Глава 6. Арбузная пена

      — Слушай, мне ещё интересно, что у тебя в целом в будущем будет.       Паркер разглядывает три перевернутые карты, которые затруднялась трактовать, потом продолжила:       — А так как будто у тебя будет… ну, не очень удачный день? Как вообще трактовать страшный суд перевернутый?       — Как застой? — Габриэль задумчиво смотрела на изображения.       — И потом шестёрка и семёрка пентаклей. Как будто будут какие-то проблемы, связанные с рабочей деятельностью. Несправедливость или что-то подобное, — она рассеянно погладила куницу. Взяла толстую синюю книгу, полистала. — Ну, как будто да. Посмотрим на будущее?       Кирк закатила глаза на секунду — ещё бы Оливия ей расклад на карьеру делала, когда даже с триплетом на день справляется соу-соу. Да, вчерашняя лекция по психотипам и Юнгу дала свои плоды, но Габриэль туда пришла совсем сонная и часть информации пришлось довпитывать сегодня с утра по конспектам.       — Лучше бы мы фаерболы научились запускать или летать на метле. Сэкономили бы на бензине, — увидев осуждающий взгляд, Габриэль добавила. — Ну, вперёд.       Впрочем, лёгкая искорка веселья от её взгляда тоже не ускользнула.       Оливия закончила перемешивать карты — Габриэль нахмурилась, пока Оливия пробормотала:       — Как завершится карьера Габриэль Кирк? — и достала Смерть, восьмерку Мечей и Страшный Суд (снова) — все перевернутые. — Кажется, просто застой… как будто ты не будешь понимать, что происходит, но попытаешься понять?       Потерев виски, Габриэль прикрыла глаза. Расклады на ближайшее будущее и разборы ситуаций из прошлого были той ещё морокой, а такие вот абстрактные вещи были и того хуже. По ощущениям самой Кирк под эту фразу про застой можно подогнать любой конец карьеры, тот же выход на пенсию. Хотя у чиссеров и солидная премия, статистически до неё доживают единицы, так что даже надеяться не стоит.       — А ты не думала, что Смерть тут можно прочитать буквально? — подняла бровь.       — Смерть — это обычно про неотвратимый переход, а тут она перевёрнутая, значит, застой. И Страшный Суд тоже самое означает. Ладно, допустим, ты права, — немного сдалась девушка, потянулась к колоде. — Давай тогда посмотрим, кто тебя убьёт.       Ещё один триплет на столе.       — Перевёрнутая семёрка Кубков — это точно дух!       Вообще это карта больше про иллюзии, но Кирк не стала поправлять. Их, как чиссеров, действительно больше духи интересовали.       — Вау, какая неожиданность, — ответила Габриэль, не скрывая сарказма. — Чиссер умирает из-за духа. И как такое возможно?       — Ну, семёрка Мечей и их же тройка, думаю, означают кражу и предательство.       Хочется закатить глаза, но Кирк удерживается — просто смотрит на три лежащие в ряд карты, наблюдая на средней парня с мечами в руках, который крадётся и оглядывается на воткнутое в землю оружие, а на следующей карте красное сердце проткнуто тремя лезвиями.       — Чтобы дух меня предал, мне нужно начать доверять духу. А это — бред.       Паркер вздохнула:       — Духи же разные, кому-то можно доверять, кому-то — нет. С людьми ведь также.       — Ага, только когда ты встречаешь человека, вряд ли он воспринимает тебя как мишень, не так ли? — Габриэль щурится. — Не сравнивай, это разные вещи. Я не собираюсь доверять духам.       — А Гоуст? Он вроде… ну, неплохой?       Оставалось только поморщиться и качнуть головой:       — Мало ли кого я встречу. Может, это он меня убьет, может — кто другой. Смысл загадывать?       Паркер хмыкнула, глянув на карты, словно Габриэль неосознанно сказала что-то забавное. Кирк посмотрела на запись выпавших карт в раскладе на день Паркер и его трактовку, понимая, что явно где-то накосячила. Впрочем, вскоре их рассадили делать ведьмины бутылочки — в одиночестве работалось спокойнее.       — Самое главное во всех ритуалах и заклинаниях — ваша уверенность.       — Самовнушение? — уточнила Кирк, поймав несколько недовольных взглядов.       — Нет. Вы, как чиссеры, будете иметь разрешения на использование карт Таро и прочего. Для вас владение колодой или атрибутами перестанет быть незаконным. И вы в том числе будете следить за тем, чтобы гражданские не получили к ним доступ. Несмотря на законы и ограничения на эзотерику, всегда находятся люди, которые хотят быстрой наживы. Раньше наука не могла подтвердить успешность такой деятельности, теперь — может.       Впрочем, прежде чем ему задали новый вопрос, майор продолжил:       — Это произошло из-за сближения нашего мира с миром духов, но это несёт и свои последствия. Незаконная эзотерическая деятельность может истончать границу и сближать наши миры. Больше духов — больше киллеров, больше киллеров — больше мертвых людей, а этого мы должны избегать.       Потерев лоб, Кирк сидела дальше молча — про незаконность карт она и сама знала. Про то, что после открытия мира духов владение картами и гадания стали незаконными ей, как и всем сидящим, было прекрасно известно. То, что некоторые рисовали их от руки или гадали на игральных картах… ну, Великобритания не могла запретить бумагу.       — На прошлой лекции по этому блоку я давал вам базовые заговоры и сказал принести материалы для ведьминых бутылочек. На столе, — кивнул вперёд, где перед ним лежала коробка. — Есть дополнительные.        Иголки, булавки, гвозди. А то мало ли, кто не достал себе осколков стекла.       Хмыкнул скорее самому себе. Несколько солдат оказались вскоре у стола, другая часть доставала из пакетов разный — по мнению Габриэль — мусор. Она получила небольшую стеклянную тару, свечу и спички.       — Не важно, какие слова вы говорите, главное думать об охране и защите.       Габриэль честно старалась сосредоточиться на том, что она верит в подобное. Мир духов и связь с ним действительно имеют влияние на способности людей к бре… к практикам такого рода. И то ли у других фантазии было больше, то ли именно ей так не повезло с критическим мышлением, но осколки, булавки и иголки не ассоциировались ни с чем.       — Гоуст, — кивнула она. — Что я делаю не так?       Мужчина повернул на неё голову, мрачно обозрел творение, похожее на вывернутого ежа, которого живодёры запихали в стеклянную бутылочку.       — Думаешь.       — Я должна отключить мозги! — вдохновенно проговорила она, но столкнувшись со скепсисом, вздохнула. — Мне нужны более понятные инструкции. Как это работает? Почему моей веры в то, что это работает, достаточно? Я ведь правильно поняла, надо очень-очень сильно верить? Но солнце горит без моей веры в него, оно существует без моего наблюдения, почему магия так не работает?       — Ну, весь мир существует, только пока ты его для себя открываешь.       Булавка чуть не выпала из пальцев, но вскоре оказалась вместе с товарками в артефакте.       — Жесть, тебя в солипсизм унесло. Я думала, ты на лекциях погружён в тяжёлые думы об ограниченности человеческого сознания.       — В случае людей это одно и тоже.       Габриэль не сдержала смешка, за что на них уже сурово прикрикнул майор, чтобы она делом занялась. Чувство юмора этого мрачного типа для неё было всё ещё удивительным явлением — его сложно было понять и невозможно интерпретировать. Карты Таро, например, понять было осознать, потому что им дали простой список: на духа часто указывают карты, где несколько действующих лиц. Лично Габриэль больше всех запомнился Дьявол (просто по очевидности), ещё легче было с Пажами — все эти тюбики, кроме Жезлов почему-то.       И самым жутким казалось то, что ей придётся использовать это в работе — понимать, на чём зиждутся чёртовы (хотя так нельзя говорить про духов, видите ли, у них гордость есть) карты, давать свое экспертное заключение по уголовному делу, чтобы его прекращали расследовать, потому что искать киллера, уже совершившего правонарушение… ну, удачи.       После первой части лекции Кирк втыкала в собственную бутылочку, переосмысливая всё, что им сегодня рассказали. Ей бы хотелось, конечно, задавать больше вопросов и разбираться во всём этом, но по ощущениям она уже всех достала со своим любопытством.       Впрочем, на второй части занятия по теории она не смогла себя перебороть.       — Советую на обеде сильно не наедаться, — буркнул Гоуст перед столовой.       Зная, что во второй половине дня — практика… Кирк поверила на слово и ограничилась небольшим количеством супа.       — Медитация двадцать минут, займите места, — скомандовал лейтенант в зале, и солдаты разбрелись по матам. — Духи не дальше трёх футов.       Габриэль заняла мат рядом с Паркер, которая легла, раскинув руки-ноги в стороны, а её куница благополучно устроилась на груди.       Последовав примеру, Кирк вскоре тоже лежала и пялила в потолок. Гоусту не потребовался приказ — молча сел в ногах.       Несмотря на то, что прошло уже несколько недель с их знакомства, Габриэль всё равно было странно его касаться. Другие духи тоже были вполне себе нормальными на ощупь, но липнущая к хозяйке куница — это скорее исключение, подтверждающее правила.       Горячий даже через пару слоёв ткани, правда, большинство духов и без этого немного теплее людей… Минуту отвлечённая на ощущения от того, что дух рядом, Габриэль чуть тряхнула головой. Тихая музыка с журчащей водой действительно помогала — и вскоре мысли словно истаяли, остался только мат, медленно деревянеющее тело, воздух вокруг и тепло в районе внешней стороны бедра.       С закрытыми глазами собственное существо ощущалось яснее, за всё это время она наконец-то научилась различать себя и другого — в её голове это скорее напоминало цвета на бесконечном холсте, чем «ауру» или что-то такое…       В жёлтый, оранжевый с острыми гранями и формами, во вкрапления ярко-голубого вмешался чёрный и полупрозрачный, словно капли краски в воде, расходящиеся тонкими изящными линиями.       И ещё немного — вне её тела, словно рядом, только руку протянуть — жёлтая звёздочка, вырезанная из бумаги, в окружение комка тёмного.       Собственное спокойствие в таком состоянии было легко отделить от чужого ощущения, но что было в той душе — не ясно. Наблюдать за тем, как течёт, дышит, двигается кусок другой души, как двигаются в ней и её собственные цвета…       — Вы постепенно начинаете ощущать своё тело и приходить в себя. Через полминуты вы начнёте двигаться, а через минуту — откроете глаза, — раздался ровный голос лейтенанта.       Габриэль отвлеклась, картинка пропала. Собственное воображение нарисовало ей такие причудливые вещи, что отрываться не хотелось. Следующий вдох вышел каким-то резким, словно организм испугался сильно замедлившегося дыхания.       Уже через три минуты они снова стояли в строю. Несмотря на ответственное дело далее, тело ощущалось лёгким, как после хорошего сна.       — Сегодня будем отправлять в мир духов слабых киллеров. Ваши будущие коллеги поймали нескольких для тренировки. Объединяйтесь в команды по четыре человека, вас как раз две дюжины. Работать будем по очереди.       Кирк подошла было к Бэйкеру, но тот уже начал с другим кандидатом разговор о том, что собирается идти первым… и решила, что умирать не планирует.       — Оливия, пойдём вместе? — девушка, на удивление, кивнула с улыбкой.       — Давай ещё Риту позовём. Рита!       Габриэль хотела сказать «стой, погоди», но крик уже прозвучал… и к ним направилась чуть загорелая женщина немного ниже самой Кирк с ярко выраженной горбинкой на носу и высоким лбом… И не то чтобы Рита Гилман была проблемной, скорее…       Да, Гилман была проблемой. Как её с таким характером и складом личности допустили сначала в пилоты, а потом в кандидаты — было загадкой для всех.       — О, класс, я к вам, — и схватила за локоть Сауса, который шёл явно не к ним. — Теперь нас четверо.       — Рита, какого… — почти одновременно сказали члены собранной группы.       — Ты та ещё задница, а дух твой и того хуже, так что завались, Саус. А вы мне просто нравитесь, — она кивнула Кирк и Паркер.       — Нам конец, — пробормотал Саус, отцепляясь от сильной хватки женщины, у которой был всегда такой вид, будто она всех немного призирает.       Кирк сложно было судить, но у Риты в лице чувствовалась этакая «порода», отсутствие макияжа её не портило (хотя на вкус Габриэль всё равно немного консилера никогда лишним не будет), а вид звонко кричал «я здесь».       — Две высокомерные женщины в одном месте это для меня слишком. Паркер, ангел, ты-то тут как?       — Саус, успокойся, мы не высокомерные, — устало ответила Габриэль, замечая жест лейтенанта на подготовку.       — Я — высокомерная, — тряхнула головой Рита и потянула их к границе на поле. — Бэйкер уже застолбил себе первое место, пойдём вторыми.       — Эх, она классная, — вздохнула Габриэль, наклоняясь к Оливии, когда Рита отошла вперёд, к ограждению.       На площадке радиусом в дюжину футов стояла команда Бэйкера — парень уже раскидал всех по зонам, солдаты и их духи заняли места по квадрату.        Пропустив часть инструкций, Габриэль, Оливия и Саус подошли к границе, где уже на холодную землю уселась Рита вместе со своим духом — её был молодым парнем, всегда чем-то напоминавший Габриэль вампира из культовых фильмов первого десятилетия двадцать первого века.       Лейтенант махнул рукой — дух его распространился над тренировочной площадкой, закрывая всех внутри почти прозрачной сферой. Открыли внутри контейнер, из которого вылез весьма неприятный на вид киллер — мелкое животные, больше похожее на чучело, собранное учеником таксидермиста из обрубков.       У него, как у низкополигональной модельки, было всё в углах, волосы, где они имелись, совершенно не лежали и их количество просило шампуня так же, как и всё существо — качественного рендера.       В его существование просто не верилось — может, поэтому другие кандидаты не поверили тоже, и когда существо ринулось к одному из них, первым среагировал именно Бэйкер — отдал команду своему Шакалу, тот кинулся вперёд, не давая духу ранить товарища.       Ещё одна команда — и два духа теснят маленького киллера к центру.       — Майк, портал! — мужик кивнул на приказ Бэйкера, а его дух резко ступил ногой в центр.       Земля разверзлась синим искрящимся, срываясь внутрь, даже через приглушающий защитный купол был слышен грохот от разрываемой ткани реальности — в серость и тьму двое духов скинули киллера. Дух отчеканил каблуками короткий ритм — резко всё стихло.       Бэйкер поднял большие пальцы:       — Отличная работа, не так ли?       И голос его больше не был приглушённым — лейтенант открыл купол для выхода. Бэйкер дал Саусу пять, кивнул Оливии, пока их группа покидала недавнее поле боя.       Кирк взглянула коротко на Гоуста.       — Саус, твой поймает духа, а Гоуст откроет портал, — скомандовала Рита, пока её дух — тоже парень в национальном костюме, но скорее с арабскими мотивами и с черепушкой зверя на лице, за которой прятались алые глаза. — Курбан, Оливия и Ричи — страхуете. Ясно?       — Как ты быстро взяла на себя командование, — фыркнул Саус. — А-       — Цыц, — бросил Акихико. — Пойдёт. Эту шалупонь может и человек уничтожить, тут не нужны гениальные планы.       Саус заткнулся, лейтенант сделал пас рукой, отдавая приказ открыть следующий контейнер.       Киллер вылетел почти сразу — и вот над ним работали как будто более умелые люди. Габриэль махнула рукой в центр, Гоуст выпустил вниз тьму, а от неё разбежались те же искорки, что и при открытии прошлого портала.       Лёгкий взмах веером от Акихико, взметнулась кругом пыль. Киллер зыркнул в его сторону, в сторону Гоуста — и метнулся ко второму. Со свистом порыв ветра разметал песок, но не нанёс вреда киллеру.       Габриэль рванула наперерез, перехватила похожее на кота существо за шкирак и впечатала в землю — от него разлетелась пыль, взметая порывом воздуха волосы Кирк и мелкую каменную крошку с земли.       — Акихико, ещё порыв! — прежде чем Кирк успела рвануть кошака на себя, смогла заметить только элегантный взмах веером.       На одной из тренировок подобный уже задевал её товарищей, отлетали все за милую душу, а теперь она едва ли покачнулась.       Дух, которым она заслонилась, вывернулся в руках, меняя форму.       — Ещё! — рык Сауса.       — Нет! — гаркнула в ответ Кирк.       — Что за пререкания на площадке? — крикнул лейтенант и голос его прошёл из-за поля глухим, как через подушку.       Кирк перехватила духа за горло, впечатывая того мордой в песок.       Возня, удар в нос от лапы, порыв воздуха воздуха наподобие тех, что использует Акихико. Кирк размахнулась, проходясь духом по площадке, из киллера вылетело что-то ещё.       — Эли, у духов не бывает двух способностей! — крикнула Рита.       Габриэль не сразу поняла, что обращаются к ней.       — И как нам, по-твоему, с ним справиться? — Саус отправил Акихико с ещё одним потоком ветра, когда на него по кивку Кирк налетела Паркер. — Эй, не нападай на меня!       — Я же не духа на тебя натравила, всё законно! — рыкнула девушка.       Киллер рванулся, впитывая магию, отбился снова, не давая себя захватить. Колени уже болели от елозинья по песку.       — Гоуст, обездвижить, — приказала Габриэль, пока оставшаяся часть команды возилась между собой.       — И ты туда же! — недовольно процедила Рита.       Но это всё же случилось — Гоуст подчинился приказу, чёрные щупы опутали духа. Только вот не остановили. Киллер рванулся, путы всосались, оказались на руках Кирк и стянули их.       — Гоуст, какого хрена? — перехватив недо-кота его же оружием, Кирк начала соображать, что происходит. Киллер на это снова впитал путы и началась возня.       — Он поглощает всё, что ему отправляют! — крикнула Рита, подтверждая её догадку. — Надо отправить его обратно в мир духов как можно скорее. Гоуст, Акихико, портал.       — Может, просто убьём этого гадёныша? — Габриэль сдавила духа, но, увы, так просто их было не убить — это не была плоть в привычном понимании.       — Кирк, твою мать, это уже край! — рыкнул Саус, оказавшийся рядом вместе с Паркер, дёрнул её за плечо.       — Мгм, а эта чертовщина — не край, — отбилась, укатываясь вместе с киллером в сторону. Уклонилась от шипа, чуть не пробившего ей бедро. — Уверена, если наши духи постараются, то расщепят эту губку от переизбытка энергии.       Плоть духа ощущалась странно, почти иллюзорно. Держать что-то так далёкое от реальности вводило в ступор, но думать об этом было некогда. Прокатившись с киллером почти в обнимку по земле куда-то в сторону Гоуста, Кирк уже была готова сделать что-то опасное, когда по боку неожиданно прилетело. Она отлетела от киллера, этого промедления хватило духу, чтобы вырваться и сбежать. Кирк обернулась, увидела Сауса рядом и Паркер рядом за ним. Паркер тёрла глаза.       Отпихнув с дороги Сауса, Габриэль рванула наперерез кошаку.       — Открывайте, оба! — Паркер перехватила киллера за шкирак, кинула его Рите.       Под ногами засияло, осыпалось, загрохотало — Паркер рванула её на себя, не давая упасть, а Рита с помощью своего духа кинула киллера в портал.       Всё стихло.       — Кирк, Саус, дополнительный наряд, — рыкнул лейтенант. — Безобразие. Паркер и Гилман — удовлетворительно, но я видел, что ты сделала, Паркер, в следующий раз не прокатит. Гилман… — тяжёлый вздох. — Пойдёт. Следующие!       — Кто вообще так проблемы решает? — вздохнула Оливия, разглядывая своих вынужденных товарищей. — Ладно, давайте посмотрим, что натворят остальные.       Кирк отошла к краю поля, где народу было поменьше, мрачной тенью за ней проследовал Гоуст. Пока шли одна за одной следующие команды, почти без проблем разбираясь с духами, Кирк сидела мрачнее тучи.       — Слушай, двинься, а? — подтолкнула Гоуста в плечо, который именно сейчас решил проявить тактильность, ранее ампутированную.       — Не принимай на свой счёт, — раздалось рядом хриплое.       Осталось только глаза закатить — разбираться ещё и с ним не было никакого желания.       Следующей группе достался хамелеон, но там был дух, который ориентировался именно на слух, так что больших проблем у кандидатов не возникло.       — Слушай, ты, конечно, не любишь на вопросы отвечать про мир духов, но у вас вроде неплохо получается открывать порталы? Это не затрачивает силы?       Гоуст чуть повернул голову:       — Ты права. Я не люблю отвечать на вопросы про мир духов.       — Я тебе челюсть сломаю. Когда-нибудь. От большой любви.       Прекрасный закат глаз был единственной реакцией на её слова. Гоуст с места так и не двинулся.       У последней команды не получилось открыть портал — по приказу лейтенанта вмешался его дух, и киллер в виде небольшого вырвиглазно-зелёного зверя был отправлен восвояси.       — Так, вы трое — в медпункт, остальные — к мишеням и на позиции. Разберётесь с атаками по целям, сдадите мне норматив и свободны. Все, кроме Кирк и Сауса.       Ну, кто бы сомневался. Когда тренировка кончилась, и они встали после планки (куда же без родной ОФП в конце дня), Саус зыркнул недовольно сначала на Кирк, потом на лейтенанта Хольта, всё же подошёл. Хольт строго стрельнул глазами сначала на одного, потом на другого, фыркнул в шикарные усы, почти закатил глаза и всё-таки начал их отчитывать.       — Вы определенно-       И мозг Кирк отключился, ибо слушать оры в армии это ещё привычнее, чем стоять в планке. Эх, прекрасные рекрутские месяцы, когда втык получала и за не так зашнурованные берцы, и за причёску не по форме, и за обращение не по регламенту. Кирк помнила, когда после спора назвала одну сержантку сержантом и потом бегала пятнадцать миль в полной разгрузке. Больше не путалась. Хотелось ещё возразить, мол, в уставе этого нет, но на тот момент она плохо знала устав — в уставе это было.       — …и вам необходимо иногда работать в команде. Да, большие операции случаются нечасто, но вы солдаты, для вас слушаться приказов это не дурацкая прихоть, а прямая обязанность! А вы, два идиота, у которых мозг это идеальная шар без всяких извилин, мне уже который день мозги делаете с вашими тёрками. Оба пойдёте на тамбур в следующий раз, сегодня отделаетесь отмыванием ангара для тестов, там как раз одного из ваших несостоявшихся коллег сегодня покрошили в капусту. И ведь тебе даже дали дневник одного из твоих предшественников, чтобы ты поняла, к чему приводит отсутствие коммуникации. Но нет, Кирк самая умная и знает всё лучше всех!       Услышав свою фамилию, Габриэль вернулась к этому монологу, впрочем, мало что услышала нового.       — Один рвётся сдохнуть, вторая не лучше. У меня яичница на завтраке большим интеллектом блистала. «А давайте его убьём!», а может сразу атомную бомбу в мир духов закинуть? Это ведь все проблемы решит!       Пару секунд тишины.       Они оба медленно выдыхают, надеясь, что выговаривать как школьников их уже закончили.       — Что стоим?! Задание есть — шагом марш! И не сметь пользоваться помощью духов!       И, пользуясь возможностью, они слиняли в сторону ангаров. Саус уже подобным занимался, Кирк удавалось избежать незавидной участи. Провинившихся хватало всегда — тесты проводились ежедневно и «чистыми» стены были недолго. В небольшом хозяйственном помещении недовольный жизнью капрал выдал им костюмы, респираторы и направил в нужное помещение, пожелав удачи.       — Как будто в реакторе работы проводим, — хмыкнула Кирк, надев респиратор.       Саус закончил натягивать комбинезон:       — Весело тебе? Радуйся, если мозги этого бедолаги не успели застыть.       — Ой, как будто я кровь никогда не убирала.       Однако пессимистичный настрой Сауса оказался верным — квадратная комната, выложенная плиткой и походящая на пустую операционную, была залита кровью так, что было загадкой, как столько поместилось в одном человеке.       — Походу, голову оторвал, — Саус задрал голову, осматривая потолок. — И как это отмывать?       — Предлагаю сначала опрыскать всё кислородсодержащим, вынести эм… — Кирк кинула взгляд на куски костей. — Самые крупные кусочки пазла. Потом вернёмся к крови.       От напарника по несчастью последовал кивок. Из-за респиратора было тяжеловато дышать, подгоняло только нежелание находиться тут ещё больше. Так что кандидатка подхватила бутылочку с дезинфектором, зарядила её в водомёт (вообще это называлось «мойка высокого давления», но никто их так не называл) и начала распрыскивать это всё по большой комнате.       — Два чувака украли календарь, — Саус вдруг прервал громкое шипение пены. — И знаешь что?       — Не говори мне.       — Каждый получил по шесть месяцев.       — Я вроде попросила не говорить, — Габриэль потёрла лоб через костюм. Жарко. — И с чего вдруг приступ древнего юмора?       Саус молчал несколько секунд, только лилась пена, словно он и сам не мог ответить, зачем решил разбавить эту… неловкую тишину.       — Да так, вспомнилось просто, а ржать с самим собой как-то не… не фонтан, короче.       — Мгм, — кивнула Габриэль, радуясь, что большей реакции от неё не требовали.       Закончив распрыскивать дезинфектор, они собрались в центре комнаты.       — Так, держи пакет, я буду складывать.       — И с чего бы ты приказы тут отдаёшь? — раздражённо ответил Саус, но пакет взял, даже без особого неудовольствия. Или просто из-за респиратора не видно.       — Потому что у тебя мозгов нет, — закатила глаза женщина.       — Дура.       — Сам дурак.       Но обидно почему-то не было. Тишина на несколько секунд, пока Кирк отвёрнулась и с помощью метлы и совка собрала… что-то не поддающееся визуальной идентификации.       — И вообще у тебя дух дурацкий, ты его со сходки по комиксам притащил? — и в её тоне нет чего-то, что подтверждало бы настоящую ссору.       — Ага, а твой шкаф в эмо решил поиграть, — ответил бойко Саус.       Кирк подошла с совком, с которого капало, скинула в плотный мешок месиво.       — А ты вообще придурок. Только и умеешь, что танк водить.       Не осталось без ответки, Саус хмыкнул:       — А тебя из спецназа выперли.       — Ну, тебя — из танкистов. Неудачник.       Они перебрасывались оскорблениями и упрёками, которые не несли в себе никакой угрозы следующие четверть часа, пока собирали самые крупные из оставшихся кусков. Пена, ставшая арбузной от крови, постепенно слезала со стен, оставляя за собой только белую плитку с чёрными швами. С потолка немного капало то средство, то кое-где кровь. Даже воспринимать то, что тут произошло и проявить фантазию не получалось. А может, просто Кирк зачерствела уже.       — И вообще я не танкист, Эрик — танкист. Я из морской пехоты.       — И чего тебя сюда занесло, бедолага? — Кирк спросила быстрее, чем подумала.       Просто, ну… сгребание чужих кишков на протяжении получаса, наверное, сближало. Может, ей даже было интересно, что забыл в этом месте Саус.       — Да, зарвался сильно. Вот меня и спустили с небес на землю.       На этот раз Кирк даже обернулась, удивлённая таким расплывчатым ответом.       — А ты?       Неловкая пауза, пока она думала, чем ответить. Завязала пакет с отходами, закинула на плечо, всё-таки сообразила:       — А леди на такие вопросы не отвечают.       — Почему? — почти обиженное.       — Потому что джентльмены их не задают.       И, крутанувшись, пошла к выходу, довольная собой. Сзади послышалось шуршание второго пакета… и ни одного слова о том, какая она не такая, какая надо.       По возвращению в комнату для тестов Саус взял водомёт, чтобы смыть пену и остатки крови в редких моментах со стен, а Габриэль — щётку, чтобы оттереть остатки всякой хрени от пола. Капрал, зашедший проверить их отработку, сказал поторапливаться, так что было уже не до баек и анекдотов, пришлось справляться так.       Руки уже подзабились от работы щёткой — какая-то серая хрень успела затвердеть до состояния цемента так, что, кажется, проще было плитку переложить, чем отодрать.       — Махнёмся? — Саус протянул ей водомёт.       Ну, если сам предлагает… Габриэль передала ему щётку и отошла в сторону, где ещё оставалась пена. Через пару минут держания шланга от мойки высокого давления под прямым углом руки начинали понемногу затекать. А вот у Сауса дела шли неплохо — он полил застывший костный мозг какой-то дрянью, которая пахла так, что даже через респиратор ощущалось, а теперь работал скребком.       Струя послушно опустилась, когда Габриэль поменяла угол. Вода сбила пену, розовое стекло по белой плитке в небольшой желоб и ушло куда-то за пространство комнаты для тестов.       Ещё несколько минут — и большая стена блестит от капель воды.       — Слушай, а нам это сушить надо?       — Капрал вроде говорил, они потом кварцевую лампу включают, — бросил Саус.       — Мало ли эти черти простудятся.       Даже теплее стало на сердце, когда бывший морпех рассмеялся коротко и устало.       — У тебя духи что ли кого-то… что ты так на них реагируешь?       — Нет. Но это не отменяет того, что они относятся к людям как… даже не знаю как. То ли они и с собой такие же мрази, то ли уважать наш вид они и не собирались… не знаю, короче говоря, любви не вызывают точно.       — Тебе и самой известно, что мир не чёрно-белый.       — Ага, только некоторые вопросы бывают однозначны, — кивнула, откатывая мойку подальше, чтобы закончить последнюю стену. — Ты скоро закончишь?       На топорный перевод темы Саус закрыл глаза, явно не настроенный возвращаться к прежнему накалу в их… взаимоотношениях.       Когда они закончили, то сдали оборудование и «обмундирование».       — Фух, аж дышать легче, — спёртый воздух небольшого помещения завхоза наполнил лёгкие.       — Пойдём покурим, — предложил парень.       И вот оба солдата стоят в «курилке» — уголок за столовой, спрятанный от глаз камер и начальства. Габриэль села на сколоченную какими-то приверженцами нездорового образу жизни скамейку и вытянула ноги, опираясь о стену.       — Я, кстати, ни разу не видел, чтобы ты курила.       Саус выбил себе сигарету из пачки. Тоже травяные, как у большинства, но новомодные с розовыми листьями.       — Боюсь, как начну, так не закончу, — хмыкнула Кирк, закидывая одну ногу на другую и наблюдая, как Саус усаживается на ящик. — Раньше, говорят, сигареты с табаком были и никотином. У меня бабушка такие курила, вонь страшная.       — Ну, запретили, может, и правильно, нехуй нас травить. С другой стороны, ничего толком и не осталось такого…       Ага, алкоголь без спирта, сигареты без никотина и существование без жизни.       — Ну-ну. Видел эти пакетированные завтраки? Удобно, конечно, но каждый раз, когда покупаю, чувствуя себя как кошка, который корма сухого насыпали.       — Зато КБЖУ хорошее и с витаминами полный порядок. Мне со вкусом рамёна нравится. И вообще он не сухой, он влажный.       — Не удивительно, что у тебя дух — азиат.       — Это расизм? — уточнил Саус, делая первую затяжку.       — Спрашивает белый морпех у чёрной, расистка ли она, — хмыкнула кандидатка, наблюдая, как тонкий дым рассеивается в воздухе. — Ладно, забей. Мне нравится, как выглядит твой дух. Лет в двадцать я бы кипятком ссалась от восторга.       — Так, ну, мне двадцать восемь, я ещё попадаю под категорию, — сострил Саус, задумчиво разглядывая сначала её, а потом переводя взгляд на небо. — Акихико классный. Такой… темпераментный и аристократичный. Воплощение элегантности. Неудивительно, что его сила — это ветер.       Несколько секунд молчали, Габриэль задумчиво смотрела вдаль, чувствуя, как постепенно расслабляются натруженные мышцы. Дерево за спиной было приятно-твёрдым, ткань формы под руками — гладкой и почти мягкой на ощупь.       — Тогда Гоуст по твоей логике воплощение… м… жажды убийств? Тарана? Бараньего упрямства?       Саус покачал головой, крутанул в пальцах сигарету.       — Ты смотришь на него как на духа. И видишь в нём только плохое.       — М, а там есть что-то хорошее? — Габриэль наклонила голову.       Не то чтобы она сама не понимала — Гоуст не так плох, как может быть плох дух. Тем более такой сильный дух Б-класса.       — Нормальный мужик. Могли бы и друзьями стать, знаешь.       — Дружить с духами? Оставлю это тебе. Вздыхай там по своему Акихико, сколько душе твоей угодно…       Габриэль едва успела перехватить прилетевший в неё форменный берет. Отряхнула, надела поверх своего как трофей.       — Гоуст действительно… не так плох, как мог бы быть, — задумчиво протянула Габриэль, наблюдая, как встал Саус и требовательно протянул руку. Не прерываясь, подкинула берет ему. — Так что мне относительно повезло. Сам видел, выживают не все. У вас на потоке уже кто-то умирал?       Саус напялил берет, сел обратно, кивнул:       — Да, был один парень. Кид его звали, что ли. Я тогда только пришёл, а там такой скандал был. Кого-то отстранили от занятий, кто-то не дошёл до экзамена. Я так и не разобрался, что с ним случилось, только слышал, что застрял в мире духов. Говорят, Бэйкер с ним успел подружиться. Характерами сошлись вроде как.       Неспешный рассказ кончился, в глазах у Сауса — ни капли сожаления по погибшим. Впрочем, вряд ли у неё сожаления хоть капельку больше.       — Не ожидала, что с тобой можно… вот так разговаривать.       — Иногда стоит пробовать, — хмыкнул Саус. — Майор советовал ни к кому не привязываться. Может, поэтому он и дожил до своего ранга. Каждого оплакивать — слёз не хватит.       — Работа такая, — пожала плечами Кирк. — Но, правда. Я думала ты чокнутый карьерист, а ты вроде нормальный мужик.       Задумчиво хмыкнув, Саус сделал последнюю затяжку и бросил остаток тлеющей сигареты в небольшую урну, полную других окурков.       — Не могу сказать, что ты сильно ошиблась в этих мыслях на мой счёт. А вот я… — поёрзал неловко, выпрямился неестественно ровно. — Был не прав. Прости. Поверил слухам и окружающим, когда они говорили, что ты просто хочешь выделиться на общем фоне.       Пауза стала неловкой. Наверное, кандидат ждал кого-то внятного ответа сразу, но Кирк просто была удивлена до крайности, ведь…       — Даже не знаю, как реагировать, я всегда в коллективах была белой вороной, но, чтобы человек потом извинялся передо мной… Знаешь, первый раз такое, — Габриэль почесала в затылке. — Не думала, что с моим опытом меня можно удивить. А сейчас я приятно удивлена. Не ожидала от тебя такой смелости.       — Эй, в смысле не ожидала? Я же не трус! — чуть сгорбился, расслабился и сунул руки в карманы. — Просто, ну… мне кажется, ты отличаешься от привычного лекала и те, кто не могут видеть дальше своего носа, они ну… не могут принять.       — Да, спасибо, не продолжай, пока это не превратилось в оскорбления, — махнула рукой Габриэль. — Ладно, пойдём обратно, а то нас духи потеряют и будут с собаками искать.       Саус кивнул, спрыгнул с ящика, подождал, пока Кирк встанет рядом, прежде чем начать путь к казарме. От него несло розовым дымом.       — Так и вижу Акихико с какой-нибудь Сиба-ину. Или с чихуахуа, ему бы пошло.       Разумеется, ответ не заставил себя долго ждать:       — А Гоусту бы пошла большая собака. Какая-нибудь немецкая овчарка.