Часть 2. Сохранять спокойствие!

Саша подпрыгнул от испуга, в него чуть не врезалась машина! Слава Богу, его не раздавило. И вдруг глупые мысли снова поглотили Сашу, а что, если бы его минуту назад не стало? Не знак ли это о том, что смерть становится к нему ближе? Сейчас он постарался не думать о плохом и засунул в карманы руки. Он шел по асфальтам совмещённые с проезжей частью, на улице светило солнце и било в глаза. А вокруг.. Вокруг люди. Люди, без которых не было всего этого. Люди, без которых не было бы этого здания и архитектурных уличных сооружений. Люди, без которых мир бы был намного добрее, в конце концов! На скамейке в трёх метрах от Саши сидели подростки, пив энергетик и и ели что-то из вредной пищи, за руку на встречу в противоположную сторону, куда шел Саша шла молодая пара, что-то сообщая друг другу, но одновременно внимательно слушая свою вторую половинку.Он всегда об этом мечтал, однако, возможности просто не было. Девушки — прекрасные существа. Субтильные, добрые, пусть немного сплетницы, но чертовски мило выглядят со своими подругами! Типаж Саши был зеленоглазой "феей" или "волшебницей", с русыми или чёрными волосами, развевая свое длинное, приталенное платье, в черных лаковых туфельках и держащей что-то в руках, её обязательно волновал бы какой нибудь вопрос, она загадочно вглядывалась в небо и щурилась, когда солнце слепило их глубокий взор, автоматически на лице сияла улыбка, а под слизистой мешочек от прищуривания, брови, напрягшись, дополняли эту деликатную картину. Если раньше "ведьм" сжигали на костре, то Саша, по иронии их обожал. Обычно без косметики женщины выглядели куда лучше в представлении Саши, так как у каждой есть естественная, натуральная красота. Их кожа была фарфоровой, кончик носа блестел, уши и щеки румяными, но только не от макияжных приспособлений, а их, свой румянец. Внутренний уголок глаза обычно отдавал белым карандашом и так же блестел, иногда себе подчеркивали их и так прекрасные брови, у кого то темнее, гуще, у кого то нет! Но это было лишь толкование женщин и взрослых девушек. Однако прочие выглядели куда по-другому... Начиная восьмиклассницами заканчивая студентками были разукрашенные, некультурные отроковицы, что могли заорать на всю Ивановскую что-то противозаконное либо не уважающее общественного комфорта. Часто за них Саша испытывал неловкость. Огроменные, чёрные стрелки на половину лица выглядели настолько "жарко", но не в смысле комплимента, а в смысле, что на черный цвет сильно притягивает солнце. Эта безумная одежда, тяжёлая обувь и надписи на ней — период подростков-девочек начиная с 13 лет. Да, правда, все девушки красивы и красивы по-своему, и с макияжем, и с безумным прикидом: они остаются самыми красивыми в мире. Вот бы это знали все представители женского пола. Какой бы ни была их форма лица, каков их вес и другие особенности и недостатки не делали их некрасивыми. Главное то, что в душе. Какова она внутри. И это касается всегда не только девушек, но и всех людей на свете. Саша уважал девушек и взаимодействовал с ними, но, порой за последние лет семь вообще не испытывал к ним чувства. Когда-то от подросткового возраста до студенческого он влюблялся и заводил отношения с девушками, в отличии от сегодняшнего дня. Он пытался, но не чувствовал ничего и ни к кому. Саша надеялся, что найдет ту самую, они венчаются и у них будет даже ребенок. Он любил детей. Он практически всегда испытывал умиление к детям, он 9 лет жил с младшей сестрой, пусть порой она немного его вымораживала, однако это было тогда, когда она не умела ничего. Он считал детей милым созданием на планете, они должны заслужить хорошее детство. Что-то про семейные темы заговорили... Саша шел по длинному пути, до дома было немаленькое расстояние, ходил по обочине дороги, конечно опасаясь машин. Было много несчастных случаев, и все же он перешёл на внутреннюю часть тротуара, он выглядел куда безопаснее и чувствовал Саша себя так спокойнее. Кругом ограждения из кирпичей, аккуратные, красивые и совсем не старые, сверху железные палки в форме разных узоров. Он прошел эту улицу и зашёл уже ближе, до дома оставалось немного. Тут было больше похоже на поселок городского типа и уже можно было отойти к жилым домам, были фонари, дорога, не имеющая светофора и зебры, куча деревьев и закат. Время близилось к вечеру, Саша сидел на лавочке ровно за полчаса до темноты неба.