Почему именно красный?

      — Почему именно красный?              Алнар спросил это скорее от скуки.              Мико мило потягивала свой кофе из совсем не милого размера кружки. Их ждала весёлая ночь работы над печатями, и, чтобы хоть как-то развеять повисшее уныние, Алнар решил развлечься милым светским разговором.              Мико хмыкнула.              — Тебе коротко или длинно?       — Коротко.       — Этикет.       — А если длинно?              Мико рассмеялась.              — Зачем тогда короткую версию спрашивал?       — Для полноты картины.              Мико откинулась на спинку стула и причмокнула губами.              — Длинный тоже упирается в этикет.       — Пфу, да что ж такое!       — Он входит в перечень пяти разрешённых для советников цветов для одежды. А вот почему... Ну, если не вдаваться в лишние подробности, ты знаешь, как работают цвета?              Алнар захлопал глазами.              — А кто их турдоустроил?       — Трудоустроил. Алнар, не придуривайся, я знаю, что это слово ты знаешь, оно не такое сложное.       — Пфу, вреднючка.       — Ты тоже. Смотри, все цвета состоят из света.              Алнар посмотрел на Мико как на дуру.              — Сам такой.       — Я ничего не сказал.       — Глаза сказали. Любая поверхность поглощает одну часть света, а другую отражает, и вот её мы видим.       — Пфу, глупость...       — Нет, это твоя горячо любимая наука. Это свет цветной в первую очередь. Ну, не суть. Любой цвет состоит из красного, синего и зелёного.       — Зелёного?.. Я думал, что жёлтого...       — Если ты художник, то да. Если поверхность отразит все лучи света, то она будет белой. Если поглотит, то чёрной. Выходит, что есть пять основополагающих цветов.              Алнар задумчиво хмыкнул.              — Дай угадаю, в этом есть какой-то сакральный смысл?       — А ты как думал? — Мико откашлялась и, приняв соответствующую драматическую позу, начала скандировать: — «Только при взаимной работе духовенства, науки и военного ремесла, Империя сможет достичь своего процветания! А отказавшись от этого, мы обречены на тёмные времена»... Духовенство – зелёный, наука – синий, военное ремесло – красный. Белый – синтез этих вещей, чёрный – его отсутствие. Mershtain?       — Понял. Только не понял, где в этой вашей политической повестке место для простого народа.       — В нашей теории, так или иначе, любая работа состоит из этих трёх вещей хотя бы частично. Фермеры возделывают землю и выращивают еду, продолжая цикл жизни, кузнецы куют с помощью научных знаний, охотники приносят еду, благодаря военному ремеслу. Всё сходится.       — Хорошо, понял, — хохотнул Алнар. — А по этикету вам положено носить эти цвета, потому что вы – советники?       — Именно. Но, честно, по-моему, только наша семья серьёзно относится к этому правилу, — хмыкнула Мико. — Его крепость отменили лет пятьдесят назад, и только мы цепляется за него... Да и тем более, он мне нравится. У этих пяти цветов много элегантных оттенков.       — Это да, — кивнул Алнар. — Но почему именно красный? Ты носишь в основном его, помимо белого и чёрного.              Мико хмыкнула.              — Это упирается в историю сайне. Помню, нашла как-то книжку об этом, почти ничего не поняла, кроме одной главы. Знаешь, какой цвет первым открыли первые поселенцы нашей цивилизации?       — Красный?       — Чёрный, — хмыкнула Мико. — И белый. Уголь и мел.       — Пфу ты!       — Подловила, — хитро прищурилась Мико. — Но их предназначение было сугубо... техническое, скажем так. А вот красный... Это – первый краситель, у которого появился смысл, и при этом его было легко добыть.              Она посмотрела куда-то вдаль.              — Огонь. Кровь. Жизнь. Смерть... Потом пришли короли, и красный стал символом власти. Красный и про любовь, и про горе, про великое, про низменное, про всё. Это эссенция нашей жизни. Суть. Рубедо, точка истинной природы. Трудно остаться неравнодушным к нему.       — ...А я думал, он просто тебе нравится, а ты прям увлечена.       — Ну, почти. Оттенок мой любимый. Между кроваво-красным и цветом одинокой звезды.              Алнар рассмеялся.              — Хорошо описывает твою кровопийскую натуру и твою связь со звёздами.       — А то! А ещё он просто красивый. Чистый...              Она нахмурилась.              — Слушай, раз уж зашёл разговор... Какой у тебя любимый цвет?       — Оранжевый.       — Почему?       — Апельсины люблю.       — Серьёзно?..       — Мико, не все фанатичные приверженцы какой-то колористической философии!       — А, то есть, слово «трудоустройство» он выговорить не может, а это...       — Ой, да иди ты! И вообще, нам работать пора!