Спокойно!

      Некогда самый главный зритель всего цирка, смотрит на силачку Асу Синову с неподдельной разочарованностью. Он вновь вздымает руку, чтобы провернуть с тифлингом тоже самое, что только что сделал с её коллегой гномом. И стоит ему пролепетать заклинание, как слышит позади себя хлопок. Это Брудер Шафт собственной персоной, которого доставили на этот ряд воздушные гимнасты. Он находился на волоске от множественных переломов, но решил рискнуть во имя команды, что окупается сполна. Колдун Колдун зстан врасплох, он не ожидает атаки.       И атаки не происходит. — Спокойно! — шпрехшталмейстер вскидывает ладони, — Не делаем лишних телодвижений. Твоя охрана обезврежена. — убедительно вещает Брудер, — Против тебя целый цирк.       Колдун мнётся в смятении. — Чего вы хотите? — вопрошает он подскочившим тоном.       Гудиня подзывает к себе мышь, усаживает её на ладонь и поглаживает коричневатую шёрстку. — Для начала расколдуй… — Брудер смотрит на мышь — нет, я передумал. Мы хотим короче уйти из цирка. — твёрдо заявляет шпрехшталмейстер, и остатки команды кивают вместе с ним, — заебала эта ебатория, — добавляет он, разводя руками.       Колдун оглядывается. Купол цирка наполнен запахом лопнувшего кукурузного ядра и сахарной ваты, воздушные гимнасты всё ещё выполняют свои трюки, будто бы ничего другого им не остаётся в этой ситуации, солнечный свет наполняет шатёр теплом, бумажные цветные обрезки конфетти лежат на полу и лавочках рядов, придавая праздничности даже затхлым сидениям без зрителей. — Но это ваша жизнь! Что вам так не нравится? Я же дал вам смысл! — отвечает Колдун. — Дай нам воспоминания! — вступает силачка, перешагивая трупы стражников, заставляя колдуна отшатнуться, — Мы не помним своих историй, всё что до цирка — размытое и тусклое!       Колдун вновь мнётся. Затем он резко хмурится и качает головой так сильно, что его магический колпак подрагивает. — Что такого в вашей жизни было, раз вы забыли об этом? Ничего такого особенного и важного! — Зубы не заговаривай, — отрезает шпрехшталмейстер, — верни воспоминания, — он угрожающе смотрит на колдуна.       Гортань Колдуна вздрагивает. Он сглатывает нервный ком и переглядывается с каждым членом отряда цирковых бунтарей. — Так дела не делаются. Это не какой-нибудь фокус! — он как будто бы оскорблён подобным невежественным отношением к магии, — Чары забвения очень серьёзная магия. К тому же, вам нужен не я, а тот, кто стёр ваши воспоминания.