Глава 1. Монстр в человеческом обличье.

      Норт дернула руками, цепь со знакомым звоном ударилась о металлическую трубу.       Неужели, опять настал этот день?       Так быстро?       Нет, это невозможно…       Хлопнула дверь, раздались тяжелые шаги, которые замерли в отдалении. Неизвестный взял что-то со стола, пробурчал невнятную мелодию и щелкнул щипцами.       Норт дернулась от звука, а слезы сами собой начали катиться по щекам.       — Ну-ну, не плачь, — раздался знакомый голос совсем рядом и шершавые пальцы коснулись щеки. — Я же еще ничего не сделал… Лучше посмотри на меня.       Она нехотя открыла глаза. Да, ее создатель стоял перед ней на одном колене, прямо как в тех черно-белых фильмах, которые смотрел обдолбанным, только вот вместо кольца в бархатной коробочке держал в руке стоматологические щипцы. На нем была засаленная бордовая рубашка, пыльные черные джинсы, черные космы на голове влажно блестели, а на бороде подсыхала чья-то кровь.       — Как ты думаешь, я хорошо о вас забочусь?       Норт осторожно кивнула. Он вопросительно приподнял бровь.       — Очень хорошо, — добавила она.       Он улыбнулся.       — Жаль, Амелия и Роуз так не думают. Они попытались сбежать сегодня днем, — его улыбка пропала. — Мои ребята еле успели, схватили у самой ограды. Вы хорошо общаетесь, так ведь? Ты что-нибудь знала об их планах?       Внутри Норт все похолодело.       — Я… Я ничего не знала, — она сглотнула. – Клянусь, ничего не знала.       — Очень странно, а они рассказали другое. Кто из вас лжет? Выбирай, Норт. Лгуну станет хуже, чем уже есть.       На глаза навернулись новые слезы, но не из-за мнимого предательства — создатель умел делать так, чтобы нужные ему слова слетали с языка, не важно были они правдой или нет… А от облегчения. Если он давал ей выбор, значит Амелия и Роуз были живы.       Норт сделала глубокий вдох, выдохнула.       — Я лгу, — сказала она. — Я знала о побеге.       — И ты молчала, — его пальцы легли на ее подбородок.       Норт подумала, что он будет бить ее в лицо, удерживая рукой, но он молчал и жадно смотрел ей в глаза, ища там одному ему ведомые знаки.       — Почему ты снова предаешь меня? — Скорбно сказал он. — Почему снова разбиваешь мне сердце?.. Думаешь, я хочу причинять тебе боль? — Он сжал челюсть Норт так сильно, что в глазах потемнело. — Хочу подкладывать под этих уродов? Прошу их издеваться над тобой? Думаешь, все это — моя прихоть?       Он замолчал и красноречиво взглянул на нее. Он хотел ответа.       — Н-Нет, — Норт била мелкая дрожь. — Не т-твоя.       Он удовлетворенно закивал:       — Это было твое последнее желание. Ты оступилась, непростительно оступилась, но так горячо и искренне умоляла дать тебе второй шанс… Я простил тебя, ведь ты так много для меня сделала, например, привела ко мне всех этих прекрасных женщин. Как думаешь, они будут благодарны тебе, когда все вспомнят? А Амелия и Роуз будут благодарны?       Норт ощутила, как по щеками вновь побежали слезы.       — Вижу, что ты знаешь ответ. Так почему ты предаешь меня?       Он надавил на ее нижнюю губу, протолкнул палец в рот и насильно раскрыл его. Она попыталась отползти, засучила ногами по земле, но ни на дюйм не сдвинулась.       — Они тебе не подруги, — сказал он, хватаясь щипцами за правый клык. — Не тешь себя иллюзиями. Мы с тобой одни против всех.       Он принялся раскачивать зуб, потягивая его на себя, а потом резко дернул. Норт закричала…       …И проснулась, рывком сев на кровати.       Она провела языком по зубам и с облегчением выдохнула — клыки были на месте.       За иллюминатором глухо подвывал ветер и кружили снежинки первого ноябрьского снега, белые в свете фонаря, который висел наверху, на перилах палубы старого корабля с именем «Иерихон», который давно перестроили под детройтский шелтер для вампиров.       В горле нещадно сушило, в желудке разгоралось пока приятное тепло — ночная жажда. Норт нашла глазами толстовку.       Одевшись, она стянула волосы резинкой и, крутанув металлический вентиль двери, вышла в совершенно пустой коридор.       * * *       На общей кухне «Иерихона» кто-то был — Норт слышала, как он или она копается в холодильнике, и от этих звуков тепло в животе стало чуть сильнее.       Когда она вошла, то увидела Джоша Паркера, который уже потягивал кровь из пластикового пакетика через трубочку. Он был ночным вампиром и выглядел как молодой чернокожий парень, хотя преподавал в местном университете уже пятьдесят лет. Он был в рабочей одежде, рубашке и джинсах, и в одной руке держал раскрытый ноут, бросавший на его лицо потусторонний белый свет.       Сейчас он временно возглавлял «Иерихон» и потому вел занятия дистанционно.       Норт опустилась к дверцам шкафа, за которыми прятался мини-холодильник с животной кровью, и теперь от взгляда Джоша ее защищала барная стойка. Она сунула серебристый непрозрачный пакетик в карман толстовки, намереваясь уйти пить в каюту.       Когда она выпрямилась, Джош уже допил, поставил ноут на стол, и теперь смотрел в ее сторону.       — Как всегда идеально попадаешь в мой перерыв, — он поднял брови. — Знаешь, когда завершишься, твой сон станет нормальным. От заката и до рассвета, и никаких воспоминаний.       Норт едва удержалась от того, чтобы не послать его с этим — каким по счету? Сотым? — поучением, и сказала:       — Я слушала Люси, спасибо.       — Слушала, но не слышала, — Джош сдвинул брови к переносице. — Ты изучила донорскую программу «Иерихона», как обещала?       Она обреченно достала слегка потеплевший пакетик, вытянула трубочку из упаковки, и воткнула в него.       — Вроде того, — она сделала первый глоток, который прохладой двинулся вниз и моментально погасил тепло в животе.       Разговор о чертовой программе был пару недель назад и тогда она что угодно пообещала бы, лишь бы не слушать про нее. Она лишь взглядом пробежала главную сайта наискосок, выловила то, что ей не понравилось, и, с чувством выполненного долга, закрыла его.       — И? — Он заинтересованно улыбнулся.       — Все было хорошо ровно до того места, где выяснилось, что вы подбираете постоянных доноров.       — Ну да.       — Мне не нужен постоянный… — Норт натянуто улыбнулась. — Мне нужен человек на один раз.       — Почему? — Он в недоумении почесал подбородок. — Тебе все равно придется раз в полгода кусать кого-нибудь. Подбирая постоянного донора, ты надолго решаешь эту проблему.       — Но я не собираюсь оставаться в Детройте...       — Ты можешь приезжать сюда, — он пожал плечами. — Люди в нашей программе самые подготовленные и опытные. Они не причинят тебе вреда и не позволят причинить его себе. Многие даже кормят сразу нескольких вампиров…       — Ты не представляешь, как это сейчас прозвучало.       Джош на секунду задумался, затем нахмурился.       — Я понимаю, что твой опыт взаимодействия с людьми довольно специфический, но уверяю, в донорстве нет ничего… Подобного.       Норт оскалилась, сжала пустой пакетик в побелевшем кулаке.       — Вот как это теперь называется, да? — Процедила она. — «Специфический опыт». Ясно.       — Норт, я…       — Пошел ты. И твой… Кружок фетишистов.       Джош посмотрел на нее так, будто она только что отвесила ему мощную пощечину.       — Что ты сказала?       — Кружок фетишистов. Ну, фетишисты – это такие люди, которые…       — Знаешь, кто еще называет доноров "фетишистами"? — Его глаза недобро блеснули, голос задрожал от гнева. — Охотники на вампиров. Эти… Убийцы. Настоящие монстры в человеческом обличье, — он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, успокаиваясь. — Когда мы только начинали программу, они развернули против нее целую кампанию. Писали в газетах, рассказывали по телевидению и по радио о том, что донорство это ненормально, опасный фетиш, а людей, которые дают себя кусать, нужно приравнивать к самоубийцам и лечить. Например, шоковой терапией. Или лоботомией.       Норт поморщилась. О каком времени он говорил, о пятидесятых?       — Сейчас все по-другому, — сказала она. — Сейчас охотники спасают таких как я из лап таких, как мой создатель.       — Но это не значит, что им можно доверять. Они веками истребляли нас и даже тот охотник, который с вами работает… — Джош страдальчески сдвинул брови. — Он даже опаснее, потому что своей вежливостью и корректностью создает у тебя иллюзию равного отношения. Иллюзию. — Он сдвинул брови. — Я уверен, что в глубине души он считает тебя кровожадным чудовищем, которое рано или поздно начнет убивать просто потому, что такова его природа.       Норт нахмурилась.       — Пожалуйста, будь с ним осторожна, — добавил Джош. — Он только и ждет, когда ты оступишься. И тогда…       — Что «тогда»?       Джош сделал большие глаза.       — Он пустит в ход свое самое страшное оружие. Свою власть.       * * *       Здание местного отделения ФБР возвышалось серым трехэтажным кубиком на остром стыке улиц. В воздухе висела смесь из выхлопных газов, урчания моторов и иногда возмущенных гудков — на перекрестке образовалась большая утренняя пробка.       Норт остановила скутер, стянула шлем и тряхнула головой, разлив рубиновые волны по плечам.       Голуби привычно кружили по пешеходной дорожке, забредали на сухой побуревший газон и вновь возвращались на асфальт. Небольшая стайка купалась в луже, которую уже затянуло белесой пленкой из перьевой пыли.       Норт задержалась перед дверью здания, на которой висела табличка с радостным «Добро пожаловать!», резко распахнула ее и вошла. В первое посещение табличка удивила: Норт не ожидала, что охотники так легко будут пускать к себе кого угодно, но потом она поняла, что это их специальное здание, чтобы пускать кого угодно.       В коридоре перед нужным кабинетом было совершенно пусто — из десяти «трейси», как называл их создатель при клиентах, не завершилась лишь она одна. До назначенной встречи было еще четверть часа, Норт опустилась на свое место и уткнулась в телефон.       Объявление о продаже подержанной литровой Хонды, которое висело в закладках с сентября, пока не закрылось, но и цену хозяин не сбрасывал. Видимо, не так нуждался в деньгах, как описывал в тексте. Может, и насчет самого байка приукрасил? Норт вновь пролистала фотографии и удовлетворенно улыбнулась: Хонда была в идеальном состоянии, в редком желтом цвете, и на каждом фото и с каждого ракурса выглядела как из салона.       Со вздохом Норт открыла новую вкладку и на главной выскочили рекомендуемые: эквип для мотоциклов, погода, пробки, очередное падение курса тириума, советы по техобслуживанию зимой и открытие нового шелтера для вампиров в Далласе.       Норт ткнула на последнюю новость.       На ночной фотографии было изображено небольшое здание, перед которым стояла группа из десятка вампиров, среди которых улыбались Маркус и Саймон — глава «Иерихона» и его помощник, и по совместительству — донор, отправились в командировку по стране на прошлой неделе. Даллас был одним из десяти новых шелтеров, открытие которых они должны были посетить. Ниже шла дневная фотография с еще недостроенным зданием и толпой с плакатами перед ним. На плакатах были надписи вроде «Далласу не нужны кровососы!», «Прочь, отродья Сатаны!» и «Место вампиров — Детройт!».       Она поджала губы. И это вот Джош называл мирным сосуществованием?       Когда часы на стене показали ровно девять, Норт подошла к двери и постучала. Она услышала утвердительное «Входите», и открыла ее.       В небольшом кабинете, за письменным столом сидел специальный агент Ричард Перкинс. Он что-то высматривал в мониторе, чуть отвернувшись от входа, и из-за его аккуратно подстриженного затылка Норт видела его узкую щеку и кончик внушительного носа. В своем темно-сером пиджаке со слишком большими плечами он выглядел безобидным серым человечком в сером кабинете, но это была иллюзия: Перкинс был рожден охотником и мог убить вампира из любого оружия, даже осиновым колом, как в старых книжках… А если бы физического оружия не оказалось под рукой, он мог бы призвать себе на помощь солнечный свет.       В виде оружия.       Своеобразный магический противовес вампирской сверхсиле, сверхскорости и регенерации.       Норт опустилась на стул для посетителей.       — Как у тебя дела? — Перкинс не отвел взгляда от монитора.       — Хорошо.       — Кровь животных насыщает?       — Да, — сказала Норт.       — Норма?       — Не изменилась.       Перкинс опустил взгляд на клавиатуру и медленно напечатал что-то. Закончив, он устало потер глаза и развернулся к Норт, посмотрев ей прямо в лицо долгим пристальным взглядом, будто сканируя. Обычно этим все и заканчивалось, он прощался и отпускал ее.       Но сегодня все должно было быть по-другому, потому что…       — У нас был уговор, — сказал он веско. — Я не задаю лишних вопросов, а ты — завершаешься вместе с Амелией и Роуз. Я пошел тебе на встречу и пренебрег процедурой. А ты?       — Я правда собиралась. Думала, что успею накопить с ними, но… — она извинительно улыбнулась. — Попала в аварию и разбила шлем. Знаете, сколько стоит шлем, удовлетворяющий требованиям закона штата?       — Это никак тебя не оправдывает, — Перкинс продолжал смотреть на нее тяжелым взглядом. — Ты сама выбрала такой опасный вид транспорта и такой дорогой способ завершения.       — Я…       — Тебе нужно либо сменить транспорт, либо придумать другой способ, — перебил ее он. — Вот и все… Я бы выбрал первое. В долгосрочной перспективе четыре колеса безопаснее двух, и для тебя, и для других. Иллюзорная свобода и ветер в волосах того не стоят.       Он откинулся на спинку стула с самодовольным видом.       Норт сжала кулаки.       — Машина стоит еще больше, — процедила она. — Хотите, чтобы я никогда не завершилась?       И посмотрела ему прямо в глаза. Перкинс смутился и отвернулся к окну. Норт медленно втянула воздух ноздрями, ощущая запах его тепла (Люси рассказывала, что люди так не умели, у них не было нужных рецепторов), взгляд сам собой скользнул по его лицу вниз — к шее, наполовину скрытой воротником рубашки, в горле пересохло, клыки чуть выдвинулись — все как в первую их встречу один-на-один.       То, из-за чего она и придумала этот дурацкий уговор.       — И какой у тебя план? — сказал он нервно, будто почувствовал что-то, и повернулся к ней.       — Накоплю денег на клуб.       — Насчет запасных вариантов не хочешь подумать? На всякий случай.       Норт сделала глубокий вдох, выдохнула, оттягивая момент.       — Программа «Иерихона», — сказала она. — Вполне подойдет.       — Ты же в курсе ее специфики?       Она кивнула.       Перкинс прищурился, снова «сканируя» ее глазами. Может быть, у охотников тоже были особые способности? Только вместо теплового обоняния это было какое-нибудь хитрое зрение…       Или он просто любил смотреть так, чтобы собеседнику было некомфортно.       — Ты хочешь найти постоянного донора? — Сказал он с сомнением. — Остаться в Детройте?       Норт отрицательно кивнула.       — Нет, здесь я не останусь, — сказала она уверенно. — Но я всегда могу приезжать раз в полгода. Это же просто укус, — она с улыбкой пожала плечами.       Перкинс красноречиво поднял брови.       — Просто укус, — повторил он.       Тон его голоса показался ей странным.