплюнул оскорбление и направился к микроавтобусу, такому же черному, как и моя «малышка».       Кое-как выудив из кармана ключи, я открыла машину и села в неё. Парень всё ещё безмятежно спал и про себя я выдохнула. Естественно, рассказывать про эту ситуацию я не собираюсь – не нужно лишних проблем перед выступлением. Тихо, чтобы не разбудить музыканта я поставила энергетик рядом с ним, завела машину.       Через пару минут боковым зрением я уловила движение со стороны музыканта и тихое мурчание. Кажется, я всё-таки разбудила его, и мне немного стыдно, что не даю ему поспать. Метель уже прошла, машин практически нет на дороге, значит доберёмся быстро, но одна идея мне всё же не давала покоя.       – Можешь поспать ещё немного, – тихо сказала я и на мгновение задержала взгляд на сонном артисте, – будем только через полчаса.       – Нет, не хочу больше, – произнёс Йост и попытался потянуться.       – Ладно, – я поджала губы на секунду, – я тебе энергетик взяла, – одной рукой я указала на подстаканник, в котором стояла банка, – а в бардачке есть всякое, – пальцы сделали неопределенное движение, – перекусить.       Йост заметно оживился, когда заметил рядом с собой свой любимый напиток, и потянулся чтобы чмокнуть меня в щёчку.       – Спасибо, – он улыбался, глядя на меня, пока я неотрывно следила за дорогой, после чего я услышала щелчок открытой банки, глоток и стон от удовольствия.       – Оу, – игриво отреагировала я, – тебе нравится?       – Мой любимый, – слышу ещё один глоток, – ты запомнила, мне приятно.       – Не только же тебе заботиться обо мне, – я пожала плечами, – как ты? Выглядишь усталым.       – Порядок, просто вчера задержался с друзьями и не выспался, – ещё один глоток, – сейчас намного лучше.       Прошлая ночь была первой за долгое время, когда мы не ночевали вместе. Я убедила Йоста в том, что ему нужно отдохнуть – всё свое свободное время он проводил рядом со мной, ему нужна передышка. От меня, от борьбы с моей и его ломкой, да даже от нас двоих. Личное пространство в отношениях необходимо, в первую очередь для того, чтобы отношения не приелись и в конечном итоге, не стали обузой для нас двоих. А его друзья казались мне отличными ребятами, потому я не переживала за него, зная, что всё будет хорошо. Конечно, было немного непривычно спать одной, когда нельзя обнять любимого, но я знала, что мы вскоре это исправим.       Когда я полностью убедилась в том, что Йост окончательно проснулся и выглядит бодрым, я остановила машину у обочины, но не стала заглушать двигатель.       – Зачем? – удивленно спросил парень.       – Не хочешь попробовать водить машину? – Я повернулась к Йосту, отбивая ритм пальцами на руле.       – Хочу! – музыкант оживился и с улыбкой открыл машину, выходя из неё. Он быстро перебежал на сторону моей двери, открыл её, – прошу, ваш личный водитель доставит вас в Роттердам, – он протянул руку вперед, не переставая во весь рот улыбаться, предвкушая как займёт моё место.       – Спасибо. – Я вложила свою маленькую ладонь в его, вышла из машины и быстро заняла пассажирское место. – Начнём с того, что нужно пристегнуться.       – Да брось, – цокнул Йост, – ты что мне не доверяешь?       – Доверяю конечно, но это всё-таки машина, – серьёзно ответила я, – а ты впервые сидишь за рулём. Как хочешь, а я пристегнусь, – ожидаемо, но всё же я надеялась, что он последует моему примеру. Этого не произошло, поэтому я продолжила, – коробка передач – автомат, поэтому просто нажимаешь либо на газ, либо на тормоз. Газ – справа, тормоз – слева. Управляешь одной ногой, правой.       – Понял, – парень с горящими глазами собирался уже дать по газам.       – Стой, это не всё, – вовремя остановила Йоста я, и услышала разочарованный вздох, – вот эту штуку, – я указала на рычаг рядом с ним, – трогать не нужно, я если что сама. Теперь аккуратно, не надавливая слишком сильно, нажимая на газ и слегка поверни руль в сторону.       – Разве это не одна из тех машин которая сама всё делает? – увидев, как я качаю головой, Йост разочарованно надул губы.       – Ну не по обочине же ты поедешь, – говорю я, – давай, если что я помогу.       – А можно я разгонюсь? – Он немного поёрзал на сидении в предвкушении.       – Ты на дорогу выедь сначала, – я скрестила руки на груди, откидываясь на спинку сидения, – а там посмотрим.       Йост догадался посмотреть в боковое зеркало, и когда понял, что никого сзади нет, стал медленно выезжать на проезжую часть.       – Теперь руль ставь ровно, – музыкант следовал каждому моему слову, – можешь немного сильнее жать на газ.       За рулем парень сидел куда увереннее, чем я в свой первый раз. Он искренне радовался новому опыту, внимательно следил за дорогой. Ему не терпелось разогнаться чуть быстрее, а потом ещё немного, и я видела, как стрелка спидометра медленно показывает всё большее значение – двадцать, тридцать, сорок. Смотрю на довольное лицо Йоста и улыбаюсь сама. Кажется, наконец всё стало хорошо – никаких истерик, ругани, наркотиков. Никаких измотанных нервов, моих и его. Он такой счастливый, хоть и уставший. Будто ребенку подарили игрушку, которую он так сильно хотел. Я видела до этого как он смотрел на мою машину и знала, что он наверняка захотел бы «порулить». Вообще потому и согласилась отвезти его на машине в другой город на концерт. Видеть его радостным было куда более приятно, чем самый лучший наркотик.       – Когда-нибудь у меня тоже будет такая машина, – Йост спустя пару минут абсолютно расслабился, и вёл машину одной рукой, другую протягивая ко мне и опуская её на бедро. Я в свою очередь, накрываю его ладонь своей.       – Обязательно, – тепло улыбаюсь ему.       За водительскими успехами музыканта, оказывается, следила не только я. Мы практически доехали до города, как вдруг на обочине я увидела полицейскую машину. Мысленно я молилась, чтобы нас не остановили, но лысый мужчина в форме уже приказывал нам жестом остановиться.       – Вот черт, – в третий раз за сегодня говорю эту фразу, – сворачивай, я попробую поговорить.       – А почему ты? – Йост медленно подъезжал к полицейской машине, – я и сам могу.       – У тебя нет водительских прав, машина моя, соответственно, моя вина, – я повернула голову на парня, в невидимой панике перебирая варианты того, что скажу. Мда. Тут уже отцом адвокатом не похвастаешься – сначала мне голову оторвет полицейский, а потом и сам отец, – к тому же я вроде как на юридическом учусь, попробую свои знания на практике, – делаю глубокий вдох.       Йосту не удалось достаточно близко подъехать к мужчине, остановился в паре метров рядом, однако это уже была победа.       – Вот увидишь, – мы оба следили, как полицейский, с хмурым видом шагает к нам, – просто доверься.       Я не успела что-то возразить своему парню, он уже опустил стекло и в машину влетел прохладный ветер.       – Здравствуйте, – я не видела, но была уверена, что Йост сейчас улыбается, – что-то не так?       – Добрый день, – невольно полицейский и сам заулыбался. Улыбка музыканта заражала, так что неудивительно, – почему не пристёгнуты?       – О, простите, – с искренним удивлением Йост оглядел себя, – мы с моей невестой едем на рождество в Роттердам, я совсем забылся, прошу прощения, – теперь он тянется к ремню безопасности, пытаясь его застегнуть, – вы же не остановите пару, мы так спешим в ваш прекрасный город... Амалия, любовь моя, поможешь мне?       Круглыми от удивления глазами, я смотрела то на Йоста, то на полицейского.       – Ха, – вырвался смешок из меня, – помогу.       Одно движение и ремень щелкнул, закрепляясь.       – Простите моего жениха, он иногда такой забывчивый, – начала включаться в игру я.       – Это всё потому что рядом ты любимая, – явно переигрывая продолжал музыкант.       Полицейский глядя на нас лишь улыбался. Кажется, сработало.       – Ну, ладно, езжайте, – махнул рукой он, – в следующий раз обязательно напомните своему будущему мужу о ремне безопасности, – полицейский смотрел на меня подняв указательный палец вверх.       – Конечно-конечно, – приторно-сладким голосом отвечала я.       Йост подождал пока мужчина отойдёт от машины, поднял стекло, и уже более-менее со знанием дела, стал отъезжать от обочины.       – Я же говорил, – он самодовольно смотрел на меня и улыбался, – кто молодец?       – А я говорила пристегнуться, – скрестила руки на груди я, – и вообще, ты серьёзно? Невеста? Рождество? Мы же едем сюда только на твоё выступление…       – Ну, пока не невеста, – теперь он смотрел на меня с самой теплой улыбкой, держа мою руку в своей, – но когда-нибудь…       Блин, и я же тогда ему поверила…