Глава 5. ◼◼◼

      — Для всех новоприбывших: меня зовут майор Штайн, курс переквалификации длится два месяца, после чего следует стажировка и экзамен. Остальное можете узнать после занятий.       Габриэль подняла голову от конспекта по ПМП за прошлый раз, отвлеклась на голос майора. Поморщилась, наблюдая Эрика, который пришёл с небольшим опозданием и нацелился к её парте… до момента, пока Гоуст по её команде не намекнул взглядом, что в аудитории полно других мест.       — Психология. Вы уже успели столкнуться с психологами, и при нашей работе это ваши мама, папа и любимая тёща в одном лице. В официальной статистике этого нет, но самая частая причина смерти чиссеров, после, разумеется, духов — это решения, принятые из-за ментально-нестабильного состояния.       На перерыве Габриэль закрыла тетрадь с конспектом по лекции, достала притащенную с собой небольшую методичку по ПМП, когда рядом возник Эрик:       — А ты всё ещё зубрилка, да, Габи? — хмыкнул парень, садясь рядом. — Знаешь, видеть твою милую мордашку в библиотеке было забавно, но мне казалось, что всё не настолько плохо.       Кирк лениво подняла взгляд на Эрика, не закрывая книгу, оценила взглядом и нашла весьма лёгким, так что вернулась к чтению.       — И даже от тебя, знаешь, не ожидал того, что ты будешь как выскочка всю лекцию донимать Штайна вопросами.       — Приятно знать. Не сношай мне мозг, Эрик. Тем более, — она перевернула страницу, едва ли сосредотачиваясь на написанном. — Что с тобой нет духа. А я могу не справиться с управлением.       — Ты натравишь на меня духа Б-класса? — в чужом голосе послышалось недовольство. — Хочешь вылететь отсюда до первых тестов?       Кирк потёрла брови — Гоуст последние пару суток вёл себя относительно прилично, пусть всё ещё скорее находился настороже, чем готовился выстраивать адекватное взаимодействие, а теперь вот это… чудо.       — Эрик, скажи мне, какого чёрта ты ведёшь себя так, будто в твоём организме не хватает пули?       — Не думаю, что мне пойдёт лишняя дырка в организме, — оскалился парень. — Но ты определенно хочешь её сделать.       — Ага, прям мечтаю, — Габриэль глянула на часы, понимая, что перерыв ей безнадёжно испортили. — Не буду я с тобой ничего делать, сам помрёшь, свали отсюда.       На них начинали оглядываться, конфликт принимал более обозримый оборот. Эрик — наконец-то — принял решение свалить, позволив Габриэль вернуться к пособию по первой медицинской.       — Я бы на это посмотрел, — бросил Гоуст без эмоций. Заметив непонимание на чужом лице, добавил. — То, как ты в него стреляешь… было бы эффектно.       По яркой мимике Кирк было понятно: военная не знает, что это только что было. Он с ней… вроде как… пошутил? От удивления она не успела ответить чем-то саркастичным сразу, а через несколько секунд это делать было бы уже как-то не в тему, так что женщина молча уткнулась в записи. Ещё половина лекции по психологии. Как бы она сама не относилась к мозгоправам, Габриэль не могла врать о том, что ей было интересно узнать немного больше.        — Про психологические травмы и ПТСР от взаимодействия гражданских с духами мы поговорили, теперь поговорим о другой части взаимоотношений, — Штайн отошёл от пюпитра к доске, задумчиво оглядел оставшиеся после прошлой лекции схемы на ней.       Стёр с доски и проявления, и рекомендации, и схему «шок и отрицание — вина и агрессия — депрессия — исцеление», после чего отряхнул руки и продолжил:       — Сексуальные отношения с духами. Мало изучены, а если дух нестабильный, то могут на человеке сказаться… странными образами. Самое безопасное взаимодействие с теми духами, которые могут поддерживать оболочку, похожую на оболочку человека, — и вздохнул. — Что не отменяет всяких… иных форм. Были попытки проводить исследования на эту тему, но сами духи не слишком любят подобного рода отношения, даже киллеры в основном просто измываются над жертвами, но крайне редко их насилуют. Кандидатка Кирк, у вас вопрос?       Габриэль кивнула, опуская поднятую руку:       — Сэр, до этого на лекции про этот вид духов вы говорили, что не следует смотреть на взаимодействие с духами, как на взаимодействие с людьми, это разные вещи, но мне не ясно, как такие человеческие пороки могут быть у существ, которые не являются людьми.       Холодный пристальный взгляд не внёс ясности, можно ли было такое спрашивать. Дух Штайна тоже просверлила на секунду взглядом, но только поморщилась и отвернулась.       — Мы с духами мыслим разными категориями, их нельзя мерить не человеческой моралью, ни законами животного мира. Поверишь, что понимаешь духа… ничем хорошим это не кончится. Продолжаем, — майор взглянул на стол с планом лекции. — Ни одного успешного случая рождение здорового ребёнка между духом и человеком не было зарегистрировано, что подтверждает то, что, несмотря на форму, которая иногда может совпадать, духи и люди не являются ни одним видом, ни близкородственным. Это не означает того, что на духов не цепляется всякая местная зараза вроде хламидий. Какие-то передаются, от чего это зависит — мне не доложили. Как чиссеры вы имеете право помогать гражданскому, который имеет какие-то связи с духом только в случае просьбы гражданского или ситуации явно опасности жизни и здоровью.       Габриэль перевела взгляд на Гоуста, пока майор продолжал лекцию. Тот явно заметил, чуть прищурился, но на незаданный вопрос не ответил.       — Разбирайся, мол, сама, — проворчала она одними губами и едва заметному кивку поняла, что не ошиблась.       Закатила глаза и вернула всё внимание к занятию. Правда, по ощущениям, день не собирался быть спокойным, потому что на тренировке пришлось отрабатывать спасательные операции. Габриэль зачастую занималась оперативной работой, а не… спасением людей из экстремальных условий, но духи могли и такое устроить, так что…       — Отдай верёвку или сделай уже нормально, — рыкнула женщина, пока Саус выделывался морскими узлам. — Два раза перекрутил и затянул узел.       — На флот бы тебя и швабру в руки, Кирк, — ответил недовольно парень, с рывком дёргая на себя узел. — Не лезь под руку. Не дай бог у меня из-за тебя показатели упадут.       Габриэль закатила глаза, проверяя по механическим часам на запястье:       — Пока ты тут выделываешься, морской котёнок, у нас человек от угарного газа задыхается.       — Заткнись, — рыкнул он.       Кирк от удивления даже действительно заткнулась — на несколько секунд, а после просто потянула его наверх за ухо:       — Рот маме своей затыкать будешь, хватит ныть, мы сейчас выбьемся из норма-       — Саус, Кирк, что у вас там происходит? — рявкнул лейтенант с другого конца поля.       — Выскочка отвлекает от сдачи норматива! — Саус сжал её руку и оттолкнул, заставляя Габриэль отшатнуться к косяку небольшого проёма.       — А нефиг саботировать.       — Прекратить базар, пока оба на тамбур не отправились! — лейтенант явно не собирался разбираться кто затеял конфликт и какие там причины.       Саус оперативно завязал узел, Габриэль проглотила несколько комментариев, а дальше началась работа в команде из разряда «ставь ногу влево» и «идиот, моё лево, а не твое». Почему Саус был таким единоличником — для Габриэль было загадкой. Уже забравшись на крышу бетонной коробки — в народе «домик» — которая служила им моделью реального здания и нажав кнопку, обозначающую завершение задачи, Кирк спросила:       — Тебя с флота выперли из-за того, какой ты мудак?       — Я тебя со здания сейчас скину и скажу, что так и было.       — Не думаю, что тебе кто-то поверит.       Саус ринулся к ней с рыком, оба оказались у парапета, Габриэль схватила в ответ за шкирку, собираясь оттащить или врезать, пока кандидат вертелся, убрать чужие руки, чтобы нанести удар:       — Кирк, ты в детстве молоко вместе с коровой жрала?       — Зато ты и тем, и другим пренебрегал. Сравняйся со мной в росте, потом поговорим. Сколько там в тебе? Пять футов и девять дюймов?       — Десять! — Саус чуть не порвал рукав форменной куртки, натянув ткань. Может, он был на дюйм ниже, но явно шире в плечах.       Снизу крикнули те, кто норматив уже сдал. От ветра слова потерялись где-то по дороге, в итоге Кирк отпихнула от себя Сауса и бодро спрыгнула с парапета, лёгкими шагами отправляясь вниз и цепляясь за верёвку. Следом спустился и бывший морпех, пока Габриэль уже искала взглядом Эрика — придурок определенно не обзавёлся мозгами с отборочных.       — Так, заплыв оставим на завтра, сегодня ещё бег на восемь миль по пересечённой местности. Кандидатка Паркер, кандидат Уинстер, что у вас?       Габриэль перевела взгляд — что-то происходило там неясное, кажется, не ей одной не повезло с напарником. Впрочем, в лесу нет камер, а Эрик может случайно потеряться где-то. Он же танкист, а не спецназовец, мало ли за корень запнётся…       — Планируй устранение не с таким довольным лицом, — шёпот Гоуста над ухом оказался внезапным. — От тебя фонит раздражением.       — Меня бесит Эрик. А его, видимо, бешу я, — Кирк потёрла лоб.       — Вы оба думаете, что бесите друг друга, когда на самом деле бесите окружающих, — также бесцветно и тоном, намекающим на философию.       — Ладно, — бросила она, решив спустить эту хрень на тормозах даже если это была самая ублюдская шутка в её жизни. Нельзя сразу такое пресекать, у Гоуста должна быть возможность разочаровать её ещё больше. — Ты сам будешь участвовать?       — Мгм. Я бы ещё посмотрел, как бегает Акихико в своём платье.       — Это хаори, бескультурное ты существо. Думаю, что выглядит очень… традиционно. Интересно, он с другой стороны границы? Духи вообще подстраиваются под места, где появляются или ему просто японские храмы приглянулись?       — Да, именно храмы, — кивнул в ответ мужчина, подходя к линии старта, пока лейтенант готовился стрелять из сигнального пистолета. — Всё, готовься к старту, посмотрим, как нынче сасовцев тренируют.       А вот это было уже свинство. Не у всякого мужика такие бицепсы, как у неё, и вовсе не обязательно сомневаться в физических данных Габриэль. Да, Гоусту она проигрывает — но вы же видели Гоуста!       После сдачи бега на восемь миль ноги были приятно-уставшими. Она бы ещё побегала, честно, но в середине забега успел пойти дождь и всех после сдачи отправили обратно на базу — греться в тёплом душе. Поскольку дистанцию она завершила одной из первых, то и душ успела принять без всяких очередей, даже Гоуста заставила посетить ванную, чтобы смыть грязь, хотя он божился, что может просто использовать свои какие-то духовные штучки, чтобы почиститься.       Когда он вернулся из душа — Кирк сидела за дневником, заполняя его по всем требованиям. Бросила на вошедшего короткий взгляд — Гоуст выглядел чистым, но всё было сухим.       — И не скажешь, что бегал. Я-то думала, ты хоть шмот постираешь.       — Это же не одежда.       Габриэль подняла брови:       — А что тогда?       — Не твоё дело.       Ну, как всегда. Если саботировать её работу Гоуст больше не пытался, то отвечать на вопросы про мир духов, его устройство и обычаи отказывался с бараньим упрямством. Потерев брови, женщина собиралась уже сесть за повторение материала, когда на кнопочный телефон (нормальные иметь на базе запрещалось) пришло сообщение о том, что она должна быть в кабинете двести одиннадцать через пятнадцать минут вместе с дневником. Про духа ничего не говорилось… но в этот кабинет обычно ходят без них.       — Развлекайся, меня к мозгоправу отправляют, — бросила она, промакивая волосы полотенцем. — И чего им опять не понравилось?       Философский вопрос остался без ответа, полотенце полетело к изголовью, Габриэль вышла из комнаты, мгновенно погружаясь в серые бетонные стены базы. После её комнаты, где она уже успела навести уют, база всегда ударяла по глазам пониженной насыщенностью. Спустившись на второй этаж и перейдя в административное крыло, женщина нашла глазами нужную табличку и постучалась.       После «входите» оказалась внутри и кивнула доктору Дугласу. Мужчина растерянно пошурудил на столе, отвлёкся на монитор компьютера, пригладил уже заметную лысину. Габриэль вздохнула, пока тучный мужчина приводил рабочее место в порядок и прошла сразу к одному из уютных кресел.       — Кандидатка Кирк, — всё-таки разобравшись с бумагами, психолог взглянул на неё как будто испуганным взглядом. — Лейтенант Хольт и майор Штайн обеспокоены твоим поведением, сегодня ты вела себя весьма раздражительно. У тебя всё в норме?       Габриэль чуть не ляпнула, что это не она раздражительная, а люди кругом — идиоты (за)конченные, но сдержалась.       — Да, всё в порядке. Мы все взрослые люди, в коллективе не может быть всё без споров.       — Цикл?       Да, первый вопрос, который им задают, когда спрашивают про здоровье.       — Двенадцатый день.       Доктор кивнул, задумчиво что-то помечая, задал вопросы по общему самочувствию.       — Знаете, вы не глупая женщина. И я догадываюсь, что нравоучения вам проводить бессмысленно. Давайте не будем друг друга задерживать нудной работой, которая всё равно никому не нужна.       Подняв брови, Габриэль чуть наклонила голову, словно готовая слушать предложение психолога. Да, Дуглас, скорее всего, просто не хотел нагружать себя лишней работой и усложнять жизнь самому себе. Впрочем, этим он и ей облегчит жизнь.       — Я просто выдам вам допуск к мемуарам одного из новичков, чтобы вы прониклись опытом товарища и смогли в уединении осмыслить ваши чувства и эмоции. Хорошо?       С лёгкой улыбкой Габриэль согласилась, мужчина кивнул — в его блеклых глазах мелькнула на секунду радость от того, что не ему придётся с этим разбираться. И вот через пять минут её ласково выпроваживают из кабинета со словами о том, что она в любое время может обратиться за помощью. Кирк пролистала распечатки — отсканированные листы рукописей…       — Что-то не так? — Дуглас перевёл взгляд на неё, вернувшуюся в кабинет почти сразу же.       — Да, некоторые куски текста закрашены…       Дуглас удручённо покачал головой:       — Да, полный вариант у меня отсутствует. Для этого документа нужно звание лейтенанта или специальное разрешение. Вряд ли там что-то интересное, по большой части так закрашивают имена, чтобы сохранять анонимность.       Молча кивнув на прощание, Кирк вышла за дверь, задумчиво вглядываясь в неаккуратный почерк. Истории об ошибках чиссеров и их провалах это, конечно, интересно, но… чёрт, она даже благодарна этому тщеславному Саусу за то, что он с ней сегодня повздорил! Как бы ей ещё можно было получить такие записи?       Гоуст интереса к её взбудораженному состоянию не проявил (конечно, она же не тост с бобами!), про бумаги в руках тоже не спросил.       «Здравствуйте дорогие читатели, меня зовут ◼◼◼! Мне сказали вести аккуратно. Другие читать будут. Так что надо поздороваться. Пара ребят, с которыми я прошёл, говорили, что дневник — это глупость. А как по мне — полезное занятие. Надо структурировать мысли».       Габриэль хмыкнула на это приветствие — буквы получились неровными, несмотря на «старания». Хотя на полях был нарисован улыбающийся осьминожек. Может, хотел так отвлечь от неаккуратности?       «Я попал к ◼◼◼◼◼◼ ◼◼◼◼◼◼, кажется, он хороший мужик. Слава у чиссеров дурная, думал, я тоже стану совсем ку-ку. Может, только немного ко-ко.»       Несколько дней у него проходят спокойно: тренировки, теория, где-то записи совсем короткие, только заметки о состоянии.       «Был в мире духов. Блевал уже дважды. Мой дух только смеётся.»       Дата следующая написана и зачёркнута, подписано время:       «Ещё и кошмары снились. Предупреждали, но ощущать — это другое. Опять снилась ◼◼◼◼◼◼. Не могу её забыть. И принять, что я тряпка и трус — тоже. Видимо, меня всё-таки по ошибке взяли. Я просто изображаю из себя смелого сорвиголову, на самом деле я законченный трус. Может и правильно, ◼◼◼◼◼◼ себе найдёт кого-то более смелого, достойного и надёжного. Я надеюсь на это. И что она перестанет мне сниться.»       Запись за следующее число:       «Состояние: неудовлетворительное. Жалобы: тошнота, головная боль. Голова пухнет от всех этих видов спасательных миссий. Я же инженер, а не какой-нибудь там ◼◼◼◼◼, который морпех бывший и может хоть милю, хоть восемь бегать.»       Габриэль хмыкнула — был у неё сейчас один знакомый, тоже морпех, и тоже раздражающий, просто не физическим превосходством, а мразотностью.       «◼◼◼◼◼◼ отстранили от финального экзамена. По слухам — пытался кого-то подставить, чтобы пройти дальше, но я так и не разобрался. ◼◼◼◼◼ всё равно гад, говорят об этом или нет. Из-за него чуть люди не погибли, а его просто уволили. Хорошо, что я был с ним не в одной группе, мало ли мне сил не хватило бы. И двадцать видов спасательных работ… я начинаю уставать от количества знаний. Ещё и ◼◼◼◼◼◼ попросил прикрыть, мол, на свиданку пойдёт в город. Странный он.»       — Что там? — в тоне Гоуста вселенская усталость от чужого поведения.       — Да вот, читаю сказку на ночь. Годы идут, а проблемы кандидатов всё те же. Психология в теории и спасательные работы на практике.       Тот только глаза закатил и вернулся к молчаливому сидению с отсутствующим видом.       — Найди себе хобби уже, а то сидишь, как неприкаянный.       — Я дух, а не человек, мне не нужны занятия для досуга.       Кирк закатила глаза, откладывая бумаги.       — Тебе бы пошла рыбалка. Так и вижу тебя в панамке ранним летним утром, весь такой сидишь и внимательно смотришь на водную гладь, по которой прыгают лучи восходящего солнца. И потом единственная фотка в Мите — довольный стоит с рыбой в руке.       — Мит?       — Приложение для знакомств. Ладно, помогу тебе, болезному.       Пришлось встать, порыться в тумбочке. На кровать рядом с Гоустом опустилась свежая газета и ручка.       — Развлекайся. Там на последней страницы кроссворды.       И пока Габриэль читала про следующие — весьма скромные на события — дни кандидата, Гоуст то и дело чиркал ручкой по тонкой бумаге. Потом перевернул страницу… несколько секунд — комнату прорезал негромкий хриплый смех.        Кирк медленно обернулась к соседней койке, не уверенная в том, что правильно интерпретировала происходящее. Смех уже кончился, но судя по тому, как Гоуст дышал — это смеялся действительно он, а не случайно зашедший к ним в комнату человек. Габриэль пару раз моргнула, поймал чужой тёмный взгляд, уловивший движение.       — И что тебя рассмешило?       — Тут страница с анекдотами.       — О нет…       Но Гоуст продолжил:       — «Редакции требуется новый оператор печатного станка. Предыдущего затянула работа».       Габриэль уронила лицо в ладонь. Как плохо. Но дух продолжил чтение:       — «И он вышел в тираж».       — Боже милостивый.       — «Между прочим, попал во все газеты».       — Хватит.       — «Вы могли видеть его лицо на первой полосе».       Молчание затянулось очень надолго. Габриэль молча втыкала в пустоты, всё ещё лежа на животе и думая о том, в какой момент её жизнь свернула не туда. Гоуст её траурного настроя не разделял, вскоре вернулся к журналу и заполнению кроссворда, на этот раз, хвала богам, молча.       «Я совсем не понимаю эти карты. Девчонкам в группе почти всем нравится, а пацаны сидят смотрят. Весело наблюдать за бывшим майором, который пытается понять, чем отличается одна придворная карта от другой. До момента пока мне самому не приходится заниматься тем же. Почему нельзя вернуть времена, когда это считалось антинаучным бредом?»       Габриэль вздохнула — завтра должен состояться тест по картам, психотипам, которые они означают и… ну, она понимала владельца дневника. Хоть она и была девушкой, картами Таро никогда не интересовалась, а тут пришлось. Рядом со следующей записью была ещё одна милая осьминожка, только уже с нахмуренными бровками-черточками и перевёрнутой галочкой рта.       «Сегодня открывали порталы в мир духов. Мне даётся это тяжелее, чем остальным, я уверен это из-за того, что я слабый. Мне кажется, духи как собаки… если ты их боишься — они это чувствуют.»       Подняв брови, Кирк повернула голову, наблюдая за тем, как Гоуст сосредоточенно разгадывает кроссворд. Не знай она о его способностях, может, нашла бы сцену комичной.       «В этот раз от мира духов так сильно не тошнило. ◼◼◼◼◼◼ отставили в тамбуре на дежурство за то, что у него были какие-то дела с бандитами. Всё-таки не с девушкой он тогда гулял. Зря я ему рассказывал про свои неудачные отношения, он меня просто использовал. Очень приятно, спасибо.»       Дальше ругательство было несколько раз зачёркнуто, но отчетливо угадывалось по очертаниям букв.       За следующую дату были записи о нескольких подряд практических, связанных со спасательными работами: на воде, в горах, в городских условиях… Группа, в которой была Габриэль, только что закончила этот раздел и следующий шла «магия», так что его усталость она прекрасно понимала.       — Ты спать собираешься?       Габриэль переводит удивлённый взгляд вбок. Ей не послышалось и не почудилось — это сказал Гоуст.       Кроссворд он, видимо, дорешал, поскольку теперь просто сидел на кровати, скрестив вытянутые ноги.       — Ещё немного почитаю и лягу. У меня завтра тест, не хочу сильно поздно ложиться.       — Время — три.       Кирк открыла раскладушку, пиксельные циферки показывали начало четвёртого.       — О. Ну, я пока не могу лечь спать.       Гоуст спорить не стал, вряд ли ему это было сильно нужно. Кирк вернулась к дневникам, погрузившись в достаточно обыденные дни. Среди знакомой рутины и записей о мелких происшествиях изредка мелькало что-то более интересное, вроде «видел вчера её в городе» или упоминания о мире духов. Лично Габриэль вместе со всей остальной группой получала инструкции о том, что описывать ощущения от взаимодействия с духами нужно настолько подробно, насколько позволяет фантазия, писательский слог и владение родным английским. Увы, этого парня либо такому не учили, либо он пренебрегал требованиями.       Больше всего Кирк интересовал мир духов.       А этот безымянный некто про него писал не так много, как хотелось бы. В начале последнего листа была запись:       «Я всё-таки решил последовать совету психолога и перестать цепляться за прошлое. Да, я трус, но я буду делать всё, чтобы справиться с киллерами и силой, которую получил. Даже если я трус… это неважно, пока я поступаю как боец. Удача — награда за смелость.»       И следующие записи действительно не содержат в себе упоминаний той девушки, только будни.       Последняя запись небольшая:       «Немного нервничаю. Завтра на экзамене нужно будет убивать духа и открывать портал в их мир. Надежда — земной компас чиссеров. Удачи мне.»       Габриэль оглядела строки, написанные неровным почерком, потёрла уставшие от долгого чтения глаза. Убрала листы в сторону, встала и открыла окно под тяжёлым взглядом. Лицо огладил прохладный утренний воздух, моментально пробравший до костей и вернувший трезвость ума.       Подъём через четверть часа, ложиться уже никакого смысла нет.       — Досиделась?       — Не нуди.       Гоуст и не нудел. Он был скорее прав, чем нет, но кого это волновало? Кирк прикрыла окно, задумчиво перебрала полученные распечатки. Скорее всего ей хотели показать, чем может закончится конфликтность или чем она может быть вызвана. Или психолог просто не хотел заморачиваться и пошёл по самому простому для себя пути. Тоже может быть.       Кирк прошлась по комнате, рассеянно провела по волосам и отправилась в душ — утренняя рутина всегда помогала немного сосредоточиться. Рассеянно сняла патчи, услышала недовольное ворчание Гоуста:       — С недосыпом будет порталы открывать, ну, конечно.       И закатила глаза, удаляясь в душ, подальше от всяких критиканов, которых не спрашивали.