Часть 1

Говорят, в ночь Ивана Купалы, когда темные леса окутывает мистическая атмосфера, можно найти волшебный цветок папоротника — древнее чудо природы, раскрывающее свою красоту лишь в эту волшебную ночь. Сияние этого цветка притягивает внимание и не позволяет оторвать свой взгляд от него: ярко-алые лепестки, мерцающие под лунным светом, капли росы на цветке, переливающиеся миллионами оттенков, от нежно-розового до глубокого багрово-красного. Воздух вокруг цветка становится будто вязким, маслянистым. В этой воздушной массе мельчайшие частицы пыльцы сверкают, как драгоценные камни, их блеск ослепляет, заставляя щурить глаза. Не каждый смельчак способен найти его, лишь избранным удается преодолеть все испытания на пути к цветку, побороть все свои страхи и сомнения. Нечистая сила, знакомая со всеми страхами человеческой души, будет пытаться повергнуть в бегство тех, кто осмелится приблизиться к цветку. Тот, кто окажется достоин сорвать цветок, обретет не только власть над нечистой силой, но и счастье, любовь; и загадает свое заветное желание, прежде чем цветок в руках превратится в пыль. Так говорят…

***

Облезлые стены с кусками рваных обоев уже стали привычными. Даже толпы тараканов перестали пугать Анну. Прилежная студентка последнего курса была рада и этой комнате в общежитии. Нет, она конечно могла жить дома с родителями, только вот было слишком много ограничений: нельзя включать свет после девяти вечера, потому что «Машенька легла спать, не шуми и свет не включай»; «не разговаривай громко» — а то, что Анна говорила шёпотом никого не смущало; «хватит топать» — на еле слышную поступь в мягких махровых носках; слишком много «нельзя» в двухкомнатной квартире. Может, Анна бы и привыкла к этим требованиям, но с каждым днём их становилось всё больше и больше, доходя до абсурда. И никто не освобождал её от роли нянечки, домработницы и просто «принеси-подай-уйди-не-мешай». Решение переехать после первого курса в общежитие было бы самым радостным событием для неё, если бы не одно но: соседки по комнате не отличались тихим нравом, каждый вечер превращался в какие-то посиделки до самого утра, что существенно мешало Анне писать конспекты для каждой контрольной работы. И она была бы рада веселиться вместе с девочками, но стоило пропустить хоть одну контрольную — прощай, стипендия. А жить на что-то надо было. На помощь родителей она не надеялась, потому что «Машеньке надо то и это, а еще вот это и вон то, а ты уже взрослая, давай сама выкручивайся». Так Анна жила несколько лет, засыпая с берушами в ушах. Общение с соседками не задалось: Анне не были интересны сплетни обо всех вокруг, ей не нужны были глупые провокации других соседок, чтобы «разнообразить» скучный вечер, и совсем не было нужно делиться своими проблемами в отношениях с парнем. В какой-то момент соседки перестали её замечать, просто отрицая её существование. Это даже не расстраивало, наоборот, стало проще концентрироваться на учёбе. На последнем курсе случайно получилось съехать в отдельную комнату. Надо было всего лишь сидеть с комендантом общежития и слушать старческие рассказы о том, как «раньше было лучше». Остались последние недели до вручения диплома. Красный диплом. Сколько сил было потрачено на эти чёртовы «отлично» в зачетной книжке, но даже красная корочка не смогла бы вызвать радости у родителей. Может, если бы они только увидели, как старшей дочери вручат заветный диплом, то смогли бы по-настоящему за неё порадоваться, но, как Анна была уверена, младшая сестра Машенька неожиданно бы заболела: поднялась бы температура, появилась сыпь на маленьком тельце и семейство приняло бы решение остаться дома. Анна не сомневалась в своих родителях, в их чрезмерной заботе о сестре, и просто приняла бы их решение как данность. Натянула бы старое маленькое чёрное платье, купленное на одной из распродаж, и с высоко поднятым подбородком направилась в актовый зал университета за заветной красной корочкой. Ну, а сейчас Анна просто радовалась озвученной оценке «отлично» за защиту диплома. «Ты Спе-ци-а-лист с большой буквы. Для тебя будут открыты все двери. Любая работа, какую только пожелаешь, будет твоей» — наглая ложь старенького преподавателя открылась, как только Анна начала оставлять отклики на сайтах по поиску работы. Оказывается, этот красный диплом никому и не нужен. Может, чисто формально. Всем нужен был работник с опытом. А где недавней выпускнице взять этот опыт? На это предполагаемые работодатели разводили руки в стороны.

***

Десятки откликов на работу были обречены на неудачу. И лишь один работодатель ответил на резюме Анны. Только вот Анна совершенно случайно тыкнула на это объявление, уже успев позабыть об этом: интересная работа, маленькая зарплата, смежная специальность, но была перспектива карьерного роста с последующим переводом на желаемую должность. — Добрый день. Это НИИ архитектуры и строительства. Вы оставляли свое резюме для рассмотрения. Мы хотели бы пригласить Вас на собеседование. — Здравствуйте. Когда можно будет приехать? — Завтра. — Простите, я выпускница, только защитила диплом и получу его через пару недель. Наверное, надо дождаться, когда он будет у меня на руках? — Минуточку. Анна слышала, как на другом конце женщина спрашивала у мужчины о наличии диплома и как же она удивилась, когда услышала отборный мат. Но смысл этих красноречивых метафор был ей приятен: Пусть едет сюда, посмотрим на неё, если хоть что-то соображает — заключи договор. Если Кузьмич не увидит помощника до конца недели, будет плохо. — Вы можете приехать завтра. С дипломом мы позже разберемся. — Подскажите адрес, куда приехать. Анна впервые услышала название улицы, она даже на мгновенье растерялась, но быстро вбила улицу в поисковую строку открытого браузера. «Черт! Другой город!». — Простите, но я только сейчас поняла, что мы находимся в разных городах. У меня не получится приехать, да и переезд я честно не планировала. — Вас отсутствие жилья смущает? — Да. — Минуточку. В трубке снова раздались нелицеприятные высказывания: «Да черт с ней, у нас же есть рабочая квартира, пусть в ней живет, если хоть чему-то в институте научилась. Надо бы ей собеседование сначала пройти. Потом все остальное». — Вы слушаете? — Кхм… Я услышала, завтра после обеда буду у вас. Анна не думала о переезде в другой город, тем более в мелкий городишко. Но проще искать работу, когда получаешь хоть какую-то зарплату и живешь в предоставляемом жилье, чем упрашивать коменданта общежития не выгонять из комнаты до конца лета. Ведь никто не запрещал работать и искать новую работу, поэтому Анна не сомневалась в правильности своего решения. Купила билет на ближайшую электричку, забронировала маленькую комнатку в хостеле и принялась собирать вещи. Их оказалось не так много, но это к лучшему — не придется таскать тяжелые сумки. На вокзал её провожал верный друг, он же бывший парень, с которым она сохранила теплые отношения. Он чмокнул её в лоб, не наклоняясь, крепко обнял, будто прощался навсегда. «Ань, ты звони мне. Звони, когда будет грустно или что-то радостное случится. Не пропадай, хорошо?».

***

Поездка в электричке кому-то напоминает о романтике, кто-то просто отдыхает от своих рутинных дел, а кто-то, как Анна задумывается о собственной жизни, о том, что вроде не все так плохо, но и сказать, что она была абсолютно счастливой — нельзя. Постоянные попытки заслужить любовь матери, постоянные попытки заработать деньги, вечная борьба со своими желаниями опустить руки и плыть по течению этой жизни. В моменты одиночества Анна задумывалась, а если бы она родила, как её мать в семнадцать лет, она бы тоже относилась к своему ребенку с такой легкостью и даже неким безразличием? Как же было глупо оправдывать поведение взрослого человека, но Анна сама хотела этого. Она не могла смириться с такой «родительской любовью», ведь прекрасно знала, какие отношения выстраиваются между мамой и младшей сестрой. Анне просто не повезло родиться первой. Да, просто не повезло, и с этим уже ничего нельзя сделать. Несколько часов в электричке, один на один со своими мыслями, и Анна отпустила всё. Новый город — новая жизнь. Она начнет все с чистого листа. Больше она не пойдёт на уступки кому-либо, теперь она и её желания на первом месте. Она у себя одна, и, если она сама о себе не станет заботиться, другим и подавно будет плевать на неё. Дорога от вокзала до хостела не была длинной, но проливной дождь будто специально заставлял погрузиться в апатию и грусть. Может, так и должно быть: прощание со старой жизнью это грустно, но на смену унынию всегда приходит озарение, всегда открываются новые возможности. Уже подходя к обветшалому зданию, промокшая до нитки Анна была сосредоточена на своих целях и планах. Она получит эту работу, чего бы ей это ни стоило. Она добьется успеха, уважения, признания. Перед ней будут открыты все двери. И, как бы в подтверждение своих мыслей, Анна резко распахнула двери хостела, да так сильно, что дверь с грохотом ударилась о стену. Ну, или причина была в сломанном доводчике, но разве это важно сейчас? Номер, который ей предоставили, чем-то напоминал комнатку в общежитии. Такие же обшарпанные стены, но их украшали реплики на известные картины. Хоть что-то радовало глаз, пусть и копии шедевров. Она студент, который экономит на всем в начале самостоятельной жизни. Комфорт будет позже, а сейчас она радовалась мелочам. Приготовив вещи на завтрашнее собеседование, Анна наконец-то оказалась в душе, смывая остатки этого дня, смывая все мысли и сомнения. Обернувшись в полотенце, перед зеркалом стояла совсем другая девушка. Не потерянный котенок, не получивший родительской любви в полной мере, а девушка, точно знающая, чего она хочет. С этим настроем Анна заплела длинные волосы в косу и отправилась спать.

***

Конечно, Анна волновалась, не каждый день она ходила на собеседования. А отсутствие диплома на руках не придавало уверенности. Вспоминая слова мужчины на том конце провода, Анна понимала, что компания отчаянно ищет помощника какому-то специалисту, и это был отличный шанс проявить себя, заставить поверить, что она достойна этой работы. Внешность на собеседовании не главное, но тщательная продумка образа придавала ей уверенности: белая рубашка с крупным вытянутым воротником, заправленная в черные брюки и аккуратные туфли лодочки на низком каблуке. Образ завершал аккуратный пучок, в который Анна собрала русые волосы. Здание НИИ ничем не отличалось от остальных, таких же бетонных серых строений. Запах старых стен окутывал с порога, этому зданию точно больше лет, чем самой Анне. Кафельная плитка коричневого цвета, голубые стены и стоптанные лестницы, на которых стерлась краска то ли от старости, то ли от частого шороха посетителей. Черная пластиковая табличка указывала, что Анне нужно на третий этаж. Как оказалось, её уже ждали. Женщина постукивала по столу ручкой, и стоило Анне зайти в кабинет, как женщина подскочила, взяла девушку под локоть и повела в кабинет руководителя. — Девочка моя, смотри, если пройдешь собеседование, сразу иди ко мне, я тебе подготовлю договор, дам должностную инструкцию и дома все изучишь. Давай, удачи! — женщина чуть ли не втолкнула Анну в кабинет, даже не сказав, как зовут руководителя. Очень странное поведение, но сейчас Анна не будет об этом думать. —Здравствуйте, меня зовут Анна, я по вакансии… — Так, давай-ка сразу к делу, Анна. Что-то в строительстве, чертежах, планах понимаешь? — Да, в чертежах неплохо разбираюсь. Я больше по архитектуре, в самом процессе строительства не так хороша. — Вот, смотри на этот проект, — мужчина в годах протянул папку. — посмотри и скажи, что тут видишь. Анна присела за стол, начала внимательно смотреть на каждый пункт проекта. Уже дойдя до сметы, она вскинула бровь, посмотрела на мужчину: — Мне можно воспользоваться телефоном и калькулятором? Я хочу кое-что проверить. — Можно. Мужчина с интересом наблюдал за девушкой. Что же она нашла, что её смутило, свежий взгляд молодого специалиста это не всегда плохо, может его фирма найдет в лице Анны драгоценный камень, и стоит уделить достаточное время для огранки, и из неё получится самый настоящий бриллиант. Анна попросила листик и ручку; выписывала цифры из проекта; что-то искала на просторах интернета и снова записывала на лист; что-то считала на калькуляторе. — Вот смотрите, по проекту должны быть эти балки, — Анна ткнула в лист спецификации, — а в смете другие. Они идут под многоэтажное строительство, а тут двухэтажное здание. Да и количество ригелей больше, чем нужно. — Ну-ка, покажи. — Мужчина тщательно всматривался в экран её телефона, потом в смету. Нахмурив брови, что-то пробурчал себе под нос. — Так, а что ты еще видишь в этом проекте? — Ну, тут можно сделать маленькую оптимизацию пространства, не делать на втором этаже свою планировку, а сделать её свободной, чтобы заказчик потом сам под себя оборудовал помещение. Здание офисное, может там захотят сделать ресторан, и тогда надо будет отделить кухню и подсобные помещения, а зал оставить большим. Или там захотят расположить танцевальный зал, тогда планировка должна быть совсем другой. Кажется, Анна смогла зацепить руководителя фирмы, потому что он задумался, что их проекты консервативны и институт давно не получал заказы. Возможно, Анна привнесет в будущие проекты свои правки, и спрос станет выше. Мужчина потянулся к селектору, нажал пару кнопок и в кабинете раздались гудки, спустя время ответила женщина: — Да, Петр Олегович. — Светлана Васильевна, зайди ко мне. Сейчас. Петр Олегович завершил звонок нажатием одной кнопки, посмотрел на Анну снисходительным взглядом, будто она сделала или сказала что-то глупое. — Так, ну что я могу сказать… Для начала карьеры у тебя есть минимальные знания, могу тебя взять на работу, естественно, с испытательным сроком два месяца. — Я принята? — Анне было трудно скрыть восторг от слов руководителя. — Так у тебя вроде нет жилья, да? Не успел Петр Олегович закончить предложение, как в кабинет вошла тучная женщина в возрасте. Какая-то сложная прическа, больше напоминающая гнездо, первым делом бросалась в глаза. Ресницы, жирно прокрашенные синей тушью, были не менее ярким пятном во всем образе женщины. Она медленно подошла к столу, окинув Анну пренебрежительным взглядом. — Что такое, Петр Олегович, к чему такая срочность? — Присядь, посмотри на смету, тебе ничего не кажется странным? — Мужчина игривым взглядом смотрел то на Анну, то на своего главного бухгалтера. Женщина принялась листать страницы проекта, ища смету. Что-то бурчала себе под нос и старательно делала вид, что внимательно читает текст. — Тут все нормально, не понимаю зачем я здесь. Эта смета мной подписана, осталось, чтобы вы утвердили платеж и все. — То есть, тут нет ошибки, так? — Никаких ошибок. — Анна, покажи то, что показала мне. Анна медленно обошла стол, приближаясь к тучной женщине, начала показывать и рассказывать, что не так в этой смете. Светлана Васильевна начинала злиться, сжимать свои пухлые пальцы в кулаки, лицо заливалось краской. Сравнение с вареным раком было бы самым идеальным сейчас. — …и вот тут ошибка в количестве. Сумма затрат не соответствует, экономия средств равно нулю, а это не так, — закончила Анна. — Видимо, эта смета с другого проекта, я сейчас поручу девочкам, они все пересчитают. Петр Олегович, а это новая девочка ко мне в отдел, да? — Нет, она к Кузьмичу, — Петр Олегович отвлекся на звонок телефона, отошел к окну и ответил. Пока руководитель был занят, Светлана Васильевна схватила Анну за локоть и прошипела: — Не лезь не в свое дело, маленькая дрянь. Будет мне тут какая-то соплячка указывать на ошибки. И тут Анна вспомнила практически идентичную ситуацию в университете, когда она указала на ошибку преподавателя, а тот выставил её глупой студенткой перед всей аудиторией. В тот раз Анна промолчала, но сейчас она молчать не будет. Скинув руку женщины, Анна точно так же шепотом четко произнесла каждое слово: — Ты, старая карга, еще раз схватишь меня, я тебе такую жизнь устрою, при одном моем виде будешь убегать в свой кабинет. Я буду проверять каждый документ, найду все твои ошибки, я посчитаю каждую копейку, и, поверь мне, ты вылетишь отсюда уже через неделю. И не сомневайся, я буду тут работать, сделаю все, чтобы меня взяли. Анна была в шоке сама с себя, выплеск адреналина подарил какое-то новое ощущение. Еще месяц назад она бы молча проглотила обиду, но сейчас она решила, что она у себя одна и никто, кроме неё самой, не будет за неё стоять горой. Она, тихая, серая мышка, не просто дала отпор, она еще и начала угрожать. Если бы её друзья увидели эту картину — ни за что бы не поверили. А главный бухгалтер, — Светлана Васильевна, впервые за долгие годы почувствовала угрозу за свое место в этом институте. Пётр Олегович завершил звонок и вернулся к своему столу. — Анна, на стройках была? Балку от ригеля отличить сможешь? Как бетон делают, знаешь? — В теории знаю, — уверенность в себе медленно опускалась, вздернутый подбородок уже и не был таким вздернутым, а прямой взгляд вдруг начал блуждать по кабинету. — на стройках мне не приходилось быть, но я быстро учусь, — Анна тут же подняла взгляд на Петра Олеговича и стала ждать его вопрос. Петр Олегович набирал какой-то текст на своем ноутбуке, и выглядело это очень смешно: выставленные указательные пальцы над клавиатурой и блуждающий взгляд по клавишам. Очки, надвинутые на нос, смешно скользили, и мужчине приходилось их поправлять чуть ли не каждую минуту. — Иди в отдел кадров и передай, что принята на работу с испытательным сроком в два месяца. Светлана Васильевна начала возмущаться: — И зачем нам такой работник? Без опыта, без знаний? Что она вообще может? Неужели Кузьмич не может подождать? Петр Олегович пригвоздил главного бухгалтера на место одним только взглядом, от которого хотелось сжаться. — Ты, Анна, иди. А ты, Светлана Васильевна, задержись. — стальной голос, который не терпел возражений, тут же заставил Анну быстро схватить свои вещи и идти к уже знакомой женщине. — Вот договор, должностная инструкция, дома все почитай, а завтра к восьми утра приходи. Я проведу тебе экскурсию. Давай, милая, мне некогда, вон ещё какую кучу документов надо разобрать. Анна растерянно взяла документы, хотела уже направиться в комнату хостела, но поняла, что самый важный вопрос не был обсужден. — Простите, но мне так ничего и не сказали про жильё. И я до сих пор не знаю, как к вам обращаться. — Анна виновато смотрела на женщину, чуть младше главного бухгалтера. Она значительно отличалась от последней: аккуратное каре, отсутствие макияжа, но то, что женщина следила за собой была прекрасно видно: ровный тон лица, минимальные морщинки, здоровый блеск кожи, даже в таком зрелом возрасте. — А? Ааа! Точно, забыла совсем. Я Татьяна Ивановна. Жильё… жильё… жильё, а Пётр Олегович ничего не сказал? — Он отправил к вам. — Стой тут, сейчас решим вопрос, — Татьяна Ивановна направилась в кабинет руководителя. Анна смотрела по сторонам, изучая пространство вокруг себя. Холл, длинный коридор, несколько кабинетов. Теперь это место её работы! Первой работы! Как же сложно было сдерживать радостные визги, но Анна держалась. Она ни за что не покажет себя легкомысленной, юной, глупой девушкой. А вот из кабинета выскочила Татьяна Ивановна со связкой ключей. — Милая, смотри. Вот адрес, вот ключи. Но сегодня лучше не заезжай, там надо уборку сделать. Тебе есть где переночевать? — Женщина протянула ключи и записку с адресом. — Да, спасибо. — Ну, всё, беги. Завтра в восемь тут.

***

Весь оставшийся день Анна изучала документы, которые ей дали. Что-то новое она для себя не отметила, но вопрос Петра Олеговича о строительстве заставил задуматься и провести вечер в интернете на строительных форумах, чтобы узнать какие-то интересные детали, какие-то нюансы в которых легко обмануться. Стоило солнцу опуститься за горизонт, как комнату окутал мрак, а вместе с ним чувство предвкушения и страха. Первый рабочий день сильно волновал: как он пройдёт, с кем придётся работать, какие обязанности лягут на плечи? Множество вопросов, на которые сможет ответить только завтрашний день. Анна убрала документы в сумку, включила будильник, приготовила вещи на утро и легла спать. Сон был беспокойным: ей снился вчерашний день, а именно конфликт с главным бухгалтером. Резко проснувшись, Анна села размышлять: не была ли она слишком жестокой и грубой с ней? Может, зря она нажила себе «врага»? «К чёрту! Так, Ань, соберись! Это всё будет завтра, а сейчас надо спать. Нельзя в первый день на работе ходить и зевать каждую минуту. Сон, мне нужен сон» — с этими мыслями Анна погрузилась в сон.