Бонус-1. Однажды потерянное, вновь обретённое

С момента «предательства» Юджина прошло четыре дня. Ровно четыре дня с тех пор, как Рапунцель улетела в Корону на воздушном шаре. Четыре дня с тех пор, как она осталась один на один с Кассандрой. Что же до самого виновника всех событий, он не знал, что ему делать. Хотелось сорваться, догнать его Солнце и сжать в объятиях, никогда-никогда не отпускать, позволить ей забрать камень из его груди… Кажется, будто Лунный камень ждал момента, когда сможет вселиться в Юджина. Принц не знал, как это объяснить, но чувствовал камень своей давно утраченной и теперь найденной частью. Он наконец-то нашёл своё место в жизни — быть хранителем Лунного камня. Но было ли в его новой жизни место для Рапунцель? Он хотел, чтобы оно было. Прошло всего четыре дня, но Юджин уже безумно скучал по золотистым волосам, по игривым зелёным глазам и чистому, немного детскому и наивному смеху принцессы. Скучал по её объятиям и поцелуям, по её искренней заботе. Он так жалел, что последнее, что он увидел перед тем, как потерять её, — это боль и разрушенное доверие в помутневшей зелени её глаз. Юджин уже поговорил с отцом и сказал, что вселение камня в его тело не было частью плана. Он просто хотел убрать его подальше от Кассандры, которая, несомненно, забрала бы силу себе. Эдмунд поверил ему. Не сразу, конечно, но Юджин смог достучаться до короля и объяснить свои действия. Вот уже четыре дня в его теле течёт холодная, тёмно-синяя кровь. Тёплая одежда не помогает ему согреться — холод идёт не снаружи, а изнутри. Самый горячий чай не может согреть его кровь и подарить желаемое тепло. Волосы из тёмно-каштановых превратились в льдисто-голубые, на них можно было заметить иней в тёмное время суток, когда земля окончательно остывает. Юджин стоял на балконе высокой башни, всматриваясь в полную луну, не понимая, почему Лунный камень решил захватить его тело. Юджин не был уверен, попытается ли артефакт захватить его разум — он чувствовал, что сила Камня способна сделать это, но почему-то не ощущал никакого давления. Словно Камень просто вернулся на своё законное место. Почему? Почему всё должно быть до бесконечности странным, непонятным и пугающим? Парень просто хотел защитить Рапунцель от предательства, а в итоге стал тем, кто нанёс ей самую глубокую рану, которая была хуже, чем предательство лучшей подруги. Он так сильно подвёл своё Солнышко… Он немного научился управлять камнями, теперь они двигались в соответствии с его желаниями. Эдмунд часто проводил время с Юджином, наверное, пытаясь наверстать упущенные годы. Принц не винил его в том, что тот следил за ним долгое время и не пытался связаться. Эдмунд просто защищал его, так почему он должен злиться? На его месте Юджин сделал бы то же самое. О, боги… Он может присматривать за Рапунцель, как это делал его отец! Вдохновлённый внезапной идеей, Юджин отрывает взгляд от луны и бежит вниз, чтобы сообщить о своих планах Эдмунду. Они ещё не обрели чёткий образ, но уже закрепились в голове, и Юджин ищет отца, чтобы получить одобрение и отправиться вдогонку за принцессой. Он находит его в главном зале, стоящим напротив статуи королевы. — Отец, — Юджин медленно подходит к королю, протягивая руку, облаченную в зимнюю чёрную перчатку. — Отец, позволь мне отправиться за ней. Я должен уберечь её от Кассандры. Эдмунд тяжело вздыхает, оборачиваясь и глядя в глаза вернувшемуся сыну. Не хочется отпускать родную душу так далеко снова, но он понимает желание принца. Король с тоской ерошит голубые волосы Юджина — на его ладони остаётся след растаявшего инея. Холодная кожа напоминает остывшее тело мертвеца, но его сын живее всех живых, стоит перед ним, смотрит спокойными кристально-голубыми глазами, в глубине которых скрыта буря эмоций. — Конечно, я понимаю. Иди, сын мой, — крепкие руки короля притянули Юджина в объятия, — Буду ждать от тебя вестей. Оставайся рядом с друзьями. — Когда всё успокоится, я отправлю приглашение на свадьбу, — проговорил Фицерберт, прижимаясь к тёплому боку отца. С трудом разорвав объятия, понимая, что Эдмунду холодно прикасаться к нему, Юджин почтительно кивнул и удалился в свои покои, намереваясь собраться с мыслями. В последнее время они разбегались, как муравьи из своего разрушенного дома. Его жизнь перевернулась с ног на голову: он умер, перенесся в прошлое и провалил попытку исправить ошибки, совершенные до триумфального поражения в битве с Зан Тири. Он чувствовал себя разбитым на миллионы осколков, собрать воедино которые мог только один человек в его жизни, самый важный и дорогой — тот, в глазах которого он теперь был не больше, чем предателем. Холодный Лунный камень, который заменил ему сердце, начинал разгонять и охлаждать и без того ледяную кровь по телу, заставляя дрожать от вечного холода, на который теперь был обречён Юджин. Лишь тепло другого человека могло спасти его от мерзлоты, но никто не смог бы находиться с ним в контакте достаточно долго, чтобы принц больше не чувствовал всеобъемлющий холод Луны. Юджин достал карту с отмеченными местами их прежних стоянок — в его руках лист покрылся ледяной коркой, и принц поспешил надеть перчатки обратно, чтобы не заморозить землю вокруг. Он всё ещё не мог контролировать свою силу — она была слишком огромна для него. Парень не имел ни малейшего понятия, как Кассандра справлялась с магией Лунного камня, но он помнил, что её силы отличались от того, что есть у него сейчас. Сила Кассандры была более разрушительной. Ориентированной лишь на управление тёмными камнями и выпуском всплесков энергии в каком-нибудь направлении или вокруг владельца камня… Но никак не превращение в подобие снежной королевы. Да, Юджин всё ещё мог управлять камнями, но под его ладонью они становились холодными, как лёд. Такая сила способна заморозить всё, до чего сможет дотянуться. Помотав головой и отбросив нежеланные мысли, Фицерберт уверенно зашагал в сторону Короны. Ему предстоял долгий путь — Максимус ушёл с принцессой, ведь служение Короне и её правителям было долгом королевского коня. Как бы не было больно осознавать, что в глазах тех, кого принц считал своей семьёй, он был предателем, Юджин был полон решимости доказать обратное и вернуть потерянное доверие.

***

Вдалеке сияло в лучах заходящего солнца королевство, лежащее на острове и окружённое ослепительно-синим, сверкающим отраженными лучами океаном. Раздвинув ветви раскидистой дикой яблони, растущей на краю рощи, Юджин прикрыл глаза, чтобы не быть ослепленным раскинувшимся перед ним видом. На вершине острова стоял, гордо задрав пики, королевский дворец. С момента выхода Юджина из Тёмного королевства прошёл почти месяц. За это время многое могло измениться, но принц надеялся, что сможет быть принятым вновь. Он подчинил себе всю магию Лунного камня — это оказалось не так сложно, как он думал, но, определённо, было трудно держать в узде силу артефакта. Юджин привык к постоянному холоду, который теперь был частью его сущности, как привык и к тому, что по утрам вокруг него трава покрывалась серебристым лëгким инеем, таявшим под лучами солнца в одно мгновение. Привык просыпаться в одиночестве от кошмаров, навещавших его из прошлой жизни, привык успокаивать сам себя и отражать свои эмоции на лице (об этом он ещё не знал, но чувствовал, что его душа наполнена лишь скорбью, тревогой и необъятной виной за всё и вся). Конечно, он любил показывать разные эмоции, чтобы убедиться в том, что люди их заметят — но все они были связаны лишь с личностью Флинна Райдера, а не Юджина Фицерберта. Сейчас же, когда его альтер-эго вора не было нужно, он мог, наконец, быть самим собой. Вторая личность, которую он выстраивал долгие годы, оказалась ненужной — она была нужна для других людей. Нынешнее одиночество отвергло потребность в притворстве, и Юджин разучился надевать фальшивые маски эмоций и разыгрывать самоуверенного и самовлюблённого мужчину. Между бровей пролегла морщинка, придающая лицу более взрослый вид, а глаза потеряли прежний блеск, сообщая другим людям о том, что этот человек пережил многие трудности. Упокоив зачастившее сердце, Юджин направился в королевство. Воздух вокруг него покалывал морозом лицо. На мосту стояла гвардейская стража — видимо, после возвращения Рапунцель отдала приказ об увеличении числа патрулей и расширении охраняемой территории. Это было мудрым решением, учитывая то, сколько раз в последнее время девушка сталкивалась с угрозами. Тяжело вздохнув, Юджин незаметно спустился под мост. Если он правильно помнил, в одной из опор должен быть проход, ведущий к окраинам Новой Короны. Бесшумно ступая по появляющимся на реке под его ногами чёрным камням, он добирается до нужной колонны и тщательно ощупывает каменные плиты в поисках потайной двери. Удача на его стороне — он находит проход, которым не пользовался уже несколько лет с момента прекращения деятельности вора. И вот, он снова здесь. Тайно пробирается в королевство, ставшее его домом, чтобы увидеть Рапунцель и попытаться вернуть её доверие. Шаги отдавались звоном, отражавшимся от каменных, покрывшихся от времени мхом стен прохода. Однако ход не выглядел так, будто им не пользовались долгое время. Осыпавшаяся с камней пыль навевала мысль о том, что кто-то прошёл здесь совсем недавно — может, полдня или день назад. Юджин мог только догадываться, кому могло понадобиться пробираться в королевство. Прямо сейчас это не было его заботой, но он определённо займётся поиском нарушителей, если узнает, что Рапунцель может быть подвергнута опасности. Отодвинув крышку люка — засохшая краска осталась на чёрных перчатках, отражая следы ладоней, касавшихся предмета, — Фицерберт поспешил скрыться в тёмных закоулках, чтобы не быть замеченным. Скоро на королевство опустится тьма, и настанет идеальное время для осуществления задуманного плана проникновения в комнату принцессы. Последние лучи осветили вершину замка, отразившись от крыши башни, в которой находилась комната Рапунцель. Юджин помнил, как в прошлый раз король Фредерик запер принцессу, сделав из огромного замка, дарующего чувство свободы, тюрьму. Принц понимал, что глава королевства принимал это решение из лучших побуждений, из желания уберечь дочь от всех опасностей и неприятностей, но он забыл одну простую вещь — его дочка может постоять за себя и защитить всех людей, которым потребуется помощь. Юджин начал свой путь к замку. Его охватила неуверенность. А что, если Рапунцель не захочет слушать его? Что, если Кассандра уже успела внушить его принцессе, что он не стоит её страданий? Но даже если и так… Он поднял голову навстречу ветру, отгоняя сомнения и переживания. Даже если Рапунцель не простит его, он будет её незримым телохранителем. В любой точке мира, в которой окажется его Солнышко, он будет хранить её от опасностей, оставаясь в тени других людей и прежнего себя. Стена, ограждающая замок от остальной части королевства, выросла перед Юджином, и он поспешил к главному входу на Дворцовую площадь. Смена караула будет проходить с минуты на минуту, и у него есть несколько драгоценных мгновений, чтобы незаметно проскользнуть внутрь и прокрасться к стене башни. Секунда, вторая — двое караульных выровняли оружие, без единой заминки одновременно повернулись кругом и начали движение вглубь территории замка. Накинув капюшон из шкуры медведя — подарок отца, — Фицерберт промелькнул вдоль стены. Лишь кошка, мирно лежащая на сохранившем солнечное тепло сене, проводила его немигающим взглядом. Спрятавшись за королевской конюшней, Юджин позволил себе тихо выдохнуть. Первый этап пройден. Теперь осталось найти способ забраться на башню… Принц позволил себе робкую ухмылку. Впрочем, способ, с помощью которого он забрался на крышу дворца, чтобы выкрасть тиару, всё ещё должен оставаться действенным… Оглядевшись, он увидел верёвку, лежащую на бочке рядом со стеной конюшни с противоположной от него стороны. Животные уже должны заснуть, поэтому пробраться здесь и не обходить лишний раз всю конюшню не должно быть большой проблемой — да и времени уйдёт меньше. Принц пригнулся, чтобы его тень не казалась слишком заметной в ночной пустоте королевского двора, и рысцой побежал к верёвке. Пробегая мимо загона Максимуса, он услышал тихий шорох и приглушённое сеном цоканье копыт. Почти над самым ухом раздался возмущённый фырк. Ох, ну конечно, кто же ещё может обладать настолько чутким сном, если не гвардейский конь капитана? Приседая пониже и скользнув за стену, Юджин замер в ожидании дальнейших действий коня. Даже после стольких лет, проведённых вместе, Макс оставался загадкой для бывшего вора. Иногда действия этого коня поражали своей непредсказуемостью. Юджин просто надеялся, что Максимус не станет проверять… Створка загона тихо скрипнула. Ну конечно, этот конь может сам открывать двери, как иначе… Фицерберт лихорадочно соображал, чем можно отвлечь гвардейского коня. На ум не пришло ничего лучше идеи спародировать кошку. — Мяу… — получилось на удивление правдоподобно, принц и сам удивился тому, насколько по-кошачьи это звучало. Сопение остановилось, и через пару секунд послышался раздражённый вздох Макса, разочарованного в том, что его сон прервала несчастная кошка. Конь процокал обратно в загон, закрыв калитку, и вновь заснул. Юджин почувствовал, как от облегчения подкосились ноги — он и не думал, что был настолько напряжён. Немного придя в себя и схватив верёвку, парень отправился к самой низкой части дворцовой крыши. Без проблем забравшись на крышу, которая служила потолком одного из коридоров, Фицерберт стал осторожно пробираться всё выше и выше — так высоко, как это возможно. Комната Рапунцель находилась в нескольких десятках метров над землёй, поэтому принцу в любом случае предстояло забраться по стене. Верёвка была слишком короткой, чтобы он мог закинуть лассо и зацепиться за пик башни, но, как говорится, месяц тренировок не прошёл зря — Юджин прямо в руках создал два подобия клинков из Тëмного камня, и начал забираться наверх, осторожно втыкая ножи между блоками камня, из которых была сделана башня. Почти как в самый первый раз. Только, тогда ещё Флинн Райдер, парень убегал от королевской погони, не подозревая о встрече с девушкой, живущей взаперти, а сейчас находится в самом центре опасности, надеясь увидеть своё Солнце хотя бы на несколько минут. Один раз рука соскочила, и Юджин чуть не полетел вниз, но сумел удержаться и закрепить положение, прежде чем продолжать путь. Оставалась всего пара метров до желанного балкона, когда принц уловил разговор двух девушек. Кассандра и Рапунцель сидели на балконе — на их с Юджином любимом месте — и что-то обсуждали. Быстро и бесшумно перебравшись под балкон, проклиная свои затëкшие руки, Фицерберт прислушался. — Кэсс… Я чувствую сердцем, что Юджин не хотел причинить мне боль, не знаю, как… Но я уверена в этом. Мы должны попытаться вернуть его, — голос принцессы был наполнен печалью, но в месте с тем и надеждой. Юджин слабо, нежно улыбнулся словам своего Солнца. Последовавший за голосом Рапунцель вздох Кассандры мгновенно стёр улыбку с лица парня, но слова воительницы ввели в ступор: — Рапс, я знаю. Мы найдём сторон вернуть его домой. И… Знаешь, я должна сказать тебе кое-что очень важное, Рапс, — Юджин нахмурился, крепче сжав кинжал из тёмного камня в руке, ожидая следующих слов. — Юджин был… Прав. Тогда. Насчёт меня. От удивления принц чуть не разжал руки, но вовремя вспомнил, что висит над пропастью, называемой королевской площадью. Кассандра призналась в том, что хотела предать Рапунцель?! — Выслушай меня, просто выслушай, слышишь? Мне трудно говорить это, так что я прошу… Будь со мной терпеливой, я не хочу рушить нашу дружбу, Рапс. Но тогда, увидев сияние камня, я была готова предать тебя, чтобы забрать его силу себе… Я так хотела понять, где же в этой истории находится моё место, и отчаялась настолько, что решила, что мне суждено быть злодеем. Но я сильно ошибалась. Моё место не там, но и не рядом с тобой, Рапс. Я очень, очень рада иметь такую подругу, как ты, но я думаю, что моя судьба заключается в путешествии по миру. Когда мы вернём Юджина, я отправлюсь исследовать мир. Я буду навещать тебя, ведь ты моя самая близкая подруга, Рапс, но я хочу… Очень хочу найти своё место в этом мире. Прости, что почти попыталась предать твоё доверие. Я понимаю, что это никогда бы не стало выходом. Руки начинали болеть от того, что Юджин слишком долго висел на стене, но разговор скоро должен был завершиться, а потому он терпел, стиснув зубы и зажмурив глаза. Что ответила Рапунцель — он не услышал. Сильный порыв ветра заглушил голоса двух подруг и чуть не снёс принца, вцепившегося в клинки из последних сил. Наконец, Кассандра и Рапунцель зашли в комнату, оставив балкон пустовать. Не медля ни секунды, Фицерберт добрался до опоры и с наслаждением растянулся на холодном бетоне, из которого был сделан пол. Затекшие руки неприятно болели, и Юджин поспешил размять их, разгоняя ледяную кровь. Вскоре он почувствовал себя достаточно пришедшим в себя, чтобы подняться на ноги и прильнуть к стене рядом с огромной дверью в покои принцессы. Заглянув, он увидел, что Рапунцель уже осталась одна — она что-то рисовала в своём дневнике, лёжа на кровати. Прижавшись спиной и затылком к стене башни, Юджин прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Вот сейчас всё и решится. Набравшись храбрости, принц стучит в окно, заглядывая в комнату принцессы. Реакция приходит без замедления — Рапунцель вскакивает на ноги, пытаясь понять, кто смог забраться на башню и не пытаются ли её похитить. Она замечает до боли знакомые, неуверенные и нежные глаза Юджина. Приготовленный для удара по врагу дневник падает на мягкий матрас, и принцесса в два счета оказывается рядом с дверями на балкон, раскрывая их для долгожданного гостя. — Юджин! — Солнце! Она бежит, чтобы кинуться в его объятия, и Фицерберт хочет ответить тем же, но во время вспоминает, что его тело — холоднее ледяной скульптуры, что люди замерзают, едва прикоснувшись к нему. Он уворачивается от бегущей к нему навстречу девушки и виновато отводит взгляд, пряча руки за спиной. — Юджин?.. — расстроенный голос возлюбленной заставляет чуствовать принца ещё большую вину от того, что не может дать ей необходимые им обоим объятья и поцелуй. — Прости, Солнце, я… Ты замерзнешь. Я слишком холодный чтобы ты меня обнимала. Я не хочу, чтобы ты потом заболела, — тихо произносит Юджин, неуверенно потирая локоть. Рапунцель облегченно выдыхает. Возможно, она уже придумала себе самые худшие варианты развития событий, но была искренне рада узнать что её тайные надежды стали реальностью. — Прости, прости… Это, правда, не то, о чем вы с Кассандрой подумали тогда. Я просто… Я хотел уберечь тебя, понимаешь? Если бы я не сделал этого… Я боялся потерять тебя, Солнышко. О, как же сильно он хотел заключить в объятия эту девушку, сводящая его с ума своей красотой и всепрощающей душой! Но… Что-то горячее с силой врезается в него, и Юджин с удивлением понимает, что Рапунцель, несмотря на предупреждение, заключила его в крепкие объятия. — Милый, мне всё равно, насколько холодным будет твоё тело, я знаю, что в глубине твоей души всё ещё осталось тепло… Ты — всё ещё ты, и неважно, кем ты кажешься снаружи. Я буду любить тебя до конца жизни, — Рапунцель подняла кристальные зелёные глаза, полные слез, и посмотрела в ледяные голубые глаза своего возлюбленного. Взгляд её опустился на сжатые в тонкую полоску губы, и она рваным движением врезалась своими горячими губами в его, холодные до ужаса. В её объятиях… Юджин чувствовал, как тепло проникает в тело, согревая его. Ощущение родных губ на своих приносило умиротворение и радость. Спустя долгий месяц обратного путешествия… Юджин вновь обрёл потерянное счастье — оно прижималось к нему, в отчаянной попытке согреть ледяное тело. Но Юджин чувствовал, как в душе всё больше разгорается огонёк, способный согреть его даже в самую холодную и беспощадную метель, — и этим огоньком была его любовь к Рапунцель. Принцесса тихо засмеялась, разрывая поцелуй и прижимая пальчики к своим губам. — Такой холодный… Но я не замерзаю. Рядом с тобой мне всегда будет тепло, — она нежно улыбнулась, вновь сжимая парня в крепких объятиях. — Завтра мы разберёмся со всем, а сейчас… Тебе нужно отдохнуть! Ты наверняка устал после невероятного плана по проникновению в мою башню, так что заслужил немного отдыха. Юджин почувствовал, как мягкая, горячая ладонь обхватывает его запястье и тянет за собой. Он оказывается погребён под, наверное, сотней тёплых одеял в большой кровати Рапунцель, а сама девушка прыгает рядом, обхватывая Фицерберта горячими руками. — Не волнуйся, я тебя согрею, Юджин, — полусонно шепчет она, глядя на возвратившегося парня. Принц чувствует, как тепло помогает телу расслабиться, и он быстро погружается в желанный крепкий сон без кошмаров и других сновидений. Он бы хотел засыпать так каждую ночь.