Глава 15. Пепельный свет луны

Уверена, что ты знаешь и учла всё? Или может ты что-то упускаешь? Света ещё достаточно, чтобы разглядеть неосвещённую часть луны, но разве это сейчас важно для тебя?

Лето всегда бежало и заканчивалось так быстро, что школьники редко замечали, как наступал сентябрь. Уже подступал конец июля, но Лилит казалось, что месяц не просто пролетел, он пронёсся скоростным локомотивом прямо по ней. Это была уже не первая их тайная вылазка и вряд ли последняя. У Лилит просто кружилась голова. Вот она ходила в кино с Ликой, и они вместе гуляли по давно знакомым улочкам города, обсуждая всё на свете и громко смеясь, что прохожие вечно оборачивались. Лилит помнила, как у подруги свисал один белый старенький наушник, пока второй был воткнут в правое ухо. Она помнила, как подруга визжала, когда голубь что-то придумал своей маленькой головой и уселся прямо на её пушистую макушку, как подруга боялась, что тот нагадит на её новенькую спортивную кофту, купленную на рынке на другом конце города. Лилит всё ещё улыбалась от воспоминаний обо всём этом. Словно это было вот только что. Но теперь Лилит вновь находилась в Жжёной деревне. И ей было совершенно не до смеха. Руки сжимались в кулаки и прятались в ткани старого плаща. Ей нельзя было прибегать к магии слишком часто, её спасал лишь многолетний опыт жизни с людьми. Сейчас она сильно завидовала Яну, который привык всю жизнь полагаться только на себя, не прибегая к магии. Сперва её вены чесались. На третьей вылазке она заметила, что зуд стал заметно меньше. И что ещё жуже, сам поток магии – то, что было буквально частью неё самой, её прямым продолжением, – было сложно контролировать. И чем сильнее поток, тем сложней. К тому же, как они успели заметить, мало кто из погарельцев вообще прибегал к магии. Только если что-то совсем лёгкое, чему можно было научиться интуитивно. Применять магию было не просто опасно, это привлекало нежелательное внимание. Лилит снова беспокойно обернулась по сторонам, пока Ян крепко не вцепился в её плечо. Лилит знала. Она знала, как подозрительно это могло выглядеть, но.. – Кажется, за нами следят. Вены заледенели. Ей не показалось. Тот странный мужик шёл за ними целенаправленно. Не то, чтобы хоть кто-то в пределах барьера вообще выглядел нормально, но всё же. Лилит ещё раз покосилась, но уже аккуратнее – через старое металлическое ведро. Глаза сощурились. Быстро убедившись, что на них никто не смотрит, Лилит опустила правую ладонь с выпрямленными четырьмя пальцами вместе, а после резко выпрямила ладонь параллельно земле. Всё ещё осторожно бегая глазами, но не позволяя себе издать ни звука, она собрала магию в воздухе к себе и сжала в кулак. Грудь вздымалась тяжело, но застывший близко к сердцу правый кулак выгнулся пальцами вверх, и вторая рука быстро, почти беззвучно разбила его, застывая такой же прямой на губах, оставляя другую вновь параллельно земле. Рука у рта повернулась, касаясь ребром указательного. Остальные, кроме среднего, пальцы левой руки медленно сжались в кулак. Лилит не размыкала губ. Правая рука лежала параллельно земле. Её фиолетовые глаза опасно блеснули похожего цвета искрами, прежде чем она молча перевела взгляд на Яна. Травник сперва застыл, но быстро понял – чары безмолвия. Сложное исключительно невербальное заклинание, которое при должной подготовке можно было использовать вне зависимости от типа магии. Ян, конечно, не мог, но он всё равно узнал. Ей было достаточно лишь выразительно посмотреть на дома, чтобы он понял её мысль. Он вышел вперёд неё, чуть ускорив шаг. Через несколько метров резко схватил за запястье и затащил в подворотню. Лилит по-прежнему не издала ни звука. Преследователь повернул и попался в ловушку без возможности издать хоть звук. Лилит дышала. Просто пыталась отдышаться и одновременно с тем контролировать ровный поток магии, которым создала и сдерживала лианы. Они были тоньше, чем обычно и постоянно искрились фиолетовым, что не было нормальным, но хуже было то, что магия словно пыталась утечь сквозь пальцы, а сделать что-то было очень сложно.  Сжать чуть сильнее означало задушить или и вовсе сломать преследователю кости. Ослабить, значит позволить магии прервать поток полностью. И при этом она должна была сохранять абсолютное молчание. Пальцы внезапно перестали слушаться и начали выгибаться. Это было неправильно. Это было опасно. Лилит подняла взгляд и осмотрела напуганного мужчину. Слишком опрятно выглядящего и до усрачки напуганного. Лилит едва не ахнула – он не был здешним. Ян что-то тихо ему сказал, – шум в ушах от напряжения и эмоций просто не давал ей вслушаться, – и тот быстро закивал головой как болванчик. Лилит внезапно вспомнился пьяный погарелец, которого они встретили в свою первую вылазку, но этот был совершенно на того непохож. – Можешь дать ему голос, – также тихо произнёс Ян, подойдя к ней. Тонкая струйка воздуха вышла из полуоткрытых губ. Если левой рукой она продолжала удерживать лианы, то правой ладонью легко отмахнула поток, впутывая в него крупицы магии. Она могла бы просто заговорить, но учитывая странную реакцию её магии, Лилит не была уверена, что это не отзовётся побочными эффектами для них обоих. Так было безопаснее. – Ты нездешний. Она не спрашивала, но тот всё равно закивал. – Будешь кричать, и мне придётся заставить тебя замолчать навсегда. Её голос был спокойным. Лилит знала, что это серьёзная угроза, на которую она не была готова пойти, но надеялась, что до фальши в её голосе не чувствовалось. И судя по перепуганному до смерти ливрийцу, расчёт был верным. Он мог быть шпионом. Причём, чьим именно – было отдельным опасным вопросом. К их стыду, они всё ещё не имели представления о том, что на самом деле происходило. Это пугало и заставляло быть настороженными бо’льшую часть времени. Матушка? Вряд ли. Конечно, как и у любой королевы, у неё были тайные информаторы. Но Лилит явно бы уже огребла по самые уши, если бы её мать хотя бы заподозрила дочь в том, чем она занималась. От понимания этого Лилит бросило в озноб. Она не должна была подать вида. – Тогда говори. Что ты здесь делаешь и почему следил. Молодой мужчина судорожно вздохнул и тут же задушил в себе вырвавшийся нервный смешок. – Ну, как же.. Так редко можно увидеть, как кто-то проходит сквозь барьер. – Ты следил за нами? Она сохраняла видимость хладнокровия, потому что знала: Ян был гораздо более беззащитен здесь, чем она. Пальцы вновь начало покалывать, но лианы она не убрала. – Нет.. Нет-нет-нет! – затараторил он, – Я.. Я маг воды, я просто работал над за-заклинанием, которое случайно наш-шёл в старых записях дома. Я случайно! Просто из любопытства. Не знаю, что на меня нашло. Ян выразительно скривил серую бровь и забарабанил пальцами по своим скрещенным рукам. – Как жаль.. Ты же понимаешь, что мы теперь не сможем так просто тебя отпустить. Ян так легко и быстро сделал схожую интонацию, что ледяные жучки вновь быстро пробежались по коже. Это действительно могло звучать жутко, если бы она не знала его на самом деле. Голубые, словно море, глаза и без того были смертельно напуганными, но теперь ещё и начали краснеть от солёных слёз. Он пытался их сдержать, но страх был сильнее. –  Я не специально, – чуть не завопил он, но лианы связали его туже, вынуждая смолкнуть. Слеза покатилась по щеке, и сердце Лилит болезненно сжалось. Но что, если он врал? Что если он связан с тем, что они ищут? – Я поздно понял, что натворил, и просто боялся потеряться и не выбраться. Лилит замотала головой. Не резко, но так, чтобы выкинуть страшные мысли из головы. Он действительно был глуп и наивен, раз даже Лилит уже столько времени заметила его слежку. В Жжёной деревне, по всей видимости, было мало обученных магии, но что здешние умели хорошо – это выживать. Лилит случайно увидела, как тощий ребёнок что-то стащил, пока двое взрослых ругались, а после и вовсе сцепились в драке. Она не смогла ничего поделать и просто отвернулась, притворившись, что не заметила. Воровство было отвратительным. Но здесь это могло быть единственным способом выжить. К тому же ребёнок.. Он явно не был сосланным. Он родился здесь. Врать, прятаться, следить.. Местные жители хорошо умели это. А этот маг – нет. К тому же он так хорошо знал, что являлся именно магом воды. И даже её сестрёнка не капризничала и рыдала так, как сейчас делал этот мужчина, явно старше её самой. Ян продолжал давить. Холодно. Методично. Словно действительно допускал мысль, что этот недо-шпион мог врать. Лилит, кажется, впервые по-настоящему вспомнила, что он является Советником. Частью политики. Лилит доверилась и дала ему какое-то время на это. Но когда покалывания дошли почти до локтя, а слушать эти рыдания стало совсем невыносимо, нимфа перекинула шаром поток энергии в левую руку, и прикоснулась освободившейся Яна по плечу. – Не надо, – тихо, но твёрдо прервала она уже готовые сорваться с его губ новые слова. Лилит не могла вынести его взгляда и вновь посмотрела на пленника. Они простояли молча, понимая, это просто бессмысленно. Лилит стряхнула поток, и лианы отпустили мужчину. А после и вовсе рассыпались на искры и впитались в проклятую землю. Она достала амулет, пока растерянный мужчина пытался осознать, не ждёт ли его теперь изощрённая пытка. – Отведи его за барьер. Ян явно не был этим доволен и хотел возразить. Но что они могли? Оставить этого любопытного глупца на растерзание погарельцам? Или может и вовсе убить? Что они должны были с ним делать? Конечно, просто отпустить – вариант дерьмовый, как сказала бы Лика, – но, а что ещё? Она думала над этим почти всё то время, что стояла в закоулке. Оставалось только напугать его до смерти – с чем Ян уже прекрасно справился, – и взять с того клятву, что он никому не проболтается о том, что увидел сегодня. Об этом она и сказала Яну. Тихо, чтобы этот идиот не услышал – он и так едва не обмочился со страха. А так мог теперь ещё и от облегчения. Ян тяжело вздохнул, но амулет взял – значит тоже был согласен с неизбежным. Лилит осталась в закутке. Только стоило мужчинам скрыться, Лилит лишь тогда позволила себе полностью облокотиться на неровную стену. Расслабляться было опасно, но она ничего не могла поделать. Здесь использование магии ощущалось иначе, и Лилит пока что откровенно с этим не справлялась. Видимо, поэтому она почти не видела, как кто-то бы пользовался ею. Лилит сходила с ума, пытаясь удержать с трудом добытые все крупицы информации в голове. Особенно, когда она не знала, что из этого вообще могло пригодиться. Идея Яна с информатором была действительно хорошей, но повторять попытку она боялась. Она не отговаривала Яна. Но, кажется, Ян всё прекрасно понял по её реакции. Плащ давно промок по подолу и измазался грязью. Ян каждый раз забирал его, стирал, однажды даже заштопал – И сделал это очень хорошо! Он всё говорил, что нужно будет ей его укоротить, но всё никак не доходили руки из-за других дел. Лилит и сама давно не была у него в гостях, а встречи в саду они свели к минимуму. Просто не хотелось случайно попасться на глаза тому же Советнику Киру или госпоже Аделаиде. Или садовницам – эти дамочки пусть и посвящали всю свою жизнь ливрийской флоре, но сплетни любили не меньше. Просто обсуждали это где-то между обсуждением лучшего компота, идеальной для разных растений почвы и как эффективнее бороться с вредителями. Лилит совершенно не хотелось случайно поставить Яна под удар. С ней ничего не сделают. Во всяком случае не смогут сделать ничего серьёзного. В конце концов, она наследница, а её сестра ещё совсем малютка. А вот Ян.. Ему не поздоровится и всех собак спустят именно на него, если вс вскроется до того, как у них на руках будут хоть сколько-нибудь вменяемые доказательства. А пока у них на руках были только.. Ян возвратился какой-то совсем уж потрёпанный. Видимо, чары Лилит, которые она украдкой наложила на незнакомца, ослабли, поэтому тот мог сопротивляться и явно доставил хлопоты Яну. – Всё в порядке? – осторожно поинтересовалась она. Ян выглядел словно злой кактус, который только что попытались оскорбить попыткой укуса. Он резкими движениями поправил свои жиденькие волосы, чтобы те перестали топорщиться, но после быстро взял себя в руки и даже почти очаровательно улыбнулся. Хотя другие, наверное, назвали бы это скорее улыбкой шакала, но уже от этого Лилит тянуло улыбаться в ответ. – Не стоит волноваться, – ответил он как можно спокойнее. Миролюбиво, почти как удав, – Даю слово, этот придурок никому ничего не расскажет. Лилит поджала губы, а лёгкая улыбка почти сразу исчезла с лица. – Это ты так пытаешься меня успокоить? – Я говорю от всего сердца, – тут же заверил он и картинно схватился за грудь. Лилит лишь сильнее поджала губы, но вздохнула, принимая его кривляния как своеобразную заботу. Не умел он иначе, Лилит это уже давно поняла. – Не стоит. Пусть то будет на волю Матушек. А нам бы ещё собрать хоть немного информации. ..слухи и разрозненная брать погарельцев друг с другом. Причём далеко не всегда трезвая. – Мне говорили, что в Деревне царит полная анархия, – тихо пробормотала Лилит, вновь краем глаза рассматривая Деревню. Анархия.. При анархии они бы в палатках все жили. Никто вообще не предполагал, что отправленные под барьер, на эти земли, которые буквально могли отравлять магию – и, кажется, это даже не было таким уж сильным преувеличением, – все те страшные чудовища не поубивают друг друга, а смогут найти способ сосуществовать. Не то, чтобы убийств не было. Они были. Лилит и Ян то и дело натыкались на жестокие потасовки или валяющиеся трупы. Но даже при всей жестокости жизни, они умудрились выстроить нечто действительно похожее на деревушку. – Анархия не может долго существовать, – отозвался Ян, – Она либо уничтожает всё и всех, либо преобразовывается в монархию. Да, грязно: через кровь и горы трупов. Но они будут в любом случае. Это неотъемлемая часть такой системы. Лилит ничего не ответила. Она просто как можно незаметнее осмотрелась на все эти деревянные, а порой и частично каменные домишки. Кривые, иногда совершенно не внушающие доверия, но они были. В них жили. Где-то висели мётлы у двери, а из окон – по сути, больших дыр в стенах – шёл неприятный запах алкоголя. Лилит так и не поняла, как они расплачиваются – скорее всего, это был исключительно натуральный обмен – но даже такой, казалось бы, сложный процесс для такой маргинальной территории, мало-мальски, но существовал. Они делали несколько вылазок. Больше напрямую ни с кем не рисковали контактировать, но подслушивали много. Из этого они поняли, что тот пьяница не был таким уж дураком, а на территории Жжёной деревни действительно, кажется, объявился кто-то, кто решил окрестить себя самопровозглашённым правителем. Что-то обсуждать они решались только после того, как быстро отходили на приличное расстояние от барьера – и никогда не использовали проходы слишком близко. После сегодняшнего инцидента им было необходимо быть ещё осторожнее. Скорее всего, Ян был прав. Лилит не знала, кто его информаторы, да и сам Ян больше никаких сведений от тех пока не получал. Но всё то, что им удалось услышать сегодня, особенно накладывая на то, что они уже знали из прошлых вылазок, складывалось в ужасно тревожную картину. В Жжёной деревне появился самопровозглашённый правитель. Кажется, у того хватает сил на то, чтобы подчинять себе некоторых погарельцев и делать их своими личными рабами. Во всяком случае, некоторые этого побаиваются. Ну, или просто говорят это как страшилку для непоседливых детей – а детей Лилит видела там гораздо больше, чем хотела бы видеть их там. Потому что об этом они услышали случайно, когда женщина, варившая алкоголь, выбежала и поймала сына за шкирку. Тот бегал за каким-то довольно крупным жуком, но они всё равно были слишком далеко, чтобы его разглядеть. Но нимфа понимала мальчонку. За всё это время ей по-прежнему почти не доводилось видеть животных. Если только мух или единичных змей. Ян предположил, что даже если кто-то на этого самодура и работает, то это вполне могло бы быть добровольным, потому что подчинить себе такой народ крайне проблематично. К сожалению, в доказательства его слов, очень вскоре у них на глазах завязалась очередная потасовка, и Ян очень осторожно увёл её дальше от этого места. И тем не менее это всё ещё была слишком размытая информация, по которой было сложно доказать, что над Ливралем нависала опасность. – Им нужен был предводитель. Они его себе нашли. – Но ведь он их истязает! То, что он делает, не просто аморально, это бесчеловечно, это.. – Именно поэтому сейчас может назреть бунт, – спокойно, словно ни в чём не бывало, остановил её панику Ян, – Он же не по крови и не по зову магии правит. Были множество разных, кто считал себя правым. Каждый объединял за собой, вёл, и в итоге тот, кто побеждал, забирал себе власть по праву сильного. – Это мерзко. – Люди делали точно так же. И Лилит заткнулась, считав этот камень в свой огород. Вспомнилась Лика. Вспомнился тот вечер в библиотеке, когда это ходячее недоразумение пыталось извиниться. Не все люди такие. Но это не отрицало действительности. – Ладно, – вздохнула и примирительным тоном продолжила нимфа, резко сбавляя обороты, пока они не начали ругаться друг с другом, – Это всё наши домыслы. Мы можем думать что угодно, но нам нужна правда. Возможно, мы в отчаянии и зацепились просто хоть за что-нибудь, а на деле, ему там даже до статуса «самопровозглашённого правителя» ему как до луны и обратно. Ян хмыкнул. Но, видимо, также предпочтя не ссориться с единственной, кто ему безоговорочно доверяла, дальше развивать тему особо не стал. Вместо этого он открыл проход и привычным жестом подал ей руку. Лилит очень хотелось прийти домой или хорошенько помыться, а после проспать до обеда, если ей это позволят.