Часть 1

Сегодня Сара Уильямс проснулась задолго до обычного времени и теперь лежала с закрытыми глазами, представляя, каким будет этот день. Она настолько сильно его ждала, что впервые за последние несколько лет пробудилась сама, а не была вырвана из сладкого сна резким звоном будильника. Этот день обещал стать одним из лучших во всей жизни Сары, ведь именно сегодня ей исполнялось восемнадцать лет — совершеннолетие по меркам штата Нью-Йорк, где она жила. Девушке прежде казалось, что едва наступит заветная дата, она сразу изменится и станет совсем взрослой, уверенной в себе, активной, умной, сильной и способной кружить головы мужчинам. Такой Сара себя, правда, пока не ощущала, но и без того день рождения обещал много приятного. Судя по осторожным намёкам отца, сегодня ей должны были подарить собственную машину. Конечно, многие ее друзья получили автомобиль раньше, но поскольку в их небольшом городе особо некуда было ездить, Сара сильно не роптала на отсутствие личного транспорта, а в случае необходимости одалживала «Фольксваген» отца, благо, права получила, ещё когда ей было шестнадцать. Однако в ближайшие несколько месяцев она должна была пойти в колледж (Сара уже получила несколько приглашений из самых разных образовательных учреждений), а это означало, что придется покинуть родной дом, и собственное транспортное средство лишним в таком случае точно не будет. Сара лениво подумала, что, возможно, ей подарят «Тойоту», например, выпущенную несколько лет назад очередную версию «Короллы»… Конечно, это было маловероятно, ведь скорее всего, ей достанется не самый дорогой подержанный автомобиль, но помечтать-то можно! Сара выключила наконец прозвеневший будильник и направилась в ванную. Приняв быстрый душ, девушка облачилась в халат и подошла к зеркалу. От крика она удержалась лишь потому, что дыхание попросту перехватило от увиденного. Несомненно, из зеркала на Сару смотрела она же, но внешность ее претерпела заметные изменения. Кожа, казалось, начала немного светиться изнутри, черты лица стали чуточку резче, а цвет глаз теперь был ярко-изумрудным, вместо привычного серо-зеленого. И это было не самым страшным. Кончики ушей Сары теперь заострялись, вызывая стойкие ассоциации с эльфами и феями. Девушка от удивления приоткрыла рот и с ужасом обнаружила, что ее клыки слегка удлинились, придавая ей немного хищный вид. Сара поморгала, но картина не менялась, она ощупала лицо и уши — глаза ее не обманывали. На несколько секунд девушкой овладела паника, но затем она вспомнила о своих волшебных друзьях — тех, кто обещал ей помочь, возникни такая необходимость. Определенно, такая сейчас и случилась. Быстрее молнии, пока ее не увидел никто из близких, Сара метнулась обратно в свою комнату, прикрывая полотенцем лицо, и плотно закрыла дверь. — Хогл, сэр Дидимус, Людо, — шепотом, чтобы не привлечь внимание отца и мачехи, проговорила девушка, глядя в зеркало, с помощью которого друзья могли ее посещать. — Вы мне очень нужны! Первым, как чаще и случалось, откликнулся Хогл. В отражении появилась фигура гнома: он будто сидел на кровати прямо за спиной у Сары. — Заходи! — тут же сказала Сара, призывно размахивая левой рукой. — Доброе утро, Сара, — похоже, Хогл ещё не до конца проснулся. Он зевал и тер глаза, а на голове его красовался ночной колпак в бело-голубую полоску, сочетающийся с такой же полосатой пижамой. Однако словам друг внял, и когда девушка обернулась, обнаружила, что он находится в ее комнате. — Извини, ты рано, я не подумал захватить подарок. Дидимус дрыхнет, а Людо куда-то отошёл, он хотел нарвать тебе свежие цветы. Ой! — гном понял, что сболтнул спросонья лишнее. — Не говори ему, что я тебе это сказал! Он хотел сделать сюрприз. — Да неважно! — нетерпеливо прервала словесный поток Хогла Сара. — Со мной что-то случилось! Взгляни на меня. Хогл послушно посмотрел и охнул. Что случилось с Сарой, он отлично понимал, но не знал, как это сказать. Раньше он бы тут же и брякнул, в чем дело, особо не тревожась о чужих чувствах, но после того, как он обрёл первых в жизни друзей, стал гораздо терпимее и заботливее. — Я не знаю, что произошло, — говорила Сара, продолжая нервно теребить кончики острых ушей, будто надеясь, что те вернутся в норму. — Клянусь тебе, я ничего не делала! Не произносила заклинаний, не проводила ритуалов, даже ни с кем не ругалась! Что мне теперь делать? Я не могу в таком виде показаться родителям! — Ох, Сара, — сокрушенно покачал большой головой Хогл. — Я не тот, чтобы это тебе говорить… Скажи, с тобой никто не связывался в последнее время? Ну, из наших… — Кроме вас троих я ни с кем не общалась, — честно ответила Сара. — Даже гоблинов давно не замечала. Скажи мне, Хогл, что произошло? Я вижу, что ты знаешь! Она села на пол у ног друга и вцепилась в его руки, не давая ему сбежать. Хогл глубоко вздохнул, морщинистое лицо исказилось в гримасе печали. — Скажи, Сара, ты же много читала сказок и мифов, верно? Ты встречала в них упоминания подменышей или обменышей? — наконец сказал он, отводя взгляд в сторону, хотя его вины ни в чем не было. — Да… — помертвевшими от страха губами прошептала Сара. — Это когда волшебные существа заколдовывают ветки, листики, кукол или что-то в этом роде так, чтобы те приняли облик ребенка, и подбрасывают его родителям вместо настоящего? Я… Не настоящая? И скоро умру? Хотя, насколько помню, они обычно так долго не живут… Несколько дней и только… — Да нет! — отрицательно затряс головой Хогл. — Ну, то есть такое тоже встречается, но это ты про обычных подменышей, а я сейчас о других случаях говорю, — Хогл нахмурил брови, и без того испещренный морщинами лоб его собрался складками. Гном на несколько секунд замолчал, подбирая слова. — В общем, иногда бывает, что эльфы там, например, или сиды подменяют чужого ребенка своим, чтобы их дитя не коснулось проклятие. А по достижении определенного возраста уже выросших детей снова меняют местами, когда действие проклятия уже заканчивается. Знаешь, это такой обмен-обман, который позволяет обойти темную магию. Человеческий ребенок при этом никак не страдает — не на него же проклятие наложено. Иначе никак поступить нельзя. Если младенца в первые тринадцать часов его жизни не обменять на другого, то в лучшем случае ребенок просто умрет, в худшем — переродится и станет безмозглой и кровожадной нечистью. — То есть я не человек? — Сара порадовалась, что сидит. Ноги бы ее сейчас вряд ли стали держать. — А кто я тогда? — на последних словах голос ее перешел во всхлип. Хогл оценивающе взглянул на подругу, прикинул кое-что: — Ну, скорее всего, ты из эльфов, — и тут же добавил, стараясь утешить. — Из светлых, не из темных, не боись. Особой разницы между эльфами Сара не увидела, но была благодарна и за попытку утешения. — И что мне теперь делать? — Как можно скорее меняться обратно! — сказал Хогл. — Иначе нельзя! Вообще-то, твои настоящие родители должны были уже давным-давно связаться с тобой и предупредить об обратном обмене. В первый раз они должны прийти, когда ребенку исполняется тринадцать лет. К этому времени действие проклятия начинает ослабевать и дозволяет им приблизиться. После этого они начинают ходить регулярно, учить всякому-разному, в общем, готовить к обратному обмену. К тебе точно никогда никто не приходил? — Точно, Хогл, — Сара нахмурилась. — Подожди, так я, получается, должна уйти? Но ведь если никто за мной не явился, значит, я могу просто остаться здесь? Хогл выглядел очень огорченным и несчастным. Он громко шмыгнул носом, вздохнул, но все же твердо ответил: — Извини, Сара, но оставаться тебе точно нельзя. Этот мир начнет тебя отторгать. Уже через несколько часов твои родственники и друзья перестанут тебя узнавать — если уже не перестали — и окончательно позабудут о тебе через тринадцать часов. И весь этот мир примет ту, кого ты заменяла, так, будто она всю жизнь прожила тут. Более того, раз она, настоящая Сара, человек, она и сама вскоре полностью забудет о времени, проведенном у нас. Если она, конечно, жива… — то, что в жизни Сары не появились ее настоящие родители, наводило на плохие мысли. — Ты-то, раз эльф, ничего не забудешь. Сара почувствовала, как в горле у нее словно ком встал: — Но… — начала она неуверенно, слова подбирались с трудом. — Они же все — моя семья. А ты утверждаешь, что мне нужно уходить, идти к тем, кто меня за всю жизнь ни разу не удосужился навестить! На основании лишь того, что они — мои биологические родители! — Увы, Сара, иначе никак… Законы магии жестоки, — Хогл сам еле сдерживал слезы. Ох, не таким он представлял сегодняшний день и никак не думал, что так все случится. — Лучше попрощайся с ними, пока они тебя ещё помнят. Иди прямо сейчас. — А вот это все? — Сара показала на свое лицо и уши. — Не заметят. Только магические существа и те, кто искренне в них верят, могут увидеть правду. Мы будем тебя здесь ждать. Извини, но лучше не затягивай. Сара быстро переоделась, в это время Хогл старательно отворачивался. Спускалась вниз она медленно, нерешительно замерла возле входа в гостиную, но вспомнила слова Хогла и толкнула дверь. Внутри уже все были в сборе. Ирэн суетилась возле Тоби, который привычно капризничал, не желая есть невкусную, по его мнению, кашу. Отец попивал кофе, рассеянно листая свежую газету — это был его ежедневный ритуал. Первой появление Сары заметила Ирэн. Мачеха бросила на девушку странный, настороженный взгляд бледно-голубых глаз и несколько неуверенно сказала: — Сара? — ее гладкий лоб немного наморщился, будто Ирэн пыталась что-то вспомнить. Затем ей это удалось, она расплылась в радостной улыбке, подошла к падчерице и заключила ее в крепкие объятия. Хогл не ошибся: магия обратного обмена уже начинала действовать. — С днём рождения тебя, моя дорогая! Вот ты и стала совсем взрослой! Роберт оторвался от газеты, встал из-за стола и поспешил навстречу Саре. Очевидно, его связь с дочерью была гораздо крепче, потому что никаких странных признаков в его поведении та не заметила. Пока. — С днём рождения, дочка! Поверить не могу, тебе уже целых восемнадцать лет! У нас с Ирэн есть для тебя сюрприз! — он вручил Саре ключи от автомобиля и подмигнул. — Припаркован возле входа. Несмотря на все волнения и свалившуюся информацию, девушка тут же поспешила к указанному месту. Да и огорчать своим невниманием к подарку отца и мачеху Сара не хотела. Девушка отворила привычно скрипнувшую дверь и ахнула от восторга: на дорожке возле дома стоял новехонький «Форд» вишнёвого цвета. Сара не раз намекала, что больше всего ей по вкусу именно такой оттенок. Похоже, ее слова не прошли мимо ушей родственников. — Спасибо! Огромное вам спасибо! — Сару очень тронул подарок. Она по очереди снова обняла Роберта и Ирэн, вышедших вслед за нею из дома. Выступившие на глазах слезы девушка списала на радость от подарка. Завтрак проходил с виду как обычно, но Сара чувствовала странное напряжение и то и дело ловила на себе странные взгляды Роберта и Ирэн, а Тоби, когда она потянулась его обнять на прощание, и вовсе сначала отвернулся и лишь потом, с большой неохотой позволил обхватить себя руками и подарил собственноручно нарисованную картинку — портреты всех членов семьи. Судя по угловатым и длинным фигуркам, более напоминающим гусениц, карьера художника брату вряд ли светила. Изо всех сил стараясь не разрыдаться, Сара, заверив родителей, что доберется до школы самостоятельно, посмотрела на них ещё раз, последний, пока они ее помнят, и сказала: — Я вас люблю, правда. Простите за все. — Ты точно в порядке? — между бровями Роберта пролегла морщинка. Прежде дочь никогда себя так не вела. И вообще сегодня она казалась какой-то не такой. — Что-то случилось? — Просто я повзрослела, — кое-как криво улыбнулась Сара и ещё раз прижалась к груди отца, вдохнув такой знакомый с детства запах средства после бритья, которым постоянно пользовался Роберт. — Удачи! Едва Роберт, Ирэн и Тоби покинули дом, Сара тут же бросилась наверх. Там ее ждал уже не только Хогл, но и остальные друзья. Нервно притоптывал одетый в красно-зеленый камзол и шляпу с пером мрачный сэр Дидимус. Рядом прямо на полу пристроился его верный скакун — бело-серый пёс Амброзиус, который при виде Сары радостно завилял хвостом. В углу сидел Людо. Пусть он и казался на вид настоящим чудовищем — огромным, покрытым густой рыжей шерстью зверем с большими зубами, что торчали из его пасти — сложно было найти более безобидное и доброе существо. — Приветствую, леди! — тут же учтиво поклонился Дидимус, снимая шляпу. — Жаль, что встреча наша состоялась в столь темный час. — Сара — друг, — похлопал ее по плечу Людо. — Сара, тебе следует торопиться. Возьми с собой только самые важные тебе вещи. Самые дорогие и нужные, — распорядился Хогл. — С остальным мы тебе подсобим, если что. Девушка вытащила большую дорожную сумку и заметалась по комнате. После встречи с Мусорщицей, когда Сара поняла, что не стоит так привязываться к барахлу, количество вещей у нее заметно поуменьшилось, но все равно сложно так с ходу выбрать самое ценное. Игрушки теперь не занимали полкомнаты, осталась только пара самых любимых: фигурка принцессы в пышном платье, которую Саре подарила Линда на пятнадцатилетие (именно тогда девушка в последний раз виделась с непутёвой матерью), и статуэтка, так напоминающая короля гоблинов. Поколебавшись, девушка сгребла обе, тщательно обернув их одеждой, прихваченной на первое время. За ними последовали всякие мелочи для ухода за собой. Сбоку Сара пристроила несколько любимых книг, между их страницами разместились фотографии ее родственников и немногочисленных знакомых. Туда же девушка втиснула рисунки, подаренные ей братом. Сара бросила ещё один взгляд на комнату, в которой прожила больше пятнадцати лет. Непривычно неряшливо заправленная кровать приковывала внимание, ведь, как правило, девушка содержала все свое имущество в идеальном порядке. Одежный шкаф — Сара хлопнула себя по лбу и захватила из него запасную пару обуви. Стеллаж с книгами — учебники ей явно не понадобятся, а самое любимое она уже забрала. Хотя… Сара проворно опустилась на колени и пошарила под нижней полкой. Там, тщательно примотанный скотчем, хранился ее тайный дневник, который она вела в возрасте с десяти до шестнадцати лет. Такую личную вещь своей «подмене» она не оставит! В последний миг Сара вытащила из ящика стола книгу, что полностью изменила ее жизнь — потрёпанный красный томик, на котором полустертыми буквами значилось название — «Лабиринт». — Я готова, — объявила Сара более уверенным голосом. Сначала она хотела ещё позвонить матери, но едва ли удастся застать такую занятую суперзвезду, которой являлась Линда Уильямс, дома. Да и, честно сказать, с матерью Сара была совсем не близка. Они созванивались едва ли дважды в год, а виделись в последний раз почти три года назад. Девушка накинула поверх футболки кофту и взяла в руки тяжёлую сумку. — Держитесь за мою руку, — протянул вышеупомянутую сэр Дидимус. — Мы проведем вас в королевство! — Закрой глаза, — посоветовал Хогл. — В первый раз после перехода может кружиться голова. Так. Шагай. Сара послушно сделала пару шагов. Что-то зашумело, уши на секунду заложило. Девушка качнулась и не удержалась бы на ногах, если бы ее не подхватил Людо. Сара резко распахнула глаза. Перед нею раскинулся город гоблинов. Сэр Дидимус вывел их на окраину, чтобы не привлекать ненужного внимания. Сара, поняв, где находится, накинула на голову капюшон, порадовавшись, что выбрала именно эту кофту. Не хватало ещё, чтобы кто-то из гоблинов ее опознал! В городе было довольно ветрено, но солнечно. Теплые золотистые лучи освещали неказистые в большинстве своем жилища и постройки гоблинов. Единого стандарта не имелось: некоторые дома выглядели почти как человеческие, иные — как будто их наскоро соорудили из всего, что попалось под руку, кое-где прямо в стенах можно было разглядеть битые куски черепицы и палки, затыкавшие дыры. Жить здешние обитатели предпочитали кучно. Сложенные преимущественно из серого и бежевого камня дома плотно лепились друг к дружке. Зато почти нигде не было видно заборов: этот концепт не нашел отклик в сердце у свободолюбивого народца. По узким улочкам бродили вездесущие курицы и грациозные кошки, среди которых чаще всего почему-то попадались черные и полосатые. Время близилось к полудню, каменная булыжная под ногами даже успела немного прогреться. — Как я смогу отыскать ту, с которой должна поменяться? — деловито спросила Сара, чтобы хоть немного отвлечься от грустных мыслей. Сосредоточение на действии всегда ей помогало. — Можно спросить Мудреца, а по совместительству главного придворного колдуна, — предложил Дидимус. — Ему всегда все известно. — Ты чего! — Хогл в страхе замахал обеими руками сразу. — Мы не можем пойти в замок. А вдруг кто там узнает Сару? Ее полдворца помнит, а остальные наслышаны! — А тут есть другие колдуны или ведьмы? Чем дальше от замка, тем лучше. Не верю, что такие не отыщутся, — Сара бросила опасливый взгляд на темную громаду замка. Приближаться к нему ей совсем не хотелось. — Ну, есть такие, но они, если проведают, кто ты, всяко побегут к королю докладываться, — пригорюнился Хогл. — Может, сами поищем? — Как же, сэр Хогл! Даже с нашими навыками на то, чтобы проверить всех здешних эльфов, уйдет несколько дней, — разумно сказал Дидимус. — А если наша цель и вовсе в другом королевстве проживает? Тогда что? — Серая ведьма, — вдруг изрёк молчавший Людо. — Точно! Это гениальная идея, брат мой Людо! — воодушевился Дидимус. — За мной! Амброзиус, поднимайся, нас ждут великие дела! Рыцарь-лис тут же вскарабкался обратно в седло и пришпорил Амброзиуса. Успевший разомлеть на солнце старый пёс неохотно поднялся на ноги и неторопливо потрусил вперёд. — Кто это? Она нас точно не выдаст? — спросила Сара, освобожденная от ноши. Ее сумку и рюкзак вскинул на своё огромное плечо Людо. Для него такая малость даже не считалась тяжестью. — Точно никто не знает, кто она такая, но все сходятся в том, что жила она тут ещё задолго до нынешнего короля и раньше часто с ним общалась. Но за что-то с некоторых пор его недолюбливает. Зато о тебе ему рассказывать не побежит, — пояснил Хогл. — В этом я уверен. Только она… э-э-э… В принципе, посетителей не очень любит. Так что не обращай внимание, если она нас сразу гнать начнет. — Вцепиться в дверной косяк руками и ногами и отказаться уходить? — нервно пошутила Сара. — Что-то вроде того, — неожиданно согласился Хогл. Некоторое время друзья шли молча. Похоже, ведьма старалась держаться подальше от прочих горожан, поскольку располагалось ее жилище на отшибе. Они миновали стройные ряды высоких красивых домов. Некоторые были почти полностью покрыты плющом и плетистыми розами. Как пояснил Дидимус, в таких жили светлые эльфы — известные любители природы в целом и растений в частности. Видимо, приватность они тоже ценили: в этой части города заборов и оград хватало. За одной из них Сара разглядела самый настоящий огромный пруд, обсаженный плакучими ивами. Несколько зданий были построены из странного серо-синего блестящего камня. В них, по словам рыцаря, селились фейри. Чуть дальше располагались приземистые невысокие домики с украшенными резьбой окнами — место обитания гномов. Почему-то Хогл предпочел миновать их как можно быстрее. И только за ними, у самой стены, что окружала весь город, скрывалось жилище ведьмы. Дом соответствовал ее прозванию. Когда-то он был деревянным, но время и дожди сделали его темно-серым. Крышу покрывала некогда яркая, а теперь тускло-бордовая черепица. Из закопченной печной трубы валил густой зелёный дым, пах он неожиданно приятно — горящим деревом и немного полынью. Никакого ограждения возле дома не было. — Наверное, всем нам идти не следует, — оказавшись у самого порога, предположил Хогл. — Не думаю, что ее обрадует большая компания. Постоять снаружи вызвался Людо. Он все равно не смог бы протиснуться через узкую дверь. С ним остался сэр Дидимус, который заверил Хогла и Сару в том, что он будет зорко следить, чтобы никто не смог подкрасться к ним незамеченным. Сара взялась за тяжёлое потемневшие от времени кольцо и дважды стукнула им по двери. — Она может не сразу впустить, ты сходу не расстраивайся, — предупредил Хогл. Однако вопреки его словам, дверь практически моментально с резанувшим по ушам скрипом отворилась. Внутри было совсем темно, но Сара, крепко сжав Хогла за руку, шагнула вперёд. — Сюда идите, — раздался сварливый женский голос. — Не стойте на пороге! Друзья нерешительно двинулись на звук. Когда глаза чуть привыкли к темноте, Сара заметила слабый свет в дальнем углу коридора. Они завернули за угол и оказались в комнате, которая, очевидно, служила ведьме кухней, а заодно, похоже, колдовской лабораторией. Несмотря на довольно тёплый день, здесь в очаге вовсю горел огонь. Над ним висел котел, в нем что-то булькало и распространяло тот самый запах полыни и хвои, что ощущался снаружи. В свете очага можно было рассмотреть неожиданно большой стол, заставленный разными пузырьками, мешочками и связками трав. Помимо всего этого здесь лежала большая книга в кожаном переплете не меньше двух футов в ширину и одного — в длину. Переведя взгляд от стола, Сара увидела несколько стульев с разными спинками. На одном из таких и расположилась ведьма. Сколько ей исполнилось лет — можно было гадать бесконечно. На лице ее почти не проступали морщины, однако волосы оказались абсолютно седыми, а неожиданно яркие голубые глаза полнились тысячелетней мудростью. Не желая встречать пронзительный взгляд ведьмы, Сара опустила голову. Одежда женщины представляло собой нечто среднее между длинным наглухо закрытым коричневым платьем и плащом. — Зачем пожаловали? — недружелюбно обратилась к визитерам ведьма. — Здравствуйте, э-э-э… — пролепетала Сара. — Извините, не знаю вашего имени… — Имена имеют силу, не след сообщать их кому попало, — неодобрительно заметила женщина, проворно поднялась на ноги и бросила в котел щепоть из одного свёртка. Варево зашипело и сменило цвет с синего на фиолетовый. — Но вы можете звать меня Магрит. Садитесь, не стойте столбом. — Спасибо, Магрит, — Сара опустилась на один из свободных стульев и начала объяснять. — Мне очень нужна ваша помощь! Я сегодня узнала, что я обменыш. — И тебе нужно найти того, кого ты должна сменить? — перебила девушку ведьма. Только теперь она внимательно взглянула на Сару, странное выражение мелькнуло на ее лице. — Кстати, до конца трансформации у вас всего пара часов осталась, поторопитесь. Что ж, по крайней мере, плохим специалистом Магрит точно не была, раз могла сходу сообщать такие факты. — Вы можете помочь нам? — осмелился подать голос Хогл. Он явно побаивался грозную ведьму и предпочел расположиться максимально далеко от нее. — И что мне будет за это? — Что вы хотите? — Сара отлично понимала: соглашаться на любые условия точно не стоит, но иного выбора не имелось. — У меня нет местных денег. — Самую дорогую вещь, что у тебя есть, — сказала, как отрезала, Магрит. Сара ненадолго задумалась. Потом, просияв, начала стаскивать с шеи цепочку с кулоном, который ей подарила в прошлом году мать. Точнее, его прислал от имени Линды Уильямс ее личный ассистент. Так что, возможно, сама мать ни сном ни духом о подарке не знала. Скупостью Линда не отличалась: в украшение были вставлены настоящие бриллианты. Поэтому если не считать автомобиль, который ведьме явно бы не пригодился, эта вещь была самой дорогой у Сары. Однако углы тонких губ Магрит недовольно скривились: — Мне нужно не то, что стоит дорого, а то, что ценишь именно ты. Скажем, вон то колечко подходит гораздо больше. Ведьма указывала на надетое на средний палец Сары тонкое серебряное кольцо. Его девушке подарил отец. Пусть за это немудреное украшение и нельзя было выручить больше нескольких десятков долларов, Сара им очень дорожила. Особенно теперь, разлучившись с отцом. Но привередничать не приходилось. Сара нехотя сняла кольцо и отдала его ведьме. — Так-то лучше, — довольно улыбнулась ведьма. — Что ж… Посмотрим. Магрит повела руками и между ними появился кристалл, точь-в-точь такой же, что создавал Джарет. Сара отшатнулась и чуть не упала со стула, заслужив косой взгляд ведьмы. Магрит что-то зашептала, и внутри шара заклубился белый дым. Внезапно в нем проступило лицо девушки. Она была довольно похожа на Сару: темные волосы, средний рост, привлекательная внешность. Только взгляд сильно отличался — неуверенный и будто немного запуганный. — О, я ее знаю! — вдруг радостно заявил Хогл. — Это Кора, она работает в замке, помогает повару. Это хорошо, далеко идти не придется. — В замке короля гоблинов? — испуганно переспросила Сара. — Но мне никак нельзя там появляться! Мне лучше уйти куда-нибудь подальше! Ведьма снова отошла к котлу и принялась мешать свое варево, поэтому Хогл, воспользовавшись моментом, быстро зашептал Саре на ухо: — Ты должна оставаться здесь. Путь к ближайшим поселениям очень опасен. И пока ты полностью здесь не освоишься, лучше тебе побыть в замке. Да и Джарет всяко заинтересуется, почему обменыш вдруг сбежала от него. — Он же меня убьет или бросит в болото как минимум! — яростно шепотом воспротивилась Сара. — Мы можем магически поменять твою внешность, — у Хогла и на это был ответ. — Ну, не прямо мы, а Магрит такое точно по силам. — Ну, — неприветливо уставилась на друзей ведьма, отвернувшись от огня. — Есть ещё вопросы? — А вы можете мне магически изменить внешность? — быстро спросила Сара, пока их не выставили из дома. Казалось, Магрит колеблется, будто взвешивая решение. Ее брови чуть нахмурились, однако она решительно кивнула головой: — Хм… За ту подвеску, что ты мне предлагала ранее, могу. Только это будет не постоянное изменение, оно будет завязано на вещь, — предупредила ведьма. — Отлично, — молниеносно — на случай, если ведьма передумает — Сара стянула подарок матери и отдала его. — Минуту подождите, — Магрит удалилась в соседнюю комнату. Вернулась она нескоро — Хогл уже начал нервно постукивать пальцами по столу и раскачиваться. В руках Магрит сжимала тонкий серебряный браслет-цепочку и потемневшее от времени круглое зеркало на подставке. Последнее она с шумом опустила перед девушкой, а украшение молча без спроса надела на руку Сары. На запястье браслет висел свободно, но спадать был не должен. — Ого! — восхитился Хогл. — Тебя совсем не узнать! Сара вгляделась в отражение. Действительно, губы и нос ее стали тоньше, брови поменяли изгиб, глаза чуть разъехались к вискам, а внешний край их приподнялся, придавая девушке немного удивленный вид. Теперь она сама бы себя не узнала. — Работает, только когда ты его носишь, — предупредила ведьма. — Если будешь каждый день надевать, то его действие продлится года два-три. Как видишь, меняет только лицо. Волосы, если захочешь, сама обкорнаешь, а тело твое, думаю, вряд ли кто-то так досконально знает, — Магрит неожиданно похабно хихикнула, вогнав Сару в краску. — Спасибо! — хором поблагодарили ведьму Сара и Хогл. — Кыш! — махнула им в сторону выхода Магрит. И когда друзья уже добрались до самой двери, вдруг чуть слышно добавила. — удачи тебе, Сара Уильямс! И не только тебе. Девушка вздрогнула, но уточнять, откуда Магрит известно ее имя, не стала. Кто их, этих ведьм, знает! Сэр Дидимус и Людо только ахнули, увидев новый облик Сары. Девушке даже пришлось на секунду снять браслет, потому что Людо никак не мог взять в толк, что случилось с его дорогой подругой. — Так! Джарет обычно в это время занят, но лучше ты сразу иди в таком виде, — начал командовать Хогл. Как-никак, он постоянно крутился не только у входа в Лабиринт, но и возле замка, поэтому с привычками короля гоблинов был знаком лучше остальных представителей их компании. — Где находится комната Коры, я примерно знаю. — Наверное, нам лучше не идти всем вместе, — предложила Сара. — Чтобы не вызывать лишних подозрений… — Вы очень умны, леди, — похвалил Сару Дидимус. — Но вы уверены, что никто не нападет на вас на пути в замок? — Да кому это нужно в городе?! Все чудища в Лабиринте и за его внешними пределами, — проворчал Хогл. — Тем более, день на дворе. Давайте быстрее! Сара забрала у Людо свои вещи и вслед за Хоглом поспешила по оживлённым улицам города гоблинов в сторону замка. Гном не обманул: путь он знал преотлично, и комнату Коры он нашел сходу. В ней же обнаружилась и сама хозяйка. Девушка выглядела напуганной и, казалось, не совсем отдает себе отчёт в том, где находится. — Кто вы? И что я здесь делаю? — жалобно обратилась она к вошедшим без стука незваным гостям. — Вы же… не люди? — Я — Хогл, — представился гном. Другие вопросы девушки он проигнорировал. — А ты сама кто? — Я… — девушка на секунду задумалась. — Я Сара, — на лице ее вдруг появилась уверенность. — Сара Уильямс. — Вот, видишь, процесс уже почти завершён, — прошептал Хогл Саре. — Надо ее срочно отсюда увести. Бледная «уже не Кора» с таким испугом посмотрела на визитёров, что гном мягко взял ее за руку и ласково сказал: — Мы сейчас отведем тебя домой, хорошо? Там тебя уже заждались. Са-… Кхм, Кора, возьми ее за другую руку. Закройте глаза и шагайте со мной. Девушки повиновались. Секунду спустя все трое уже стояли в бывшей спальне Сары. Кора просто просияла, увидев то, что благодаря магии казалось ей давно знакомым и родным. На лице ее читалось облегчение. — Скоро родители придут, — чужим глухим голосом сказала Сара. — Скажешь им, что плохо себя чувствовала, поэтому осталась дома и не пошла в школу. Хогл осторожно потянул Сару в сторону зеркала. Идти девушка не хотела, но видеть, как занимают ее место, было выше ее сил. Оказавшись в своей новой комнате, Сара просто упала на кровать, не раздумывая, что стоило бы распаковать вещи или хотя бы сменить постельное белье, оставшееся от прежней владелицы. — Сара, может, тебе принести что? — страдая, обратился к девушке Хогл. Как в такой ситуации можно утешить, да и можно ли сделать это вообще, он не знал. — Извини, мне нужно побыть одной, — чуть слышно сказала Сара, не глядя на друга. — Я потом ещё зайду, — пообещал Хогл, тихонько прикрывая за собой дверь. *** Дни проходили будто мимо Сары. Она практически не покидала комнаты, ни с кем не разговаривала. Девушка то плакала, то спала, то просто невидяще смотрела в стену. Иногда Сара лихорадочно часами ходила по небольшой комнатке, что-то шепча под нос, пока совсем не выбивалась из сил. Она почти ничего не ела, только от силы пару раз в сутки Хоглу удавалось заставить ее проглотить хоть что-нибудь. Людо и сэр Дидимус, чтобы не привлекать лишнего внимания, на всякий случай к ней не заходили. Саре казалось, будто ее жизнь кончилась. Собственно, так оно и было: прежнюю пришлось покинуть, а новая начинаться что-то не спешила. Хогл с тоски одним особо мрачным вечером пожаловался на это замковому повару. Тот носил имя Горвад и, как и сам Хогл, являлся гномом. За окном вовсю бушевала буря, то и дело на небе появлялись яркие ветвистые росчерки молний, а ветер выл так, что окна пришлось закрыть. Не добавлял оптимизма и ливень, который несмотря на свою интенсивность, вот уже час не сбавлял оборотов. На просторной замковой кухне пришлось зажечь свет, хотя до ночи было далеко. — В общем, получается, что Кора, — так теперь для конспирации друзья именовали Сару. — осталась совсем одна. Настоящая мать ее умерла лет десять назад, а кто отцом был и вовсе неизвестно. Говорят, какой-то залетный эльф из свиты короля. Они последний раз как раз лет девятнадцать-двадцать назад сюда заезжали. Он, может, и вовсе не знает, что у него тут дочь есть. А Са… Кхм, сама Кора искать никого не хочет. Под уже вторую бутылку вина душу изливать оказалось неожиданно легко, вот и неразговорчивый обычно Хогл разошелся. — А других родственников у нее не имеется? — Горвад задумчиво жевал колбасу из королевских запасов: в работе поваром имелись свои плюсы. — Бабушки там, или ещё кто? Эльфы же долго живут. — Да кто ж это знает! — махнул рукой Хогл и, последовав примеру товарища, тоже цапнул с тарелки кружок колбасы и зажмурился от удовольствия: такой вкусной он никогда прежде не пробовал. — У предыдущей Коры мы узнать не успели. А мать ее, по слухам, на редкость склочной женщиной была. Веришь — нет, скольких не расспрашивал, никто о ней и слова доброго не сказал. Так что если и найдется кто, вряд ли пожелает ее отпрыска пригреть. И неудивительно, что эту эльфийку прокляли так, что пришлось дочку обменивать. — Дела-а-а… — протянул Горвад. Он был гномом довольно добрым и чувствительным. Судьба бедной девушки его тронула. — В общем, ты пока, пожалуйста, королю не жалуйся, что Кора тебе не помогает, — попросил Хогл. Собственно, это его намерение и было основной причиной, почему он наведался к Горваду. — Не до этого ей сейчас. — Да без проблем! — по правде сказать, в замке было не так много тех, на кого надо приходилось готовить, и, честно говоря, особого смысла в помощниках у Горвада не наблюдалось. Гоблины сами предпочитали делать себе немудреные кушанья, а то и поедать, что попало, прямо сырьём. Разве что только по праздникам повару требовалась подмога, но до ближайшего было ещё далеко. Да и предыдущую Кору он, прямо скажем, особо не напрягал. Та, тихая и робкая девушка, обычно отсиживалась у себя и запоем поглощала романтические книги, а рвением к труду совсем не обладала. С большинством обитателей замка она вовсе не общалась. А тот же Джарет, например, даже имени ее не помнил, поскольку при встрече с ним Кора опускала глаза, еле слышно здоровалась и вообще старалась слиться со стенкой. Немудрено, что отсутствия помощницы повара король не заметил, хотя в замке обитателей насчитывалось всего с дюжину, не считая гоблинов. Впрочем, Джарет в последние несколько лет вообще мало обращал внимания на других, замкнувшись в своей печали и одиночестве. Посиделки гномов затянулись далеко за полночь, а у Горвада перед сном мелькнула идея, к кому можно обратиться за помощью. Хогл ведь, не желая огласки, ничего не сказал о том, что лучше бы новой помощнице повара держаться подальше от короля. А Горвад, пользуясь положением и тем, что у гоблинов не слишком соблюдали политес, мог запросто напрямую обратиться к своему повелителю. *** Сегодня Горвад определенно задался целью действовать Джарету на нервы. Он принес ужин, но вместо того, чтобы уйти, расставив тарелки и столовые приборы, продолжал топтаться возле стола, без особой надобности переставлять блюда и периодически громко вздыхать. Даже такому не слишком чувствительному к чужим неприятностям существу, как Джарет, под столь явственно выражающий печаль аккомпанемент кусок в горло не лез. С громким лязгом, сдавшись после пяти минут мучений, король опустил вилку на тарелку с вырезкой: — И что твое поведение означает? — он мрачно уставился на своего повара. Тот усиленно пытался принять невинный вид, однако, не выдержав тяжёлого устремленного на него взгляда, сдался практически сразу и выложил всю историю Коры без утайки. Уточняющих вопросов король не задавал, лишь молча слушал, продолжая поглощать свой ужин. — Спасибо, конечно, за информацию, — Джарет без особого аппетита прожевал последний кусок пирога и отодвинул от себя тарелку. — От меня-то ты чего хочешь? — Ну… — Горвад сконфузился. — Это… Помочь бы девочке… — Я похож на фею, исполняющую желания? Или на психолога? — о деятельности психологов Джарет имел довольно смутное представление, почерпнутое из литературных источников мира людей. Впрочем, его собеседнику это слово вообще ничего не говорило, а признаться в своем незнании повар постеснялся. — Нет, но, может, вы подумаете, как ей можно помочь? — Горвад заискивающе поторопился наполнить опустевший стакан своего повелителя ароматным травяным чаем. Хогл не раз и не два оказывал повару кое-какие услуги, поэтому Горвад желал отплатить ему добром. — Она очень хорошая и добрая девочка. Отхлебнувший чая Джарет скривился так, будто вместо трав в состав напитка входила редкостная гадость. «Добрая девочка» у короля сейчас ассоциировалась лишь с одной особой, которая к самому Джарету оказалась ох как не добра! Очевидно, Горвад его эмоцию заметил и понял, с чем она связана, поэтому поспешил исправить ошибку: — У нее совсем никого не осталось! И других родственников нет. Ваше величество, вы же что-нибудь придумаете? Джарет сохранял молчание. Когда пауза стала совсем затянутой, Горвад засуетился, возвращая почти нетронутые блюда на поднос: — В общем, мы все на вас очень надеемся! — и улизнул прежде, чем Джарет успел на него рявкнуть. *** Джарет не собирался ничего делать для Коры. Что тут предпринять? Он не знал. Прежнюю семью ей никаким волшебством не вернуть. И не королевское это дело, в конце концов. И так слуги распустились, раз позволяют докучать своему правителю с подобными просьбами. Однако рассказанная Горвадом история почему-то не выходила из головы. Все время думалось, а вот если бы подобное случилось с Сарой? Впрочем, о таком счастье для себя и трагедии для нее (остаться совсем одной, навсегда разделенной с семьёй и родными) Джарету думать не хотелось. Неизвестно, чем бы в итоге завершились его размышления, но в дело вскоре вмешался счастливый случай. Гоблины в тронном зале в тот день шумели уж слишком громко, поэтому Джарет приказал им умолкнуть, едва зайдя в комнату. Ослушаться те не посмели, однако продолжали толпиться возле чего-то, лежащего на полу. Король нетерпеливо махнул рукой, заставляя гоблинов разбежаться и открыть лежащего на полу новорожденного щенка. Его малюсенькое серо-бежевое тельце чуть тряслось, что было неудивительно, если учесть, что пол в замке был каменным и холодным. — Вы откуда его притащили, идиоты? — буквально прошипел Джарет прямо в морду одному из гоблинов, которому не повезло оказаться ближе всех. Тот попытался улизнуть, но король накрепко ухватил несчастного гоблина за горло и поднял до уровня своего лица. — Отвечай! — Нам его сказали забрать! Окружающие тут же поддержали своего соратника согласным гулом. — А мне почему не сообщили? — Джарет для острастки потряс несчастного гоблина. Короткие ноги того беспомощно болтались в воздухе. — Так это ж не человек, а насчёт собак указаний не было! Хозяину он явно не нужен, мы спросили! — радостно ответил гоблин и по слогам повторил услышанное сложное слово. — Не кон-ди-ция. А у нас собак нет, вот мы и решили его себе оставить. Джарет на секунду прикрыл глаза, чтобы не разораться: все равно эти кретины не поймут, что с их уровнем развития и способностями к уходу щенок умрет в ближайшие сутки. Заниматься же животным самому Джарету совсем не улыбалось. Однако следовало что-то решать. И тут Джарету в голову пришла внезапная мысль. Когда Сара отказалась принять его предложение, неизвестно, сколько бы он пребывал в печали, если бы на границе с королевством сидов не возникли волнения. Волей-неволей ему пришлось заняться делами и в этом найти хоть подобие утешения. И теперь он решил применить тот же метод, чтобы решить проблему с Корой. — Живо оттащите его помощнице повара! Скажите, что я лично приказываю ей позаботиться об этом щенке. Немедленно! — приказал он, не слушая возражений подданных. *** Когда в дверь комнаты постучали, Сара и не подумала шевельнуться. Сегодня ей никого не хотелось видеть, даже Хогла. Однако стоящие в коридоре не унимались, продолжая барабанить, а после и вовсе раздались нетерпеливые крики: — Эй! Кора, открывай! Скорее, скорее! Нехотя Сара спустила ноги с кровати и отворила дверь. Когда она увидела толпу гоблинов, передний из которых держал что-то завёрнутые в не слишком чистую тряпку, девушку на секунду покинула апатия. Проснулось любопытство: — Что вам от меня потребовалось? — Вот, это тебе! — гоблин со свертком всунул его содержимое Саре в руке. — Сказали, что надо им заняться! Сара не слишком хорошо разбиралась в щенках, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что малыш только-только родился, а неумные гоблины его даже вытереть не подумали! Щеночек весь трясся от холода. Сара наскоро аккуратно протёрла маленькое тельце от слизи и крови вырванной у гоблинов тряпкой и засунула дрожащий комочек себе под кофту, чтобы хоть своим телом согреть несчастное создание. Все это время гоблины открыто пялились на ее действия, не предпринимая попыток помочь. — Зачем вы его сюда принесли?! — потребовала девушка ответа от гоблинов. — Ему сейчас нужна его мать! И как можно скорее! — А его нам отправили! — из-за спин передних гоблинов высунулся их мелкий лохматый собрат. — Король велел, чтобы ты о нем позаботилась! — Я? Но… Я ничего об этом не знаю! — Сара не врала. Когда ей подарили Мерлина, ему сравнялось три месяца, он уже питался кормом и в целом представлял собой бойкого и здорового щенка. Тем более, Саре ухаживать за питомцем помогал папа, а буквально в нескольких кварталах от их дома находилась частная ветеринарная клиника. Этот же задохлик еще даже глаза не открыл. — Мы тоже! — радостно ответили ей гоблины и проворно сбежали. Секунда — и коридор был уже пуст. Где искать вечно занятого Хогла в такое время суток, Сара не представляла. Оставался только один человек, к кому она посмела бы обратиться, поскольку не могла же она заявиться к Джарету и потребовать объяснений? Девушка, подумав, завернула щенка в одно из полотенец, оставшихся от Коры, затем снова засунула его себе под одежду. Далее Сара сгребла всю наличность, что лежала на столике, и помчалась прочь из замка к жилищу ведьмы Магрит. К счастью, ориентировалась девушка неплохо, и нужный дом нашла легко. Времени на переживания не оставалось, поэтому Сара решительно постучала в дверь, стараясь не думать о том, что ведьма может и не пожелать общаться. Однако вопреки сомнениям, дверь легко отворилась, пропуская девушку внутрь. — Эм… Магрит? — неуверенно позвала Сара, оказавшись в темной комнате. — Да иди уже сюда скорее! Только собачьим лекарем я ещё не была! — раздался раздраженный голос ведьмы. Как она узнала, с какой проблемой к ней заявилась Сара, девушка предпочла не задумываться. Тут явно не обошлось без магии. Не камеры же видеонаблюдения стояли на подходе к ведьминскому жилищу! — Вот, — девушка зашла в уже знакомое помещение и осторожно положила щенка на стол, без особых церемоний отодвинув в сторону какие-то записи. Часть их и вовсе свалилась на пол. Магрит укоризненно цокнула языком на такое самоуправство, но ругаться не стала. — Скажи, пожалуйста, как ему помочь? Я понятия не имею, как выхаживают новорожденных щенков! Магрит протяжно вздохнула: — Так, слушай внимательно. Повторять я не буду. Сара тут же активно закивала и превратилась в слух. Следующие двадцать минут она терпеливо внимала всем указаниям, на которые мудрая ведьма не поскупилась. — В общем, думаю, этого будет достаточно, — завершила продолжительный монолог Магрит. — Кстати, советую добавлять в смесь для прикорма по несколько крупиц соскоба с рога единорога. — Где его можно достать? — богатое воображение Сары уже рисовало картины того, как она в глухом лесу подкрадывается к спящему единорогу, запрыгивает на него верхом, а тот пытается ее стряхнуть, пока наконец ей не удается его обуздать. Тот факт, что девушка ни разу в жизни даже на обычной лошади не каталась, представлять ей никак не мешал. — Можешь у меня прикупить, — разрушила ее мечты Магрит. — Ингредиент редкий, поэтому обойдется дорого. — Сколько? — Все, что у тебя есть с собой. И то, пожалуй, маловато будет, — Магрит недовольно поджала губы. — Ну да ладно, я сегодня добрая. Спорить Сара не решилась и покорно отдала все монеты, что принесла с собой. Откуда Магрит известно, сколько у нее наличности, девушка уже не гадала: одно слово — ведьма. В замок Сара прямо летела: щенка уже давно стоило покормить, а для этого требовалось сначала хотя бы сделать специальную смесь. Увы, магазинами с подобными товарами для животных город гоблинов не располагал. И вообще, по скромному мнению Сары, которая впервые за долгое время вышла на улицу, на гордое звание столицы королевства особо не тянул: слишком маленький, хаотично застроенный, немного неказистый. Несясь по лестнице ко входу в замок, Сара даже впервые за недели улыбнулась: слышал бы ее мысли Джарет! Гордый и самовлюблённый король явно бы пришел в жуткую ярость от негодования. До ужина оставалось ещё много времени, поэтому кухня пустовала. В ней Сара оказалась впервые. Само помещение было большим, с высоким потолком. С него свисали окорока, вяленое мясо и колбасы, которые в ближайшие пару дней предполагалось использовать. Сара ожидала увидеть архаичный очаг по центру комнаты или хотя бы печь, однако реальность превзошла все ее ожидания. Похоже, обитатели королевства не чурались современных технологий, поэтому кухня представляла собой странное сочетание устаревших предметов с вполне себе новыми достижениями науки и техники. Так, например, у одной из стен стоял огромный, древний даже на вид дубовый стол с покрытыми искусной резьбой ножками, возле которого разместился горящий камин, а напротив него примостились сразу две плиты, а духовых шкафов и вовсе имелось три штуки. Вбитые в потолок крюки с мясом мирно соседствовали с холодильником хорошо знакомой Саре марки. У нее дома был похожий, только значительно уступающий размерами. В отсутствие современных коммуникаций, очевидно, все здесь работало на магии. Как потом объяснил Саре Хогл, клептоманы-гоблины постоянно притаскивали из человеческого мира кучу всяких вещей. Большая часть барахла оседала на гигантской свалке у Мусорщицы, но некоторые полезные предметы заколдовывались и теперь служили уже новым хозяевам. По слухам, больше всего подобными переделками занимался Мудрец, но иногда и сам король не брезговал. Девушка засмотрелась на длинные ряды полок с посудой и связки трав на стенах, но одернула себя. Пусть место мало напоминало виденные Сарой картины, изображающие жизнь в замках, изучать его она будет позднее. Сейчас ее главный приоритет — голодный щенок. Его, замотанного в полотенце, Сара положила поближе к камину, чтобы бедняга не замёрз. Воровато озираясь, Сара подхватила маленькую кастрюльку, налила в нее из бутыли молоко, которое, к счастью, стояло на виду, и поставила его на горелку греться. Предстояло найти яйцо. В холодильнике ничего подобного не обнаружилось, поэтому девушка решительно прошествовала к неприметной дверце. Как Сара и надеялась, внутри оказалась кладовая, но вот найти в ней что-то представляло сложную задачу. Прежде всего, мешали ее размеры: она была гигантской! Стены и полки светились, поэтому все удавалось разглядеть без усилий, но обнаружить, в соответствии с какими понятиями расставлялись те или иные продукты, Саре не удалось. Она скрупулёзно обшаривала полки, пока наконец ей не улыбнулась удача. Яиц в горшочке оказалось всего две штуки, но девушка и этому обрадовалась. Она прихватила ёмкость и вернулась обратно. Молоко уже успело достичь необходимой температуры, поэтому Сара тут же сняла его с огня. Затем девушка разбила яйцо и тщательно отделила белок от желтка, добавив последний в кастрюльку. Сара аккуратно перемешала получившуюся массу, всыпала в нее пару крупиц рога единорога и набрала немного жидкости в пипетку. Последней ее снабдила ведьма. К счастью, проблем с кормлением не возникло. Щенок буквально влёт высосал содержимое. Девушка забрала своего нового питомца и кастрюлю с собой. Кормить новорожденного надлежало каждые два-три часа. Но прежде следовало влажной тряпочкой потереть щенку живот: кишечник у такого маленького создания самостоятельно ещё не работал. А потом ещё оборудовать лежанку… В общем, работы предстояло много. А вечером Сара познакомилась с местным поваром. Как оказалось, она вместо обычного куриного взяла деликатесное и жутко дорогое яйцо птицы феникс. Горвад ругался, сокрушался и чуть не плакал: потратить такую редкость на какого-то пса! Сара же бесконечно извинялась, огрызалась, что следовало подписывать подобные ценности или вовсе хранить их отдельно, и обещала впредь спрашивать, прежде чем брать что-либо из кладовой. Впрочем, как и Хогл, Горвад больше ворчал, чем по-настоящему злился, поэтому девушке довольно быстро удалось найти с поваром общий язык и подружиться. Следующий месяц Сара почти не отрывалась от своего питомца. Особенно тяжёлыми вышли первые две недели. Каждые пару часов, независимо от времени суток, щенка требовалось кормить, поглаживать и следить, чтобы он не переохладился. Круглые сутки в комнате Сары царила нестерпимая жара, но выбирать не приходилось. К концу второй недели щенок наконец открыл глаза и начал активно исследовать окружающий мир. Использованное по неосторожности для прикорма яйцо феникса обещало впоследствии наделить питомца особыми умениями. Какими именно, Горвад, рассказавший о чудесных свойствах яйца, не знал. Сара, теперь ещё и немного помогавшая на кухне, чтобы хоть немного отплатить Горваду за доброту и помощь, дико уставала, но это была хорошая, правильная усталость. Не та бесцельная, до которой она доводила себя прежде, наматывая бесчисленные мили по комнате. Да, девушка по-прежнему мучилась и страдала, но не позволяла апатии овладеть собой. Сейчас Саре было, о ком заботиться, и ее жизнь обрела хоть какой-то смысл. *** Щенок вовсю шатался по комнате и лез к Саре с намерением поиграть, когда к ней, воспользовавшись временным отсутствием в городе короля, забежал сэр Дидимус. — Добрый вечер, прекрасная леди Сара! — как всегда слова его отличались велеречивостью и торжественностью. Щенок, не привыкший никого видеть, кроме хозяйки, громко тявкнул и оскалился. Благодаря волшебным свойствам рога единорога рос и развивался он значительно быстрее. Не ожидавший такого приема Дидимус вздрогнул и потянулся к прикреплённому к поясу оружию. Затем, разглядев грозного «противника», он по-доброму засмеялся: — Как я погляжу, у вас появился защитник! — Здравствуй, Дидимус! Как видишь, — улыбнулась Сара. — Не думала, что он так рано начнет реагировать на незнакомцев, — потом она обратилась уже к щенку. — Эй, фу! Это свой! — Такая смелость в юном возрасте! — умилился Дидимус. — Как его имя? Полагаю, достойное столь храброго будущего рыцаря? Сара смешалась. Признаться, она не раз и не два задумывалась, как назвать своего питомца, но все варианты казались пресными и неподходящими. Назвать Мерлином в честь ее умершего пса? Но для нее Мерлин всегда был единственным в своем роде. После его смерти Сара очень долго переживала и решила больше никогда не заводить домашних животных. Но, видимо, у судьбы, в роли которой выступил Джарет, оказались свои планы. Обычные, распространенные клички щенку не подходили. Взгляд Сары рассеянно упал на питомца. Он уже заметно подрос, а его шерсть посветлела, теперь он был больше бежевым, чем серым. И тут Сару с оговорки Дидимуса о рыцарях осенило: — Я думаю, ему подойдёт имя Ланселот, — а ещё цвет шерсти щенка почти идеально совпадал с тем, что был у старого медвежонка Сары, носившего такое же славное имя. — Отличный выбор! — похвалил решение Сары сэр Дидимус. — В нем уже живёт рыцарский дух, вполне способный достичь того, которым наделён мой верный скакун. Признаться, превзойти в храбрости старого Амброзиуса — пса, на котором перемещался Дидимус, ничего не стоило. Амброзиус был патологически труслив, но его владелец с этим не соглашался и каждый раз подбадривал несчастного при встрече с врагами. К счастью пса, таковых в королевстве гоблинов встречалось мало. Друзья ещё немного поговорили о Ланселоте, прежде чем Дидимус решился перейти к той теме, ради которой он, собственно, и пришел: — Сара, как вы? — мягко начал он. — Можем ли мы что-то сделать, чтобы облегчить непростую долю, что вам выпала? Такая деликатность тронула девушку: — А что тут сделаешь? — она смахнула выступившие слезы. — Это уже случилось, ничего не попишешь. — Мы опасаемся, как бы вы не подумали о… О плохом… — Я не собираюсь умирать, если вы об этом. У меня есть вы, Ланселот, которого я не могу бросить. В конце концов у меня есть обязанности. Я не сделаю ничего такого, обещаю, — свои обещания Сара всегда держала.