Арка XVII. Глава 119. Прощание

19 августа, 1997 года

Адриан ворвался в спальню Гарри, испугав Сириуса и Гарри, и радостно закричал: — Я знаю как спасти Гарри! — Как? — Сириус стремительно встал, чуть не упав, но удержался на месте. — Он должен умереть! Последовавшая за этими словами тишина была сокрушительной. Сириус не справился со своим ослабевшим вмиг телом и упал. Гарри не смог вовремя среагировать, уставившись на Адриана. А сам Адриан только через секунду понял, что его слова прозвучали не совсем ясно и немного шокирующе. И это было еще мягко сказано. — Я сейчас все объясню, — пообещал Адриан с виноватым выражением лица. — Начинай! — крикнул Сириус, резво вставая с пола. Несмотря на свои заверения, следующее объяснение Адриана вышло сбивчивым из-за охватившего его волнения. Он то и дело повторял, какой он дурак, раз сразу не понял. Но потом сразу же оправдывался, ведь такое даже если и придет в голову, это все равно очень тяжелый процесс. — “Процесс”? — уточнил Сириус. — Мне казалось, смерть — это результат, а не процесс. — Для Певереллов, смерть не всегда конец, а лишь часть нашей жизни. — Очень обнадеживает, — буркнул Сириус. — При обычных обстоятельствах, когда бы я умер? — слишком спокойно спросил Гарри. — В конце октября, — ответил Адриан. — А не слишком ли точная дата? — возмутился Сириус. — Почему я это в первый раз слышу? — Урса считает, что ты слишком впечатлительный и не справился бы. — А кто знает? — Дамблдор, Северус и Римус. — Это очень… обидно… Ладно! Что дальше? — Есть два способа спасти Гарри, — вдруг уточнил Адриан, показывая два пальца. — Первое: перенаправить проклятие на ближайшего кровного родственника. Сириус тут же поднял руку, но Адриан махнул рукой, останавливая его: — Ты не подойдешь. Ваша кровная связь слишком далека. Необходимы — ближайшие родственники. Среди Поттеров никого нет, но вот со стороны Эвансов… Есть Петуния Дурсль. Она подходит лучше всех. Сириус подскочил с такой скоростью, готовый тотчас отправиться к дому четыре на Тисовой улице. Адриан схватил его, и усадил на место, а Гарри закричал: — Ни за что! Категорически — нет! Не смейте трогать тетю. — Но это спасет тебя! — не унимался Сириус. — Я не заберу у Дадли его маму! Сириус тут же застыл, и медленно сел на место и затих. Гарри тяжело дышал, обуянный темными эмоциями — он был зол на Сириуса за его поспешность, был недоволен Адрианом, тот наверняка знал, что Гарри бы никогда не согласился обменять свою жизнь на чужую. Но все равно рассказал об этом способе. Гарри и так боялся, что Волан-де-Морт скатится с катушек и пойдет против него, и начнет ритуал без его на то согласия. А тут еще беспокоиться из-за Сириуса с его вспыльчивостью и вредной привычкой действовать прежде, чем подумать. Гарри казалось, что он скоро сойдет с ума. — И не смей идти окольными путями. Никому не разрешено трогать тетю! — взбешенный до крайности, Гарри закричал на Сириуса и устало прислонился к подушке, прикрывая глаза. Сириус тихо попросил прощения. — Хочешь воды? — Нет, — проклятие высасывало все силы Гарри. Гарри достойно держался все эти дни, но с каждым днем было труднее совладать с обуревающими его темными эмоциями. Это проклятие было особенно раздражающим. Оно усиливало убийственные намерения и желания проклятого, и это было невыносимо для Гарри. Он не хотел срываться на Сириусе, но ему было трудно справиться со своими эмоциями. Усталым, почти умоляющим голосом, Гарри попросил Адриана продолжить. — И ни слова больше о первом способе, — зарычал Гарри. — Да, — согласились Сириус и Адриан. — Я знал, что ты откажешься, — улыбнулся Адриан, когда Гарри открыл глаза и посмотрел на него. — Но решил на всякий… В общем. Второй способ особенный. Пока мы готовились к ритуалу объединения души для Волан-де-Морта, мы немного забыли… — Адриан стиснул зубы, они не просто забыли, это просто напрочь вылетело у них из головы, — что ты его крестраж. И что, как и Нагини, ты впадешь в определенную беспамятную спячку. — Что? — вырвалось у Сириуса. — Ну, для того чтобы объединить все души Волан-де-Морта, его крестражи должны также быть рядом с ним во время всего действия… Но вот в чем дело… Это бы тебе не помогло. И ты мог умереть, не дождавшись окончания ритуала. Поэтому я подумал, что… почему бы тебе не пойти с Волан-де-Мортом? — Пойти? — не понял Гарри. — Куда? — За Грань. — А как туда попасть? — Надо умереть. Сириус больше не мог этого выносить: — Ты с ума сошел, Адриан?! — Наверное да… — неуверенно ответил Адриан. — Но смерть в этом случае будет символичной и не окончательной. Конечно, здесь есть свои нюансы: если твоя душа пострадает за гранью, ты правда умрешь; если твою душу за гранью захватит мертвая душа, твое тело больше не будет тебе принадлежать, а твоя душа навсегда останется за гранью… Рисков много! — Но это лучший вариант? — спросил Гарри. — Возможно… самый лучший, — Адриан задумался. — И я не буду говорить, что верю, что ты справишься. Это мир смерти, там нет живых душ, безобидных призраков и людей. Только те, кто навсегда покинул мир живых. И это не всегда души людей. Но и разные чудовища, монстры, вымершие животные. Там можно встретить что угодно и кого угодно. И это может быть опаснее, чем если бы ты каждый день боролся с черными магами. Так как За Гранью не будет близких. Только Волан-де-Морт. Если вы конечно не расстанетесь. — Как это мне поможет? Что мне надо сделать? — серьезно спросил Гарри, не испугавшись возможных опасностей в другом мире. — Очищать свою душу, становиться сильнее. Благодаря этому, чем сильнее твоя душа, тем сильнее твоя магия и тело. А значит… — Проклятие будет излечено? — с надеждой спросил Сириус. — Полностью! — улыбнулся Адриан. — И все это — моими стараниями? Все будет зависеть лишь от меня? — взволнованно спросил Гарри. — Да. Но это очень опасно… — Знаешь, Гарри… — кашлянул Сириус, привлекая внимание и тихо продолжил: — Петуния не очень хороший чел… — Нет. Она хорошая мать и любящая жена. Не продолжай, Сириус. Я знаю, что ты думаешь обо мне, беспокоишься и желаешь мне только хорошего. Но я не хочу, чтобы ты выбирал мое благополучие взамен счастью другой семьи. Никогда. Я никогда на такое не соглашусь. Сириус с болью посмотрел на крестника и решительно кивнул. — Обещаю. И прости. Я больше… Прости. Гарри вздохнул и посмотрел на Адриана. В его глазах горел решительный огонь. — Я согла… — Подумай, — перебил его Адриан, поднимая руки, прося его притормозить. — Прошу тебя, хорошенько все обдумай. У тебя еще есть время. Это слишком рискованно. Это не просто путешествие на другой континент. Это самое сложное испытание в жизни. К тому же, мы еще не все подготовили. И нужно еще уведомить об этом Волан-де-Морта. Хорошо? Подумай. Не надо отвечать сразу. Гарри замолчал. И через минуту со вздохом согласился. Но в глубине души он уже все решил. И ничто уже не могло изменить его решения. Он отправится За Грань. *** Адриан хотел дать Гарри немного времени на размышления, поэтому вышел из его спальни, но за ним тут же поспешил Сириус. А уже через полчаса, Певерелла захватили остальные гости домена “Шедар” и ему пришлось объясняться перед шестью людьми по несколько раз. В тот день, в домене “Шедар” собрались почти все близкие Гарри, обеспокоенные его недавним приступом. В это время Северус обновлял зелья, продумывал новый курс лечебных зелий и раздумывал, как можно использовать корень асфоделя. Рядом с ним были Дамблдор и Римус. А Рон и Гермиона обсуждали последние новости с Мастерами и Волан-де-Мортом. — Я лично проверил все месторождения орихалка, — Волан-де-Морт сидел в кресле одной из гостиной, низко опустив капюшон своей мантии, паучьи пальцы Темного Лорда отбивали неясный ритм на его коленях. — Осталось лишь два небольших месторождения орихалка. — А циклопы? — уточнила Урса. — Циклопы? А что с ними? — спросила Гермиона. — Орихалк образуется в зонах с высокой температурой. В твердом состоянии этот металл практически не подвержен разрушению и обладает исключительной прочностью. Чтобы обработать его, необходимо использовать пламя с самой высокой температурой. Циклопы, способные выдерживать такие температуры, обитают преимущественно в пещерах, где встречаются самородки и рудные жилы. — Живут то живут, но у них ничего нет, — злобно выплюнул Волан-де-Морт, раздраженно щелкая пальцами. — А их реакция была очень агрессивной. Пришлось в срочном порядке аппарировать. — Что случилось? Накричали? — пошутил Ронвальд. — Кинули в нас огромные глыбы камней. — Циклопы не могли использовать весь орихалк, — задумался Том. — Подозреваю, что они отдали его. И это могут быть Бабенберги. — Нам нужен орихалк, — сказал Рон. — Либо другой металл, с похожими свойствами или еще лучше. Гарри сказал, что большинство заклинаний на гарпий не действует из-за их твердой кожи. А его меч из орихалка легко пронзил ее. Нам нужно оружие. — А те заклинания, которые на них действуют — трудно использовать в бою, — сказала Гермиона. — Особенно когда они летают. — Все это странно, — Том откинулся на спинку кресла и нахмурился. — Зачем им столько орихалка и эти доспехи. Что это за доспехи? Я мог бы использовать адское пламя, и они бы просто расплавились. Что-то здесь не так… — Думай дальше, — Ронвальд хлопнул друга по плечу, — наш Мистер Подозрительность. — Я оказываюсь прав. Всегда, — самодовольно усмехнулся Том. Ронвальд скорчил рожу и отвернулся. За дверью послышались голоса — это Сириус что-то кричал, кроме него были слышны голоса Дамблдора. Дверь открылась и в комнату вошел возбужденный и весь красный Сириус. — Адриан нашел способ спасти Гарри! Эта новость была подобна бомбе. Спокойная атмосфера в гостиной в миг переменилась. Из лаборатории пришли Дамблдор, Северус и Римус. Когда все собрались, Адриан начал объясняться, не упомянув о первом способе, от которого Гарри уже отказался. Волан-де-Морт сжал подлокотники кресла и застыл, уставившись на Адриана, внимая каждому его слову. Но уже через пять минут, он готов был наброситься на Певерелла и задушить собственными руками. — Плохая шутка, — прошипел Волан-де-Морт, разорвав ткань на подлокотниках кресла. Рон и Гермиона осторожно поглядели на Темного Лорда и невольно сглотнули от страха. Северус потер свою левую руку, чуть сжав губы от боли. — Скажи своему супругу, — обратился он к Тому, — чтобы прекратил шутить. Вы думаете я поверю в этот бред? Гарри нужно умереть, чтобы выжить? Умирают всегда окончательно. — Ну, знаешь ли, — хмыкнул Ронвальд, — в этой комнате сидит человек, который был на грани смерти и даже умирал как минимум дважды. — Кто? — не понял Рон. Ронвальд указал на Волан-де-Морта. Волан-де-Морт тут же задумался, но ему эта идея все равно не понравилась. Слишком много неучтенных факторов, слишком много рисков и неясностей. Кто будет с Гарри? Как они поймут что с ним все хорошо? Что он прошел очищение души? А вдруг после этого вернется уже не Гарри? А какая-то другая душа? — Думаешь, что не сможешь его защитить? — вдруг спросил Слизерин и Волан-де-Морт пораженно поднял на него красные глаза. — Что? Для твоего ритуала тебе тоже нужно умереть. — Что? — Как еще твоя душа оторвется от тела и отправиться За Грань? — Это и есть ваш выход? — разозлился Волан-де-Морт. — Ваш ритуал? Я должен умереть? И что вы для этого используете? Какой-то особый камень, меч, артефакт? — Аваду. Волан-де-Морт никогда еще не был так зол, как сейчас. *** Когда все успокоились и узнали подробности, а Адриану пришлось отвечать на десятки тысяч почти одинаковых вопросов. Все успокоились и застыли как вкопанные. Рон и Гермиона ушли к Гарри, чтобы переговорить с другом. Дамблдор долго о чем-то думал, а потом покинул домен “Шедар”. Северус не знал, что сказать — ему эта идея показалась невероятно глупой, но сам он ничего иного предложить не мог и промолчал. Римус и Сириус уже ушли в другую комнату, чтобы обговорить все между собой. А Волан-де-Морт вылетел из окна, и куда-то исчез, как только Адриан закончил объясняться в первый раз. И вот так, в гостиной остались только четыре человека — Урса, Ронвальд, Адриан и Том. — Ты думаешь это возможно? — спросила Урса. — Я знаю, что вы прошли тоже самое, но вы были старше тридцати. А Гарри только исполнилось семнадцать. Он слишком юн. — Но есть ли другой выход? — тихо спросил Адриан, с каждой минутой он становился все увереннее в своей идее. Он знал, на что способен Гарри. И знал, что сама Госпожа Смерть будет присматривать за Гарри. — Волан-де-Морт не сможет быть рядом с ним все время, ему нужно будет проходить собственное испытание, — подал голос Том, внимательно глядя на мужа. — Ты хочешь пойти с ним? — догадался он. Адриан поднял на него глаза. Том разозлился и сжал кулаки. — Даже не думай об этом. Ронвальд и Урса недоверчиво посмотрели на друга. — Я об этом думал… — признался Адриан. — Я смог бы защитить Гарри. Но я понимаю, что не могу. Я и так перехожу границы между мирами, и стою на грани всех магических законов. За Гранью я могу потерять Гарри. Если в реальном мире параллельные миры еще могли связаться друг с другом, то За Гранью их связи были опаснее. Параллельные миры не должны соприкасаться в обители смерти. Том успокоился и кивнул. — Хорошо, что ты понимаешь. *** — Я записала все, что Адриан нам объяснил, — Гермиона раскрыла блокнот со страницей, исписанной этим необыкновенным путешествием по миру смерти. — Как я поняла. Есть несколько важных этапов: умереть ты должен именно посредством Авады Кедавры. И умереть ты должен в особом месте, там, где родилась прародительница рода Певерелл — Мегара, то есть в Фивах, Греция. — И еще какой-то особенный жертвенный алтарь, — нервно заговорил Рон. — Звучит жутко. Могли бы сменить название. Гарри смотрел на записи Гермионы, в которых она еще успела записать свои собственные мысли. Но мыслями он был далеко. Его не волновало, сколь трудно будет “умереть” — ему было важно, что после этого он вернется живым, здоровым и сильным. Насколько сильным? — было единственным его вопросом. Но любая возможность стать сильнее, вернуть себе свое здоровое тело — было настоящим блаженством. Сколько бы он не делал вид, что все в порядке. Гарри знал, что на самом деле чувствует. Он знал насколько он зол. Он знал, сколько ярости копилось в нем, из-за собственной беспомощности. Этот путь даст ему то, о чем он мог только мечтать. Это даст ему силу, способную уничтожить Бабенбергов. — Я вижу… — прошептала Гермиона, привлекая внимание Гарри. Подруга смотрела на него с грустью и пониманием. Рон вздыхал, нервно потирая руки и стуча зубами. Но и его взгляд был полон уверенности в том, что Гарри уже все для себя решил. — Вижу, что ты согласен. — Это опасно, — подал голос Рон, дрожащий и слабый. — Это слишком опасно. Там нас не будет. Никого из нас не будет рядом. Ты будешь один. А вдруг… вдруг если… — Я уже решил, — сказал Гарри. Гермиона и Рон обреченно вздохнули — Гермиона опустила голову, закрывая свой блокнот, Рон взлохматил свои волосы и вцепился в них, в беззвучной ярости. Но они не опровергли его решение, и не пошли против его слов. Потому-что Рон и Гермиона понимали Гарри. Они могли его понять. Они знали его, как самих себя. *** Дамблдор вернулся через два дня и пошел к Гарри. Гарри все также лежал на своей кровати, слишком слабый, чтобы встать с нее и нежно гладил Буклю. — Учитель. — Гарри. Дамблдор присел на стул рядом с кроватью и внимательным взглядом обвел своего ученика. Внешне он был тем же, но Дамблдор чувствовал в каждом движении и в каждом взгляде Гарри — уверенность, надежду и веру. А также неистовое желание. — Вы что-то узнали? — спросил Гарри. — Ничего существенного. Я думаю, что записи о такого рода путешествиях хранятся у Певереллов. И это большая удача, что у нас есть два знакомых Певерелла, прошедших через их особую инициацию. Иначе путь туда, для тебя и Тома был бы тяжелее. Гарри улыбнулся. — Вы потратили на это два дня? — Нет, всего полдня, — улыбнулся Дамблдор. — Остальное время ушло на мои личные и рабочие дела. — И что вы думаете? — Я думаю, что у тебя получится, — уверенность в голосе Дамблдора вдохнула жизни в Гарри и он благодарно посмотрел на учителя. — Но тебе нельзя быть импульсивным. Ни при каких обстоятельствах. Оставайся спокойным. Думай. Подумай сотни раз, прежде чем что-либо делать. Узнай все, что тебе не стоит делать и что можно. Дамблдор вздохнул и остановился, остро глядя в зеленые глаза Гарри. — Не стоит проявлять излишнее геройство. Помни о том, чему я тебя учил. И пожалуйста — не жалей мертвых, их путь окончен. Кто бы ни встретился тебе на пути, помни, что они мертвы. А ты — жив. И ты должен вернуться. Гарри выпрямился и торжественно кивнул. — Я понимаю. — И ни о чем не волнуйся, — Дамблдор похлопал Гарри по руке, и чуть сжал ее, вздыхая. — Я… мы, — исправился Дамблдор, — мы разберемся со всеми проблемами. Тебе лишь нужно вернуться. И прошу тебя, умоляю, не лезь туда, куда не надо, желая стать сильнее. Гарри покраснел от стыда и неловко засмеялся. — Даже не думай об этом, — предупредил Дамблдор необычайно строгим голосом. — Да, сэр. — Отлично! Ты уже обедал? — До обеда еще полчаса. — Хорошо, тогда останусь здесь на обед. Твои эльфы готовят лучшие пироги. ***

25 августа, 1997 года

— 31 августа, — вздохнула Гермиона. — Не слишком ли рано? — А когда ты вернешься? — спросил Рон. — Не знаю, — честно ответил Гарри. — Адриан говорит, что время здесь и там сильно разнится. У меня могут пройти месяцы, а у вас всего неделя. — Значит, мы встретим уже взрослую версию тебя? — ахнул Рон. — Я не знаю. Гермиона ничего не сказала. Она молча переворачивала страницы книги, не различая буквы, когда перед ней появилось серебряное кольцо с белым камнем. Подняв голову она увидела, что это был Гарри. Рон с улыбкой смотрел на нее, у него в руках была карта Мародеров и трость-меч Гарри. — Что… что это? — Задание, — посмеялся Гарри, положив кольцо на колени подруги. — Мое тебе задание — используй мое пространственное кольцо, пока я не вернусь. Я знаю, что ты используешь его как надо. — С твоими то мозгами, — присвистнул Рон. — Черные маги, берегитесь! — Никаких черных магов, — строго сказал Гарри. — Оставайтесь в школе, в безопасности. Гермиона и Рон так на него посмотрели, что Гарри не смог найти слов — одного взгляда друзей хватило, чтобы Гарри понял, какую же чушь он сморозил. Они — в школе — в безопасности? Без всяких опасностей и приключений на голову? — Меня же не будет. Вам никуда лезть не надо, — попытался еще раз Гарри. — Не лезь в дела живого мира, Гарри, — Гермиона взяла кольцо и надела его, и вытянула свою руку, любуясь кольцом. — Мы сами разберемся, — согласился Рон, вытаскивая красный клинок из трости. — Круто! Гарри поглядел на вмиг развеселившихся друзей и хмыкнул, качая головой. — Кстати! — вдруг заговорил Рон, убирая карту и трость-меч. — Черные маги все равно остаются проблемой. — Естественно, — сказала Гермиона. — Я не об этом. Я имею ввиду — Гарри, ты должен будешь прийти в школу. — И как я это сделаю? В конце августа я собираюсь За Грань, — не совсем понял его Гарри. — Но ты должен пойти в школу, — Рон расплылся в улыбке. — И ты придешь в школу. Гарри и Гермиона переглянулись — кто знал, что пришло в голову их рыжеволосого друга. — О, у меня появилась такая классная идея! — продолжал Рон и безумно захохотал. — О, Мерлин! Я гений! ***

31 августа, 1997 года

Фивы, Греция

В ночи у могилы древнего города появились четыре фигуры. Ни единой души вокруг. Том Слизерин вышел из тени на свет яркой луны. Его тень удлинилась и захватила все пространство вокруг него. Руины древнего города Фивы, где родилась и жила юная Мегара — возлюбленная Госпожи Смерти — встретили потомков Мегары утробным рычанием. Адриан и Гарри пошли вперед, держась за руки. Чуть ниже Адриана, Гарри был одет в обычную черную мантию, и держал в правой руке мантию невидимки и свою палочку. Он завороженно смотрел на ночной пейзаж руинах старинного города, освещенный лишь редкими лучами луны. Вскоре и луна перестала освещать это место, укрыв в темноте. Гарри обернулся, в поисках Волан-де-Морта и быстро нашел два горящих красных глаза. Он тоже смотрел на него. Том Слизерин опустил угасающую палочку, темнота скрыла его выражение лица. И единственным, что видел Гарри — были его красные глаза. Две пары красных глаз следили за ними, не отрывая взгляда — шаг за шагом идя за ними. Гарри сжал руку Адриана и тот обернулся к нему, в темноте его глаза ярко сияли зеленым потусторонним цветом. Гарри не знал, что прямо сейчас, его глаза горели всполохами молний. Они шли к неприметной, разрушенной временем арке. В темноте шли четыре фигуры и вскоре они растворились, не оставив после себя никаких следов. Подобно тому, как Смерть забирает с собой все — лишь воспоминания оказываются не затронуты Госпожой. *** Жертвенный алтарь в центре бурлящего тьмой и светом домена Смерти — некогда был огромным куском серого камня, наполненного кровью и душами десятков тысяч ушедших. Сейчас же он представлял собой большой прямоугольный алтарь, снизу которого была запечатлена вечная история Смерти — река забвения, пески времени, райский сад и забытые горы. Гарри дрожал, крепче прижимая к себе свою мантию и свою палочку. Волан-де-Морт стоял за его спиной и следил за Томом и Адрианом. Все вокруг них полыхало тьмой, и лишь старинный храм, на круглой высокой платформе — не был затронут смертью. Сам храм был построен в честь Госпожи Смерти. Зеленый огонь в жаровнях вокруг платформы колыхался от несуществующего ветра. Волан-де-Морт держал в руках свою палочку. Том ставил вокруг жертвенного алтаря крестражи Волан-де-Морта: первым был уничтоженный клыком василиска дневник, вторым было кольцо Певереллов с камнем-воскрешения, третьим деформированный медальон Салазара Слизерина, четвертым кубок Пенелопы Пуффендуй, пятым диадемы Кандиды Когтевран. Том поднял голову и посмотрел на Гарри. Адриан подошел к Гарри, мягко улыбаясь ему, и взял из его рук мантию-невидимку. — Дар Смерти защитит тебя За Гранью, — прошептал Адриан, накинув на Гарри мантию-невидимку обратной стороной. — Подойди к алтарю. Волан-де-Морт сделал резкий шаг вперед и застыл, следя за Гарри — он подошел к жертвенному алтарю и застыл около него, спиной к Волан-де-Морту. Том посмотрел на него и указал на уложенные вокруг алтаря крестражи. Волан-де-Морт опустил левую руку к земле и из его мантии выползла небольшая змея. Она поползла в сторону Тома, увеличиваясь в размерах — Нагини достигла своего истинного размера, прошипела в лицо Тому и застыла на седьмом круге вокруг алтаря. — Мы готовы, — сказал Том. Волан-де-Морт встал рядом с Гарри. — Палочки, — протянули руки Адриан и Том. — Зачем? — прошипел Волан-де-Морт, но когда Гарри без слов отдал свою палочку из остролиста, он недовольно выдохнул и с неприязнью посмотрел на Слизерина, тот ответил надменной улыбкой. — Если ты не хочешь — твое право, — злобно усмехнулся Том. — Посмотрим, как ты будешь там без магии. — Волан-де-Морт… — прошептал Гарри, поглядев на него. Темный Лорд еще раз выдохнул и протянул Тому свою палочку из тиса. — Когда вы вернетесь, — начал Адриан, мягко улыбаясь Гарри, — когда вы оба вернетесь, вы проснетесь в домене “Шедар”. — Сюда мы пришли по одной лишь причине — именно здесь открылись первые врата для Менелоса — сына Госпожи Смерти и ее возлюбленной Мегары, — торжественно сказал Том, указывая палочкой на грудь ее хозяина. Волан-де-Морт невольно вздрогнул, глядя на Тома с предостережением. Адриан также выставил перед собой палочку Гарри, указывая прямо на его грудь. — Авада Кедавра! — зеленые глаза проследили за смертельным лучом, тот коснулся его груди и он закрыл глаза. — Авада Кедавра! — зеленый луч из тисовой палочки ударил по груди Волан-де-Морта, красные глаза наполнились страхом и Темный Лорд потянулся к руке Гарри. Последнее, что почувствовал Гарри — как холодная костлявая рука сжала его правую руку. А после его душа оторвалась от тела и его поглотила темнота. Адриан и Том взмахнули палочками и падающие, уже мертвые тела Волан-де-Морта и Гарри зависли в воздухе, и вскоре мягко легли на жертвенный алтарь. Адриан и Том встали рядом с их телами, взяв палочки, словно кинжалы, — они подняли их над головой и вонзили прямо в центр груди. Палочки из тиса и остролиста легко пронзили грудь своих хозяев. Но вместо ожидаемой крови — палочка из остролиста заискрилась зелеными молниями и исчезла, поглощенная Гарри; палочка из тиса выпустила черный туман и растворилась в теле Волан-де-Морта. *** Когда Гарри открыл глаза, ему пришлось закрыть их и прикрыть, опуская голову из-за песчаной бури. — Волан-де-Морт! — закричал Гарри. В ответ ему доносился лишь пронзительный свист ветра и шорох песчинок, но вскоре он различил другой звук — и это были крики младенца.