Арка XXI. Глава 160. Жертвенные тотемы

— Жертвенные тотемы Бабенбергов сделаны из особого темного дерева, пропитанного кровью жестоко убитых людей. Он размером меньше руки, похож на птицу со сложенными крыльями и острым клювом. Глаза красные из-за крови. Бабенберги создали тридцать таких тотемов, потратив на это больше трех сотен лет, — голос Рона, пока он объяснял то, что написала Трелони в ее зашифрованном письме, был удивительно ровным, но руки его дрожали, а глаза неотрывно следили за витиеватыми буквами собственного почерка. — Тотемы замурованы в стенах Хогвартса и активируются после ритуала со стороны Бабенбергов. Для этого они должны быть рядом со школой и окружить ее со всех сторон. Как только ритуал будет закончен… тотемы заберут все силы у жителей Хогвартса. Мы превратимся в иссохшие мумии и умрем! Рон больше не мог сдерживать свою панику и под конец так сильно заорал, что ребятам пришлось закрыть уши, а Гарри с Гермионой не успели успокоить его, как раздраженный Волан-де-Морт заставил его замолчать “Силенцио”. Рот Рона все еще был открыт в беззвучном крике, когда Волан-де-Морт вырвал у него из рук пергамент. На нем Рон записал расшифрованное письмо Трелони и все перечитал. Гарри вернул Рону голос и крик Рона снова зазвучал в кабинете. Рон схватил Гарри за плечи и закричал: — И мне надо их найти, Гарри! Тридцать жертвенных тотемов по всему Хогвартсу! Как пьяная, слабая ведьма могла за несколько лет замуровать в стенах магического замка столько тотемов и никто ее не заметил? — Ну я иногда видел ее, то тут, то там, — сказал Симус. — Но тогда она была пьяная вдрызг и ругалась со стеной. — Я тоже помню как она кричала на стену, хватала канделябры и начинала плакать, — убирая руки от ушей сказала Сьюзен. — Я думала это просто ее причуды… — А то, как она прятала в какой-то комнате что-то гремящее? — спросил Фред. — Это были бутылки из под Хереса, — сказал Джордж. — Я даже брал несколько штук из ее “тайников” и хранил там всякие… что ты смотришь? Я хранил там важные вещи, — отвернул от себя Симуса Джордж. — Рон! Прекрати паниковать! — закричала Джинни, дав брату сильного подзатыльника. — Начинай искать эти драккловы тотемы! — А их можно как-то увидеть или найти с помощью заклинаний? — спросил Невилл. — “Ревелио” например. — Луна, а ты можешь увидеть их? — с надеждой спросил Гарри. — Я ничего не замечала в стенах школы, — ответила Лавгуд, глядя на него своими большими глазами. — Они спрятаны от моих глаз. — Это плохо… — прошептал Гарри. — Зачем им это вообще? — запаниковала Ханна. — Что даст им наша жертва? — Силу! — закричал Рон, чуть успокаиваясь. — Много силы. Они станут невероятно сильными и захватят всю Британию. Волан-де-Морт же взял в руки зашифрованное письмо и с шипением отпустил его, когда письмо загорелось. Рон с криком потушил обгоревший край письма Трелони и сказал: — Это письмо пропитано особым зельем. Оно не позволяет прикоснуться к нему чужим людям, — объяснил Рон уже более спокойным голосом, и с шипением потерев затылок, продолжил: — Не вините ее. Ее заставили. Она в школе училась не по своему собственному желанию. Хотя и полюбила Хогвартс еще в детстве. К тому же, она смогла нас предупредить. — А она не могла написать где они находятся? — недовольно спросил Блейз. — Зачем нам ее письмо с объяснениями?! — Не могла! — со злостью закричал на него в ответ Рон. — Не могла! На то, чтобы подготовить это зашифрованное письмо у нее ушло много сил и времени. Она не могла! Это все, что у нее получилось написать. Все, что она могла мне оставить. Она научила меня находить предметы и людей с помощью Ока специально для этого. — Ты был ее надеждой, — прошептала Парвати, с грустью глядя на Рона. — Мы все пониманием и благодарны ей. Наверняка профессор Трелони была скована непреложным обетом и не могла ничего никому сказать. — Рон, — Гермиона положила руку на руку Рона и посмотрев прямо ему в глаза, сказала спокойным, уверенным голосом: — Мы знаем. Прости нас. Мы найдем все тотемы и уничтожим их. И ее помочь не будет забыта. Обещаю тебе. Рон кивнул ей и вздохнул. Гарри задумался и сказал: — Как вовремя ты расшифровал письмо… — И правда! — воскликнул Дин, указывая на окно, где была видна огромная золотая армия и гарпии в небе. — Именно сегодня, именно сейчас! Она все предусмотрела. — Возможно, — задумчиво заговорила Ханна, — профессор Трелони не могла раскрыть всего из-за непреложного обета, в котором была особая формулировка… — Об этом не должен узнать никто, пока мы не нападем на Хогвартс, — подсказал ей Энтони. — Формулировки и слова во всех непреложных обетах позволяют людям хитрить, как только можно. — Она просто все мозги пропила… А! — Джинни ударила Блейза в живот и тот со стоном осел на пол. — Заткнись! И без тебя тошно. — Рон, ты сможешь найти все тотемы? — спросил Гарри. Рон ответил после недолгого молчания: — Да. Я найду их все. — Отлично! — улыбнулся ему Гарри. — Найди один. Мы должны понять, как они точно выглядят и как их уничтожить. Используй мою карту. Гарри достал карту мародеров и передал ее Рону. Ребята, не очень хорошо знакомые с этой картой, с любопытством подошли ближе к столу, за которым стоял Рон. Все остальные рабочие столы были сдвинуты к углу, кроме большого преподавательского. Рон раскрыл карту, коснулся ее палочкой и сказал: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. Фред и Джордж с улыбками посмотрели друг на друга. — Не думал, что эта карта спасет нам жизни, — сказал Фред. — Как хорошо, что мы ее нашли, — всплакнул Джордж и о чем-то подумав, ахнул и с восторгом сказал брату: — Мы спасители Хогвартса! — Мы спасители Хогвартса! — засмеялся Фред. — Тише вы! — шикнула на них Джинни. — Рону же надо сосредоточиться. Близнецы тут же затихли, вспоминая, как тот нашел Лестрейнджей и других. Теперь их взгляды на младшего были полны восхищения и уверенности. Рон раскрыл карту, как можно шире, чтобы охватить сразу несколько этажей, но даже так всю карту открыть не получилось, а место на столе не осталось. Он бросил это дело и прижав руки к карте, закрыл глаза. В классе стало тихо. Все молчали. Волан-де-Морт с интересом смотрел за этим действием. Гарри, Гермиона, Джинни и близнецы нервно застыли, не смея громко дышать. Луна задумчиво смотрела на руки Рона, медленно обвела взглядом всех присутствующих и покачала головой, вернувшись к своим мыслям. Остальные не могли устоять на местах, дрожа от предвкушения чего-то большего — одни ждали, что из Рона начнут сыпаться искры, другие, что Рон сейчас начнет бормотать на неизвестном языке, кто-то ждал, что Рон сейчас поднимет глаза и укажет пальцем куда-то в карту. Но ничего из предполагаемого не случилось. Рон просто стоял, прижав руки к карте и не двигался. Гриффиндорцы изредка были зрителями его использования Око, когда он искал вещи. Но тот же Энтони Голдштейн немного разочаровался и даже поник. — Нашел, — Рон ткнул кончиком палочки по карте и там остался круглый след желтого цвета. Все тут же посмотрели на карту. Гарри, Гермиона, Фред и Джордж первыми распознали это место, когда Джинни уже подошла к стене в кабинете, ближайшей к двери и постучала рукой по нему. — Она что здесь? — удивилась Дафна. — Как вы это поняли? Эту карту сразу и не прочесть, — она покрутила головой, пытаясь понять ее. — Что там понимать то? — спросил Блейз. — Тут же наши имена, Дафна. — Я не обратила на них внимания… — А где именно тотем, спрятанный здесь? — спросила Гермиона, оглядывая кабинет. — Ты выбрал тот, что поближе? Или ты можешь чувствовать их, в зависимости от расстояния? — уточнил Волан-де-Морт. — Тот, что поближе, — ответил Рон. — Расстояние для меня не проблема. Я уже искал вещи, спрятанные наставницей по всему Хогвартсу. — Отлично! Волан-де-Морт достал палочку и сказал: — Окульта илюмину! Тут же в стенах появились различные огоньки, высвечивая то, что спрятано в стенах: это были и металлические корпуса, расписанные рунами, и особое построение камней. И среди них, самым заметным было белое пламя, за которым высвечивался тотем в виде птицы. — Вот он! — закричали ребята, тут же подбегая к этой стене, рядом с преподавательским столом. — Сколько лет уже она тут была спрятана? — пораженно спросил Невилл. — Кто знает, — ахнула Ханна. — Отойдите! — крикнула Гермиона, и как только все отошли от стены, в стену за пламенем с силой вонзилось копье Гермионы. Она вытащила копье, глубоко погрузившееся в стену и снова вонзила его в стену. И следом за вторым ударом она ощутила что-то, что не давало ей коснуться копьем твердого камня. Что-то тягучее, мерзкое и очень темное. — Нашла. Гермиона убрала свое копье и за осыпавшимися камнями, в небольшой дыре в стене, все увидели деревянный тотем в виде птицы со сложенными крыльями и острым клювом. Она была не черной и не красной, а темно-бордовой. И видимо была укрыта какой-то тканью, скрывающей ее от особенных глаз, как у Луны — потому-что она сразу “увидела” тотем и с ужасом отшатнулась от него. Гарри успел подхватить ее, когда она чуть не упала. — Это ужасная магия! — закричала она. — Она не просто крадет магию. Она отбирает судьбу, удачу, силы и жизнь людей! Мы должны уничтожить каждую из них, Гарри! Если останется хоть один, мы будем в опасности. Гарри посмотрел в испуганные глаза Луны, такой она никогда не была. Лавгуд всегда оставалась спокойной, понимающей и терпеливой. Она впервые показала ужас и от этого, не только у него, но и у других громко забилось сердце. Гермиона вонзила свое копье в тотем, намереваясь уничтожить его, но с криком отлетела от него. Невилл и Фред успели поймать ее прямо на лету, не дав девушке покалечиться. — Гермиона! — закричали ребята, подбегая к ней. — Ханна, ее руки! — закричала Дафна. Ханна тут же достала свою палочку и начала исцелять почерневшие кончики пальцев Гермионы. Гермиона сжала зубы от боли, а ее тело будто скукожилось. — Это слишком опасно! — запаниковал Эрни. — Как нам уничтожить этот тотем, если даже магическое древнее копье Гермионы не справилось? — А если Экскалибур? — прошептала Джинни, готовая достать его. Но перед ними встала другая фигура. Том Певерелл вышел вперед. На его руках были черные перчатки, в правой он держал обычный на вид кинжал, лезвие которого мерцало от яда. Вытащив тотем, он бросил его на стол и вонзил кинжал прямо в тотем. Тот мгновенно раскололся на две неровные части, словно он был сделан не из дерева, а металла. Из раздробленного тотема вырвался густой черный дым и заполнил комнату гнилостным запахом. Луна указала палочкой на дым, и тот мгновенно рассеялся, превратившись в мелкие пузырьки. Воздух тут же очистился после заклинания Луны. Волан-де-Морт приподнял брови в удивлении и, взглянув на Луну, сразу же перевел взгляд на тотем. Однако в мыслях он отметил, что у Гарри много, даже очень много ценных людей и верных союзников — основательница собственного рода, представители древней чистокровной семьи с сильными магами, друг прорицатель с даром предвидения и пророчества, подруга с врожденным знанием белой магии. И это лишь малая часть его Ордена Солнца. — Что это? — спросила Джинни, уставившись на кинжал в руке Волан-де-Морта, таким же взглядом на кинжал смотрели остальные. Волан-де-Морт ощутил странное предчувствие — если он не даст им кинжал, они заберут кинжал силой. — Кинжал с ядом василиска. Собирался передать вашему Ордену, по просьбе вашего Лидера. — А почему кинжалы? — с обидой спросил Фред. — У Рыцарей же мечи. — И у Ордена Феникса, — сказал Невилл. — Я у мамы и папы видел. Им тоже достались мечи. — Не было времени, — сквозь зубы ответил Волан-де-Морт. Ребята не поверили ему и недовольно хмыкнули, словно каждое его слово это обман. Волан-де-Морту хотелось кинуть в них каким-нибудь проклятием, но он не посмел. Отметив при этом, что друзья Гарри начинают "походить на Гарри". Кто бы мог подумать, что Гарри однажды станет глаголом? Гермионе стало лучше, после помощи Ханны и небольшой помощи от Луны. Гарри помог ей встать и придвинул к ней стульчик, переданный от Рона. Но девушка отказалась садиться, выпрямилась и медленно подошла к столу, на котором лежал первый разрушенный ими тотем. Вокруг стола собрались все члены Ордена Солнца вместе с Волан-де-Мортом. Волан-де-Морт взял верхнюю часть тотема в руки и покрутил ее перед собой. — А что это за перчатка такая? — шепотом спросил Джастин. — Это перчатка из кожи козла Тангниостр, устойчива от влияния самой темной и черной магии. Очень редкая и очень дорогая, — ответил Теодор. — А чем она редка? — Если съесть ее ночью, оставив кости в целости, то с рассветом козел оживет. Джастин покрылся мурашками и отошел от Теодора, который ему казался похожим на серийных маньяков, по типу Ганнибала Лектора или Мориарти. Теодор заметил его движение, но глубоко вздохнув, не стал это комментировать. Гарри посмотрел на тотем и нахмурил брови. — К нему нельзя прикасаться голой рукой. Можно уничтожить кинжалом, пропитанным ядом василиска. Нужно попробовать уничтожить его моим мечом из орихалка и мечом Уизли. Сколько кинжалов у тебя есть? — спросил Гарри. — Хватит на всех вас, — Волан-де-Морт бросил тотем на стол, молча снял перчатки и кинул Гарри. — В нем больше ничего нет. После уничтожения тотема, Бабенберги никак не отреагировали. Несколько человек тут же бросились к окну, чтобы удостовериться в его словах. И не заметили ничего необычного. Они все также пытались разбить второй щит. — Они и правда не поняли… Значит! Мы можем уничтожить их, а они об этом даже не узнают? — обрадовался Дин. — Мне это не нравится, — продолжил Волан-де-Морт и все тут же замолчали, внимательно прислушиваясь к его словам. — Почему? — с опаской спросил Гарри. — Не сходится. Я думаю, что Трелони не знала всего. Агнесса Бабенберг не стала бы раскрывать ей все свои тайны. Тотемы спрятаны по всему Хогвартсу не просто так. Не просто из-за желания забрать нашу магию, силу, судьбу и удачу. Да к тому же, чтобы сделать сильными всех Бабенбергов. Она не такая щедрая. Она убила собственных детей, съела их плоть и сердце, выпила их кровь. Заковала их души, чтобы те не попали За Грань — и все это, чтобы напасть на Хогвартс, захватить его, отобрать у нас силу, чтобы сделать сильнее свой род? Просто сильнее? Насколько сильнее? Проклятие Иоланты Певерелл не позволяет им быть сильнее, чем можно. Они слабы, не могут высоко летать, их дар пророка тоже ослаб. Агнесса Бабенберг пытается разорвать оковы проклятия Иоланты Певерелл. Вся сила, которую она получит после нашей смерти из-за жертвенных тотемов — должна перейти ей и только ей. И как только она разрушит проклятие… — Мы ей больше не нужны, — понял Гарри. — Вот почему она напала на Хогвартс. Не из-за нас. Она хочет окольными путями вернуть себе силы. Это возможно? Проклятие Иоланты было создано ее жертвой. Жертвой души. — Сила решает все, Гарри. И она это знает. Конечно, у нее ничего не получится — ведь есть… вы, — Волан-де-Морт посмотрел в глаза Гарри, на его друзей, что побледнели после его слов, но все также храбро стояли тут, готовые отправиться на поиски тотемов. И понял — вот та сила, о которой говорил Дамблдор и Гарри. Вот, что сделало бы его проигравшим в войне, которую он начал. В мире, где сила решает все, всегда есть та сила, что неподвластна никакому злу. Сила, что сильнее страха. Сила, что питает сердца людей. Он и сам размышлял как Бабенберг — что такое судьба, проклятия и люди — когда есть сила. Сила, что выше смерти. Волан-де-Морт чуть слышно посмеялся — над собой. — Рональд Уизли, — обратился он к Рону. — Ищи больше тридцати тотемов. Агнесса не доверила такую важную миссию Трелони. А значит, в школе может быть больше тридцати тотемов. — Хорошо, — послушно ответил Рон. — Гарри! Я смог найти первый тотем. Но мне нужна твоя карта… — Я знаю! — Гарри позвал Добби. — Добби. — Да, сэр, — появился рядом с ним очень счастливый и готовый к новым задачам эльф. — Приведи пожалуйста Римуса. — Сию минуту, сэр! — Добби с хлопком и исчез и через несколько секунд вновь появился с удивленным Римусом. — Я привел господина Люпина, сэр! — Спасибо, Добби! Поговори пожалуйста с главным домовым Хогвартса и решите, что будете делать. Если Бабенберги разрушат последний щит, то в школу могут ворваться враги. Добби тут же сурово сдвинул брови и кивнув, исчез. Римус посмотрел на исчезнувшего эльфа, затем на собравшихся и вздохнув, спросил: — Да? — Римус, прости, — улыбнулся ему Гарри, указывая на карту мародеров. — У тебя есть какой-нибудь способ сделать копии карты. Хотя бы на какое-то время. Один день. Нам хватит одного дня? — спросил Гарри у Рона. — Хватит! — решительно ответил Рон. — Да, могу, — сказал Римус, доставая палочку и сложил карту обратно. — Потом можешь собрать копии обратно и уничтожить их. — Спасибо! — горячо поблагодарил его Гарри. — Это и правда возможно? — поинтересовалась Гермиона. — У Джеймса была идея сделать копии карты, ну, знаешь, на будущее. У нас сперва не получилось. А после времени не было. Война, — взгляд в сторону Волан-де-Морта. — Смерти там. Азкабан. Безработица. Но у меня оставались наработки над этим заклинанием и плюс — для того, чтобы создать копии, нужна кровь одного из четырех ее создателей. — Не мог бы ты сделать так, чтобы на копиях появлялось то, что появится на оригинале? — спросил Гарри, коротко рассказав ему о жертвенных тотемах и даре Рона. Римус сильно нахмурился, встревоженно посмотрев на тотем, от которого после его уничтожения не осталось ни единого следа ауры или магии черных магов. — Это слишком серьезно. Ты прав. Если у Рона есть такой дар. Оригинал должен быть у него. Я сейчас все сделаю. Римус без колебаний пустил себе кровь из ладони и та капнув на чистый пергамент карты, тут же впиталась в нее. После Римус коснулся палочки и прошептал заклинание: — Копия. Тут же рядом с оригинальной картой появилась дюжина копий карты мародеров. Римус сделал ровно двадцать пять копий. — Двадцать копий я сделал для вас, одну я передам Урсе, одну возьму сам, другую отдадим… Лорду Певереллу, четвертую Дамблдору и еще одна пусть будут у Гарри. Вдруг кому пригодится, — Римус передал одну из копий Гарри. — Спасибо, — Гарри тут же взял в руки оригинал, передавая ее Рону. — Рон… — Я знаю, — кивнул Рон. Ребята уже раздали друг другу карты и вокруг послышались голоса “Торжественно клянусь…”, с объяснениями от Фреда и Джорджа. — О! — воскликнул Симус, указывая на что-то в карте. — Так вот как вы оказывались то в одном, то в другом месте. — И не опаздывали, — добавила Парвати, чуть обижено. — Если бы у меня была карта, я бы смогла поспать подольше. — А тут есть проход в... — Блейз дочитал что-то и ахнул, с блестящими от азарта глазами: — проход в Сладкое королевство! Я запомню это. — Ох, вы только поглядите. Он и призраков показывает. Пивз сейчас у кабинета истории магии, на четвертом этаже, — сказал Энтони, прижав карту к носу. — В лазарете так много людей, — сказал Эрни. — Мадам Помфри, целитель... О! Это же целитель из Святого Мунго. Когда он пришел в школу? — Неделю назад, — ответила Гермиона. — Ты что не видел его? — Нет. — Гарри, а можно оставить их после...? — с подобострастной улыбочкой спросил Симус, у Блейза тут же засветились глаза и он прижал карту как можно ближе к себе, словно Гарри в любую секунду отберет ее у него. — Нет, — решительно ответил Гарри. — Это наследство моего отца. Я передам копию будущему ребенку Римуса и, — Гарри кашлянул, скрывая довольную улыбку, — моему крестному сыну, конечно же. Обязательно верните ее мне. Толпа чуть слышно заныла, но никто не посмел пойти против его слов, соглашаясь с ним, Симус и Блейз кивали очень вяло. Они уже начали разворачивать карту, прижимая к стене, чтобы посмотреть на нее всю. Римус сказал Гарри: — Так как копий много. Они сделаны лишь на время. К концу дня, а именно до полуночи, все копии испарятся. — Это хорошо, — кивнул Гарри. — А можно нам наши кинжалы? — спросила Дафна. — Том! — крикнул Гарри, обернувшись к Певереллу. Тот уже без слов достал небольшой сундук из кармана мантии и поставил на один из столов. — Берите. Я сделал клинки. Не хватило времени на мечи, — махнул рукой Волан-де-Морт, доставая один и передавая его лично Гарри. — Этот меч я сделал для тебя. — Спасибо, — не стал отказываться Гарри. — А почему на мечи не хватило времени? — Я уже… — Подожди-ка, — Гарри помахал рукой, перебивая Волан-де-Морта. — Ты знал, что Бабенберги нападут? — Пророчество, Гарри, — сказал Волан-де-Морт таким тоном, будто это было прекрасно понятно и без него. — Когда в лесу запоет соловей, и природа оживет в полную силу — разве не понятно? — Что мне должно быть понятно? — Май, Гарри. Последняя битва Певереллов и Бабенбергов наступит в мае. — А-а-а-а! — А эти тупоголовые падальщики подумали, что это пророченный Певерелл родится в мае, — усмехнулся Волан-де-Морт с презрением. Гарри снова кивнул, делая вид, что ему очень интересен меч с ядом василиска в его руке. Он не хотел упоминать, что думал также, как “тупоголовые падальщики”. И слишком смущенный этим разговором, он не сдержался и сказал: — Мне кажется... ты немного... ну... ты стал ниже, после возвращения из За Грани. Гарри так резко сменил тему разговора, что Волан-де-Морт на мгновение опешил и молча уставился на него. — ...иди уже, Гарри. Иди, — умоляюще попросил он, вырвав из его руки свою копию карты мародеров. — Я просто хотел сказать, чт... — Гарри! — Ладно-ладно! — поднял руки. Волан-де-Морт вышел из кабинета так быстро, словно за ним бежали десяток Гарри с глупыми вопросами и словами. — Пойдемте! — крикнул Гарри. — Стоп! — тут же остановил всех Гарри. — Нужно оставить несколько человек с Роном. — Что? Зачем? — растерянно спросил Рон. — Для защиты, — поняла Джинни. — Мне остаться? — Гарри, оставь меня, — вдруг заговорила Луна, глядя на него своими проникновенными, мудрыми глазами. — И я думаю, нам нужен еще один человек для защиты Рона. Гарри доверял Луне и спросил: — Кто? — Драко Малфой. Минутная тишина в кабинете была испорчена недовольным отказом Рона, удивленным восклицанием Блейза и задумчивым хмыканьем Теодора. Дафна возмутилась: — На кой нам Драко Малфой? Как он защитит Рона? Хорошо еще, если он его сам не покалечит и не отдаст на растерзание черным магам, испугавшись их! — Он нужен, — сказала Луна, глядя прямо на Гарри. — Я приведу его сюда, — согласился Гарри и начал толкать всех вон из кабинета. — Быстро! Быстро! Отправляйтесь на свои места и ждите, когда рядом с вами появятся точки от Рона. Используйте заклинание Певерелла — Окульта илюмину и не касайтесь тотема руками. — А если придется? — спросил Джастин. — Придумайте что-нибудь! — Эй! У нас есть перчатки премиум защиты! — закричали близнецы, доставая из маленькой набедренной сумки с расширенным пространством кучу разной одежды — шляпы-невидимки, мантии с защитными чарами и десяток красных перчаток. — Эксклюзив! — воскликнул Фред, показывая ребятам их перчатки. — Чистая кожа оленя. — Оленя? — с сомнением спросил Гарри. — Почему оленя? — Потому-что на них охотиться легче, — признался Джордж. — Твоего патронуса никто не тронет, не волнуйся, Гарри. — Главное, что перчатка защищает от сильной темной магии и наверное поможет от черной магии. Главное долго тотемы в руках не держите, — сказал Фред, раздавая перчатки ребятам. — У нас еще есть пять штук. — Какая редкость, — присвистнула Джинни, надевая перчатки, те тут же сменили размер, чтобы обхватить ее руку. — Обычно у вас больше. — Хочешь шляпу-невидимку? — решил заткнуть другой вещью сестру Джордж. — Я хочу! — крикнул Симус. — Мне три штуки! — Зачем тебе столько? — удивился Эрни. — Надо, — ответил Финниган, пихая шляпы и мантии в карман своей мантии, к счастью у всех их мантий были карманы с расширенным пространством. И у него тоже. *** Когда Симус поднялся на пятый этаж, он отошел к дальнему окну, раскрывая карту. Он быстро нашел себя, вслух приговаривая, какая удобная карта. — Папа?! — воскликнул Симус, столкнувшись с отцом, спускавшимся по лестнице на пятый этаж. Увидев сына, Тристан Финниган, этот суровый на вид, высокий и грозный мужчина, тут же повернулся и попытался сбежать. Но Симус быстро встал перед ним и остановил его, протянув руку. В руках Тристана была большая винтовка. Симус увидел ее, узнал и тут же злобно запыхтел. — Что ты здесь делаешь? — с нажимом спросил Симус, дрожа от злости и страха. — Ты должен был эвакуировать с остальными еще час назад! Ха... Неважно. Пойдем в общежитие Пуффендуя, там сейчас безопасно. — Нет, — тут же отказался Тристан, вырвав руку из захвата сына. — Я остался не для того, чтобы трусливо прятаться в подземелье. Я собираюсь отомстить за Курои! — Отец! — закричал Симус, пылая от гнева. — Твоя винтовка не поможет против черных магов! — Тогда я поменяю ее на переносную ракету… — тут же отозвался Тристан. — В любом случае, я не уйду — когда эти твари нападают! И раз зашел разговор, я твой отец, а ты мой сын, еще совсем подросток. Почему ты остался? — Я совершеннолетний маг и сам решаю, оставаться или нет. А еще я член Ордена Солнца. Мы готовились к этому дню! Тренировались! А вот ты нет. Ты не знаешь как драться с гарпиями и черными магами. Эти твари готовы пожрать любого, кого увидят. Если их не остановить, если мы будем прятаться и убегать — мы падем. Они нас сожрут. Наша жизнь будет хуже смерти. Мы перестанем быть собой. И ни о какой свободе и речи быть не может. Мы должны бороться за собственную жизнь и свободу. Вот, почему я остаюсь здесь. Симус тяжело дышал после длинной тирады, вперившись в отца упрямым, злым взглядом. — И я тоже, — тихим голосом сказал Тристан, глядя на сына сверху вниз. Его лицо стало мягче, а глаза смотрели на сына, который так быстро вырос с искренней любовью. — Симус, я все понимаю. Я видел, что они сделали с дядей. С моим родным человеком. И я не убегу. Ты сам сказал, они сожрут всех. Убегать нельзя — нужно дать отпор. Иначе мы потеряем то, что имеем. Я останусь здесь и сделаю все от меня возможное, чтобы помочь. Этот мир не только твой. Он и мой тоже. Я твой отец, значит я часть твоего мира. — Но… — Позволь мне… — Нет! — отказался Симус, качая головой. — Ни за что! Папа, ты не волшебник! Ты ничего не сможешь сделать против них. С гарпиями не могут справиться даже сильные маги. Тристан замолчал. Симус почувствовал вину и тут же тихо попросил прощения: — Прости… Но… тебе нельзя… уходи, спрячься где нибудь. — Нет. Ты считаешь своего старика трусом и слабаком? — Я не хочу тебя потерять, — судорожно вздохнув, сказал Симус, Тристан тут же замолчал и посмотрел на него с болью. — Фергюс потерял отца. Я своего отца не потеряю. Рядом с ними послышался протяжный вздох и они увидели Сиршу — мать Симуса. Она несла рюкзак за спиной и посмотрела на своих мальчиков с любовью. — Упрямцы, — сказала она. — Я буду с твоим отцом, Симус. Не волнуйся о нем. — Тебе тоже нельзя здесь оставаться! — крикнул на мать Симус. От такого Сирша опешила. — А мне почему нельзя? — А ты сможешь победить меня в дуэли? — спросил он в ответ. Сирша открыла рот, но не смогла утвердительно ответить. Тристан смущенно кашлянул и отвернулся. — …нет… — призналась Сирша. — Но я неплохая волшебница. И опыта у меня побольше твоего, Симус Финниган. — Опыта у меня тоже больше, — не согласился он с матерью. — Намного. — Ты… — зашипела Сирша, указывая на упрямого сына. Симус указал на рюкзак матери, с подозрением спросив: — Что там? Сирша убрала его за спину, но это не помогло. И она с обреченным видом ответила: — Кое-какие вещи твоего отца... чуть измененные твоим дядей... в свободное время. — Не говори мне, что ты притащила всю "стену славы" папы?! — Больше, — захотел похвастаться отец. — Что?! Как? — Я на пенсии. — Что значит на пенс... Ты что украл у армии маглов? Папа! — Я на пенсии! — Да вы с ума сошли! Ты притащила в школу кучу оружия маглов, да еще модифицированные дядей? Ты знаешь, что отец моего друга возглавляет сектор по борьбе с незаконным использованием изобретений маглов? Знаете, что с вами будет? — Но сейчас же война идет... — попыталась Сирша. — Я обещаю, что буду… — заговорил отец Симуса, поднимая руки. Симус тяжко вздохнул. Родители замолчали. Он достал из кармана две мантии с защитой и две шапки-невидимки и молча протянул их родителям. — Не снимайте. Поняли? — сурово наказал он им. — Поняли! — тут же ответили Финниганы, боясь, что сын откажется. Мимо Симуса пролетел зеленый жук — он раздраженно фыркнул на жука, отвернулся и начал инструктировать родителей что делать. Жук улетел. *** — Зачем. Я. Вам? — с раздражением спросил Драко, когда Гарри Поттер буквально выкрал его из рук родителей на первом этаже Хогвартса и притащил на третий, в кабинет к Рону Уизли и Луне Лавгуд. От вида этих двух “уникумов” ему стало дурно и он решительно пошел к выходу. Но Поттер не позволил ему уйти, говоря ему какие-то странные вещи. — Ты нужен здесь. Защищай Рона. Это очень важно, — Гарри тут же раскрыл новость про жертвенные тотемы, и важность защиты Рона. Но это лишь побудило Малфоя бежать отсюда. — Ты куда?! Ты слышал, что я сказал?! — Вот именно, что слышал! Раз Уизли такая важная персона! Вызывай другого защитника. Я не буду его защищать! — наотрез отказался Драко. — Ты не ушел с другими во время эвакуации, значит ты собираешься участвовать в битве, — Гарри схватил его за локоть мерткой хваткой и глядя в глаза перепуганного и нервного Драко, продолжил: — И раз ты хочешь защищать Хогвартс — защити Рона. — Почему я? — прошептал Драко. — Потому-что нам нужен именно ты, — сказала Луна. Рон искал тотемы, не обращая внимания на шум в кабинете, отметив третий тотем на пятом этаже. Взгляд Луны на Драко был таким проникновенным, словно она смотрела ему в душу и раскрыла все его секреты. В сердце Драко поднялась волна беспокойства и он с опаской посмотрел на чудачку Лавгуд. — Что ты…? — Я думаю, с тобой нам будет безопаснее, — прошептала она Драко. Гарри удивился, но любопытствовать не стал — Луна не сказала ему всего, значит этот секрет Малфоя нельзя раскрывать. Ему было плевать на его секрет — он просто верил Луне. Если она говорила, что присутствие Драко поможет защитить Рона — значит Драко должен быть рядом с Роном. Удостоверившись, что Драко не сбежит, Гарри вышел и захлопнул за собой дверь. Драко тут же достал палочку и направил ее на Луну. Он был встревожен и испуганно задрожал. — Что ты знаешь, Лавгуд? — Нам нужна твоя удача, Драко, — без страха ответила Луна, глядя прямо ему в глаза. — Меня не волнует твой секрет и дар твоей семьи. Но сейчас, ты нужен здесь. Иначе Рон попадет в беду. А если с ним что-то случится — не думай, что ты и твои родители останетесь в безопасности. Если Бабенберги захватят замок и станут сильнее, от тебя и твоего рода ничего не останется. — Ты… — Либо ты остаешься здесь и искренне защищаешь Рона. Либо можешь выйти отсюда и ждать, когда твой дом снова сожгут дотла. Драко сглотнул, испуганно сделав шаг назад от когтевранки. Взгляд Луны перестал быть легким и глупым, каким он считал ее до этого. Сейчас, казалось, она смотрит на него, видит его, и может залезть в его голову. — Выбирай, — холодный голос Луны заполнил уши Драко и он вздрогнул. Драко убрал палочку и быстро отошел к преподавательскому столу, подальше от Рона. По дороге с удивлением заметив разрушенную стену. Луна довольно хмыкнула и вприпрыжку подошла к Рону, с улыбкой глядя ему в лицо. “Пока Драко и я здесь, с Роном не случится ничего плохого”.