Часть 1

Ника бежала. Во весь дух. Не чувствуя под собой ног. Ее отец – придворный охотник – однажды рассказал ей, как искренне стремится спасти свою жизнь любое животное. Даже израненное, оно упорно продолжает бороться за жизнь. Теперь эту невероятную волю к спасению она чувствовала всем своим существом. Сердце стучало, дыхание было частым и тяжелым, кровь кипела и забивала ноги, но девушка упорно бежала по коридорам замка. Ее целью была маленькая дверь в одной из галерей. Стены там были завешаны от пола до потолка картинами, одна из которых, поворачиваясь на скрытых петлях, открывала узкий проход, ведущий в кухню. Знали ли ее преследователи об этом маленьком проходе? Наверняка… Но уйти через другие двери, у которых ее подстерегала стража, Ника и не надеялась. Тайная дверца, открытая ей матерью, была единственным шансом. Гул шагов «немых» - личной стражи княжны – наполнял комнаты и отдавался в ушах: БУМ! БУМ! БУМ! На ходу она пыталась стянуть тяжелое черное платье – бальный наряд выбранной жертвы. Закрыв двери очередной галереи («До нужной еще немного!»), она наконец стянула корсет и юбки, метнулась в примыкающий справа коридор и бросила платье у одной из дверей, в этом же направлении метнула венок из черных цветов, и бросилась обратно. Вот и оно – полотно с оленем. Ника схватилась за раму и потянула – открыто! Позади нарастал шум, крики: «Держите!», «Где она?!». Она притянула раму, изо всех сил надеясь, что уловка с платьем сработает и отвлечет погоню. Идти, только идти. Темнота была непроглядной, страшной, маленькие ступеньки вели вниз, девушка держалась руками за стены и спускалась. Пару раз из-за спешки она падала, ударяя колени и руки, но тут же поднималась и снова шла. Впереди показался неясный серый свет – комнаты кухни. Факелы не горели, было пусто и темно, но в окна лился свет полной луны. Она вышла из-за ниши и осмотрелась, прислушалась. Вокруг царила тишина, но тревога нарастала. Что же дальше? Как ей выбраться из замка незамеченной? На миг она прикрыла глаза, но тут вдалеке снова послышался топот: ее преследователи идут по коридору. Девушка надела один из плащей, который использовали кухарки, отправляясь в дождь во двор, и выскользнула на улицу. Она мечтала стать невидимой, как в одной из тех сказок, которые ей в детстве рассказывала мама: надела она плащ-невидимку и убежала… Но Эголад был далек от сказочного мира. - Эй! Стоять! Сегодня запрещено появляться с закатом на улице! Она замерла, вцепившись руками в полы плаща. Не так далеко – она помнила – был водосток, куда Ника хотела пробраться. Стражник приближался. - Кто ты такая? Повернись! - У твоей княжны есть свои причины выйти на улицу в полнолуние, страж, - глупая уловка. Она попыталась подражать речи княжны Эйвэл, но голос ее дрожал, кроме того, она была ниже, худее. Тем не менее, мужчина замешкался. - Госпожа? Простите… Но… Я должен убедиться, - он встал позади. - Эй!!! Держи её! Ника развернулась. Отчаянье и страх придали ей сил. Позади набегали «немые», стражник оторопело смотрел на них, а Ника изо всех сил толкнула его в грудь, повалив на землю, и бросилась к крепостной стене. Ступеньки, вверх, вверх… Внезапно ей открылась невероятная картина: ночное небо, освещенное луной, даже звезд не было видно в этом свете. Редкие облака были похожи на пряди черных волос с проседью. Справа – могучие горы Аргур, снежные шапки, казалось, светились. Внизу – обрыв, где текла Живь. Ника слышала реку. - Куда же ты собралась? – спокойный голос всколыхнул волну мертвящего холода в сердце. Сверху, с балкона замка, на девушку смотрела княжна Эйвэл. На ее голове серебрилась корона в виде месяца, руки опирались на парапет, ногти словно впивались в гладкий камень. А позади безмолвно стояли одетые в черное гости. Княжна засмеялась. Гости вторили ей. «Немые» замерли, окружив девушку. Ника стояла на стене. Выбора нет, кроме: как умереть? Быть разорванной на кусочки, либо броситься вниз… Ноги ее подгибались от страха и усталости, саднило ушибленные колени, руки, а сердце гулко билось. Казалось невероятным решиться и произнести хоть слово. - Бал еще не завершен. Мои гости приехали с разных концов королевства ради тебя, - Эйвэл наклонила голову, будто изучая девушку. – Они будут страшно разочарованы, если ты уйдешь так рано! - Вот как! Разочарованы? – стоит ли тянуть время, размышляла Ника. - Безусловно! Нас ожидало такое веселье, танцы. Я оказала тебе великую честь, пригласив на этот праздник. Дочь кухарки среди господ, - смешок, легкий взмах рукой. – И вот твоя благодарность госпоже: изорвала нарядное платье, отвлекла нас от ужина. - Не я ли этот ужин? - Ну что ты! Ты – десерт! Взять! – Эйвэл вскинула руку, указывая на нее пальцем. К ней метнулись руки, мимо пролетела сеть. Нике казалось, что прошла долгая минута, прежде чем ее тело, лишившись опоры под ногами, полетело вниз. Она видела перед собой искаженное лицо княжны, злобную гримасу, лишившуюся человеческих черт. А потом – удар. Из груди выбило воздух. От боли она потеряла сознание. Тело поглотила черная вода Живи.