Часть 11

Нельзя сказать, что жизнь сразу вернулась в привычное русло, поскольку в русле этом теперь плавало слишком много наломанных дров. Хантер не мог больше посещать тренировки по летному дерби из-за огромного количества часов отработок, которые вполне справедливо назначила ему директор. Но очищая котлы в классе зельеварения и расставляя учебники в библиотеке, он не очень-то и рвался туда. Когда он увидит Уиллоу, что он ей скажет? И что скажет ему она? Услышать “Все, забыли! Хватай посох!” было бы классно, но что-то ему подсказывало, что этим не обойдется, потому что Уиллоу тоже последнюю неделю обходила его по широкой дуге. И хотя Эмити говорила, что она совсем не злится, просто ей нужно подумать, верилось в это с трудом. Дариус зато с завидной регулярностью оказывался дома как раз в то время, когда Хантер возвращался с учебы и отработок. Он заботился об ужине и даже позволял не только помыть посуду после еды, но и поучаствовать в готовке. И это правда помогало почувствовать себя дома, а не в гостях. Чего Дариус не делал, так это не лез ему в душу, и не говорил, как поступить. Идеально. — Я рад тебя видеть, — сказал он однажды утром после завтрака и Хантер застыл, собираясь перекинуть через плечо ремень сумки и отправиться в школу, но так и не сделал этого. Он заметил несоответствие фразы ситуации и растерялся — такое не говорят на прощание — так что он обернулся и вопросительно посмотрел на Дариуса. Тот стоял за столом, обтирая совершенно чистым полотенцем совершенно чистые руки, и совершенно точно не смотрел на Хантера. — Это ответ на вопрос почему ты здесь живешь. Твое присутствие приносит мне радость. И много чего кроме, но в основном я правда рад. Это прозвучало примерно на плюс три отвратительные ночи в попытках справиться с мыслью, что на этом свете становится слишком много людей, которых Хантер ни в коем случае не хотел бы потерять. Он заметил тенденцию после того, как Дариус в его кошмарах присоединился к остальным, но еще не знал, что с этим наблюдением делать. — Ясно, — сказал он и, надев ремень на плечо, привычным жестом поправил сумку. — Почему тогда Аладор здесь не живёт? Дариус мгновенно подобрался и посмотрел на него строже. — Ты явно опаздываешь в школу, — напомнил он. — Нет, не опаздываю, — мельком взглянув на часы, констатировал Хантер. — Нет, опаздываешь. Глубоко вздохнув, Хантер развернулся к двери. Было еще одно пугающее наблюдение, которое он недавно сделал. И, честно говоря, он предпочел бы этого не знать, но… Взрослых не существует. Это такой-то миф, вселенский заговор, призванный убедить всех, что если человек прожил достаточно времени на этом свете, он знает, что делает. Но это же полная чушь! Белос не перестал бояться ведьм, когда состарился. Могущественная Совиная Королева превращается в маленькую виноватую девочку, стоит ей только взглянуть в единственный глаз своего отца. А Дариус все еще боится сказать своему парню что-то лишнее, хотя уже собрал все возможные регалии на Кипящих Островах… Что делать с этим открытием, Хантер тоже не знал. — Аладор все еще переживает насчет Одалии… — произнес Дариус за секунду до того, как он коснулся ручки двери. Хантер развернулся, его светлые брови подскочили вверх. После всего, что она сделала с ним и с детьми? Серьезно? — Не думал, что хоть кто-то из ее семьи будет по ней скучать… — осторожно произнес он. — Они прожили вместе шестнадцать лет, у них трое детей, Хантер. И они не из воздуха появились, если ты понимаешь, о чем я, — Дариус вздохнул и, наконец, отложил в сторону полотенце. — Аладор и Одалия очень любили друг друга, когда были моложе. Это огромный кусок его жизни, который нельзя просто вычеркнуть. Хантер сглотнул. Последнее, что ему было нужно — это узнать, что даже если ты получил все, о чем мечтал, это все в течение нескольких лет каким-то неведомым образом может полететь к чертям. Хватит, пожалуй, открытий на сегодня.