Арка XXI. Глава 163. Две армии

Черный маг схватился за свое окровавленное горло и упал замертво. Его глаза оставались широко раскрытыми. Винда Розье изящным движением отошла на шаг назад от трупа, отведя одну ногу назад, как балерина и опустила свою палочку, обводя взглядом поле битвы. Деревня Хогсмид после ожесточенной битвы превратилась в руины. Крыша у одного магазина отвалилась, а два-три здания неподалеку до сих пор горели. Земля была полна крови и раздавленных трупов крыс. Люди Гриндевальда начали собирать трупы черных магов, ставя их прямо на главной дороге. И поджигать “холмики” трупов с самого дальнего к ближнему — синий огонь вспыхивал из дальней улицы до дороги, ведущей в школу, как огни взлетной полосы. Огонь горел ярко и высоко, привлекая великанов. — Уходим, — приказала Винда и все аппарировали, исчезая из Хогсмида. Адриан увидел эти синие огни и великанов, что сменили направление и пошли к Хогсмиду. Скоро они доберутся до деревни и разрушат ее подчистую. А “дорожка”, оставленная людьми Гриндевальда направит их прямо к дороге, что ведет к Хогвартсу. Но это не все. Адриан смог ощутить рунную цепь, опоясывающую Хогвартс. Она образовывала особую формацию. Формация впускала всех внутрь, но не выпускала, чтобы запереть их внутри. К счастью, формация еще не была активирована. — Это не помощь, — прошипел со всей яростью Адриан, его глаза вспыхнули зеленым пламенем. — Гриндевальд пришел не помогать. Он избавляется от помех, перед главной целью. Адриан посмотрел в сторону Агнессы Бабенберг, где та все еще стояла, окруженная своей личной охраной, контролируя свою армию издалека. — Он хочет убить ее. Гарри испуганно смотрел на злого Адриана, не зная, что делать и посмотрел на Дамблдора, чтобы попросить его о помощи. Директор выглядел бледным и напуганным. Его губы мелко дрожали, шепча: — Нет… нет… Он не может… Синее пламя казалось отражалось в его глазах. Он посмотрел на дерево, где видел Его. Но там никого не было. Но с той стороны, к Агнессе Бабенберг летела стая черных ворон. Адриан поднял руку и выпустил зеленые молнии прямо в стаю ворон, безжалостно убивая десяток из них на большом расстоянии. Сердце Альбуса вздрогнуло от страха. Он не успел моргнуть, как подлетел к Адриану и схватил его за руку, останавливая от следующего удара — который, он понимал, может попасть в Него. — Дамблдор… — по змеиному прошипел Адриан. Гарри завис между ними, хватая обоих за плечи. — Что происходит? Не пугайте меня! Прекратите! — Ты видишь, что он собирается делать! — закричал на директора Адриан. — Я остановлю его, — в голосе Альбуса слышалась мольба, и это поразило Гарри. Он впервые видел учителя в таком состоянии. Адриан посмотрел на Дамблдора пронзительным взглядом, словно мог увидеть, что творится в его сердце. Это раздражало. Ему было стыдно. Он боялся, что Адриан нападет на Него. Он боялся, что ему придется пойти против Адриана, чтобы защитить Его. Наверное, Адриан смог увидеть тот страх, который вспыхнул в сердце Альбуса. Он отвел взгляд и тихим голосом обратился к нему: — Разберитесь с ним, директор. — Спасибо… — прошептал Альбус. Адриан потянул за собой Гарри и улетел к школе. Альбус не тратя время, тут же полетел к хижине Хагрида. Именно туда упали вороны, когда Адриан пустил в них молнию. Он верил, что Геллерт еще жив. Он ранен, но жив. Одного удара Адриана было недостаточно, чтобы убить его. И когда Альбус опустился у деревьев, недалеко от хижины Хагрида, он нашел Его. И сразу же выставил перед собой щит, защищаясь от удара Гриндевальда. Альбус посмотрел на мужчину — у него были седые волосы до плеч, короткая седая борода, его бледное лицо, давно не видавшее солнца, покрылось морщинами. Сам он был худ, но удивительно энергичен. А его глаза ярко сияли, когда он стоял в тени высоких деревьев. Один голубой, другой карий — коими они стали после его исследований темной магии. Подпаленные уголки мантии — все, что оставил удар Адриана. А также трупы ворон, недалеко от Геллерта. Геллерт был зол. И Альбус тоже. Они обменялись несколькими заклинаниями, что с каждым последующим ударом становились агрессивнее и опаснее. Но Геллерт не собирался драться с Альбусом и попытался сбежать, бросив в него неприятное проклятие. Альбус знал его так хорошо, что предугадал действия Гриндевальда — успел увернуться, аппарировать, схватить его за руку и снова аппарировать. С громким хлопком, они появились в кабинете директора Хогвартса. Альбус все еще держал Геллерта за локоть, сразу же после появления, создавая вокруг них цепь из красных перьев. Они зависли вокруг них, образуя полукруг и мягко вспыхивали как пламя. Геллерт недобро усмехнулся, опуская палочку и посмотрел на Дамблдора. — Ты все такой же импульсивный, — заговорил Гриндевальд, в его голосе слышалось раздражающее Альбуса снисхождение. — Все такой же Герой, — усмехнулся мужчина, послышались неторопливые шаги, словно он расхаживал по кабинету, — которого все хотят. Все тот же Герой, коим хочешь для всех стать. — Что ты делаешь, Геллерт? — холодным тоном спросил Альбус, глядя на его двухцветные глаза. Раньше они были голубые. Оба его глаза были голубыми, живыми, полными предвкушения и уверенности в собственной победе. Но теперь перед ним был человек, проведший полжизни в тюрьме, в которую он сам его заточил. — Ты мог сбежать, — не смог не отметить Альбус, невольно выдав свою обиду и смятение, которое он ощутил, узнав, что Геллерт сбежал. В воздухе застыл незаданный вопрос: “Зачем?”. Геллерт на него не ответил. Он расплылся в улыбке — холодной, бессердечной, лишенной тепла и живости. — Я пришел отомстить, — ответил Геллерт, ловя каждый вздох, взгляд Альбуса, наслаждаясь его реакцией. Альбус напрягся. Геллерт тихо засмеялся. — Сколько самомнения, Альбус. Ты думал, я здесь из-за тебя? Альбус молча уставился на него. Геллерт продолжил, как ни в чем не бывало: — Я пришел отомстить Бабенбергам. Они предали меня, использовали меня для своих целей. Я такого не прощаю. Альбус вскинул брови, удивленный его ответом. Мысли быстро завертелись в его голове и он смог воссоздать примерную хронологию событий прошлого. Бабенберги не могли не быть связаны со Второй мировой войной в мире маглов и с Глобальной войной волшебников. Он не мог поверить, что кто-то способен обмануть Геллерта и предать его. Рядом с Геллертом не было предателей. Он был последним. — Я убью ее, — сказал Геллерт. — Нет. Ты не можешь, — тут же ответил Альбус. — Не тем способом, который ты готовишь. — Почему? — искренне спросил Геллерт, впрочем, каким бы не был ответ, он бы не стал к нему прислушиваться. Вопрос был скорее скорее формальностью, его натурой, чем проявлением искреннего интереса. — Бабенбергов может остановить только Певерелл. Геллерт на секунду растерялся, а после громко рассмеялся. — Певереллы говоришь? Твои любимчики? Том — слишком злой, а Гарри — слишком добрый. Вот как ты о них говорил. Ты наивен и глуп, раз веришь в глупые пророчества. Эта старая карга умрет от моей руки, Альбус. И ты мне не помешаешь. — Нет! — закричал Альбус, вскидывая палочку и создавая непроницаемый щит у окна, чтобы не дать Геллерту уйти. — Не вмешивайся! Геллерт повернулся к нему, глядя на Альбуса холодным, ненавистным взглядом. И один этот взгляд заставил Альбуса застыть. Сердце пронзила давняя боль, что поселилась в его сердце много лет назад. — Не смей так смотреть на меня! — разозлился Геллерт. — Я ненавижу твои глаза! Альбус направил на него свою палочку. — Ты можешь помочь, можешь уничтожить армию в золотых доспехах, разобраться с черными магами и великанами. Но ты не можешь идти против Агнессы Бабенберг, — голос Альбуса задрожал от гнева и обиды. — Дело не в пророчестве. Дело в проклятии. Гриндевальд прищурился, внимательно вглядываясь в лицо Альбуса, будто пытался разобрать то, что таилось за его словами. Альбус вздохнул и тихо добавил: — Ты можешь умереть. Геллерт резко сделал шаг к нему, обдав Дамблдора холодной магией. Дамблдор не сдвинулся с места. — Мне не нужно твое беспокойство, Альбус, — голос Гриндевальда был спокоен, взгляд холоден. — Я знаю, о чем ты беспокоишься. От тебя не скрыть ничего. К сожалению. Но будь это так… — Геллерт склонил голову, — я был бы разочарован в тебе. — Ты хочешь превратить Хогвартс в капкан. Пока ты, охотник, не пойдешь против главного зверя. — Верно. И что с того? — спросил Геллерт. — Моя цель благородна, разве нет? Смерть этой твари только поможет вам. Зная ее, она уже расставила свои ловушки по всей школе. Пока ты купался в свете своего героизма, она превратила твою школу в жертвенный алтарь. Моя формация защитит всех — не даст ей стать сильнее. Разве я не спасаю мир? Разве у нас не одна цель? — Нет. Ты выбрал неправильный способ… — Все еще пытаешься быть “правильным”? Ты всегда так делал. Выбирал “правильное”, а не нужное, — недовольно фыркнул Геллерт. — Я хочу тебя спасти, — признание Альбуса задело что-то внутри Геллерта, но он не показал этого на лице, бросив в ответ на слова Дамблдора презрительную усмешку. — Ты всегда был таким. Великий спаситель. Но в конечном итоге… ты выбрал предать меня. — Я выбирал то, что должно было остановить тебя. — Нет, — резко перебил его Геллерт и приблизился к Альбусу почти вплотную: — Ты бросил меня гнить, Альбус. Ты. Не захотел расставаться со мной. Не захотел отобрать мою жизнь. А следовало Альбус покачал головой, но Геллерт только расплылся в злобной улыбке. — Тебе следовало избавиться от опасности. От проблемы. Дамблдор едва заметно сжал пальцы на палочке. — Ты не проблема, — прошептал Дамблдор. — Не проблема? — выдохнул ему в лицо Геллерт, взгляд его дрогнул, пристально вгляделся в лицо Дамблдора, выискивая что-то, чего он не понимал. — Нет, — повторил Альбус. — Сантименты. Что не так с твоим сердцем, Альбус? Как оно может любить меня? Альбус вздрогнул. Ухмылка на лице Геллерта медленно сползла. И тогда он увидел их. Геллерт поднял глаза и заметил неприметные на первый взгляд весы. Когда он зашел в кабинет за Дамблдором, весы двигались размеренно, не спеша. Но теперь они застыли, и один из весов начал опускаться вниз. — Ха. Невероятно, — недоверчиво усмехнулся Геллерт, не зная, то ли ему смеяться, то ли ему злиться, то ли радоваться. Его сердце внезапно оказалось в хаосе. Он посмотрел на Альбуса и неверяще сказал: — Ты... все еще любишь меня. Альбус прикрыл глаза, голос его стал умоляющим: — Уходи, Геллерт. И забери своих людей. Когда эта война закончится, я приду за тобой и верну туда, где ты должен быть. — Где? — с интересом спросил Геллерт, ловя каждый взмах ресниц Альбуса, стоя так близко к нему, что мог увидеть каждую морщинку на лице старого директора. — В тюрьме. За твои преступления. — Забавно, — расплылся в улыбке Геллерт, но Альбус уже не смотрел на него, опустив взгляд. — Это не входило в мои планы. Геллерт резко поднял палочку и заколдовал Альбуса, создавая кандалы на его ноге. Дамблдор молниеносно заколдовал Геллерта в ответ, не дав ему сбежать и между ними появилась золотая цепь, которая крепко обхватила их запястья. Геллерт недовольно посмотрел на Альбуса. — Ты останешься здесь, — твердым голосом заключил Альбус. *** Небо заполонили гарпии и дементоры. Они висели высоко над ними, закрыв собой все небо и застыли на месте. Земля кишела воинами в золотых доспехах, черными магами, егерями и оборотнями в человеческих обличиях. Армия в золотых доспехах застыли в безупречной шеренге. С задних рядов начали расступаться воины, пропуская вперед двухметрового воина в золотых доспехах и с тяжелой булавой в руке. Она волочилась за ним по земле, оставляя глубокие борозды. Земля дрожала. Армия Хогвартса отступила к школе. К школе приближалась еще одна армия в золотых доспехах. Огромная территория школы, еще недавно гудевшая как растревоженный улей, внезапно притихла, и эта тишина, тяжелая и напряженная, внушала ужас и страх. Холод нависших над ними дементоров пробивался через одежду, проникая в сердце. Изо рта начал идти пар. Холод сковывал их движения. Руки с палочками одеревенели. Они не знали куда смотреть, что делать, когда Гойл закричал, указав на небо: — Осторожно! — ЩИТЫ! — пробежал по округе голос Николаса Нотта, и все, не мешкая ни секунды, поставили щиты, и валун размером с карету, ударился о щит и отлетел в сторону. Вальтер взмахнул палочкой, на лету раздробив огромный валун на мелкие пылинки. Но это был первый удар. Великаны остановились у озера и принялись метать в школу булыжники, огромные камни и валуны. Егеря, незаметные издалека, стояли рядом, готовя им новые снаряды. Валуны летели, сбивая и своих, и врагов. Джинни успела увернуться, а Оливер едва избежал удара, но Кэти спасла его. Воздушная армия Хогвартса на метлах, не могла совладать с новоприбывшими гарпиями и дементорами. Атаки с их стороны прекратились, сменившись защитой. — Не дайте им спуститься! — закричала Джинни, поднимая пылающий огнем меч. — Держитесь! Дементоры полетели прямо на них, протягивая к ним свои костлявые, мертвые руки. Но на них напали десятки патронусы-олени и патронусы-вороны. Гарри и Адриан пролетели мимо воздушной армии Хогвартса, направляя патронусы против дементоров, на ходу срубая головы нескольким гарпиям. Опасность на небе удерживалась Гарри, Адрианом и другими — они не позволяли гарпиям и дементорам спуститься и затронуть армию Хогвартса на земле. Им итак было трудно. Урса со стрелками направили стрелы вниз, на воинов в золотых доспехах. Двухметровый воин с булавой сделал шаг влево и стрела пролетела мимо него, вонзившись в землю на глубину трех метров. Один его удар мог убить воина, но не убил. Урса сузила свои глаза и прошипела: — Это их генерал. С прибытием генерала, армия в золотых доспехах оживилась — их движения перестали быть роботизированными, глаза, виднеющиеся через прорези в шлеме, засияли. За короткое время безжизненные, деревянные воины превратились в устрашающую армию. Они перегруппировались, меняя стратегию и встали в пять рядов, по десять человек, превращаясь в ходячие колонны танки, готовые прорываться вперед. За первой волной армии, появилась вторая — в руках они держали щиты с полукруглыми вырезами по бокам и копья. Шаги их стали быстрее. С неба послышались крики гарпии, а на земле прозвучали рыки чудовищ. Это были воины в золотых доспехах, и те, что с мечами, и те, что с копьями, все они рычали как чудовища. Генерал взмахнул булавой с острыми шипами и издал ужасный рык. Тысячная армия вторила ему и пошла вперед. Плотоядное растение Патилов было вырвано с корнями. Стены построенные из камней и лиан были разрушены. Воины подняли свои мечи и копья, и невзирая на все заклинания, опустили свое оружие, чтобы убить людей. Красная кровь окропила землю. — Отступаем! Отступаем! — закричал кто-то и за ним раздались похожие крики, когда армия Хогвартса начала бежать к школе. Впереди стоящие маги, у которых еще оставались силы, и чье сердце не захватил страх, выставили магические щиты, золотистым светом освещающие прибывающую армию. Валуны великанов разбивались о Хогвартс, превращаясь в мелкие камни и разбрасывая вокруг пыль. Защита Хогвартса как крепости еще работала, но и она скоро не выдержит под таким натиском. Камни падали вниз, разбив нескольким людям головы. И тогда, послышался женский заливистый смех. Невидимые нити схватили десяток воинов за шеи, подняли над землёй и мимо них с огромной скоростью пробежало что-то черное. Родольфус опустился на землю, стряхивая со своего меча черную кровь. За его спиной, на землю рухнули мертвые воины. Сириус и Беллатриса ворвались в ряды врагов как торнадо, сметая всех на пути. Что Белла, что Сириус, выглядели как призванные из ада демоны. Там, где они проходили, на землю падали обезглавленные воины в золотых доспехах. Рафаэль и Рабастан ворвались из дальнего ряда врагов, разбивая их построения и сея хаос. И аппарировали к Беллатрисе, Сириусу и Родольфусу, когда золотой Генерал поднял в их сторону свою булаву. Долохов с насмешкой появился прямо перед ними, он аппарировал как и все остальные. Рафаэль, Рабастан, Беллатриса и Антонин Долохов достали свои мечи с ядом василиска. — Подмога! — радостно закричал Крэбб. — Мы спасены! В тоже время, в Хогсмиде незаметно появились сотни людей, разбивая егерей, помогающих великанам. Во главе этой армии стоял Руфус Скримджер. У школы один за другим появлялись люди, что недавно выбрались из ловушки в Министерстве магии. Они выглядели не лучшим образом, но не посмели сбежать и вернулись сюда, чтобы встать на защиту последнего оплота силы магической Британии. Из Хогсмида раздались громкие взрывы — Руфус Скримджер нападал на великанов, стремясь убить их. Несколько великанов с криками поспешили на дорогу, что вела из Хогсмида в Хогвартс. Больше не останавливаемые егерями, они разбежались. Одни остались, чтобы отомстить, другие побежали к школе, другие в лес, разбивая дома. Но тут из леса в их сторону полетели сотни стрел. Скримджер посмотрел туда и увидел кентавров. Из леса вылетели огромные крылатые кони, похожие на скелет, с кожаными, мощными крыльями. Одни полетели прямо на гарпий и дементоров, кусая их своими острыми клыками; а другие полетели вниз, останавливаясь перед магами. Нимфадора вздрогнула, увидев фестрала и замешкавшись лишь на секунду, тут же вскочила на него, мягко похлопала по крылу и крикнула. Фестрал тут же взлетел, ведомый Нимфадорой и готовый принять ее как свою наездницу — и они первыми присоединились к воздушной армии Хогвартса. За ней в небо взлетели другие фестралы со своими наездниками, готовые бесстрашно вступить в бой с гарпиями и дементорами. Из их палочек вырвались струи светящегося тумана, обрели форму животных и полетели прямо на дементоров, сбивая их с места. Большой патронус-волк Нимфадоры агрессивно налетел на дементора. Гарри чувствовал радость, смотря вокруг. Некогда опасная ситуация резко изменилась с появлением подмоги. Особенно выделялись Лестрейнджи, Долохов, Сириус и Скримджер. Даже издалека было видно, с какой яростной решимостью они бросались в бой. Они сражались как закаленные огнем и кровью воины. И тогда он увидел Волан-де-Морта. Он стоял на земле, рядом с Лестрейнджами и остальными. Его аура ощущалась осязаемой даже отсюда. С появлением Волан-де-Морта что-то поменялось. Гарри сначала не понял, что именно изменилось. Но хаос исчез. Это произошло не сразу — но довольно быстро. Его голос разносился по всей округе, уверенный и спокойный. Гарри слышал его даже на расстоянии, словно Волан-де-Морт стоял рядом и говорил с ним лично. Этот голос приносил невероятное спокойствие, словно обладал магической силой, стирающей все страхи из сердец людей. Его команды звучали четко и ясно, с присущей Темному Лорду властностью и жесткостью, не терпящей неповиновения. Он внушал не страх, а полное доверие. И это восхищало Гарри. Волан-де-Морт стал их генералом и настоящим лидером, в котором они нуждались. В голосе Волан-де-Морта ощущалась магия, легкая волна, которую Гарри чувствовал лучше всех. Темный Лорд явно использовал свой голос и магию, чтобы манипулировать людьми, как искусный кукловод, но не переходил границ. Он применял это, чтобы навести порядок в хаосе, который помог бы им выжить и победить. Магия Волан-де-Морта ощущалась живой и осязаемой — словно на плечи опустилась тяжелая мантия, защищающая от любого удара. Незаметно он менял расположение войск: одни люди отходили назад под легким магическим воздействием, другие выдвигались вперед. Его магия превратила поле боя в шахматную доску, а каждое его решение заставляло разрозненные движения толпы сливаться в единый импульс. Стоящие впереди бойцы по приказу Волан-де-Морта создали щиты, став живой стеной. Те, кто находился позади, на значительном расстоянии, превратились в стрелков дальнего действия. Беспорядочная стрельба превратилась в плотный, целенаправленный поток. Армия Бабенбергов ударилась о щиты, как стая озверевших буйволов. Но войска с щитами выдержали и остались на месте. Сверху на врагов обрушился дождь стрел — вместо заклинаний, по приказу Волан-де-Морта, они использовали настоящие стрелы, созданные магией. С хлопком аппарации в рядах врагов появились ближние войска, главная сила противостояния — состоящие из Вальпургиевых Рыцарей и членов Ордена Феникса. У каждого в руке сиял меч с ядом василиска. Единственное оружие, способное противостоять войску в золотых доспехах. И они напоминали Гарри живое торнадо, каждый стоил трех и более бойцов. Волан-де-Морт стоял за людьми с щитами, следя за всеми, чтобы быть готовым к любой ситуации и быстро вернуть себе контроль. Даже когда в их сторону летели камни и валуны, Волан-де-Морт разбирался с ними лично — разбивая их и отправляя в сторону войск в золотых доспехах. Так он превратил удары великанов в свою силу, разрушая строй врагов. Лорд Волан-де-Морт превращал каждую неудачу в свою силу. *** — Держите щиты! — раздался голос Певерелла в ушах щитовиков. — Не дайте им прорваться вперед. Доверьтесь мне. Они не пройдут. Том Певерелл продолжал дирижировать, руководя войском, направляя палочку на летящие в них камни и обращая их в собственное оружие. И метко ударял по скоплению врагов, когда те были близки к разрушению их строя. За его спиной в небо и на врагов падали сотни стрел. — Меняйте стрелы на камни! — приказал Том Певерелл стрелкам позади себя, даже не повернув головы и притянув к себе три огромных валуна, брошенных великанами, раздробил надвое и бросил прямо во врагов. Стрелки позади Тома тут же сменили заклинания, создавая из воздуха, либо направляя со стороны, камни разного размера. И с силой бросали камни в армию в золотых доспехах. Их удары были такой же силы, какой обладали катапульты. Каждый их удар приходился по дальним рядам врагов, не мешая элитным войскам с мечами, разбираться с ближайшими врагами. Таким образом, щитники держали строй, не давая врагам пройти дальше обозначенной зоны — защищая одновременно и школу, и стрелков. Стрелки разбивали группы войск врагов, сея хаос. А элитные войска разбивали тех, что стояли между ними, добивая их до конца. Волан-де-Морт понимал, что это не поможет им справиться со всем войском Агнессы. У них было мало мечей с ядом василиска, а армия насчитывала больше тысячи человек. Командир этой армии был похож на неприступную крепость, стоял на месте и давил своей аурой, чтобы нагнетать страху. Воздушная армия из магов на метлах и фестралах, сдерживала гарпию и дементоров. Его план требовал доработок и только его личное участие, и поддержка Рыцарей и членов Ордена Феникса — были настоящей причиной, почему они все еще стояли. Но у него был план, который требовал от него тщательных расчетов и внимательности. Время еще не пришло. *** Две армии на земле и небе сошлись в ожесточенной схватке. Звуки битвы раздавались по всему Хогвартсу, а крики гарпий резали уши, как острые клинки, забрав жизни нескольких людей прямо на месте. В этот момент территорию Хогвартса охватило ровное синее пламя, которое, словно кольцо, замкнулось вокруг земли. Пламя бушевало несколько минут, разрушая рунную цепь Гриндевальда, а затем взметнулось ввысь, ударив по великанам и летающим гарпиям. Пламя достигло сразу пятерых великанов, что уже добрались до разрушенных ворот Хогвартса. Два великана погибли мгновенно, один рухнул в озеро, а второй остался лежать на земле, испепеленный дотла. Трое были так сильно ранены, что закричали и впав в неистовство, побежали прямо к школе, поднимая свои огромные дубинки и растаптывая армию в золотых доспехах. Адриан с восхищением посмотрел на Тома. Супруг подлетел прямо к нему, укрывая своими руками и аппарировал к одной из башен, крепко обнимая Адриана. — Прости, — охрипшим голосом сказал Том, — я не должен был оставлять тебя здесь. — Том, — прошептал Адриан, зная, что никакие слова не успокоят его. И просто обнял его в ответ. — Ты здесь. Ты уже здесь. Как хорошо, что ты в порядке. А на бойницу к Урсе подлетел Ронвальд — взлохмаченный, тяжело дышащий, но живой и невредимый. Увидев мужа, Урса едва не расплакалась. Она бросила мушкет на землю, быстро подлетела к нему и зарылась в его крепких объятиях. — Рон, — протянула Урса, шмыгая носом и слезы полились по ее глазам. — Я так испугалась! С тобой все в порядке? — Да, да, — Ронвальд не смог сдержать смех, чувствуя, как напряжение покидает его. Он старался не думать о том, что могло случиться с Урсой. Одна лишь мысль об этом вызывала у него такой ужас, что он казалось мог умереть на месте. И только увидев ее, Ронвальд наконец-то вздохнул полной грудью. Мастера встретились на бойнице, где все это время стояла Урса, чтобы коротко рассказать друг другу о случившемся, поддерживая уже устающих стрелков. Том медленно повернулся к Урсе, наконец-то заметив что-то странное и его взгляд цепко уставился на мушкет в руке подруги. Урса испуганно и нервно прижала его к себе, а потом спрятала за спину и отвернула от него голову. Том стоял так минуту. Потом тяжело вздохнул и улетел с Адрианом, чтобы помочь армии Хогвартса против армии в золотых доспехах. Ронвальд непонимающе поглядел на жену. — Потом расскажу, — прошептала она ему, подталкивая к лестнице, ведущей вниз. — Это длинная история. *** Хагрид вместе с Биллом и Чарли закрывали массивные двери Хогвартса, чтобы не дать врагам войти в школу через двери. Окна на первом этаже, разбитые после разрушения внутренней защиты Хогвартса, были закрыты особым стеклом, способным выдержать десятки ударов. Молли, Флер и Нарцисса уже закончили с окнами первого этажа, когда в школу прибыли Артур и Перси. Увидев своего мужа и сына целыми и невредимыми, Молли разразилась рыданиями и крепко обняла их. Билл и Чарли схватили брата в охапку, чуть не разбив очки Перси. Хагрид похлопал Артура по плечу и улыбнулся. На лице Хагрида была ужасная косая рана, оставленная гарпией. Но благодаря его мощной генетике, Хагрид все еще стоял на своих ногах и мог сражаться. Нарцисса посмотрела на них, вздохнула и посмотрела через окно на ожесточенную битву. Люциус сейчас дрался на передовой. И она волновалась о нем. Когда на первый этаж спустилась Макгонагалл, она спросила у нее: — Где Драко? — Сейчас он с Роном Уизли и Луной Лавгуд, — ответила Макгонагалл. Ей была передана одна из монет связи Ордена Солнца, благодаря этому она получала последние новости по всей школе, и знала кто где находится и что сейчас происходит. А десять минут назад, она получила послание от самого Лорда Певерелла и спустилась вниз, чтобы подготовиться к следующему удару. — Когда придет время, откройте двери, — сказала она Хагриду и другим. — А сейчас, вам лучше остаться здесь. Уизли, Хагрид и Нарцисса понимали, что скоро начнется еще одна битва. К школе подбирались великаны с черными магами. И в отличии от армии в золотых доспехах, черные маги были опаснее из-за своей магии. И им нужно было подготовиться к будущей схватке. Даже Нарцисса понимала, что скоро и ей предстоит вступить в бой. У них слишком мало людей. — Не факт, — сказала Макгонагалл, обращаясь к Нарциссе. Нарцисса растерянно поглядела на нее и только потом поняла, что сказала это вслух. — Если быть объективными, — улыбнулась Минерва. — У них тоже мало людей. Хагрид громко рассмеялся. — Это уж точно! — А где Снейп? — спросил Билл. Минерва улыбнулась. — Помогает с бомбой. *** — Что значит ты не знаешь как использовать яд василиска? — спросил Гарри, влетев в окно кабинета на четвертом этаже. Окно за ним тут же было закрыто черной волшебной тканью, скрывая это окно с эффектом хамелеона. В кабинете было несколько человек — трое членов семьи Финниган, Блейз, Теодор, Фред и Джордж. Симус со страхом указал на литровую бутылку с ядом василиска на столе. — Мистер Певерелл пришел и отдал мне яд. Сказал чтобы я сделал с ними бомбы. Но я не знаю как его использовать. Мы все этого не знаем. — А как же тогда вам удалось создать такой мощный взрыв? — справедливо задал вопрос Гарри. — Мы бросили туда рог взрывопотама, — ответил Симус так, словно у них в кармане было еще два таких рога. Теодор даже растерялся от такого ответа, выпучив на него глаза. А Блейз с Фредом и Джорджем присвистнули. — Откуда он у вас? — Блейз посмотрел на Симуса сияющими глазами, словно хотел тут же отобрать у него такое сокровище. — Да ты и правда сумасшедший! — Это не наше, — ответила Сирша, устало сидя на стуле со своим мужем. Она, сын и муж выглядели не очень хорошо — лицо в саже, волосы чуть подпалены, а руки жутко черные от грязи и пороха. — От Ксенофилиуса Лавгуда. Этот безумец держал его дома! Чуть не убил себя и дочь! Гарри прикрыл на секунду глаза. — Лавгуды… У вас есть еще один? — с надеждой спросил он. — Гарри, ты знаешь взрывопотама? Они очень опасные. Если у тебя рог взрывопотама, значит он мертв, — ответил Джордж. — Аккуратнее со словами, у нас там очень яростный Ньют Скамандер. И Хагрид в придачу. Они таких опасных зверушек любят, — сказал Фред с улыбочкой. — Смотрите, чтобы не узнали, иначе голову нам открутят. — Блейз? — обратился Гарри к Забини. — Яд василиска? Бомба? — Я безмерно польщен твоей верой в меня, но я не разбираюсь в ядах василиска. С удовольствием возьму одну унцию… — Нет, — отказал Гарри и без раздумий вытащив монету, отправил послание. — Вызовите профессора Снейпа. — А разве не лучше позвать Мистера Певерелла? — спросил Симус, побледнев от одного упоминания декана Слизерина. — Он занят, — жестко ответил ему Гарри. — Почему не сказал ему сразу, что не знаешь как использовать яд? Он же надеялся и наверное все просчитал! — разозлился Гарри. Симус и остальные тут же опустили головы, даже родители Симуса почувствовали себя виноватыми. — Мы дождемся Снейпа здесь, Гарри. И сделаем бомбы. А потом используем их, — успокоил его Джордж. — Обещаем тебе, будет настоящее шоу, — дополнил Фред. — Опасное и яркое. — Главное, чтобы оно было опасное для них, а не для нас, — Гарри посмотрел на близнецов так, что они тут же закивали головой. — Вы успеете? — спросил Тристан. — Бомбы модифицировать это не простое дело. — Ну… если нам поможет профессор Снейп… — заговорил Блейз. — Может получится. В тандеме с ними, — указал он на Фреда и Джорджа. — Будьте осторожны. Это яд василиска. От него вам ничего не поможет, — заговорил Теодор. — Да, — согласился Гарри. — Фоукс сейчас слаб. Плакать ради вас не будет. — Что? — Теодор в недоумении взглянул на него. — Я был ранен ядом василиска и выжил благодаря слезе феникса, — ответил Гарри как ни в чем не бывало. — Во сколько лет? — спросила Сирша дрожащим голосом. — В двенадцать. — Гарри, как ты вообще выжил?! *** — А теперь — Пиертотум локомотор! — крикнула профессор МакГонагалл. По всему коридору статуи и доспехи соскочили со своих постаментов. По стуку и треску над головой и под ногами становилось понятно, что то же самое происходит на всех этажах замка. – Хогвартс в опасности! – воскликнула профессор МакГонагалл. – Охраняйте границы, защищайте нас, выполняйте свой долг перед школой! С громом и скрежетом толпа движущихся статуй прошествовала мимо Макгонагалл, выходя через открытые парадные двери школы. Некоторые были меньше, некоторые больше натуральной величины. Среди них были и животные, а лязгающие доспехи потрясали мечами и размахивали медными шарами на цепях. Вслед за новой армией, из школы вышли и вступили в бой Билл, Чарли, Флер, Артур, Молли, Перси, Нарцисса, профессора и оставшиеся студенты. За минуту до появления армии доспехов и каменных зверей, Том Певерелл скомандовал всем отступить и открыть проход для новой силы. Новая армия тут же ринулась в бой, оттесняя золотых воинов, словно танки. — Вперед! — закричал Том Певерелл, первым нападая на прибывшую армию черных магов, молниеносно убивая пятерых у разбитых школьных ворот. С криками, армия Хогвартса аппарировали, бежали, летели, прыгали по головам армии в золотых доспехах — разными способами, они добрались до прибывшей армии черных магов и вступили с ними в ближний бой. Беллатриса отбросила свой меч, передавая его ближайшему человеку, коим оказалась Флер — а сама со смехом ворвалась в ряд черных магов, сметая их на своем пути. Она кружилась как смерч, принеся смерть черным магам. Она душила их, взрывала их, покрывшись кровью, мучила и использовала самые ужасающие темные заклинания. Родольфус и Рафаэль, сын и отец, бились в похожем стиле — оба, высокие и спокойные — жутко пугали. На их лицах застыла маска палачей, безэмоциональная маска, возвещающая каждого, кто ее видел — конец близок. Они методично убивали каждого черного мага, не боясь встречаться с ними в ближнем бою, стоя нос к носу. Они буквально приносили смерть своими руками — использовали палочки и хватали собственными руками, используя беспалочковую магию. Рабастан дрался почти также, как Беллатриса, но не так эксцентрично и не смеялся. Но его проклятия были такие же изощренные, как у невестки. Он также любил расчленять каждого своего противника. Земля под его ногами хлюпала от крови. Кровь черных магов текла по его лицу, когда он с улыбкой смотрел на следующего смертника. В отличие от сумасшедших Лестрейнджей, остальные Рыцари дрались как нормальные люди. Вокруг Лестрейнджей даже не было других людей, собственные союзники боялись приближаться к ним — вдруг, Беллатриса не заметит их и убьет, или Рафаэль в пылу сражения задушит их голыми руками? Поэтому, рядом с другими Рыцарями было больше людей. Они сражались в тандеме сразу с разными людьми. Таддеус Нотт был хладнокровным человеком. Каждое его заклинание попадало в цель и разрывало сухожилия врагов. Его отец, Николас Нотт — отбил заклинание черного мага, похожего на кусок дерева с тонкими руками и ногами и бросил в него “Авадой Кедаврой”. Профессор Стебль крикнула: — Отойдите! — и бросила в сторону черных магов… прыгучие луковицы. Зрелые луковицы были большими, размером больше двух кулаков и оказавшись среди черных магов, начали нападать на них, срывая ритм и принеся хаос. — Что там у тебя еще есть? — спросил Филиус. — Ядовитые щупальца, — ответила Помона, с улыбкой указав на небо. — Отдала их им. С воздуха, в сторону великанов и черных магов, подальше от союзных войск Хогвартса, были брошены десятки горшком среднего размера с зелеными растениями. Они извивались и упав на великанов и черных магов, открыли свои “рты” с острыми зубами и начали кусаться, хватая добычу и выстрелили из рта острыми спорами. Том Певерелл стоял недалеко от двух профессоров и невольно поглядел на профессора Стебль, не зная, что и думать. Но идея декана Пуффендуя оказалась очень действенной. По одному, прыгучие луковицы и ядовитые щупальца не могли принести вреда. Но когда их много. А вместе с этим, на врагов продолжают нападать издалека — это мешает двигаться и отвечать. И судя по его быстрому расчету — несколько черных магов уже погибли. Он хмыкнул и скользнув в сторону, увернулся от удара командира воинов в золотых доспехах и обрушил на него серию темных заклинаний. Скримджер со своими аврорами бросились к школе, нападая на черных магов с другой стороны. И черные маги оказались зажаты с двух сторон. И только великаны оставались проблемой из-за их иммунитета к заклинаниями, твердой коже и беспорядочным ударам по людям на земле, лишенных какой-либо логики и стратегии. Такие враги были самыми раздражающими. В это время, Агнесса Бабенберг, следившая за ходом битвы, выглядела очень спокойно. Несколько гарпий с огромными сундуками, размером с человека — бросили сундуки у разрушенных ворот Хогвартса, улетая от людей Скримджера. Они как раз были рядом, разбираясь с черными магами у разрушенных ворот и стен школы на этой стороне. — Что в этих сундуках?! — заорал Скримджер. Сундуки один за другим распахивались, и из них появлялись существа, напоминающие жидкую массу странного цвета. Они сливались в гигантских трехметровых монстров. Руфус дрожал от холода, мурашек и омерзения, наблюдая, как существо растет и превращается в нечто отвратительное. Казалось, что Бабенберги взяли несколько людей, извлекли из них все кости и душу, а затем слили их в одно целое, создав невиданное и ужасное чудовище. — Големы!!! — раздался крик Сириуса. Он указал на первого Голема, прорвавшегося через оборону Скримджера в их сторону. С появлением големов началась паника. Люди в страхе бежали, не разбирая дороги, и топтали друг друга. Големы хватали всех на своем пути и пожирали. Их жертвами стали даже черные маги, попавшиеся на пути. Земля была усеяна телами. Том Певерелл вздрогнул и взглянул на големов. — Уничтожьте трупы! — приказал он, приводя толпу в порядок. — Быстро! Големы продолжали пожирать тела, становясь сильнее. Некоторые черные маги поступали так же. Увидев это, Скримджер первым превратил погибших работников рядом с собой в камни. Боль и сожаление пронзили его сердце — вернуть их в человеческий облик будет трудно. Каждая такая трансформация станет необратимой. Это понимали и другие. Некоторые, потеряв близких, отказывались со слезами и криками. А другие, дрожащими руками обращали своих близких, друзей, коллег, знакомых и родных в камни. Это был последний раз, когда они их видели — живыми и мертвыми. Вальтер посмотрел вниз — Макнейр был убит черным магом и лежал недалеко от него. Не дрогнувшей рукой, он превратил его труп в песок и отвернулся. — Вальтер! Как справиться с этим монстром? — позади него появилась Алекто с мечом наготове. Вальтер скользнул по ней равнодушным взглядом и не ответил. Но тут, на них ринулся трехметровый Голем. Он бежал, не глядя по сторонам, хватая любого, кто попадался на пути. Но бежал прямо к ним. Алекто с криком бросилась бежать, но невидимая сила остановила ее и потянула назад. Кэрроу с широко раскрытыми от ужаса глазами посмотрела на Вальтера — именно он своей магией остановил ее, а после швырнул прямо на пути Голема. Она не успела закричать, не успела осознать этого предательства, даже своей смерти, когда Голем настиг ее. Она упала прямо под массивную ногу чудовища. Действия Вальтера были слишком быстрыми — он долго не думал. Для него была важна его безопасность, его спасение, его победа. А смерть союзницы, одного из членов Вальпургиевых Рыцарей ничего не всколыхнуло его холодной душе. И уж точно он не стал бы раскаиваться из-за своего решения. Потому-что он смог замедлить Голема и убить, используя мощное разрывающее заклинание. Вальтер развернулся и продолжил биться, даже не обратив внимания на смерть двух союзников. В тоже время, на заднем дворе школы проходила другая битва. Том, Адриан и Ронвальд разбирались с теми, кто напал на школу с другой стороны. У квиддичного поля. С их стороны воздух дрожал от магии. Оттуда тянуло и холодом и невозможной жарой, когда они убивали черных магов, используя самые жестокие меры. Не зная ни пощады, ни милосердия. *** Битва с Големами шла тяжело. Они и великаны принесли на поле настоящий хаос. Ни Големы, ни великаны не разбирали кто свой, кто чужой и убивали всех. Рыцари мастерски воспользовались этим и швыряли в их стороны воинов в золотых доспехах и черных магов. Раздавались крики ужаса. Сражающиеся — как черные маги, так и защитники Хогвартса — бросились врассыпную, спасаясь от великанов и Големов. Големы ревели, от одного их вида людям становилось плохо — эти чудища были усеяны беспорядочно торчащими конечностями, которые судорожно дергались на их странных “телах”. От этого зрелища у всех вставали волосы на затылке. Том Певерелл услышал клич раньше, чем раздался первый взрыв в рядах армии в золотых доспехах. Над ним пролетели Фред и Джордж Уизли с поясными сумками, из которых они доставали круглые фиолетовые шары и бросали их в золотую армию. И в отличии от обычных заклинаний и других бомб, которые не приносили нужного эффекта — бомбы близнецов разъедали доспехи армии и воины с криками катались по земле, и быстро замолкали, замерев навсегда. “Бомбы готовы”, — вздохнул с облегчением Том Певерелл. Теперь, армия в золотых доспехах начала падать быстрее. А черные маги, трусливые гнилые ганнибалы — сбегали с поля боя, опасаясь его людей и великанов с големами. — На что она надеялась, выпуская этих… — не мог он подобрать оскорблений Темный Лорд и только презрительно сморщился. — Осталось разобраться с этими громадными тупицами и чудовищами. *** Меч Годрика Гриффиндора был невероятно силен — с помощью него, Невилл разбирался с каждым, кого встречал в коридорах замка. Но он слишком рано возгордился своей находкой и встретив целую толпу черных магов (сбежавших от великанов и Големов в школу) в коридоре пятого этажа, застыл на месте и поудобнее перехватил меч в руке. “Меч или палочка?” — успел подумать Невилл, когда толпа магов, не сговариваясь бросила в него залп заклинаний. И тут случилось нечто неожиданное — из стены школы, словно призрак, вылетели серебристые доспехи. Невилл даже не понял, что произошло — но в следующую секунду, он оказался облачен в школьные доспехи. Они защитили его от первого удара черных магов. Невилл, на мгновение растерявшись, был удачно спасен…школой? И очнувшись, он тут же с криком бросился на толпу черных магов. Несколько черных магов в страхе разбежались, а оставшиеся, встретили меч Годрика Гриффиндора в руках Невилла и погибли. Невилл Лонгботтом был непобедим. С боевым кличем, он продолжал убивать черных магов, не раздумывая ни секунды. После получасовой битвы, Невилл ушел с того места и привалившись к стене, устало выдохнул. Монета в кармане его одежды нагрелась. Невилл опустил голову на свои доспехи и растерянно ойкнул. — А как мне достать палочку и монету…? Невилл не хотел снимать с себя гремящие на каждом шагу, но очень удобные, теплые доспехи, что могли защитить от смертельных ударов — поэтому он просто решил, что ему следует выйти из школы и присоединиться к главной армии защитников Хогвартса. Ничем помочь своим друзьям он не мог — карта, палочка, монета и другие вещи остались в кармане его мантии. А к мантии ему доступ был закрыт. И уже через десять минут, он с криком выбежал из школы, подняв меч из чистого серебра с красными рубинами. — Малыш Лонгботтом, — услышал он знакомый елейный голосок, и его остановила чья-то сила. Он повис над землей и посмотрел на болтающиеся ноги в доспехах. Перед ним появилась улыбающаяся, окровавленная, словно вылезшая из ужастиков Беллатриса Лестрейндж. У нее горели глаза и улыбка… если о ее улыбке можно было так отзываться. — Здравствуйте, миссис Лестрейндж, — вежливо поздоровался он с ней. Беллатриса взглянула на его наряд и осталась им довольна. А увидев его меч, ее глаза загорелись от восхищения и жадности. — Неужели… меч Годрика Гриффиндора? Да ты у нас не промах, Невилл Лонгботтом! Но… — она вмиг посерьезнела, и даже стала похожей на его маму, Алису. — Иди-ка ты обратно в школу. Тут опасно… Грохот, крики, рев раздавались вокруг — в школу ворвались испуганные черные маги и егеря. Великаны бросали в школу камни и один из камней смог наконец-то уничтожить стену, разломав ее и оставив дыру. Невилл уставился на нее невинными глазами. Беллатриса стиснула зубы и отпустила парня на землю. — Хорошо! Но тебе лучше оставаться рядом, Лонгботтом, — пригрозила она, тыча острым ногтем в шлем Невилла. Из-за шлема она могла видеть только глаза Невилла. Гриффиндорец закивал головой. *** Певерелл был прав. После находки тридцати тотемов, Рон не остановился и продолжил искать дальше. Луна и Драко стояли рядом с ним — Малфой дрожал от испуга, сжимая палочку, и в сравнении с ним, спокойная Луна даже немного пугала. Ее сосредоточенный взгляд не отрывался от Рона. Драко заметил, что она нахмурилась и посмотрел на Рона — вовремя. Уизли схватился за голову, резко поднял ее и из его глаз полились кровавые слезы. Из ниоткуда на Уизли появились раны — Драко протянул руку, ловя падающего Рона — на Рона словно напали невидимые враги, вооруженные кинжалами. Из носа Уизли потекла кровь. Глаза его закатились, словно он был под проклятием, рот раскрылся в беззвучном крике. — Лавгуд!!! — панически заорал Драко, падая вместе с рослым Роном на пол. — Сделай что-нибудь! Луна села на колени у тела Рона, направила на него палочку и из нее полился яркий белый свет. Драко пришлось зажмуриться из-за света. Луна сжимала в руке палочку, приговаривая про себя: “держись, Рон, держись”. *** Агнесса Бабенберг резко повернулась к закричавшей от боли гарпии — одна из трех юных гарпий, что стояли рядом с ней с самого начала, упала на колени и схватилась за голову. В ту же секунду со стороны тридцати гарпий, что работали над ритуалом жертвоприношения, тоже раздались крики и когда она посмотрела на них — увидела, что все тридцать гарпий замертво упали на землю. Она сжала кулаки и встала с трона, вперившись ненавистным взглядом в одну точку. — Кто это сделал? Кто?! Найдите этого прорицателя! Гарпия с Око сразу же начала искать, старательно используя все свои скудные силы и магию. — … я вижу… — сжимая зубы от боли, заговорила гарпия с Око. — Это комната, в ней какое-то сияющее существо… Ах! Мне больно смотреть на это существо! — гарпия закрыла глаза, крича от боли. Агнесса спустилась с трона и ударила гарпию по лицу, приведя в чувство и зарычала: — Найди мне прорицателя! Тридцать тотемов уничтожены! Это не мог сделать кто-то без дара прорицателя и без Око… Найди его!!! — … это… я вижу рыжего мага, он встает с пола и… — Рыжий? — прошептала Агнесса и раскрыла глаза в осознании. — Пендрагон… проклятый потомок Мерлина… Уизли!!! — Там еще кто-то… — продолжала говорить гарпия, сжимая глаза. — Где он — именно? Найди мне его! — Он… я не могу найти… Рядом с ним еще кто-то, он не дает мне… Не дает мне! Гарпия бешено завертела головой, не зная, что делать. — Аура! Какая аура у третьего? — спросила Агнесса, ощущая, что уже добралась до правды. — Фортуна… — прошептала гарпия, раскрывая белесые глаза. — Это уникальная аура Фортуны. — Малфой, — с ненавистью прошептала Агнесса. *** Луна спасла Рона — еще один скрытый тотем оказался другим. Он напал на Рона, когда тот попытался увидеть его с помощью Око, словно обладал собственным разумом. На секунду Рону показалось, что он услышал молодой женский голос, явно принадлежавший гарпии и даже чужую магию. Ухватившись за эту магию, он на миллисекунду увидел обожженное поле, на котором был трон с Агнессой Бабенберг, армией в золотых доспехах и гарпиями. Рон открыл глаза. — Ты очнулся! Ты жив! — заорал Драко, поддерживая его на полу. — Не пугайте меня так! Умирайте где-нибудь подальше от меня. — Заткнись, Малфой, — просипел Рон, вставая на ноги с помощью Луны. Он пошатнулся, но схватившись за стол, остался стоять. Голова нещадно кружилась. Он потерял довольно много крови — он ощущал это и видел. Его кровь залила ему одежду и пол, и даже попала на Малфоя. — Луна… — прошептал Рон. — Да? — с волнением спросила она, ее руки крупно дрожали, глаза были расфокусированы после использования белой магии. Но девушка держалась и даже улыбнулась ему, пытаясь поддержать. — Позовите трех или четырех человек. — Зачем? — спросил Драко, убирая пятна крови со своей одежды. — Я знаю сколько еще осталось тотемов, — Рон посмотрел на карту и ткнул палочкой в астрономическую башню. — Их три. Первый я уже нашел. Остальных можно отпустить на защиту школы. Скоро Агнесса направит сюда своих гарпий. — Зачем? — прошептал Драко, пока Луна отправляла послание через монеты. Рон поглядел на него и усмехнулся: — Конечно, чтобы убить меня. Драко сглотнул и отошел от него. И боялся приближаться к будущему “знаку смерти”, даже когда в комнату вбежали Гермиона, Энтони, Дин и Парвати. — Сколько еще…? — с ужасом спросил Энтони, потирая ушиб на руке и морщась от боли. Гермиона, Парвати и Дин в отличии от него выглядели ужасно — лица их были бледны, кровь была размазана по щеке, черная и вонючая. Волосы всклокочены, в них виднелись крошки, камни. Трое тяжело дышали — они уничтожили довольно много тотемов, но им пришлось защищаться и убивать гарпий, черных магов, егерей и оборотней, ворвавшихся в школу. Энтони на секунду стало совестно — выглядел он просто бледным и усталым, но уж точно не так, как остальные. Даже у Рона из носа текла кровь. На Драко и Луну он даже внимания не обратил. — Три, — ответил Рон, даже не видя лица Энтони. Его зрение стало хуже и он щурился. Гермиона, Парвати и Дин с беспокойством подошли к нему. — Что с тобой? — спросил Дин. — Откуда столько крови? — дрожал голос Парвати. — Рон…? — обратилась к нему Гермиона. Рон похлопал Гермиону по руке и улыбнулся ей. — Со мной все в порядке. Жить буду. Сейчас нам важно найти три последних тотема. Их найти труднее всего. Из того, что я понял — они связаны с тремя гарпиями. Из-за этого, поиски тотемов… Энтони продолжил за него: — Неужели если ты будешь их искать, это ощутят гарпии и что-то сделают? — Да, — ответил Рон, поддерживаемый Дином и Гермиона с двух сторон. — Ребята… Отпустите меня. Я же не умираю. — Не говори так! — гневно закричала Парвати. — Прости, — ответил ей Рон, улыбнувшись девушке, но ясно не видя ее лица. Но от улыбки Рона, Парвати едва не расплакалась, но сдержалась. — Первый тотем здесь. Рон указал на астрономическую башню. — Там сейчас Урса с Падмой и Лавандой, — сказала Гермиона, указывая на их имена на карте. — Это бойница. — Отправляйтесь туда все вместе, — сказал Рон. — Я думаю, заклинание Лорда Певерелла не поможет. Оно скрыто еще глубже. Четыре головы лучше, чем одна. *** Гарри опустил монету с посланием от Луны про скрытые тотемы и нахмурился. Он полетел прямо к Астрономической башне, превращенной в бойницу, но его окружили дементоры. Холод и отчаяние наполнили пространство вокруг него. Гарри вызвал сразу несколько патронусов-оленей и они набросились на дементоров. Гарри опустил взгляд и увидел огромного волка, бегущего за кричащими, грязными магами. Это был Римус в обличии волка. Гарри усмехнулся — а убегали от него оборотни. Он поднял голову — небо было пасмурным, но дождя не было. Серое небо словно нависло над ними, не давая солнцу осветить школу. К счастью, сегодня не полнолуние. *** Рон открыл глаза и закашлялся. От этого у него сильно заболели ребра и Рон выплюнул на пол сгусток крови. Драко с ужасом посмотрел на него, в его глазах читалось и беспокойство, и паника и страх. Он невероятно боялся, что Уизли умрет прямо на его глазах. Луна погладила Рона по спине, хмуря брови. — К счастью их три… — приговаривала девушка, руки ее все еще дрожали. — Я не понимаю… — Рон нахмурился, глядя на карту с поднятой палочкой в руке, не зная, куда направить ее. — Я видел комнату полную хлама. Потолок высоченный. Но я не могу… Где он? На карте этого места нет. Рон застыл и ахнул: — Выручай-Комната! Рон словно ожил: — Она близко! Всего-то пройти один из секретных проходов и мы окажемся на седьмом этаже у Выручай-Комнаты. Быстрее, пошли! — Что?! — испуганно воскликнул Драко. — Я никуда не пойду! — Пойдешь, — Луна потянула его за Роном, что уже побежал к двери с картой в руке. Драко пытался отвертеться, но Лавгуд сказала: — Твоя удача пригодится. Малфой сжал кулаки и с возмущением посмотрев на когтевранку, пошел за Роном. То ли и правда его удача сработала, то ли друзья Поттера справлялись слишком хорошо — но они не встретили на своей дороге ни одного черного мага, гарпию или других врагов. Нарисованные жители портретов бегали из одной рамы к другой, передавая послания, чтобы помочь другим защитникам Хогвартса знать, где кто находится. Драко на секунду стало стыдно — он всю битву просидел в кабинете, под защитой странной магии Лавгуд. А в битве участвовали даже нарисованные люди. Они прошли по проходу, о котором Драко даже и не подозревал, быстро побежали по седьмому этажу и дошли до картины с Варнавой Вздрюченным. Идиота-мага уже вовсю избивали тролли. Драко презрительно хмыкнул. Повернул голову и чуть не закричал — Луна и Рон уже прошли через дверь в стене (двери точно не было!) и чуть не оставили его одного. Огромная комната с кучей вещей и высокими потолками явилась им. Рон вздохнул, Луна попыталась улыбнуться, а Драко закричал: — И мы будем искать маленький деревянный тотем в этой куче?! Найти тут что-то нереально! — Заткнись! — рявкнул на него Рон, устало прислонившись к шкафу и сжимая в руке карту мародеров. — Мы найдем. Дайте мне минуту. Я найду тотем… Найду. Луна укоризненно посмотрела на Малфоя. — Что? — обиделся Драко. Рон открыл глаза и закашлялся. — Тотем… где-то… где-то рядом с шкафом… Драко еле сдержался, чтобы не съявить “тут сотни шкафов”, но благоразумно промолчал. — Пойдемте, все получится! — подбадривала всех Луна. — У нас получится. Нам просто надо идти вперед. Драко, ты идешь впереди! — Почему я? — Драко! — девушка ярко улыбнулась ему и у Драко побежали мурашки по телу. — Хорошо… Они шли больше пяти минут, сворачивая то направо, то налево, возвращаясь назад на несколько проходов, выбирая другой путь. У Рона кружилась голова, он не разбирал дороги, следуя за Луной, которая следовала за Драко. Малфой кажется ходил кругами — от нависшего над ним давления, у него обильно шел пот. Малфой несколько раз стирал пот с лица, но потел все сильнее и сильнее. Он словно оказался рядом с вечным огнем. Если Луну Лавгуд можно было так назвать. Драко в отчаянии остановился где-то рядом с горой стульев и коробками с пыльными книгами и повернулся к Луне и Рону. Рон почти повис на Луне, не в силах больше ходить. Драко встретил полный надежды взгляд Луны и не смог нагрубить девушке. — Надо посмотреть тут! — Драко в волнении указал направо, на гору стульев. — Диминуендо! — стулья под его заклинанием уменьшились до размера спичечного коробка. Но удерживаемые стульями конструкции, потеряв стулья, тут же с грохотом упали на пол, подняв кучу пыли. На пол со звоном упало что-то тяжелое, похожее на колокол. Оно скатилось из горы пыли прямо к ногам Драко и остановилось. Драко закашлялся, опустил голову и в ярости кинул в несчастный колокол заклинанием: — Диффиндо! — оно резрезало колокол и наружу показался… тотем. Драко выпучил на него глаза, повернулся к Луне и указал на тотем у его ног. Девушка тоже была в шоке. — Рон! Мы нашли его! Рон с трудом увидел тотем у ног Драко, поднял на него глаза и воскликнул: — Да ты живой талисман, Малфой! Малфой нервно посмеялся. — Ну… Рон вытащил из кармана своей мантии кинжал и безжалостным ударом разбил тотем на части. Тут же из тотема повалил черный дым, послышался ужасающий крик гарпии. Драко отшатнулся от тотема. Луна достала карту и увидела, что метка, оставленная Роном исчезла — первый скрытый тотем был уже уничтожен. Они уничтожили второй и остался только один. на ее губах расцвела счастливая улыбка. — Остался один! — Давайте выйдем отсюда. Мне трудно искать в Выручай-Комнате, — отозвался Рон, вставая на ноги. Они только успели выйти из Выручай-Комнаты, как Рон с криком схватился за голову и упал на колени. Луна и Драко не успели поймать его. Разум, уши, голова Рона словно раздирали на части — на той стороне он услышал крики гарпии. Они разрывали ему голову, из ушей потекла кровь. Рон кричал, но не слышал себя и бился лбом о каменный пол. Луна и Драко остановили его, поднимая от пола. Но Рон продолжал биться в конвульсиях. — Что с ним?! — закричал Драко, обхватив его руки, чтобы Уизли снова не начал биться головой о землю. — Я думаю… — Луна задыхалась, вливая в Рона белую магию, ее руки сияли, а сама девушка становилась все бледнее и бледнее. — У них есть кто-то с Оком… Рон “увидел” ЕЕ — Гарпия на стороне Агнессы, что обладала даром, как у него. Гарпия с Оком — именно она напала на него, пытаясь убить через свой дар. “Это возможно?” — физически Рон продолжал кричать, но его тело и разум словно отдалились друг от друга. Его разум был удивительно ясен. “Я тоже могу так сделать?” — подумал Рон. “Невероятно…” — восклицал Рон где-то в разуме, пробираясь через черные нити и свет. Он пробрался в разум Гарпии с Око, что напала на него. Услышал ее панический возглас, когда она ощутила его. Увидел Агнессу Бабенберг глазами этой гарпии. Рон расплылся в улыбке. — Я нашел тебя, — вслух произнес Рон. Драко и Луна посмотрели на него в шоке. Рон внезапно перестал дрожать, открыл глаза и резко выбросил руки вперед, словно схватил кого-то за горло. И действительно, на другом конце поля гарпия, стоящая напротив Агнессы, схватилась за шею, издавая странные звуки и выпучив глаза от ужаса. Агнесса пристально смотрела на нее. Сердце ее сжалось от страха. В школе Рон с силой дернул рукой, и шея гарпии на той стороне — хрустнула. Ее голова резко дернулась влево, глаза остекленели, и она упала на землю. Агнесса опустила взгляд на старую, морщинистую гарпию. Это была последняя, кто владел даром Ока и помогала ей. Но теперь она не дышала. Ее шея была сломана, и сделал это другой прорицатель. — УБИТЬ РОНА УИЗЛИ! В школе, на седьмом этаже — Рон, Драко и Луна тяжело дышали после странной битвы. Невидимой Драко и Луне. Но явно ожесточенной и опасной. — Что ты сделал? — спросил Драко. — Убил гарпию… — Рон небрежно вытер рукавом кровь на ушах. — Что за топот? Рон повернул голову. Из поворота показались шестеро черных магов. Увидев их, они на секунду опешили. Это были те самые черные маги, что сбежали от Невилла. И увидев трех школьников, они не подумали, что те их будущая жертва, а испугались. Но жалкий вид Рона придал им сил и они кинули в них проклятием. Драко выставил большой золотой щит и тот отразил удары черных магов. Драко дернул палочкой, словно тяжелой веревкой над головой. Потолок над черными магами рухнул, погребая их под собой. Драко в шоке смотрел на гору камней, поднял голову и увидел небольшую дыру, оставленную его магией. — Это я сделал? — прошептал он, восхищаясь своим действием. — Это я сделал! — воскликнул он, повернувшись к Лавгуд и Уизли. Но Рон ничего не увидел — он уже достал карту и начал искать третий скрытый тотем. А Луна сказала ему: — Ставь щит. К школе летят гарпии. — Зачем? — растерялся Драко, обиженный на то, что на его триумф никто не обратил внимания. — Летят убить нас. Луна взмахнула палочкой — из нее вылетел патронус-кролик. — Лети к Гарри, скажи ему, что Рон в опасности. Глава гарпий узнала о нем. Быстро! Патронус-кролик опустил уши и исчез, оставив после себя тонкую линию света. Драко успел только открыть глаза, как по всей школе раздался крик Гарри Поттера: — ВСЕМ НА ЗАЩИТУ РОНА! Драко посмотрел на карту Рона на полу и увидел, что со всех уголков школы, к ним бегут люди. Он понял это почти сразу — казалось, любой приказ Гарри исполняется всеми. Словно он какой-то генерал. *** Флер неожиданно оказалась рядом с Големом. Но девушка, не мешкая ни секунды, воспользовалась ростом Голема, скрылась за его спиной, увернулась, не дав себя схватить. Ее серебристые волосы развевались за ее спиной и с мечом в руке, она была похожа на прекрасную воительницу. Взгляд девушки был холоден и сосредоточен, когда она с силой вонзила меч в массивную ногу Голема. Лезвие, пропитанное ядом василиска, вошло в плоть мерзкого чудовища — но ничего не произошло. Яд, смертельный для живых существ, был бесполезен против бездушных тварей. Голем остановился и с ревом бросился на нее. Он резко повернулся и опустил свои руки, пытаясь схватить или раздавить девушку. Но в последний миг, появилась Джинни. Девушка на невероятной скорости оказалась рядом с Флер, оттолкнула Голема от Флер с помощью взрывного заклинания и бросилась с метлы на голову чудовища. Меч Экскалибур запылал в ее руке, когда она с яростным криком вонзила меч в голову Голема точно в центр лба. И тогда, Экскалибур, волшебный меч, способный поражать как живых, так и неживых, загорелся еще сильнее в руке Джинни. Пламя охватило Голема, и когда девушка выдернула меч, тот превратился в обугленное изваяние. Джинни ударила мечом еще раз и спрыгнула. Как раз вовремя — Голем от последнего удара рассыпался в пыль. — Джинни! — воскликнула Флер, подбегая и обнимая девушку. — Ты спасла меня! Спасибо! — Да ладно тебе, — ответила Джинни, стараясь выглядеть скромной. Но блеск в глазах и яркая улыбка не могли скрыть ее радости и гордости. — Джинни! — услышала она крик Чарли и повернула голову. Флер и Джинни увидели, как Чарли уворачивается от ударов Голема, кидая в него заклинания и разворачивая перед собой щит. В нескольких метрах от него, другой Голем нападал на Перси и Артура, а дальше, Билл защищал мать от еще одного Голема. И это было не все — Големы размножались как грибы и появлялись один за другим, не останавливаясь. Победа над одним Големом не решила проблемы — Големов было слишком много. Они заполонили все пространство вокруг, и только стараниями Ордена Феникса, они еще не добрались до школы. Но с ними нужно было разобраться. И побыстрее. Джинни поудобнее перехватила меч, закинула за спину и кинула прямо в Чарли. Они учились этому, они тренировались под натиском жесткого, требовательного Ронвальда — и теперь, могли с точностью перехватывать пылающий красным огнем меч. И Чарли поймал Экскалибур — меч слушался потомка Пендрагонов и с легкостью вошел в живот Голема. Чарли напряг мускулы и с криком побежал вокруг Голема, разрезая его тело пылающим мечом. Голем с ревом упал на землю. Чарли выдернул меч, поднял его и вонзил его в голову Голема, окончательно добивая чудовище. — Билл! — Чарли бросил меч в сторону старшего брата и меч полетел вперед. Билл взмахнул рукой и подозвал волшебный меч Пендрагонов — тот, слушаясь приказа Билла, влетел ему прямо в руки, подхватил его за собой. Билл взлетел на голову Голема, благодаря мечу. И с криком бросился вниз ему за спину, вонзив меч ему в спину и погрузил так глубоко, как только мог, надавил на руку и скатился вниз, разрывая спину монстра. Голем пал от ужасной раны, разрезанный Биллом и сожженный мечом Артура Пендрагона. Билл увидел, что Перси перекатился по земле, под ногами Голема и бросил в его сторону меч. Перси услышал свист меча, и не видя Экскалибура, смог поймать его, когда тот вылетел у него за спиной. И сразу же рубанул палящим мечом по руке Голема, та тут же оторвалась и упала на землю. Но рана осталась обуглившейся и Голем взревел от ярости. Перси выставил меч перед собой, защищаясь от удара Голема, другой его, целой рукой и повернув меч клинком вверх — разрубил пальцы монстру. А после, с блеском в глазах, бросил меч ему в голову и тот вонзился в голову Голема, вылетел и полетел в сторону Артура. Артур повернулся, поймал меч, оступившись на шаг назад. И используя импульс меча, развернулся и бросил меч как огромный молот — тот полетел вперед, пылая красным огнем и прошел сквозь другого Голема. — Не забывайте о нас! — закричал Фред, подлетая к ним на метле. — Как же вы без нас? — весело рассмеялся Джордж, перехватывая меч прямо на лету от Артура и с криком: — Спасибо, пап! — он перевернулся на метле, ловко поддерживая древко бедрами и одним ударом отрезал огромному великану ухо. — Джордж, сюда! — закричал Фред, маша руками и указывая на громадного Голема под собой. — Сюда! — Лови! — Джордж бросил меч брату, Фред легко поймал его и полетел вниз, на Голема. Он вытянул ноги, пнул его в голову, чтобы Голем обратил на него внимание и прекратил гнаться за их людьми. А после, легко увернувшись на своей метле, вонзил меч в шею позади Голема и полетел по кругу, чтобы разрезать его шею. На другой стороне головы Голема, он передал эстафету брату и Джордж, словно прочитав его мысли, уже оказался лицом к лицу с Големом, увернулся, обхватил двумя руками Экскалибур и разрезал шею монстра до самого конца. Фред и Джордж взлетели. Голова Голема оторвалась от тела и с грохотом упала на землю. Братья стукнули кулаками и полетели к семье, кидая меч Джинни. Но тут послышались крики, взмахи крыльев. Фред и Джордж едва успели обернуться, как на них с бешеной скоростью набросились гарпии. В хаосе происходящего они успели отметить разницу между этими новоприбывшими гарпиями и прошлыми. У новых гарпий были короткие светлые волосы, их тела полностью состояли из перьев, лучше сказать, что у них было тело птицы, а вместо рук у них были огромные крылья. Их разделило в суматохе. Джорджа отбросило на землю, он с криком попытался дотянуться до ускользающей метлы — но его успела спасти Анджелина. Девушка схватила его и сразу улетела подальше от гарпий, несущихся к школе. Фреда же отбросило в школу, прямо в открытое окно одного из кабинетов. Он с кряхтением приподнялся на локтях и посмотрел на сломанное древко метлы. — Да чтоб вас… — вырвалось у Фреда. Но когда в тоже окно влетела новая версия Гарпии и закричала на него, точно дикая птица, Фред не растерялся — кинул в нее остатком метлы, выпустил щит, достал кинжал и кинул его в гарпию. И не оборачиваясь, выбежал из кабинета. Нашествие новой армии гарпии нарушило ход битвы — Том Певерелл разразился яростным криком. Его план был нарушен прибытием этой партии странных гарпий, не похожих на людей. Теперь их уж точно можно назвать стервятниками. Живые стервятники размером с человека и головой уродливых светловолосых женщин. Долохов присмотрелся к ним, прищурился и бросился вперед. Он запрыгнул на спину великана, добежал до его головы, прыгнул и в воздухе поймал одну из гарпий за "ноги". Точнее, за лапы. Гарпия возмутилась такой наглости, опустила голову и закричала на него, используя силу своего голоса. Но на такое Долохов ответил резким подъемов — он залез ей прямо на спину, не обратив внимания на ее “голос”. Из палочки вырвалась жгучая плеть, обвела шею гарпии и она с криком полетела вперед, пытаясь сбросить с себя наглого мага. Долохов расхохотался: — Не вырвешься, пташка! Гарпия с грохотом ударилась о стену школы, но не потеряла сознания. Она отлетела от школы, но из-за Долохова, с криком снова врезалась в школу, но на этот раз влетела прямо в пустое окно. Долохов пригнулся, с силой потянул за плеть и упал в коридор, прокатившись боком по гладкому полу. Мимо него прокатилась голова гарпии, а ее тело рухнуло на пол и из пустой шеи потекла черная кровь. Люциус Малфой за пределами школы действовал не так отчаянно. Но увидев их, маг тут же воспользовался всем арсеналом древних заклинаний против гарпий. В его сердце пылало желание отомстить. Глаза горели яростью. — Я убью вас всех… Убью! Саксум Харпиэ! — одним метким ударом, Люциус попал в пролетающую над головой гарпию, та не успела долететь до школы, как окаменела и упала на землю, разбившись на части. — Сиццитас Мортис! — продолжал атаковать Люциус. Гарпия попавшая под это заклинание заверещала как дикий зверь, хватаясь за плечи, грудь, голову. Но заклинание было неотвратимо — за считанные секунды заклинание вытянуло из нее всю влагу и кровь, превращая гарпию в высохшую оболочку с хрупкими костями внутри. Тело резко потеряло вес, крылья сломались с жутким хрустом — и она упала с неба, как пустая оболочка. Кингсли Бруствер поднялся с колен, весь в ранах, с текущей из ушей кровью. Он поднял палочку и бросил в летящую гарпию заклинанием: — Игнис Дирарум! — вылетевшее из его палочки пламя, было багровым, но что страннее, оно словно обладало собственным разумом и прицепилось к гарпии. Перья по всему ее телу мигом вспыхнули, но что хуже для гарпии — пламя начало выжигать ее сущность. Она подняла руки к небу, открыла рот и рухнула на землю, обратившись в пепел. Не только Кингсли и Люциус знали эти древние заклинания — в небо, словно охотники, вылетали другие древние заклинания против гарпий. Каждое новое убийство было совершенно руками Лестрейнджей, Лонгботтомов, Тома Певерелла, членов Ордена Феникса и другими. Мальсиберы, Нотты, Гойл-старший и Крэбб побежали к школе за гарпиями, что уже ворвались в школу. И тогда по школе разлетелся крик Гарри Поттера: — ВСЕМ НА ЗАЩИТУ РОНА! Ронвальд на другой стороне школы тут же встрепенулся и полетел к школе. Уизли испуганно закричали — Молли первая ринулась к школе, с тяжело бьющимся сердцем. *** Фред бежал от гарпии по коридору. С обеих сторон люди на портретах громко подбадривали его, бросая вслед летящей за ним гарпией ругательства и проклятия. Гарпия в ярости вытянула руки с острыми когтями и разорвала несколько картин — люди на них с криками перебежали на другие рамы. — Мой кинжал! — с сожалением закричал Фред и резко пригнулся. Гарпия не пролетела мимо. Она цепким взглядом уставилась на него, схватила за мантию и дернула, разрывая ее. Фред успел снять с себя мантию и побежать обратно, на ходу вспоминая древнее заклинание против гарпии. Но дышащая прямо за спиной гарпия не помогала! — Аэрис Винкулум! Фред отскочил к стене. Луч пролетел мимо того места, где он ранее стоял — что указывало на невероятную точность мага — и попала в гарпию. Гарпия тут же сжалась, словно воздух вокруг нее сжался, перья осыпались. Из ее горла вырывались всхлипы. Глаза выпучились из орбит. И она упала на пол. Мертвая. — Эй, Уизли! — крикнул Долохов, подбегая к нему с яркой улыбкой на лице. — Я тебя спас, — самодовольно сказал Антонин и подмигнул ему, — теперь мы квиты! — Квиты? — не понял Фред. — Забудь, — усмехнулся Долохов. — Отлепись от стены. Ты что в нее влюбился? Пошли. Там кажется твой братишка в опасности. — Карта… — Фред посмотрел на свою разорванную мантию, похожую на тряпки, та лежала на земле в пяти метрах от них. Фред отошел от мертвого тела гарпии, Долохов пошел за ним и с интересом поглядел на карту в руках Уизли. — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и… — Фред! — закричал Джордж за поворотом, за ним бежала Анджелина и Перси. — Мы здесь! Раздался взрыв. Мир распался на куски. Стена рухнула из-за удара великана. Коридор наполнился криками и воплями. Ронвальд застыл на месте, за спиной Джорджа, Анджелины и Перси, уставившись на развалины… на развалины, где ранее стоял Фред. — Нет! Нет! Нет! — кричал чей-то голос. — Нет! Фред! Нет!