Глава 24. Украденные сладости

***

— Хм-хм-хм-хм… — задумчиво и протяжно промычал я, замерев посреди пустого главного зала Лавки. И нет, этот странный утробный гул вовсе не был признаком подступающего старческого маразма. Наоборот, мои мозги прямо сейчас работали на пределе возможностей. Перед глазами ментально крутился целый массив данных, который госпожа Фэйсяо передала мне на кристалле во время нашей недавней встречи в чайной, и я как раз вовсю занимался поиском нужного нам мира. Задача оказалась той ещё головоломкой. Точные астрономические координаты у меня были, вот только Лавка плевать хотела на сухие цифры – она по ним просто не работает, так что эта бесполезная информация сразу же улетела в моё воображаемое мусорное ведро. Приходилось полагаться на описания поверхности. К сожалению, то, что раскопала разведка Яоцина, выглядело настолько стандартным и клишированным, что под это текстовое лекало можно было легко подогнать добрую сотню закрытых миров по всей нашей галактике. Типичное фэнтезийное Средневековье: с условной магией, высокими каменными замками, феодальными королевствами и кучей разнообразных рас. При этом люди там составляли подавляющее численное большинство, и в этом самом большинстве без зазрения совести угнетали все остальные народы – тех, кто мог быть сильнее, хитрее или мудрее, но банально проигрывал в количестве. Именно в эту ловушку и угодил местный лисий народ. Не имея собственного единого государства как такового, лисицы жили разрозненными, скрытными общинами во всяких потаённых местах, глухих лесах и труднодоступных ущельях. Итог для них оказывался закономерно горьким: на такие беззащитные деревни регулярно совершались набеги, а выживших жителей уводили в самое обыкновенное, грязное рабство. Дальнейшая судьба несчастных зависела исключительно от фантазии их новоиспечённых «владельцев», которая у местных работорговцев была, впрочем, весьма примитивной, однообразной и запредельно жестокой. И всё же эта общая картина не давала мне нужной ментальной конкретики. Пространство не хотело резонировать на безликие страдания. Впрочем, надежду я не терял: кое-какие крупицы точной информации в материалах Фэйсяо всё же имелись – чёткие названия самого мира, порабощённых стран и крупных городов. Это давало призрачный шанс на то, что у меня всё-таки получится правильно настроить Лавку и открыть дверь. Гарантий не было никаких, но я не сдавался. Хотя мозги от такого напряжения уже начинали потихоньку закипать, требуя паузы. — Фуф… Всё, нужен перерыв, — устало протянул я, зажмурившись и с силой массируя пальцами ноющие виски. Я открыл глаза и посмотрел на стену. Там, где обычно располагалась аккуратная входная дверь Лавки, сейчас зияло огромное, тёмное и абсолютно бесформенное пятно, напоминающее колышущийся сгусток чернил. Время от времени в этой загадочной мгле на долю секунды проступали чёткие очертания самых разных дверных проёмов, но они тут же испуганно растворялись, словно боялись меня или самой моей магии. И на эту гипнотическую, но безрезультатную картину я безотрывно любовался уже часа два, а то и все три… Короткая передышка была просто необходима... Оставив прыгающие тени на стене в покое, я без лишних мыслей отправился на кухню, где на плите уже вовсю кипел и призывно шумел чайник. Моя святая святых последнее время непривычно простаивала. Из-за отсутствия новых гостей кухонные плиты и духовки отдыхали, но заготовленных запасов и ингредиентов мне по-прежнему с лихвой хватало как для личных нужд, так и для отправки сладостей моим постоянным гостям. Старые знакомые всё ещё время от времени заглядывали ко мне на огонёк или просили отправить им партию любимых десертов по их личной просьбе, что тоже частенько случалось. Быстро заварив себе чашечку ароматного чая и достав из специального охлаждающего шкафа заранее заготовленный пломбирный торт, я уселся на ближайший свободный стул, намереваясь просто скоротать время. Смартфон привычно устроился в левой руке, пока правая методично чередовала горячую чашку и десертную вилочку. На ярком экране мелькали новостные ленты, сыпались уведомления из разнообразных кулинарных сообществ и всплывали редкие личные сообщения. Занять себя, безусловно, было чем, но, глядя на экран, я невольно ловил себя на мысли, что мне как-то… одиноко, что ли. В этой огромной, идеально чистой и непривычно тихой кухне, где я сидел в полном одиночестве, не хватало привычной суеты и звона посуды. Однако надвигающуюся меланхолию быстро развеяло появившееся на пороге белое пушистое облачко на четырех лапах и с торчащим вверх, дрожащим от собственной важности хвостом. На спине гостя гордо развевалась тёмно-бордовая бархатная мантия, а пушистую голову венчала небольшая, но изящная корона, украшенная разноцветными леденцами, которые блестели на свету не хуже настоящих драгоценных камней. — Эклер?.. Или мне теперь стоит обращаться к вам, «ваше величество»? — добродушно усмехнулся я, откладывая смартфон экраном вниз. — Не стоит формальностей, мастер Адам, — котик чинно прошествовал вперёд, остановился в паре метров от меня и грациозно сел, аккуратно обернув хвост вокруг лапок. — Я всего лишь регент, временно исполняющий обязанности настоящего короля. То есть вас, конечно же! И я прибыл, чтобы лично доложить: все ловушки расставлены по своим точкам и переведены в активный режим. Я всё проверил ещё раз. Патрули усилены, а маршрутная цепочка изменена так, как это обычно бывает при штатной ситуации. Воровка не должна ничего заподозрить. Уверяю вас, на этот раз она от нас никуда не уйдёт! — Хех, звучит обнадёживающе. А то запасов сладостей на локации ивента скоро совсем не останется, — улыбнулся я, с удовольствием наблюдая за его энтузиазмом. — Но, как я погляжу, ты прямо загорелся этой миссией. — Ещё бы! — возмущенно мяукнул кот, начав нервно подёргивать пушистым хвостом. — Какая-то наглая молодая кошка без малейшего разрешения вторгается на вверенную мне территорию! Расхаживает там, где ей вздумается, бесцеремонно ворует и откровенно насмехается надо мной и… над вами, мастер Адам. Такое вопиющее поведение нельзя оставлять просто так! Вы ведь уже придумали для неё подходящее наказание? — Наказание? — я слегка удивился такой категоричности от сахарного кота, после чего задумчиво потёр подбородок. — Знаешь, на самом деле, я не хочу наказывать эту даму за её проказы. Ну, в строгом смысле слова «наказывать». А вот проучить её – да, определенно стоит. Но только после того, как мы с ней наконец-то нормально поговорим. Всё-таки стоит признать одну вещь: это необычное происшествие принесло немалую толику радости ей самой, мне, да и тебе тоже, Эклер. Ты ведь в последние годы откровенно скучал, просиживая бока, а тут посмотри на себя – целым регентом стать успел, со своим собственным замком и настоящей гвардией! Тут боевой запал котика немного угас, и он явно засомневался, прижав ушки. — Ну… Может быть, вы в чём-то и правы, мастер, — немного смущенно ответил он, после чего сделал несколько мягких шагов ближе к столу. — Впрочем, я пришёл сюда не только для того, чтобы доложить оперативную информацию. Его блестящие глазки выразительно скользнули по кусочку белоснежного пломбирного торта, который соблазнительно лежал на блюдечке прямо рядом со мной. — Тц, прости, Эклер, я совсем забыл, что это твой любимый торт! — я хлопнул себя по лбу, изображая раскаяние. — Запрыгивай давай. Я всё равно уже наелся и как раз сидел, ломал голову, где бы мне найти отважного добровольца на поедание этого десерта. При этих словах у сахарного кота буквально загорелись глаза. Вмиг забыв о королевской важности, он плавно и грациозно запрыгнул на столешницу. — Не беспокойтесь, мастер Адам, я вам с радостью помогу! — радостно пискнул Эклер и с нескрываемым восторгом набросился на беззащитный кусочек торта, аккуратно слизывая нежный крем. Это было поистине умилительное зрелище. И оно подарило мне именно ту каплю домашнего тепла, которой так не хватало в эти долгие мгновения затянувшегося отдыха.

***

Перерыв выдался недолгим, но по-своему очаровательным благодаря компании Эклера. Вскоре я вернулся обратно в главный зал Лавки, бережно неся на руках заметно отяжелевшего и довольно урчащего после порции торта кота. Однако, едва переступив порог зала, я замер от удивления. На месте того самого пульсирующего тёмного пятна теперь возвышалась самая настоящая, материальная дверь. И, судя по всему, пропадать она не собиралась. Это была массивная, высокая двустворчатая дверь приятного синеватого оттенка с аккуратными резными панелями. Она явно куда-то вела. Аккуратно опустив Эклера на полированный прилавок, я привычным жестом потянулся в карман за смартфоном. Нужно было наверняка выяснить, куда именно нас занесло. По правилам Корпорации Межзвёздного Мира, если мы действительно пробились в тот самый закрытый «заповедник», на устройство должно было моментально прийти автоматическое уведомление. Из тех стандартных предупреждений, где казённым языком сообщается, что планета изолирована, любые контакты запрещены, и прочее корпоративное «бла-бла-бла». Однако, разблокировав экран гаджета, я не увидел никаких сообщений от КММ. Как, впрочем, не увидел и связи вообще. Сигнал отсутствовал напрочь. Нахмурившись, я полез в настройки, перебирая все доступные диапазоны и вариации частот, но система упрямо выдавала лишь сухие ошибки подключения. В груди тревожно ёкнуло, а сердце застучало чуть быстрее. Неужели повторяется история с ловушкой Стелларона на Белобоге? Только этого не хватало! Я ведь пообещал Сервал прийти на её концерт через неделю, да и к Коколии собирался заглянуть, проверить, как идут дела и просто поболтать. И, конечно, нельзя было забывать про поиск того самого мира, где пленникам отчаянно нужна помощь. Да, я не давал стопроцентных гарантий Фэйсяо, но подвести их не мог. А сейчас передо мной маячила вполне реальная перспектива снова застрять неизвестно где и неизвестно на сколько… — Мастер Адам… — прервал мои тревожные мысли осторожный, чуть обеспокоенный голос Эклера. — Всё в порядке? Я оторвал взгляд от потухшего экрана, посмотрел на напряженного кота, а затем снова перевел глаза на загадочную синюю дверь. Впрочем, не стоит делать поспешных выводов… Мало ли какие новые глушилки научилась ставить Корпорация вокруг своих секретных миров? — Да, — кивнул я, натянув на лицо ободряющую улыбку. — Не хочешь немного проветриться, мой сладкий друг? Как насчет того, чтобы разведать новый мир, что скрывается за этой дверью? — Ну… — сахарный регент явно занервничал и переступил с лапки на лапку. За пределы Лавки я брал его крайне редко, да и сам Эклер был жутко консервативным домоседом. — А что за мир вы искали столько времени? — Классическое средневековое фэнтези, которое КММ изолировала и теперь изучает со стороны. Меня попросили отыскать туда путь. Возможно, за этой дверью именно он, а возможно и нет. Нам нужно выяснить это наверняка, прежде чем связываться с моими друзьями, которые доверили мне этот поиск. — Звучит интригующе… — кот задумчиво дернул ушком. — Думаю, можно выйти и немного прогуляться. Но только совсем ненадолго! Иначе эта кошка-воровка точно почует неладное и воспользуется нашим отсутствием! — Договорились, — я мягко погладил его по пушистой макушке. Перескочив через прилавок, я подхватил своё боевое облачко и уверенно зашагал к выходу. К тому моменту, как мы подошли к порогу, кот уже аккуратно и почти невесомо угнездился у меня на левом плече, цепко держась за одежду. Я глубоко вдохнул, осторожно взялся за прохладные ручки двери и потянул их на себя, открывая проход в… какой-то переулок? Я ожидал увидеть грязь средневековых поселений или мрачные тюремные стены, но реальность оказалась совершенно иной. Прямо от нашего порога вниз вели несколько невысоких каменных ступеней, спускаясь на широкую дорожку, аккуратно вымощенную серой брусчаткой. По обе стороны от нас возвышались элегантные фасады зданий, окрашенные в глубокий синий цвет и обрамлённые строгими каменными пилястрами. Но больше всего поражало небо – над переулком, опираясь на систему деревянных балок и парящих перекрытий, водопадом свисали густые гроздья цветущей фиолетовой глицинии. Сквозь эту живую крышу пробивались лучи яркого, ласкового солнца. Это место было до абсурда светлым, чистым и совершенно не походило на мир, полный страданий и рабства. А потому я, мысленно приготовившись к любым сюрпризам, сделал решительный шаг наружу… И в ту же секунду мир вокруг дрогнул. Я ощутил нечто… очень странное. Словно меня с головой окатило плотной волной густого, наэлектризованного воздуха. Кожу неприятно защипало тысячами крошечных иголочек, дыхание на мгновение перехватило, а в глазах резко потемнело, уступив место пляшущим цветным пятнам. Но наваждение отступило так же быстро, как и накатило – секунда, и всё прошло, словно ничего и не было. Воздух снова стал свежим, пахнущим цветами. Моргнув, я с тревогой покосился на левое плечо, где сидел Эклер, и… — П-ха-ха! — я просто не выдержал и звонко, разливисто рассмеялся, нарушая спокойствие улочки. Мой грозный начальник охраны и новоиспечённый регент выглядел уморительно. Сахарная шерсть кота от этого статического разряда встала дыбом и так сильно распушилась, что Эклер визуально увеличился втрое, превратившись в идеально круглый пушистый шарик, из которого торчали только растерянные глазки и съехавшая набекрень крошечная корона. — …Мастер… Адам… — глухо и крайне недовольно прозвучал из глубины этого мехового облака знакомый голосок. — Это совершенно не смешно… Я стал очень толстеньким… — А ты как думал? Жизнь правителя далеко не так проста, как может показаться на первый взгляд, — философски заметил я, пытаясь сдержать подступающую улыбку. — Сидячий образ жизни на троне неизбежно приводит к «расширению» габаритов. Так что привыкай к своим новым, более солидным пропорциям, ваше величество. — Ну уж нет! — возмущенно фыркнул Эклер и начал натуральным образом «сдуваться», усиленно отряхиваясь и приглаживая вздыбившуюся шерсть, чтобы вернуть себе привычный элегантный вид. — Я только-только принял бразды правления! Я не могу позволить, чтобы мои доблестные рыцари и весь сахарный народ видели на троне какое-то круглое перекатывающееся облако. Вот пройдёт пара лет, авторитет окрепнет – тогда уже можно будет немного расслабиться и набрать вес… — Хе-хе. Я тебя понял, — понимающе кивнул я. Внешне я старался сохранять бодрость духа, чтобы не пугать своего маленького друга, но внутри продолжал прислушиваться к себе – то странное покалывание оставило после себя лёгкий шлейф дискомфорта. — Но сейчас ты себя как чувствуешь? Ничего не болит? Лапы слушаются? — Сейчас всё в порядке. Хотя эта наэлектризованная волна была… очень странной, мастер Адам. Слишком неестественной. — Мне тоже так показалось… Значит, план такой: мы не будем здесь надолго задерживаться, чтобы лишний раз не рисковать собой. В конце концов, Сладкое королевство просто не переживёт потерю своего нового блистательного регента. — Ни за что не переживёт, — с полной серьезностью поддакнул кот, важно кивая головой. Небрежным, но отработанным жестом руки я на расстоянии захлопнул за нами массивные створки Лавки, услышав тихий щелчок замка, и мы неспешно отправились гулять. Признаться честно, эта пространственная аномалия и странное, звенящее ощущение в теле меня здорово напрягли. Но в то же время где-то глубоко внутри я сохранял определенную долю спокойной беспечности. Я точно знал одно из незыблемых правил своей магии: двери Лавки никогда не откроются прямо в эпицентр смертельной ловушки или туда, где существует глобальная опасность, исходящая от самой структуры мира. Да и обстановка вокруг, признаться честно, скорее успокаивала. Навстречу нам то и дело попадались первые прохожие, облачённые в лёгкие, весьма необычного кроя одежды. Они расслабленно прогуливались по своим делам, оживлённо беседовали и не обращали на мою скромную персону с пушистым облаком на плече особого внимания. Этот залитый солнцем город явно жил своей размеренной жизнью и совершенно не походил на мёртвое, выжженное или опасное место. И всё же полностью поддаваться этой безмятежности я не спешил. Та физическая реакция при переходе случилась со мной впервые, а значит, этот светлый мир таил в себе куда больше скрытых механизмов, чем был готов сходу продемонстрировать заезжим туристам. Держа эту мысль в уме, мы неспешно двинулись дальше, всё глубже погружаясь в хитросплетения улиц поразительного города. Широкие, вымощенные светлым, идеально чистым камнем проспекты вскоре вывели нас в самый центр – на оживленную ярмарку. Оказавшись здесь, я смог с искренним восхищением разглядеть местную архитектуру. Аккуратные белые здания с изящными синими акцентами и элегантными арками, натянутые над улицами цветные тенты, спасающие от полуденного зноя, декоративные вазоны с зеленью... Ни грязи, ни копоти, ни типичной феодальной серости. Фэйсяо говорила про глубокое средневековье, но то, что предстало перед моими глазами, не имело с ним ничего общего. В памяти всплыло куда более точное определение из учебников по стилистике – «античность». Лёгкие, ниспадающие туники горожан, сандалии со множеством ремешков, обилие изящной керамики у лавок – всё это безупречно вписывалось в единую эстетику. Эстетика эта касалась не только вещей, но и звуков. Поначалу речь суетящихся вокруг прохожих казалась мне абсолютно чуждой – мелодичная, но совершенно неясная вязь незнакомых слов. Однако стоило мне чуть дольше прислушаться, как в сознании мягко щёлкнул невидимый тумблер. Заработал маяк синестезии – универсальная ментальная технология перевода, – и бессмысленный набор звуков плавно перетёк в понятные фразы. Теперь я отчетливо различал обрывки торгов, бытовые споры и добродушный смех. Именно из этого рыночного гула я и выцепил первые крупицы нужной информации. Оказалось, местные называют свой город Охемой, а сам мир почтительно величают Амфореусом – названием, о котором я вообще ничего не слышал. Это незнакомое слово лишь подогрело зреющие внутри сомнения. Несмотря на красоту места, кое-что меня серьёзно настораживало: среди всего пёстрого многообразия жителей я не заметил ни единого представителя лисьего народа. Ни мелькнувшего пушистого хвоста, ни заострённых ушек. Конечно, это ещё не позволяло со стопроцентной уверенностью заявить, что Лавка ошиблась координатами. В теории, я мог просто оказаться в обособленном человеческом царстве, где царит иная культура. Но внутренние весы уже неумолимо склонялись к тому, что я промахнулся, и это совсем не тот мир, который искала генерал Яоцина. Из этих мрачных раздумий меня вырвало изменившееся поведение толпы. Если на окраинах мы не вызывали интереса, то здесь люди в своих относительно однотипных нарядах начали обращать на меня всё больше внимания. Мой строгий костюм слишком уж сильно выбивался из местной моды. Прохожие провожали меня взглядами, с интересом разглядывая незнакомую ткань, крой и, конечно, Эклера на моём плече. К счастью, в их глазах не было ни капли агрессии или страха – только живое, неподдельное любопытство. Это немного успокаивало, но одновременно давало понять: нужно поторопиться, пока мы не стали главной достопримечательностью площади и не привлекли внимание местной стражи. Чтобы избежать лишних расспросов и получить достоверную, лишенную субъективности информацию о мире, я решил найти местную библиотеку или архив. Я как раз начал высматривать поверх голов горожан хоть какие-нибудь указатели, как вдруг Эклер на плече оживился. Его носик-пуговка интенсивно задёргался, жадно втягивая нагретый воздух. Кот даже приподнялся на задних лапках, балансируя на моём плече и вытягивая шею, словно гончая, взявшая след. — Мастер Адам... — заговорщически, с нотками крайнего удивления прошептал кот мне на ухо. — Я чую... — Библиотеку? — с надеждой предположил я. — Нет! Сладости! — уверенно заявил регент. Выдержав театральную паузу, он до комичного округлил глаза: — И не просто какие-то местные медовые коврижки или засахаренные фрукты. Я чую выпечку из нашей Лавки! Эта новость заставила меня резко застыть на месте. Из нашей Лавки? Здесь?! В мире, о котором мы до сегодняшнего дня даже не слышали? — Ты уверен в этом? — спросил я, скептически глядя ему в глаза и машинально понижая голос до едва различимого шепота. — Эклер, при всём уважении к твоим талантам, сейчас явно не лучшее время, чтобы устраивать турне по местным кондитерским. Нам бы сперва понять, что это за мир и не грозит ли нам здесь опасность... — Мастер Адам, я говорю правду! — с искренним возмущением перебил меня пушистый регент, чуть выпустив коготки, чтобы покрепче ухватиться за ткань плаща. — Я могу не разбираться в местной архитектуре и странных нарядах, но рецептуру «Сладкого королевства» ни с чем не спутаю! Эти тончайшие нотки жжёного сахара, лунной ванили и звездной корицы... Это абсолютно точно наши сладости, и они совсем близко. Я покажу, куда нужно идти! Спорить с хранителем сладких тайн в таких вопросах было не только бесполезно, но и глупо. Если Эклер говорит, что это наша выпечка, значит, так оно и есть. Однако ясности это не прибавляло: этот факт порождал в моей голове ещё больше тревожных и интригующих вопросов. Плагиат? Пространственный разлом? Или кто-то из наших старых знакомых тоже нашёл дорогу в этот Амфореус? Поняв, что ответы мы получим только на месте, я выдохнул и сдался: — Хорошо… Веди. Так маршрут пришлось экстренно менять. Логичный поиск знаний, карт и исторических справок тут же отошёл на второй план, уступив место профессиональному и вполне обоснованному любопытству. Под чутким руководством моего усатого навигатора мы вновь нырнули в толпу, протискиваясь сквозь пестрые торговые ряды ярмарки. Мы аккуратно лавировали между прилавками, уставленными расписными глиняными амфорами, уворачивались от носильщиков с корзинами диковинных фруктов и старались игнорировать заманчивые призывы торговцев шёлком, чью речь я теперь понимал почти без труда. Эклер направлял меня всё увереннее – то влево, то вправо, – пока мы наконец не вырвались из плотного людского потока на просторную аллею. Именно там, в приятной тени раскидистого синего тента, поддерживаемого изящными белыми колоннами, располагалась большая, богато украшенная уличная лавка. Стоило нам приблизиться, как сомнения отпали окончательно: от неё действительно исходил до боли знакомый, плотный и дурманящий аромат ванили и тёплой карамели. Этот запах буквально возвращал домой, создавая сюрреалистичный контраст с чуждой античной эстетикой этого города. Местные жители, судя по всему, тоже по достоинству оценили ассортимент – возле прилавка вовсю кипела жизнь. Оживленно переговариваясь на своем мелодичном языке и звонко позвякивая незнакомыми монетами под названием эквилибры, покупатели успели выстроиться в плотную очередь из полутора десятков человек. Люди с нетерпением вытягивали шеи, жаждая поскорее получить свой заветный десерт, словно это была не обычная выпечка, а амброзия, дарующая благословение богов. Я не стал сходу бросаться в толпу, размахивать руками и качать авторские права. Вместо этого я выбрал удобную наблюдательную позицию в тени раскидистого синего тента соседнего здания и принялся внимательно следить за торговлей. С каждой минутой я находил всё новые подтверждения словам кота: это и вправду были мои сладости. Я узнавал их все, от мала до велика – и аккуратные кремовые трубочки, и засахаренные мармеладные дольки, и наши фирменные медовые соты. Сейчас они разлетались по совершенно баснословным ценам, позиционируясь как элитные «иностранные десерты» высочайшего качества. Было очевидно, что позволить себе такое лакомство мог далеко не каждый житель Охемы, но даже так отбоя от покупателей не было. Наблюдая за тем, как мои кулинарные творения исчезают в руках местных жителей, я пришёл к окончательному пониманию: это точно не тот мир, который я искал для КММ и Фэйсяо. Это мир, в котором обитала та самая неуловимая кошка-воровка. Видимо, во время настройки перехода Лавка каким-то образом зацепилась за её остаточный след, или же я сам подсознательно сбил координаты. Но раз уж мы оказались здесь, глупо было упускать такую возможность. Я дождался, пока ажиотаж спадёт сам собой. Ровно через полчаса прилавок практически опустел, и за стойкой остался лишь бородатый торговец средних лет. С невероятно довольным, лоснящимся лицом он пересчитывал звенящие монеты и неспешно собирал свою палатку. Из всего богатого ассортимента у него остался только один небольшой поддон с россыпью разноцветных карамельных конфет, где было намешано всё подряд. Понимая, что торговец вот-вот окончательно свернёт лавочку, я решил действовать. — Доброго дня, уважаемый, — произнес я максимально миролюбивым и спокойным тоном, плавно выступая из тени и подходя к прилавку. — И вам светлого дня, — кивнул бородач, пряча туго набитый кошель за пояс. Его цепкий взгляд тут же скользнул по мне, оценивая качество ткани моего костюма, и остановился на Эклере. — Ого, какой у вас роскошный кот. Ухоженный, статный! Сразу видно – господа издалека прибыли. Хотели приобрести заморских сладостей? Боюсь, вы немного опоздали, всё подчистую разобрали. Только вон, карамельная мелочь осталась. Но для дорогих гостей готов отдать со скидкой! — Не совсем за сладостями, — я мягко улыбнулся. — У меня вопрос несколько иного толка. Как я могу к вам обращаться? — Аристон, к вашим услугам, — с лёгким поклоном ответил торговец, явно предвкушая выгодную сделку. — Приятно познакомиться, Аристон. А меня зовут Адам, я – странствующий кондитер на землях нашего славного Амфореуса. И те сладости, что вы так бойко сейчас продавали… — я выдержал небольшую паузу, глядя ему прямо в глаза, — Готовил лично я. Улыбка мгновенно сползла с лоснящегося лица торговца. Он замер, словно пораженный молнией. — Ч-что вы такое говорите, господин? — нервно хохотнул Аристон, отступая на полшага назад. — Это эксклюзивный товар, мне его поставляют надёжные люди! Вы, должно быть, обознались… — Обознался? Вряд ли. Вместо долгих споров я просто небрежно взмахнул рукой. Пространство над моей раскрытой ладонью на мгновение исказилось, и с тихим золотистым мерцанием прямо из пустоты соткалась идеальная, покрытая тончайшей хрустящей корочкой кремовая трубочка – в точности такая же, какую он буквально минуту назад с гордостью продал последнему покупателю. Густой, насыщенный аромат свежей ванили и тёплой карамели тут же поплыл вокруг, неопровержимо доказывая подлинность десерта. Торговец заметно напрягся, уставившись на возникшую из ниоткуда сладость округлившимися от шока глазами. Его пальцы судорожно вцепились в край опустевшего поддона, а взгляд испуганно забегал по сторонам, явно оценивая, не привел ли этот опасный заморский колдун с собой городскую стражу или, того хуже, вышибал из местной гильдии. Чтобы не спугнуть удачу и окончательно не вогнать его в панику, я легким движением пальцев заставил десерт исчезнуть и тут же поднял пустую руку в примирительном жесте. — У меня нет к вам абсолютно никаких претензий, — успокаивающе произнёс я. — Напротив, вы превосходный продавец, и я искренне рад, что люди в вашем городе могут насладиться моей выпечкой. Однако у нас с моим дистрибьютором возникли некоторые... логистические проблемы. — Л-логистические?.. П-проблемы? — осторожно переспросил Аристон, всё ещё не сводя с меня настороженного взгляда. — Именно. Проблемы с сырьём для части товаров и графиком поставок, — уверенно продолжил я гнуть линию делового партнёра. — Вы, должно быть, понимаете, как сложно вести бизнес, когда посредник пропадает со связи. Вы ведь получаете товар от нашей общей знакомой? Той самой... с длинным хвостом, выдающейся ловкостью и весьма своеобразным подходом к ценообразованию. Я многозначительно приподнял бровь. — Мне нужно срочно с ней увидеться, поэтому я её и ищу. Хотел бы попросить вас о посильной помощи в этом деликатном деле. Иначе совсем скоро готовить мне будет банально не из чего, цепочка поставок оборвётся, а вам, соответственно, нечего будет продавать. Согласитесь, не хотелось бы доводить такую прибыльную торговлю до глубокого кризиса из-за банального недопонимания. Бизнес, насколько я увидел, идёт неплохо… Услышав о риске потерять прибыль, мужчина наконец облегченно выдохнул. Опасность миновала, запахло деньгами. Проникнувшись важностью момента, он приосанился и коротко закивал: — Хвала Богам… Признаться, я уж испугался, что вы из торговой палаты Охемы, — Аристон вытер выступившую на лбу испарину. — Впервые вижу вас лично, господин Адам, но примерно так я вас себе и представлял! Мастер своего дела. Только вот… боюсь, что у меня нет постоянного контакта с госпожой Цифер. «Госпожа Цифер» Ммм… Хехехе. В этот момент я внутри просто ликовал: мой спонтанный блеф сработал как по нотам. Торговец не только мгновенно поверил в легенду о «сотрудничестве», но и сам, без малейшего давления, подтвердив мне имя воровки, которое я и так знал. — Она не оставляет адресов, — виновато развел руками Аристон, продолжая откровенничать. — Госпожа Цифер приходит сама, когда сочтёт нужным. Обычно появляется ближе к сумеркам, словно из ниоткуда. Сгружает ящики, забирает свою долю монетами, коротко кивает и снова исчезает. С ней особо не поторгуешься. Ничем не выдав своей радости от полученной информации, я проявил максимум деловой чуткости: — Ничего страшного. Раз у нее такой скрытный график, не будем его нарушать. Если она появится в ближайшее время, просто передайте ей, что хозяин сладостей просил о встрече. Скажите, что я хочу обсудить расширение ассортимента и новый формат сотрудничества с ней. Она прекрасно знает, где меня искать, но по какой-то причине уже слишком долго не появляется на горизонте. — Обязательно передам, слово купца! Можете на меня рассчитывать, господин Адам! — с горячей готовностью пообещал торговец, явно обрадованный перспективой расширения ассортимента. — Вот и славно, договорились, — я плавно сменил тему, чтобы окончательно закрепить образ заботящегося о деле партнера. — Но раз уж нам довелось встретиться лично, не просветите меня? Как создателю, мне крайне важна обратная связь от конечного потребителя. Вы ведь стоите на передовой. Что местным жителям больше всего приходится по вкусу? От чего они без ума, а что, напротив, вызывает меньше восторга? Какие у них предпочтения?..