7

      —Получается, что у тебя всё это время была невеста?       —Жульен действительно является моей невестой в будущем фиктивном браке, в котором я не хочу участвовать. Это нужно больше моему отцу.       —Зачем это всё? Разве он не видит, что портит жизнь своему сыну?       —Ну это как посмотреть, —Зачесав волосы назад, тяжело выдохнул Бхавье, —Мой отец — владелец одной из ведущих фабрик в стране и даже на мировом рынке. Он выпускает механизированную продукцию оптом: будь то станки, детали для машин, и многое другое. А чтобы их производить нужно много сырья. У моего отца есть коллега, с которым он сотрудничает, чтобы тот привозил ему много продукта на переработку. У них подписан договор, но, чтобы закрепить его ещё на долгие годы, а по удаче на всю их оставшуюся жизнь, потому что это выгодно им обоим, они решили женить меня на дочери этого мужчины, что продаëт нам продукцию. Вроде бы всё плохо, но в наследство мне всё равно перейдёт эта фирма. Поэтому я даже не знаю попал ли я или мне повезло.       —Это ужасно. Ваш брак провальный. Коллега твоего отца будет в бешенстве, если ты в лицо скажешь, что не хочешь этого. Навсегда разорвëт контракт с твоим отцом, а потом и он будет на тебя злиться, —Озеральд сходил с ума от чужих проблем хлеще своих. Хотя... Как это он мог назвать безвыходную ситуацию любимого человека "чужой". Теперь это была их общая проблема. После той замечательной ночи, когда они купались в прохладной воде под звëздным небосводом. С той поры они считались парой. Но как человек мог жить с двумя людьми одновременно? Женой и своим парнем. Это же невозможно. Старший улыбнулся, повернув к нему голову, и сложил её на шее рядом с собой, шепча,       —Всё продумано. Я просто буду тихим и послушным, пока это надо будет. А потом мы красиво заживëм. Рыжеволосый старался скинуть его макушку с себя, смеясь из-за того, что ему было щекотно от падающих на него волос и горячего дыхания под ухом.       —Твой мужчина будет хозяином одной из самых гигантских фабрик в городе. Ты никогда не будешь нуждаться в деньгах, и я смогу поддержать все твои планы не только словесно, но и финансово, —Игриво продолжал тот, карабкаясь всё выше. Играючи выдохнул ему в ухо, зажал между губами хрящ, и прошёлся выше, пряча лицо в рыжих отросших локонах. Брехель упëрся ему в плечи, слабо пытаясь оттолкнуть. Можно сказать, делал он это ради приличия, а не затем, чтобы вправду попросить прекратить. Мурашки бежали от затылка до спины, успев побывать и на плечах. Он прогнулся дугой, подставляя свою шею, можно сказать, отдавая её, да и всего себя, на растерзание поддразниваниями. От появившейся руки на груди упал на кровать со смехом, который совсем скоро затих, только младший увидел нависшего сверху Бхавье. Озеральду было стыдно смотреть ему в глаза. Он свëл ноги вместе, поджав их, и затаил дыхание, осторожными движениями поглаживая ворот его рубашки. Каждый раз, когда происходило такое сближение, Брехель нервничал. Краснел, закрывался руками от стеснения, но всё равно хотел продолжения. Особенно ему нравилось, когда хитрый подлец играл с его волосами и целовал в шею. Он смущался, внутри него что-то взрывалось, когда это происходило. Давление то поднималось, то резко падало, его хандрило. В общем, он сходил с ума от удовольствия и радости. Не хотелось признаваться, но ещё сильнее он краснел от того, как тот брал всё в свои руки и командовал. Подцепил слипшиеся друг к другу ноги, развёл их в стороны и закинул себе на поясницу. Лодыжки сами окольцовывали его и цеплялись друг об друга, прижимая того ещё ближе к себе. Когда младший решался поднять взгляд и посмотреть на серьёзное выражение лица Бхавье, тот сразу опускал глаза вниз, не желая его отпугивать. Он любил в нëм то, чего не было у него самого — уверенности в себе и своих действиях. Рыжеволосый сложил ладони на щеках старшего, поднял его голову и притянул к себе, жадно целуя. Темноволосый радостно накинулся на него, зацеловывая всё лицо, особенно чувственно целуя в губы. Бессовестно полез расстëгивать рубашку, проскользнув ладонью на грудь. Брехель поджал губы, оставив руки на чужих плечах. Он не понимал что делать и стоит ли ему раздеть его в ответ. После секундного замешательства Озеральд неуверенно опустил пальцы к пуговицам, расстëгивая их. Бхавье провëл языком вдоль шеи, прикусив кадык. Брехель не смог сдержать стон удивления, ощутив на себе дерзкие губы. Он отодвинулся подальше, откинув голову назад, отчего она упала с края кровати. Теперь он смотрел в стену перед собой и не видел, что с ним будут делать. Это пугало и возбуждало! Хотелось расцеловать его, обнимать руками и ногами, чувствовать все его ласки всем своим телом и наслаждаться, полностью отдавшись в руки любимого и самого верного человека, ради которого он был готов пойти на всё. Как и он ради него.       —Я так рад, —Выдыхал Озеральд, —Так рад, что ты есть. Как я рад тому, что мы вместе. Бхавье дотянулся до его головы, взглянув на его алые щëки, и мягко улыбнулся, —Я люблю тебя. Время томных и неприличных поцелуев было окончено упавшей книгой. Младший испуганно поднял голову и взглянул в дверной проём, широко раскрыв глаза от испуга. Бхавье свёл брови к переносице, недовольно оскалившись. Прелестная девушка с длинными нежно-розовыми волосами и тускло красными глазами держала фотоаппарат в своих руках. Она только что совершила подлый поступок. К сожалению, её характер совсем не соответствовал внешнему виду. Её крашенные под цвет глаз губы задвигались, —Извините, помешала. Не обращайте на меня внимания. Но ты, —Она указала пальцем на Бхавье, —Ты у меня получишь по полной. С таким весомым доказательством я у твоей семьи и компенсацию получу за неверность жениха. А мне ведь с тобой ещё всю жизнь проживать. Затем она взглянула и на дрожащего Озеральда, который пытался прикрыться всем, что под руку попадëт, —А ты, подстилка, должен держаться подальше от меня и Бхавье. Иначе я такую жизнь тебе организую, что ты будешь молить о смерти, чем пытаться прожить ещё один день в отвратительных местах и условиях, которые я тебе устрою. Ещё раз увижу тебя с ним — оторву голову. Голыми руками. Взмахнув волосами, закидывая их за спину, она развернулась и начала уходить, напоследок вынув из фотоаппарата плëнку, оставив сам прибор на прежнем месте. Темноволосый погнался за ней, споткнувшись о кровать, —Жульен! Остановись! Брехель плавно принял сидячее положение, свесив с постели ноги. Весь сжался, обхватив себя руками. И расстроился. Так паршиво ему ещё не было никогда. Кажется, так жизнь своим любимым он не портил ни разу в жизни. И какое же гнетущее чувство разрасталось в его сердце. Разочарование, печаль, злость. Всё это он чувствовал по отношению к себе. Кажется, это худший день в его жизни. После этого дня Озеральд и Бхавье встречались намного реже, даже учитывая то, что они делят одну комнату в общежитии. А на следующий год так им вообще пришлось разойтись, но не расстаться. Пока Озеральда ждал завершающий пятый год обучения, его кавалер пытался устроиться в жизни и хоть как-то её наладить. Весь пятый курс прошёл в ожидании писем от него. Ведь только так теперь они могли общаться, учитывая поменявшиеся график жизни, работы и самого сложного года учëбы. Каждый был занят своими делами и не имел в запасе огромного количества времени на то, чтобы увидеться. Тема того дня ни на одной встрече и ни в одном письме не поднималась. А уже совсем скоро письма перестали приходить. И отправляться. Они потеряли связь друг с другом, так и не узнав, как сложилась судьба каждого из них. Капли разбивались о лоб рыжеволосого. Глаза открылись. Прошлась неприятная и даже болезненная дрожь от сна и воспоминаний всех тех чувств, которые прошли через него в тот вечер. Выходить из комнаты не было совсем никакого желания. Совсем ничего не хотелось делать. После пары капель, которые продолжали безостановочно течь и бесить, он взглянул в потолок и ужаснулся воде, что там висела и не стекала. Лишь в одном месте вытекали капли. Мучительно медленно они отрывались от основной массы и звонко бились о его кожу. Машинально попытавшись закрыть лицо, он понял, что не может этого сделать. Осмотрев свои руки, мужчина заметил наручники. Они были как настоящие. Приносили боль и дискомфорт при попытке сдвинуть кисти. Но всё же они были водяными. Через них всё было видно. Ну просто в голове не укладывалось как вода может принять такую форму и оказаться настолько прочной. В этой ситуации было лишь что-то хорошее: это неизведанное нечто не касалось Сабины. И это его радовало. Даже находясь в безвыходной ситуации. Ни ног, ни рук. Лишь голова вертелась в стороны. И в один момент она смогла заметить стекающий сгусток. Огромных размеров. Который совсем не торопится опуститься на пол. Тогда уже страх заиграл самыми яркими красками, отчего он начал биться в припадке, пытаясь вылезти из это западни. Контур еле сформировавшегося тела встал перед ним. На нём не было никаких деталей. Лишь выделяющиеся когти на руках и перепонки между пальцев. Как во сне. Тело село между его разведëнных ног и впилась ногтями в кожу. Брехель молчал. Изо всех сил старался не произнести ни звука, не зная, как это существо на него отреагирует. Почти тут же оно вынуло ногти из штанов и встало со своего места, в спешке спрятавшись в ванную и закрыв дверь на замок.       —Озеральд, ты спишь?, —Послышался детский голос снаружи. Он не был уверен. Всё происходящее было похоже на сон. Или... Какую-то грань между реальностью и сном, в которой он уже не мог понять, где заканчивается один мир, и начинается второй. Мужчина поднялся с кровати и подбежал до двери, резко её распахнув. Сел на колени и прижал девочку к себе так сильно и плотно, как только мог, —Я так по тебе скучал, Саби. Та обняла его в ответ, —Знаешь, без тебя мне одиноко. Я надеюсь, что скоро смогу вернуться обратно к тебе.       —К сожалению, не сегодня, —Оторвавшись от неё и отодвинувшись на расстояние вытянутых рук, помотал головой старший, не убирая от неё своих ладоней. Когда он мог ощущать её присутствие рядом, становилось спокойнее жить.       —У тебя опять что-то болит? Сердце у него от этих снов уже болело.       —Ноги гудят.       —Мы останемся сегодня на корабле?       —Ни в коем случае, корабль останавливается в каждом порту лишь на день. Не обращай внимания на то, что у меня что-то ноет, наша первостепенная задача — попробовать открыть для человечества нечто новое и удивительное, —Встав с пола, проговорил он. Байлетфин недоверчиво взглянула на него. Как бы это не переросло в зависимость и слепоту на окружающие его вещи. В столовой они случайно пересеклись с темноволосой женщиной, с которой успели подружиться. Пока девочка бегала по прилавкам и выбирала что же себе взять, рыжеволосый занял столик и рассказал даме о своих проблемах. Та предложила сегодня погулять вместе с ними, чтобы наблюдать за его состоянием и по возможности помочь, если ему станет хуже. Япония, Тихий океан.       —Азиатские страны занимают лидирующие места в списках стран с проживающими там долгожителями. И я сейчас даже не про животных. По сравнению с другими, азиатское население живёт дольше остальных. Не знаю факт ли это, но я вычитал эту информацию в библиотеке, —Пытался развлечь своих двух дам Озеральд. Женщина была неразговорчива. Она внимательно слушала, но редко когда что-то добавляла или говорила в ответ. Брехелю было неловко из-за наступавшей иногда тишины. Благо, её сглаживала любившая поболтать Сабина, которая прямо-таки спасала его в эти моменты. Ноги неимоверно зудели. Хотелось содрать ногтями кожу и добраться до самих суставов, чтобы хоть как-то облегчить неприятные ощущения. В Азии французский язык не был популярен. Поэтому с коллегами по работе приходилось общаться на английском. Благо мужчина его хоть немного, но понимал. На крайний случай, если повезëт, наверное, и Сабина поможет? Но, увидев, как она удивляется всему подряд, да даже внешнему виду работников, Озеральд особо на неё не надеялся. Разговор с работником прошёл очень скучно. Мужчина не узнал для себя ничего интересного и постоянно то вытягивал ноги, то обратно подтягивал их к себе. Пережил две судороги, пытаясь незаметно приподняться на стуле, и палящую жару. И это всё для того, чтобы узнать, что карп кои — декоративная рыба. И всё. А, ну ещё чтобы подтвердить факт из энциклопедии, что некий карп в самом деле прожил двести двадцать лет. Еда нечеловеческая. Про условия он ничего не узнал. Зато мужчина, что рассказывал ему всё это, был рад поделиться параметрами аквариума и описанием цветов рыбы. Ну что за день. Ладно хоть красивые кадры на плëнку получились. Дама периодически клала свою ладонь ему на колени, массажируя их. В эти моменты хотелось пищать от удовольствия и прохлады, которые хоть как-то успокаивали жжение. Жаль, что не навсегда. Позже они пришли праздновать провальный день в один из ресторанов, где долго учились правильно держать палочки в руках и удивлялись всему, что появлялось на столе. Оттуда мужчину уже выносили. Он смог просидеть час, дальше были недовольные вздохи и около рыдающий скулëж, после которых молчаливая дама встала со своего места, заплатила за всё и подняла его на руки. Только в тот момент Озеральд осознал, что их попутчица — девушка не из низких. И совсем не из хилых, как он о ней подумал в первую встречу. На её плече ощущалось, что она сама была двухметровая. В каюте его обхаживали как могли. Рыжеволосый не мог думать ни о чём другом, кроме как о желании отрезать себе ноги и заменить их на другие. Мышцы сами по себе сокращались, в голове пролетела мысль, что даже сосуды у него натянулись до предела и могли в любой момент лопнуть. Ему впервые в жизни было стыдно ходить в шортах из-за выпирающих вен и опухших ног, которые он жутко стеснялся показывать. Что он с собой только не делал: втирал разные мази, колол обезболивающее, держал ноги в тазике с горячей водой. Ничего не помогало. Невыносимо ломило ноги. И становилось легче лишь тогда, когда темноволосая держала свои руки на них, иногда поглаживая. Его организм словно успокаивался от этих действий. Он смог лечь и немного отдохнуть. Девочка пристроилась рядом, держа его за руку, хоть как-то стараясь помочь.       —Вы врач?, —Единственное, что сейчас интересовало мужчину.       —Нет. У меня даже нет медицинского образования.       —Как странно, —В полусонном состоянии ответил тот, прикрыв глаза. Обняв свободной рукой Байлетфин, он взглянул в дальний угол комнаты, увидев там тëмную фигуру, которая бездвижно наблюдала за сложившейся картиной. Ему было стыдно за своё состояние перед всеми. И даже перед тем призраком в углу. Разбираться в том, из мира реальности он или мира сна не было никаких сил. Да и желания, если честно.