Глава 14. Новолуние

Когда на небосклоне сверкают только звёзды, кажется, что луна покинула нас. Природа циклична. Что это – смерть или сон? Прошлое осталось в прошлом или просто притаилось в ночной мгле, чтобы накрыть с головой? Думай быстрее, потому что совсем скоро луна вернётся и останется время только для действий.

  Первые летние деньки не были такими жаркими, как споры Лилит и Яна в последние дни весны: в перерывах между его работой, её учёбой и экзаменами. Ян убеждал её дать ему ещё два месяца, чтобы не впутывать Лилит ни во что настолько опасное. Лилит с трудом была согласна только на месяц максимум. В итоге они сошлись на сроке до литы. Лита прошла больше недели назад, поэтому, к запоздалому ужасу Лилит, он согласился пойти с ней в Жжёную деревню. Лилит шла рядом и ничего не спрашивала. Она откровенно боялась даже дышать как-то не так, чтобы Ян не использовал её страх, как причину всё отложить снова. Он и так постоянно бросал на неё взгляды, быстрые, но изучающие, и Лилит пыталась делать вид, что не замечает их. На спине у Яна был небольшой, но до ужаса вместительный рюкзак из кожи. Лилит то и дело косилась на него – не так часто она видела кого-то с кожаными, а не тканевыми сумками. А ещё ей было неловко. Они не договаривались ни о каких деталях, лишь спорили о времени, и Ян в конце всё твердил, что он обо всём позаботится, как бы сдаваясь и идя на примирение, необходимое им обоим. Теперь же он не прекращал бубнить под нос о том, насколько это ужасная затея, что ему не следовало соглашаться, что их будут пытаться сожрать с потрохами, а он даже никак не сможет нормально её защитить. Лилит ещё через несколько минут захотелось закрыть уши руками – так по-детски, так, как это делала Мариэлла, – развернуться и бодрым шагом сбежать от него куда глаза глядят. Но Лилит этого не делала и молча терпела всё это. – Если это твоя стратегия, чтобы я согласилась отказаться от всего, то спешу тебя заверить – это не сработает. Ян замолк на несколько секунд, словно только теперь понял, что Лилит прекрасно слышала весь его бубнёж. Но вместо ответа он лишь хмыкнул, чуть покачал головой в странном жесте и продолжил дорогу. В какой-то момент его нога запнулась о витиеватый корень дерева. Лилит казалось, она словила микро-инсульт, когда он упал. Так, они задержались ещё на несколько минут, пока Ян пытался крайне неудачно отшутиться о своём состоянии. Но он действительно был в порядке, поэтому они пошли дальше. Шли они долго. Шли от Поселения нимфей через леса, пока Ян не решил, что они достаточно находили кругов. И только после этого они стали искать дерево с раздвоенным стволом. Ян открыл проход самостоятельно. Он подал Лилит руку, чтобы помочь – раздвоение было недостаточно низко, чтобы в него можно было просто шагнуть. Лилит могла и сама, но отказывать Яну в его помощи было бы слишком жестоко. Первое, что сделал мужчина, когда проход закрылся, достал из потайного кармана амулет и передал его Лилит. Нимфа даже не сразу поняла, что он ей вообще дал, а Ян не стал объяснять, просто двинулся вперёд. Девушка пару раз чуть не споткнулась о корни и камни, вертя амулет в длинных пальцах, пока осознание не ударило под дых. Ян.. Лилит резко вскинула голову и упёрлась взглядом в его спину. Он каким-то чудом достал амулет-проводник. Это не должно было быть удивительным, ведь это был их единственный способ пройти через барьер, но как? Как он сумел? Неужели упросил её матушку? Но это навряд ли, Лилит покачала головой, выкидывая из мыслей глупости. И, тем не менее, он нашёл способ. Лилит словно впервые вспомнила, что Ян действительно член Малого совета, а не просто фикция, которую мало кто признаёт. Лилит уставилась в амулет, рассматривала его жадно, запоминая узоры и детали. Символы стихий и Богинь переплетались тонкими лианами, но были узнаваемы слишком хорошо. Четыре треугольника стихий, шестилистный цветок с завитком в середине и круг солнца, месяца и старой четырёхконечной звезды, которую теперь уже давно изображают как шестиконечную. Были и другие символы, которые было сложно рассмотреть, но треугольники были самыми отчётливыми – символы гармонии и равновесия. Даже альвы, принявшие для себя седьмую Богиню не сумели отказаться от этого символа. Лилит хмыкнула и сжала амулет в ладони. К сожалению, её поиски информации во дворцовой библиотеке под периодическими взглядами мадам Глафиры, пока что были малопродуктивными. Дерево – идеальный проводник энергии. Но, это была древесина каменного дерева. Такие деревья старались не трогать даже в Ливрале, что уж говорить о мире людей, где если те ещё и были, то лишь в самых глубинах непроходимых лесов, куда люди ещё не добрались своими загребущими ручонками. Надолго Лилит не хватило, и она вновь стала рассматривать его. Зуд отозвался на кончиках пальцев – от нетерпения и воспоминания о единственном разе, когда нимфа была так близко к запретным землям. Она не удержалась и выпустила небольшой поток магии. Совсем чуть-чуть. На пробу. Амулет отозвался почти мгновенно. Тонкие струйки, словно вены, вспыхивали мягким, переливающимся светом, напоминая живое сердце. И почему-то Лилит вспомнилось о Сюйли, которая и сама была живым, вечно бьющимся сердцем Ливраля. Если она, конечно, существовала в действительности. Это было одним из немногих, с чем Лилит отчаянно не хотелось соглашаться с Яном. Что-то внутри противилось мысли о том, что это всё лишь легенда. Словно без Сюйли не могло бы быть и Ливраля. Но сейчас она опустила руку с амулетом в карман старых штанов и быстро поравнялась с травником. Стоило им подойти к барьеру достаточно близко, как его магия стала ощущаться подобно репейнику. Колючая, неприятная. Пальцы фантомно закололо вновь. Или же её магия вспомнила и отозвалась – Лилит не хотелось проверять, проступили ли крупицы искр на подушечках пальцев. Она лишь сильнее сжала амулет в кармане и затаила дыхание. Барьер был огромным и полупрозрачным. А ещё словно живым. Хотя, раз уж он был создан из магии и крови стольких существ, наверное, это было бы неудивительным. Сам остров тоже считался почти живым у многих ливрийцев. Видя его внушительные размеры, у Лилит перехватывало дыхание от ужаса. Ей действительно начинало хотеться развернуться и уйти. Бросить всё. Но ливрийцы.. Лилит зажмурилась с силой и впилась ногтями, сжимая вторую ладонь в кулак. Ливрийцы не виноваты. Они не должны пострадать из-за её трусости. Ян тоже замедлил шаг, приближаясь всё ближе и ближе. Лилит не видела его лица, шла на полшага позади, но старалась не отставать. Словно он тоже всё это чувствовал. Словно за барьером действительно жили монстры, чудовища и мерзкие твари. Возможно, слухи не врали. За барьер не ссылали без причин. И Лилит сейчас должна будет столкнуться с ними лицом к лицу. И выяснить правду. Ян остановился. Это произошло слишком внезапно для паникующей Лилит, что она едва не упала на него, но в последний момент сумела удержать равновесие. Он опустился, присел на одно колено и сгорбился как маленький каменный тролль. Лилит даже не поняла, что он делал, пока ей не всучили какую-то не то полу-холщовую, не то льняную тряпку. Только повертя в руках, Лилит осознала, что это был какой-то очень старый плащ-накидка с капюшоном. – Ты уверен, что они нам нужны? Лилит неуверенно продолжила вертеть в руках тёмный потрёпанный плащ. Не из брезгливости – она и так сегодня надела одежду полностью из мира людей: невзрачные старые штаны, футболку, а сверху кофту. Просто боялась, что плащи могут сразу выдать в них не местных. Да, зачем вообще погарельцам такие плащи? Ян уже надел свой. Он внимательно посмотрел на Лилит, и нимфе стало неуютно под этим взглядом. – Просто доверьтесь мне. Лилит смотрела в его глаза и могла только кивнуть. Если он настаивал, значит, это действительно были нужно. Она накинула на себя плащ. Рукава кофты неудобно пытались собраться гармошкой, поэтому ей потребовалось несколько попыток, ведь потрёпанная льняная ткань цеплялась за шерсть кофты почти как липучка. Ян подошёл ближе и спокойно протянул руки. Поправил капюшон, заботливо заправил светло-фиолетовые волосы, чтобы тех было почти не видно в тени, завязал крепкий узел на шее. Вряд ли кто-то из погарельцев знал, как выглядит принцесса Поселения нимфей или кто вообще сейчас правит на разных территориях, но перестраховаться стоило. Лилит отдала амулет обратно Яну. Тёплый, он скользнул с её рук в его. Лилит видела, как Ян быстро его сжал, и просто доверилась ему. Первые несколько метров не было почти ничего необычного. Даже гул доходил словно со стороны – видно, мало кто хотел приближаться к барьеру, и Лилит их понимала. Она почесала руку, вспоминая тот удар магического разряда. Хорошо, что Ян не предложил открыть проход ей, а сделал всё сам. Лилит не была уверена, что смогла бы это сделать в своём состоянии. Зачем Ян нацепил на них плащи стало понятно очень быстро. На захудалых улицах много кто носил длинные плащи, кутаясь в них и скрывая себя от чужих глаз. – Как ты узнал? – не удержалась от тихого восхищённого вопроса нимфа. Ян довольно хмыкнул, но полуопущенную голову не поднял. – Многие слепо думают, что здесь у них полная анархия и разруха. Лилит вновь осмотрелась по сторонам. Разруха действительно была, но совсем не такая, какой её себе представляла Лилит. Здесь были улицы и дома из камней, из древесины. Некоторые напоминали старые хлипкие сараи, но некоторые были более чем приличные, чем-то напоминая средневековые домишки не выше двух этажей. Некоторые из них были явно требующие ремонта, но это всё равно не шалаши, которые она представляла себе в детстве. Всё вокруг действительно напоминало старенькую, захудалую деревушку на самом отшибе какой-то средневековой страны. – Но, как видишь, это не так. Что есть правда, так это то, что образ жизни местных.. далёк от моральных представлений мирных ливрийцев и тем более высших честолюбивых сословий. Драки, кутежи.. В этом весь местный колорит. Он вновь весело хмыкнул, но также, как и Лилит, был предельно внимателен и следил за всем, что происходило вокруг них. Старые неуклюжие телеги тащили на себе или на других погарельцах, словно те были скотом. Кто-то орал, где-то неподалёку старая, скрюченная женщина избивала тощего долговязого мужика длинной метёлкой, раза в полтора выше её собственного роста, и крыла ругательствами на старом немецком диалекте. Это выглядело безумно странно, учитывая, что под барьер уже долгое время никого не ссылали. По крайней мере, Лилит ничего о таком не слышала. Ян снова хмыкнул, проследив за взглядом принцессы. Лилит поёжилась и натянула капюшон сильнее. – Видимо, кто-то из предков, что был сюда сослан, имел опыт общения с немцами. – Значит, скорее всего, её родственники.. Ян покачал головой, и Лилит замолчала на полуслове. – Не обязательно прям её. Это же погарельцы. Один из них что-то ляпнул или сделал, другой подхватил. Они же тоже не могут без социума, иначе бы давным-давно повымирали и поубивали полностью друг друга, как на то и рассчитывали ливрийцы изначально. Они просто бесцельно бродили по улочкам и старалась осматриваться незаметно. Лилит боялась. Она с самого начала безумно боялась. Но та паника, которая тихо начала прошибать её тело, была другой. Как? Как они должны были здесь найти хоть что-то? Что они вообще здесь искали? Единственное, что они действительно могли здесь найти, так это собственную смерть, а никто бы даже не узнал, что с ними случилось на самом деле. Лилит придвинулась к Яну и быстро схватилась за его локоть. Плевать, как это выглядело со стороны, сейчас она чувствовала себя не как будущая королева, а как маленькая до жути напуганная девочка. Ян ей позволил. Напрягся сперва, но позволил. И повёл её дальше по петляющим и неровным, почти как в лабиринте, улочкам. Их явно никто не проектировал. Дома просто строили те, кто могли, как могли и там, где могли себе позволить в силу наглости и возможностей. Местами пахло смрадом. Это было не удивительно, учитывая, что они дважды чуть не оказались облитыми помоями из вёдер. Животных было крайне мало. Это Лилит заметила только на второй час их прогулки. Но спрашивать ни о чём не стала. Ей было откровенно страшно узнать правду или даже просто предположения Яна. Один раз они свернули в переулок, но Ян резко дёрнул её, и они быстро ушли в почти противоположную сторону. Лилит не спрашивала почему. Но чьё-то тело, мутную затхлую жидкость и тёмно-бордовую землю, она заметить краем глаза успела. Они выживали, как могли. И от этой мысли становилось особенно дурно. Лилит не знала, что им делать и что они вообще делали всё это время. Ей не хватало духу попросить Яна уйти, потому что, а зачем они вообще сюда пришли тогда? Лилит в полной мере ощущала всю беспомощность Яна, когда тот в отчаянии рассказывал ей о тех слухах. Им нужны доказательства. Но иголку в стоге сена было найти в разы проще, ведь тогда ты хотя бы знаешь, что нужно искать. В какой-то момент прямо перед ними резко открыли дверь. Та едва не сломалась в щепки от той силы, с которой ударилась в стену, но никого это не волновало. Несколько мужчин выволокли другого, пока Ян с Лилит быстро спрятались за угол соседнего дома. Мужчина нечленораздельно мычал, пока его буквально не выкинули на землю. Он упал глухо, словно мешок картошки. И почти сразу выблевал что-то жидкое. Ян моментально протянул руку так, чтобы у Лилит не возникло ни малейшей мысли сунуться в перепалку. Не то чтобы она хотела участвовать в мордобое, но.. Они пинали его ногами. Их слова перемешивались с гулом улиц, и было возможно разобрать в основном лишь откровенные старые ругательства. Лилит не знала, что произошло, но ей не хотелось быть тому свидетельницей, как и не хотелось молча уйти. Но Ян не давал ей ступить и шага. И он был прав. Но от этого не становилось менее тошно. Дом, откуда выволокли мужика, сам по себе был шумным. Лилит даже знать не хотела, что там происходило. Она услышала что-то про «расплату», прежде чем почувствовала, как Ян пошевелился. А после и вовсе пошёл в сторону небольшой толпы. Сердце рухнуло вниз. Он не мог.. Нет, не мог, он ведь травник, даже не стихийник, он не может использовать боевую магию, которой её обучали несколько лет. А мужика всё продолжали топтать, под его болезненный скулёж. Один, что стоял чуть дальше, уже развязал узел на своих штанах. Лилит не слышала, что сказал или сделал Ян – его обычный голос перекрывался её страхом и шумом происходящего вокруг. На время мужики, внешне похожие на отравленных головорезов, даже прекратили топтать несчастного. Лилит не понимала, что он задумал, но выходить из укрытия не спешила. Она внимательно наблюдала за поведением мужчин и оказалась права. Всего несколько коротких минут и они переключились на Яна. В потасовке быстро блеснул маленький нож. Кровь быстро оказалась мелкими каплями сразу на нескольких из них. Ян отошёл в противоположную сторону, словно давая мужику выползти из-под чужих ног. Лилит судорожно смотрела, пытаясь придумать хоть что-то. И когда она была готова наплевать на безопасность и просто применить магию, на глаза попались чёрные цветы. Много чёрных цветов с белой пыльцой и светлым краем лепестков. Они были далеко, чтобы она могла убедиться, но терять было нечего. – Ян! Энтенеклипс! И сразу после этого, нимфа закрутила поток воздуха, неся белую пыльцу прямо на них. Ян услышал. Обернулся и, через долю секунды спрятал нос в накидке. А после, явно выругавшись, бросился к мужику и, с нескрываемым отвращением, закрыл ему нос и рот. Лилит тоже уткнулась ртом в ткань и задержала дыхание на всякий случай. Сперва её окрик дезориентировал мужиков. После же те начали кашлять от пыльцы. Ещё немного, и те полегли, словно карточный домик от неосторожного движения. Лилит впервые полноценно облегчённо выдохнула за всё время здесь. Это действительно был «ночной кошмар». Ян стал оттаскивать пьяного, глупо хихикающего и кашляющего мужика в сторону. Лилит полностью прекратила контролировать ветер, который подняла только что, и кинулась ему на помощь. Они оттащили его в какой-то очередной кривой закуток из домов без окон. Достаточно далеко, чтобы своим поведением не привлечь к себе слишком много внимания, но, к сожалению, не так далеко от бандюганов, как им того хотелось. В домах в Деревне вообще было мало окон – видимо, стекло было ужасным дефицитом, что не должно было быть настолько удивительным, но почему-то для Лилит стало. Земля под куполом умудрялась раз за разом сломать все представления Лилит. И только Лилит начала успокаиваться, как Ян присел и начал лупить потерявшего сознание мужика по щекам. – Что во имя земли ты делаешь? – возмутилась Лилит, стараясь приглушить свой голос. – Привожу его в чувства, – не отрываясь от дела, проворчал Ян, – В конце концов, не зря же мы его спасали. Нам всё равно нужен кто-то из местных, чтобы понять, что тут вообще творится. Лилит недовольно поджала губы, но отошла к косяку и выглянула. Убедившись, что те всё ещё поглощены своими кошмарами, и больше никто не пытается их преследовать, Лилит тяжело вздохнула. Пальцы кололись и чесались. Возможно, слухи об искажённой магии здесь вовсе и не были слухами. Лилит не нравилось это, но Ян был прав, им нужен сопровождающий из местных. А найти такового было бы крайне сложно, ведь одна только попытка легко могла раскрыть в них «не местных» и их просто попытались бы убить. И хорошо, если быстро. Нимфа просто хотела спасти мужика, он стенал слишком жалобно, да и смотреть на его избиение было невыносимо. Ян же, как всегда, думал на несколько шагов вперёд и спасал её шкуру. Лилит устало прислонилась к неровной стене. Руки скрестились на груди сами по себе. Ей не нравилось всё это. Но разве она могла высказывать недовольство, когда сама затащила Яна сюда, когда втянула его в это? Она могла бы просто рассказать обо всём матери, это было бы правильнее, ей не пришлось бы находиться здесь, но.. Она взглянула на Яна, который с трудом обломанным ногтем открыл перстень, намазал что-то себе на палец, а после намазал мужику под нос и вытер палец о ткань. Ян так рисковал, рассказывая всё ей. Он рисковал сейчас, пойдя у неё на поводу, придя сюда. Это было слишком важным и серьёзным. Они не имели права позволить повториться той трагедии прошлого. Мужик резко закашлялся. Лилит выдохнула и устало прикрыла глаза. Чтож, первый шаг к доказательствам сделан. Отступать было глупо. Лилит подошла и протянула руку Яну, помогая тому встать. Ян кряхтел и упёрся второй рукой в колено, а когда встал, убрал куру за поясницу. – Возраст, чтоб его, – Ян неразборчиво выругался, – Какие геройства могут быть после двадцати пяти? Сплошное наказание.. Надо будет согревающую мазь и на два часа под ватное одеяло, эх.. Улыбка сама расцвела на лице от его тихих и уже таких родных ворчаний. Она протянула руку и сжала его плечо у основания шеи. Сначала одними пальцами, затем другими, нажимая на зажатую от частого сидения за столом мышцу. Чуть переместила руку. Ян аж голову запрокинул, а девушка слегка рассмеялась. – Благодарю, принцесса. – Не за что, – усмехнулась она и перевела взгляд на оживающий труп. Мужик открыл мутные глаза, явно не слишком соображая кто он и где он. Пришлось дать ему время, пока с болезненным мычанием не попытался встать. Теперь уже Ян помог ему встать, но не так осторожно, как это сделала с ним Лилит. Он был пьян. Откровенно пьян. Лилит бросила неуверенный взгляд на Яна, но тот кивнул – не то ей, не то самому себе для уверенности, – и, поймав рассеянный взгляд мужика, указал подбородком в сторону. Он не дал ему оклематься, как подтолкнул того к улице. Тот явно не был в силах сопротивляться. Лилит лишь надеялась, что раз тот пьян, то не заметит, что они с Яном явно нездешние. Они продолжили осматривать Деревню уже втроём, дожидаясь пока внезапный спутник не протрезвеет хотя бы до относительно вменяемого состояния. Лилит заметила, что на них стали больше кидать взгляды. Может, погарельцы и нашли способ объединиться для выживания, но это вовсе не означало, что они привыкли доверять, раз образ троих приятелей, двое из которых ведут нажравшегося в хламину третьего, так сильно привлекал внимание. К счастью, это закончилось быстрее, чем опасалась Лилит. То ли та мазь Яна подействовала, то ли ещё что, но вскоре он мог идти сам, без опоры, а ещё чуть позже даже почти стал походить на адекватного. – Ну, вы звизде, – протянул он, хлопая обоих спасителей по плечам. Ян быстро убрал его руку с себя. Заметив это, мужик убрал и вторую от Лилит. Он пьяно наклонился к ней, щурясь. Лилит наклонилась назад. – Тюю.. Он вернулся к Яну и склонил голову так, словно она была слишком тяжёлой для его толстой шеи. – Я вас не знаю, – протянул он всё ещё пьяным голосом. – Мы тебя тоже, – буркнул Ян, – мог бы поблагодарить за спасение. – Зачем ж вы меня спасли. – А ты бы хотел умереть? – скрывая удивление, спросила она и тут же пожалела, когда пьяные жёлтые глаза вернулись к ней. – Благдарствую. Он уронил голову вниз и вскинул руку. И прежде чем Лилит испугалась такого пьяного неумелого поклона, тот глупо захихикал и сделал оборот, словно ребёнок. Как тот не запнулся о собственную ногу – у Лилит не было сил удивляться. Больше ей не было что сказать. Ян же попытался вытянуть у него хоть что-то о необычном, но.. – Только вы, – пьяно хихикнул тот, – ктож помогает незнакомцам? Пырнуть ножом – вот плёвое дело. Вдруг будет с собой хлеб или бутыль. – А у тебя есть? – как бы невзначай спросил Ян. Незнакомец замер. А затем его плечи затряслись. Лилит уже видела такое. Она бросилась вперёд, боясь, что единственный, кто мог бы сказать хоть что-то сейчас впадёт в истерику и на этом всё рухнет, и тут же встала как вкопанная перед ним. Голова мужика болезненно наклонилась назад, и громкий гогот разнёсся по всей улочке. Лилит отпрянула и отступила на шаг. Ян быстро оказался практически между ними. – Будь у меня, – он повернул голову вбок. Это было откровенно жутко, – думаете, стал бы я пытаться украсть у тех камнеломов? Уточнять «камнелом» от того, кто работает с камнями или ломает кости другим, уточнять как-то не хотелось.  Всё-таки была в этом мужике какая-то странная простодушность, что принцесса мягко положила руку на плечо Яну. Им не было нужно его спугнуть. Но, кажется, слишком сильно опасаться тоже не было смысла. Он выглядел как взрослое дитё. Хотя, возможно, это алкоголь, который здесь непонятно из чего делали, так повлиял. – Вас проводить до дома? – предложил он. Но заметив их странную реакцию, нахмурился, – Как благодарность, что не дали подохнуть. Хотя.. Может, лучше бы и дали. – Давай пока просто прогуляемся, – слишком мягко для этих земель сказала Лилит и поравнялась с мужичком, беря того под руку. Его походка всё ещё была слишком далека от твёрдой. Он странно хмыкнул. – И правда.. Не стоит домой. Вдруг обворую. И вновь залился пьяным глупым смехом. Лилит неуверенно переглянулась с Яном, и тот вернулся, встав по другую сторону от болвана, которого они подобрали. – Хотя, знаете, что, – протянул он спустя время. Его голос внезапно перестал быть пьяным. Это пугало, но нимфа взяла себя в руки – привычка, свойственная всем при дворце. Но тревога была ложной. Он громко икнул, и голос стал с привычной пьяной ленцой. – Там у нас дурак один появилси.. Крыса говорит, он крышей поехал. Дом себе строит бо-о-ольшо-о-ой, – мужик вырвался и так выразительно показал руками размер, что чуть не упал лицом в грязную землю, – Только зачем ему такой, хих? Ик! Мне вон лачужки хватает. Крыша и тёмный угол есть и хорошо. Темнота, правда.. страшно. Но когда я краду немного зерна, иногда прибегают крыски. Они так забавно пищат и щекочут ноги хвостами, хих.. Ян отвернулся не то в отвращении, не то осматриваясь, не подслушивает ли этот бред кто-то другой. – Почему нам должно быть это интересно? – едва сдерживаясь, огрызнулся Ян. Но мужика это, кажется, совсем не задело. – Ну как же, – он снова икнул, – Я туда иногда пробираюсь. Там можно украсть немного зерна. Правда, если заметят, бьют прутьями так бо-о-ольно-о-о. Он натурально начал скулить, словно его прямо сейчас ударили ивовым прутом. Лилит была в отчаянии. Вероятно, сейчас им не получится ничего узнать. Ожидаемо, но от этого не менее обидно. И только она начала утопать в отчаянии и усталости, как что-то чёрное блеснула маслянистым блеском. Сперва она даже не хотела обращать своё внимание, но блеск повторился, и Лилит подошла ближе. Это не укрылось и от Яна, но нимфа даже не заметила его неодобрительного взгляда. Она подошла ближе к кустарнику. Чёрная кора, похожая на уголь. Острые шипы. Поверхность гладкая, словно масло – Лилит не удержалась и совсем слегка провела пальцем, едва не соскользнувшим на шип. – Это, – вздохнул знакомый голос над ухом. «Насилие не выращивает новые деревья». «Корни ненависти и насилия не дают прорастать деревьям». Так говорили в Ливрале, и во всём мире было лишь одно-единственное растение, которое было полностью противоположностью всем этим поговоркам. Смотря на куст с затаённым дыханием и прижимая едва не поранившуюся руку к груди, Лилит уже ни в чём не была уверена. И в глубине души это её откровенно пугало. – Ну и чего вы уставились на него? Он всё равно невкусный. Только уколитесь. – Лунный терновник, – выдохнула Лилит, смотря на растение с таким же ужасом напополам с благоговением, что и Ян. Но спутник неожиданно схватил их и оттолкнул от куста. – Вы, чё, глухие? А после, когда злость и обида ушли, он словно сдулся. – Как будто впервые видите, – буркнул он. – Да, как-то не особо замечала, – неловко повела плечом Лилит, но старалась внимательно следить за лицом почти полностью протрезвевшего спутника. Тот аж хрюкнул от смеха. – Тоже мне.. Они ж везде растут. У шиповника колючки, но ягоды есть можно, а этот, – он махнул рукой, – только колоть и умеет, да цвести иногда. Но там и цветок не сорвать. Бесполезный он. Только больно делать умеет. Внутри Лилит всё застыло. А болезненное осознание заставило закрыть глаза. Ну, конечно.. Лунный тёрн питался болью. Это в Ливрале он редкий, но здесь, на этой проклятой земле, он мог расти буквально в каждой подворотне. Она не знала, что делать дальше, и подняла абсолютно беспомощный взгляд на Яна. Он его поймал моментально. Им нужно было.. что? Отвести его в его каморку? Просто бросить так и пойти? Пойти куда? Холодный неровный от ржавчины металл оказался прямо у трахеи. Лилит застыла, не шевелясь. Лишь осторожно перевела взгляд на малознакомого мужика. – Вы же не думали, что я вам так просто всё выложу, пока вы играете в добрячков, да? Не-е-ет.. Я дурак, но не настолько. Лилит тупо смотрела на него. Она даже не испугалась угрозы остаться с перерезанной глоткой, настолько всё выглядело сюрреалистично. – Вы на моё зерно позарились, да? Признавайтесь! – противно рявкнул он, а после захихикал, почти как гиена из мультика на телевизоре, – Не дам.. Моё. Это моя еда. Ищите другого дурочка, я вам своё не дам! Не да-ам! Ян зашевелил пальцами—Лилит заметила это краем зрения, – но нимфа опередила его. Сильный неестественный ветер налетел и откинул мужика, что так и не начал стоять нормально на ногах. Он упал на четвереньки, зарываясь и без того грязными пальцами в землю. Он явно не ожидал подобного. На мгновение это его напугало. Но уже вскоре он облизнул верхнюю губу длинным языком и снова расплылся в улыбке. Он не напал снова. Он сбежал, дико хохоча, как полный умалишённый. Возможно, он и был таким. Может, от рождения или просто кто приложил его головой недостаточно сильно, чтобы убить, но достаточно, чтобы повредить мозг. Это не было важно. Важно было только то, что он сбежал. А они, как ещё большие идиоты, чем он, так и не нашли ничего, за что можно было бы зацепиться. – Чтож, – Ян отряхнул руки, ещё раз вытер пальцы о грубую ткань и только после этого протянул принцессе ладонь, – Осмотреться тоже лишним не будет. Он продолжал смотреть ему вслед, словно ожидая чего-то. Но тот просто скрылся за углом, то и дело спотыкаясь и едва удерживая равновесие в своём крупном непропорциональном теле. И Ян вернул взгляд на неё, делая его заботливым. – Не ранена? Лилит покачала головой. Ржавым ножом было сложно что-то порезать. И всё же Ян прошёлся внимательным взглядом по её шее, вынуждая Лилит задержать дыхание и чуть приподнять подбородок выше. И только когда он сам убедился в этом, сжал её руку в своей. – Думаешь, он кому-нибудь сболтнёт? Её голос был слабым, на грани шёпота. Ян вновь посмотрел в сторону, где скрылся мужчина и медленно покачал головой. – Он никому ничего не скажет. Его голос был твёрдым и удивительно уверенным. Но стоило ему вновь посмотреть на Лилит, как весь он, казалось, смягчился. – Предлагаю неспешно прогуляться по здешним улочкам, и спокойно, не привлекая больше ничьё внимание, вернуться домой. Лилит тоже думала, что на этом с них было достаточно. На сегодня. В конце концов, им всё ещё нужны были доказательства, а у неё были почти два месяца лета для этого.