2. «Девушка с татуировкой дракона»

Каждый год Матвей заново привыкал, что с приходом осени ночь наступает всё раньше. Вот и сегодня он просидел в библиотеке до темноты и теперь только потирал руки одна о другую, сетуя, что забыл перчатки. Он никогда не опасался ходить по ночным улицам, потому что выглядел достаточно внушительно, чтобы подвыпившие компании обходили его десятой дорогой. При этом по характеру он был более чем миролюбив. Впрочем, миролюбиво двинуть в челюсть он тоже мог. Разве что случалось это примерно с частотой пролёта НЛО над Москвой. Уличные фонари стояли в порядке, ведомом, пожалуй, только тем, кто всё это построил. Выходило так, что в одном месте было мрачно и неуютно, потому что ближайшие метров пятьдесят ничто не освещало, а в другом хотелось сощуриться как будто от бьющих прямо в глаза со всех сторон прожекторов. Матвей ускорил шаг, раздумывая не пора ли вызывать такси, потому что даже в ночном небе было заметно, как снова сгустились тучи и вот-вот пойдёт дождь. Так что совсем неудивительно, что он столкнулся с кем-то из редких прохожих. Только звук упавшей на асфальт сумки заставил его, наконец, очнуться. Он поднял её и, извинившись, отдал хозяйке — девушке в чёрной кожаной куртке. Когда она протянула руку за вещью, её ладонь попала в луч света от фонаря. На ней оказалась татуировка в виде дракона, голова которого как раз и была видна, а туловище, явно обвивающее предплечье, скрывалось рукавом. Девушка перехватила его взгляд и сама заинтересованно оглядела его с ног до головы, прежде чем скрыться в очередной полоске темноты. Эта случайная встреча напомнила ему одну книгу и… совсем другую девушку. — Ты не занят? — Нет, пытаюсь не заснуть. Кажется, джетлаг меня всё-таки накрыл, хоть мы и стараемся жить по местному времени. Лиза — его новая итальянская приятельница, с которой они заметно сблизились на этой холодной и ветреной Олимпиаде — с сомнением посмотрела на книгу в мягкой обложке у себя в руках. — Может, тогда стоит поспать? Хотя вот, ты спрашивал что-нибудь почитать, и я принесла. — Вряд ли, а то режим окончательно собью. Матвей осторожно взял из её рук книгу и пробежал взглядом по заглавию. — «Девушка с татуировкой дракона»? — Ну да, — Лиза слегка нахмурилась и пожала плечами, — прости, я не знаю какой у тебя уровень. — Если она не на шведском, — Матвей улыбнулся, и она покачала головой, — то, думаю, я её осилю. Он перевернул книгу и заметил, что из её обреза торчат пластиковые закладки-стикеры, словно иголки из спины дикобраза. — Похоже, она одна из твоих любимых. — Если честно, самая любимая. А как ты понял? — Ну, если бы ты к ней совсем ничего не чувствовала, то не приклеила бы столько стикеров. Так что она тебе или очень нравится, или сильно раздражает. Но тогда вряд ли бы ты стала тащить её в Корею на Олимпиаду. — Логично, — усмехнулась Лиза. — Наверное, нужно было их убрать, читать будет неудобно. — Почему? Будет интересно увидеть, что ты посчитала здесь важным. Мне кажется, это о многом говорит. Воспоминание рассеялось так же неожиданно, как и появилось. Он, оказывается, уже начал забывать сколько всего, маленького и великого, незаметного и замечательного, случилось с ним за не слишком долгую, на первый взгляд, карьеру.